***
Первые недели были похожи на бой с самим собой. Рин приходил раньше. Уходил позже. Делал отжимания до судорог. Тянулся до крика. Он хотел догнать. Нет — он должен был догнать. Нацуо всё так же молчал. Он был как лёд — красивый, но недоступный. Никогда не хвалил. Никогда не поддерживал. Просто — смотрел. Но однажды... — Руку неправильно поставил, — сказал он, стоя за спиной. — А ты что, заботишься? — съязвил Рин. — Нет, просто не хочу, чтобы ты снова развалился на ковре, как мешок картошки. Рин обернулся — и уловил что-то странное. Мельчайший оттенок улыбки. Почти невидимой. Тишина в раздевалке. Пар идет от тел. Хлопанье полотенец, звяканье шкафчиков. — Ты чего так поздно задерживаешься? — спросил вдруг Нацуо. Рин вздрогнул. Он не ожидал, что тот заговорит. — Учусь. Смотрю видео, пытаюсь разобраться, где ошибся. — И? — Ошибся в тебе, пожалуй. Нацуо посмотрел на него. Долго. Проникающе. — Ты не так прост, как я думал, — сказал он тихо. И ушёл. А Рин сидел ещё долго, разглядывая свои ладони. Сбитые. Загрубевшие. И почему-то — дрожащие.Тренировка-война
25 мая 2025 г., 22:26
Удар. Падение. Звонкое, злое.
— Подъём, — бросил Нацуо.
Рин со стоном сел. Кимоно съехало, волосы сбились на лоб. Спина ныла — не от боли, а от унижения.
— Ты обещал не сдерживаться, — процедил он.
— Я и не собирался, — холодно ответил Нацуо, — здесь тебе не кружок «Дзюдо для чайников».
Тренер наблюдал молча. Это была его идея — дать новичку в пару к лучшему. Возможно, чтобы тот быстрее вылетел. Или чтобы выжил.
Рин снова поднялся.
Бой начался заново. Он пытался ловить ритм, но Нацуо постоянно менял темп. Его движения были как ветер — плавные, но хлёсткие. Он не бил — он срывал с ног, как шторм.
Рин упал снова.
И снова.
И снова.
Нацуо не смеялся. Просто смотрел сверху. И каждый раз что-то внутри Рина сжималось. От злости. От уязвимости.
Но он не уходил. Он вставал.
Вставал каждый раз.