Золотой прилив

Год спустя — …и тогда я говорю режиссёру: «Знаете что? Я лучше буду сниматься в костюме русала, чем в этом!» И он такой офигел! Григорий улыбался, слушая Дерека. Тот сидел на кухонном столе — том самом — болтая ногами и размахивая бокалом вина. Год. Целый год с того дня, когда море выбросило на берег прекрасного юношу в золотой чешуе. Год метаний, ссор, примирений, компромиссов. Первые месяцы были адом. Дерек разрывался между съёмками и поездками к Григорию. Папарацци пронюхали об их романе. Аманда устраивала истерики. Фанаты писали гневные письма. Но они справились. Шаг за шагом, день за днём. Дерек сократил количество проектов, выбирая только те, что позволяли проводить больше времени дома. Григорий научился жить с вторжениями внешнего мира в их тихую бухту. Они даже завели Instagram — «Русал и его рыбак», где Дерек постил их совместные фото. Фанаты млели. — Кстати, — Дерек отставил бокал. — У меня новость. — Хорошая или плохая? — Смотря как посмотреть. Помнишь, я говорил про идею фильма? О нашей истории? — Ты же шутил. — Не совсем. Я написал сценарий. И продал его. И буду сам продюсировать. И играть главную роль. Григорий застонал. — Только не говори, что… — Да! Мы будем снимать здесь! В нашей бухте! Разве не круто? — Дерек, блядь. — Не ругайся. Это будет красивая история. О любви, которая случилась за один день и изменила две жизни навсегда. — И как ты назовёшь этот шедевр? — «Золотой прилив». Красиво же? Григорий покачал головой, но не смог сдержать улыбку. Его русал. Неугомонный, талантливый, невозможный. — Иди сюда. Дерек спрыгнул со стола, устроился у него на коленях. Они сидели в том же кресле-качалке, где год назад увидели катер. Только теперь это воспоминание не причиняло боли. — Жалеешь? — спросил вдруг Дерек. — О чём? — Что твоя тихая жизнь закончилась. Что пустил в неё шумного актёришку. — Каждый день благодарю море за шумного актёришку. Особенно когда он стонет подо мной. — Пошляк, — Дерек игриво куснул его за ухо. — Но я тоже благодарю. За всё. За тот день. За то, что поверил. За то, что дождался, когда я вернулся. — Я бы ждал сколько угодно. — Знаю. Поэтому и люблю. Они сидели, обнявшись, глядя на море. Где-то там, в кладовке, всё ещё хранился золотой хвост. Иногда Дерек надевал его — «для настроения» или для особых игр в спальне. Но чаще он был просто Дереком. Не русалом, не звездой. Просто человеком, которого любил Григорий. — Знаешь, — сказал Дерек. — Иногда мне кажется, что я всё-таки был русалом. Хотя бы один день. И море отпустило меня к тебе. — Возможно. В конце концов, кто сказал, что магия не может длиться всего один день? — Но последствия остаются навсегда? — Если повезёт — да. Дерек поднял руку, где поблёскивало простое серебряное кольцо — они обменялись ими месяц назад, без лишней помпы, просто пообещав быть вместе. — Нам повезло. — Нам повезло, — согласился Григорий. Где-то вдалеке плескались дельфины. Или русалы. Или просто волны, вечные и постоянные, как само море. Море, которое иногда дарит чудеса. Даже если они длятся всего один день. Даже если это меняет всю жизнь.