Буду ли я понят и любим?

             Сюэ Яна вырвало из сна. Словно кто-то вытащил его из ледяной реки, его сознание пробилось сквозь лед. Его трясло в холодном поту, который только усиливался от пронизывающего воздуха. Он принялся лихорадочно оглядываться — очевидно, он уснул, и причем в постели Сяо Синчэня. Повернувшись на бок, чтобы проверить, в каком состоянии находится Сяо Синчэнь, он уставился на сторону кровати.              Она была пуста.              Никаких следов холодного, мертвого, неподвижного тела Сяо Синчэня. Никаких следов талисманов, которые он так тщательно изготовил, чтобы сохранить его целостность, защитить от гниения и грязи. Где, черт возьми, он был?! Сюэ Ян почувствовал, как его дыхание начало сбиваться на частое, тяжелое, и мир вокруг начал расплываться.              — Наконец-то проснулся. Чего ты шумишь? Я думала, ты проспишь весь день, — раздался с порога комнаты раздраженный голос А-Цин.              А-Цин. Почему она здесь? Ее же не было вчера. Сюэ Ян думал, что Сяо Синчэнь велел ей уйти. Разве она не знала, что случилось?!              — Где Сяо Синчэнь?! — спросил Сюэ Ян, от паники его голос сорвался в исступленный крик.              — Что? — спросила А-Цин, выглядя сбитой с толку.              — ГДЕ СЯО СИНЧЭНЬ?! — закричал Сюэ Ян, вскакивая на ноги. Его руки тряслись. Неужели эта мелкая спрятала тело где-то? Если так, он убьет ее.              — Он просто снаружи. Что с тобой не так? Он не собирался спать дальше, как ты. Он говорил, что чувствует себя плохо, потому что, видимо, вчера напился, — сказала А-Цин, ее лицо то выражало раздражение, то беспокойство, а на короткое мгновение — даже страх.              Не слушая ее больше, Сюэ Ян бросился на улицу, не заботясь ни о верхней одежде, ни об обуви, ни о носках, просто выбежал наружу, чтобы найти Сяо Синчэня.              Первое, что он осознал, выйдя на улицу, — что идет снег. Ах, да. Сейчас зима, а не лето.              Неужели… неужели все это было сном? Мог ли это быть сон? Подумав еще немного, это казалось очевидным. У него даже не было Цзянцзая, чтобы защитить себя. Сяо Синчэнь забрал его. И, кстати о нем, вот и он. Сметал небольшой слой снега, который скопился во дворе, или, по крайней мере, пытался сделать это как мог. У Сюэ Яна подкосились ноги. Сяо Синчэнь был здесь, он был жив, он был жив, он был жив.              Разум его опустел, он сделал те несколько шагов, что отделяли его от даочжана, но тут резкая боль пронзила ногу, и он с проклятиями рухнул на землю. Чертова бесполезная нога. В отчаянии он прополз оставшееся расстояние. Сяо Синчэнь повернулся в его сторону, вероятно, гадая, какого черта он делает. Схватившись за белые одежды, Сюэ Ян уткнулся в них лицом, чувствуя под мягкой тканью твердые очертания ног Сяо Синчэня.              — Сяо Синчэнь, — только и сумел прохрипеть Сюэ Ян, сильнее вцепившись в яркую чистую ткань.              — Сюэ Ян? В чем дело? — спросил Сяо Синчэнь, его лицо исказилось от искреннего беспокойства, и он опустился на колени, чтобы оказаться на одном уровне с Сюэ Яном. Сюэ Ян тут же выпустил одежды и бросился в теплые объятия Сяо Синчэня. Он крепко обхватил мужчину руками, боясь, что если отпустит, Сяо Синчэнь просто исчезнет.              — Сяо Синчэнь, ты здесь, ты здесь, — сумел повторить Сюэ Ян. Он чувствовал, как из глаз текут теплые дорожки, и уткнулся лицом в плечо Сяо Синчэня.              — Да, я здесь. Что случилось? Я думал, ты спишь? — сказал Сяо Синчэнь, его голос звучал все более встревоженно. Его руки осторожно обхватили Сюэ Яна, поглаживая — гораздо увереннее, чем вчера это удавалось самому Сюэ Яну. Потому что Сяо Синчэнь был добрым, он был таким, таким добрым.              — Сон, ты был мертв. Ты здесь, ты жив. Я хочу, чтобы ты был жив, я не хочу, чтобы ты был мертв! — сказал Сюэ Ян, способный выдавливать из себя лишь короткие простые фразы сквозь рыдания, сотрясавшие его тело. Сяо Синчэнь притянул его ближе в своих руках и обнял в ответ.              — О, все в порядке. Я здесь, не волнуйся, — продолжал утешать его Сяо Синчэнь, и в его встревоженном тоне теперь слышалось недоумение. Он собирался продолжить, но Сюэ Ян перебил его:              — Я солгал, я солгал, хорошо?! Прости, это была не твоя вина. Я солгал, все было на мне. И ты мне нравишься, ты мне так нравишься! Так не бросай ничтожного меня, — рыдал Сюэ Ян, уткнувшись ему в плечо, еще крепче вцепившись в Сяо Синчэня, боясь, что какая-то внешняя сила попытается оторвать его.              — Сюэ Ян, я никуда не ухожу. Я обещал остаться здесь с тобой, — сказал Сяо Синчэнь, теперь его голос звучал встревоженно. Он поднял руку, чтобы погладить Сюэ Яна по волосам. Но разум Сюэ Яна все еще не мог успокоиться, помня только то безжизненное, будто бы уснувшее, бледное тело.              — Я помогу тебе спасти твой гребаный мир, только не бросай меня! — выкрикнул Сюэ Ян. Он наконец смог выровнять дыхание и обмяк в объятиях Сяо Синчэня.              — Хорошо, хорошо. Я не оставлю тебя, — проговорил Сяо Синчэнь своим успокаивающим голосом. Это было словно целебная мазь, словно сама духовная энергия проникала под кожу Сюэ Яна, успокаивая болезненную панику, оставленную кошмаром. — А теперь послушай меня, А-Ян. Возле гробового дома был маленький дух, думаю, мы оба его прошлой ночью не заметили. Он был не сильным, и я уже с ним разобрался, но за ночь немного его энергии обиды проникло внутрь дома, так что нам стоит переделать некоторые талисманы. Но у меня и у А-Цин тоже были не лучшие сны, так что, скорее всего, именно он вызвал эти кошмары. Все в порядке, я не пострадал.              Сюэ Ян изо всех сил пытался сосредоточиться на словах Сяо Синчэня сквозь шум крови в ушах. Дух — это хорошо объясняло, почему все казалось таким реальным.              «Я не пострадал», — сказал Сяо Синчэнь. Хорошо. Сюэ Ян больше никому не позволит причинить вред Сяо Синчэню. Никому не позволит прикоснуться к нему с дурными намерениями, никому не позволит сказать о нем хоть одно жестокое слово. Он убьет их всех. Сяо Синчэню следовало остаться на той горе, где он был бы в безопасности, но раз уж ему пришлось спуститься сюда, Сюэ Ян будет защищать его. Он знал, что Сяо Синчэнь сильнее и искуснее его, но слабость его даочжана — в его доброте. Так что если настанет время, когда он не сможет найти в себе сил навредить врагам, Сюэ Ян будет рядом.              Сюэ Ян не поклонялся никаким богам и не питал к ним уважения, но, возможно, именно они дали ему этот второй шанс в жизни и не позволили умереть на обочине той дороги. И, возможно, тот сон был предупреждением, что он может потерять все это в любой момент, если не будет осторожен. Сюэ Ян не позволит этому случиться. Он не потеряет этого человека, который был дарован ему богами. Он сделает все, чтобы Сяо Синчэнь был счастлив и в безопасности, здесь, с ним. Сяо Синчэнь был его, и он был готов на все ради него. Даже если это означало помогать тем, кто этого не заслуживает, тем, кого Сяо Синчэнь так отчаянно хотел спасти — что ж, это было приемлемо. Сюэ Ян будет помогать ему в этом.              А за всех тех жителей деревни, чью смерть Сюэ Ян уже устроил, он примет любые последствия, которые его ждут после смерти. Он не боялся, ему было все равно, если только это означало, что Сяо Синчэнь останется рядом с ним. «Не вините его, это я убил тех людей, не он, он не виноват». Прошло много времени с тех пор, как Сюэ Ян о чем-либо просил небеса.              Лишь когда он убедился, что Сяо Синчэнь внезапно не исчезнет, он начал замечать другие вещи вокруг и почувствовал холод в ногах, которые босыми стояли на заснеженной земле. Быстро вытерев лицо рукавом от слез, он наконец посмотрел на лицо Сяо Синчэня. Тот выглядел озадаченным и встревоженным, его губы были слегка приоткрыты, словно он хотел о чем-то спросить. Сюэ Яна внезапно охватило желание поцеловать его, кусать и облизывать его губы, пока они не станут блестящими и красными, но пока что он сдержался.              — Дух? Да, это имеет смысл. Хорошо, хорошо. Пойдем, даочжан. Ты еще не привел волосы в порядок, давай я расчешу их, а потом приготовлю что-нибудь поесть, — сказал Сюэ Ян, когда наконец взял себя в руки, и, подняв все еще слегка растерянного заклинателя на ноги, начал вести его обратно в дом. — Я потом здесь подмету, ты все равно просто перемещал снег с места на место.              

***

             Сюэ Ян был в очень странном настроении, страннее обычного. После того как утром у него случился срыв, он затащил Сяо Синчэня внутрь и настоял на том, чтобы помочь ему с волосами. Сяо Синчэнь позволил, все еще чувствуя легкое оцепенение от того, что только что произошло. Осторожные руки начали расчесывать его волосы, хотя они даже не были спутанными.              У Сяо Синчэня были смутные воспоминания о прошлой ночи. После похорон, чувствуя себя подавленным, он искал способ притупить свои мысли, и это, очевидно, вышло из-под контроля. К счастью, Сюэ Ян нашел его и, судя по всему, позаботился о нем. У него болели глаза — значит, он плакал. Но о чем именно, он не был уверен. Он проснулся от ужасного сна с пульсирующей головной болью и неприятным ощущением в желудке, встал, надеясь, что свежий воздух поможет ему прийти в себя. Шуанхуа предупредил его о маленьком духе неподалеку, и он легко уничтожил его. Когда А-Цин пожаловалась на кошмары, он понял, что именно этот дух был их причиной. Сюэ Ян, казалось, был в порядке и крепко спал, поэтому Сяо Синчэнь не хотел его беспокоить.              За ночь выпало немного снега, и, не зная, чем еще заняться и все еще чувствуя легкую дрожь, он начал подметать двор. Он не знал, сколько времени прошло, когда Сюэ Ян внезапно оказался рядом, вцепившись в его одежду и повторяя его имя встревоженным голосом.              Значит, Сюэ Яну тоже приснился кошмар — о том, что Сяо Синчэнь умирает — и это его задело.              «И ты мне нравишься, ты мне так сильно нравишься».              Сказал ли Сюэ Ян правду, или это был какой-то его хитроумный план? Сяо Синчэнь подозревал, что Сюэ Ян испытывает к нему симпатию, но теперь, когда он произнес это вслух, это звучало так нелепо. Но какой у него был бы повод говорить такие вещи?              — Можно я сделаю косички?              — А? — мысли Сяо Синчэня оборвались.              — Можно я заплету тебе волосы? Просто маленькие косички, это будет очень красиво. Жаль, что у меня нет украшений, чтобы вплести. Я потом куплю. А когда наступит лето, ты должен будешь добавить цветы, — продолжал объяснять Сюэ Ян, и Сяо Синчэнь смог лишь кивнуть, сбитый с толку бормотанием младшего.              Сюэ Ян продолжил свое занятие, а Сяо Синчэнь снова погрузился в свои мысли. Последний раз Сюэ Ян делал ему прическу до того, как раскрыл свою личность, это было уже довольно давно, и эти теплые руки в его волосах казались… приятными. Сяо Синчэнь скучал по этому.              Было как-то удивительно, что Сюэ Яна так сильно напугал кошмар. Несомненно, этот мужчина повидал много пугающих вещей и много смертей. Черт возьми, он сам желал смерти Сяо Синчэню, а теперь он… боится этого? Конечно, это не могло быть правдой, но Сяо Синчэнь не мог не заметить легкую дрожь в руках, которые осторожно заплетали его волосы, или слишком частое дыхание за своей спиной.              Если Сюэ Ян и в самом деле начал испытывать к нему симпатию, то что тогда? Что это значило для них? Как бы сильно Сяо Синчэнь ни пытался это отрицать, он знал, что глубоко внутри часть его не только наслаждалась обществом Сюэ Яна, но и заботилась об этом мужчине. Ему так хотелось, чтобы разница между его другом и Сюэ Яном была более очевидной, но, похоже, Сюэ Ян оставался самим собой, насколько это вообще было возможно. Если бы только Сюэ Ян мог быть тем жестоким созданием, способным лишь на убийства, каким он казался Сяо Синчэню раньше, все было бы гораздо проще. Было несправедливо, что он мог так легко заставить Сяо Синчэня улыбаться и смеяться, что было так просто принимать его небрежные прикосновения.              — Ладно, готово! — раздался сзади звонкий голос Сюэ Яна. — Хорошо получилось?              Сяо Синчэнь осторожно провел руками по своим волосам. Маленькие косички, которые вели к его высокому пучку, а затем спускались вниз по спине.              — Красиво, спасибо, — сказал он, все еще не зная, как реагировать на эту ситуацию.              — Хорошо, хорошо. Я пойду приготовлю завтрак, а ты просто сиди здесь и выгляди красиво, — сказал Сюэ Ян певучим голосом и встал, чтобы направиться на кухню. Сяо Синчэнь почувствовал, как его щеки заливаются румянцем, и попытался взять себя в руки. Вскоре он поднялся и последовал за Сюэ Яном.              — Позволь мне помочь, — сказал он в сторону шороха, доносившегося от очага.              — Ты мне и так помогаешь: у меня такой прекрасный вид, пока я готовлю, — сказал Сюэ Ян, в его голосе слышалась дразнящая усмешка. Он уже давно не был таким прямолинейным в флирте, конечно, он часто отпускал грубые шутки, но те больше походили на попытки вывести Сяо Синчэня из себя.              — Прекрати, что с тобой сегодня? — отчитал его Сяо Синчэнь, чувствуя, как его лицо краснеет еще больше, но не сумел придать своему голосу строгости.              — Просто сегодня очень хороший день. А теперь садись и жди, пока я закончу, — сказал Сюэ Ян, и Сяо Синчэнь сдался и сел за стол. Вскоре запах еды привлек А-Цин присоединиться к ним. Сяо Синчэнь услышал, как Сюэ Ян поставил на стол несколько мисок, и пахло действительно вкусно. Затем младший подошел и сел рядом с ним, начав накладывать себе еду.              — Вот, даочжан, — неожиданно сказал Сюэ Ян, и когда Сяо Синчэнь повернулся в его сторону, к его губам прижалась еда, и ему ничего не оставалось, кроме как принять ее в рот.              — Вкусно? — спросил Сюэ Ян. Сяо Синчэнь кивнул, все еще жуя: на вкус было сладко, специй ровно столько, сколько надо.              — Вот, попробуй еще это, — снова сказал Сюэ Ян, но прежде чем он успел запихнуть еще еды в рот Сяо Синчэня, тот остановил его.              — Я вполне могу есть сам, в этом нет необходимости, — сказал он и отвел руку Сюэ Яна.              — А что, если я хочу тебя покормить? — спросил Сюэ Ян, снова поднося еду к губам Сяо Синчэня. Что на него сегодня нашло? Даже в самом начале он себя так не вел.              — Фу, что вы двое делаете?! Даочжан не ребенок, его не нужно кормить, не начинайте свои нежности, пока я здесь, — сказала А-Цин, ее голос был полон преувеличенного отвращения.              — Это не твое дело.              — Сюэ Ян, нет нужды в этом. Тебе тоже нужно поесть, — сказал Сяо Синчэнь, прежде чем ситуация успела накалиться, и попытался придать своим словам твердость.              — Ладно, тогда позволь мне хотя бы выбрать для тебя лучшие куски, — проворчал Сюэ Ян и начал наполнять миску Сяо Синчэня разными яствами. День становился все более запутанным.              

***

             Сюэ Ян продолжал вести себя странно мило на протяжении всего остального дня: предлагал свою помощь в любых делах и назойливо с ним флиртовал. Когда Сяо Синчэнь отказывался от его помощи, он раздражался, но не злился, скорее, как ребенок, которому отказали в сладостях, и эти моменты быстро проходили, вскоре он снова начинал говорить своим сладким голосом.              — Я схожу за водой, у нас заканчивается, — сказал Сяо Синчэнь в какой-то момент, но Сюэ Ян тут же отказал ему.              — Я пойду, оставайся здесь и никуда не уходи без меня, — только и сказал он, и Сяо Синчэнь не успел ничего ответить — тот двигался слишком быстро. Он глубоко вздохнул: конечно же, этот парень даже не взял с собой свою трость.              — Почему он сегодня такой странный? — внезапно спросила А-Цин.              — Не знаю, может быть, дело в кошмарах. Он что-то говорил утром? — спросил Сяо Синчэнь.              — Не особо. Только спросил, где ты. Казался рассерженным, — сказала А-Цин.              — Хм, а как ты? Тебя все еще беспокоят кошмары? — спросил Сяо Синчэнь. А-Цин рассказала что-то смутное о том, как снова оказалась одна на улице и ее избили, но она казалась скорее раздраженной сном, чем испуганной.              — Я в порядке, даочжан, ничего необычного, — сказала А-Цин и продолжила бормотать. — Может, мы могли бы сейчас сбежать и оставить этого чудака здесь, еще не поздно.              — Ну-ну, А-Цин. Иди помоги мне убраться внутри, — усмехнулся Сяо Синчэнь и покачал головой.              

***

             Они снова разожгли огонь и сидели вокруг него, разговаривая, как раньше. Это напоминало прошлый год, когда все было нормально, когда его друг рассказывал истории и пререкался с А-Цин. Когда голова Сяо Синчэня еще не была полна стольких вопросов, смятения и внутренних противоречий.              — Моя очередь задавать вопрос, — внезапно сказал Сюэ Ян. Сяо Синчэнь на мгновение забыл об их маленькой игре — слишком много всего произошло с тех пор.              — Хорошо, что ты хочешь спросить? — проговорил Сяо Синчэнь с некоторой осторожностью. Он на мгновение остановился, а затем продолжили чинить корзину. Занятие руками обычно помогало ему упорядочить мысли, но сейчас это не работало.              — Что тебе снилось? — прозвучал вопрос Сюэ Яна. Сяо Синчэнь почувствовал, как в груди что-то сжалось.              — Это было не так страшно, я просто… был один. Вас двоих там не было, в городе никого не было, хотя я пытался везде искать, — рассказал Сяо Синчэнь. Во сне его тем дольше охватывала паника, чем больше он их искал. Но там никого не было, нигде, он был совсем один, и в конце концов он лежал на земле и кричал, звал хоть кого-нибудь. К счастью, это он проснулся.              — Ну, я не собираюсь оставлять тебя одного. Ты мой, так что я этого не допущу. Мы же друзья, правда? Даже если ты этого не хочешь, — сказал Сюэ Ян, хватая его за руку. Возможно, его слова и мысли, стоящие за ними, были сомнительными, но все же они немного успокаивали.              — Почему ты хочешь дружить со мной? — наконец спросил Сяо Синчэнь.              — Потому что ты мне нравишься. Мы живем вместе и все делаем вместе — разве не этим занимаются друзья? — сказал Сюэ Ян, снова поразив Сяо Синчэня своей прямотой. Его представление о дружбе казалось таким… ребяческим. У Сяо Синчэня кольнуло в груди, когда он задумался, были ли у Сюэ Яна вообще в жизни настоящие друзья. Этот мимолетный порыв сочувствия к нему и странность этого дня, скорее всего, повлияли на слова Сяо Синчэня:              — Ладно, думаю, мы можем попробовать подружиться.              — Хорошо, это хорошо, — сказал Сюэ Ян, его голос звучал облегченно и так удовлетворенно. Он склонился к Сяо Синчэню, чтобы обнять его. Такой, такой ребяческий жест — у Сяо Синчэня заныло в груди.              

***

             Когда наступила ночь, Сяо Синчэнь лег на свою соломенную постель, уже ожидая, что Сюэ Ян присоединится к нему — так было с той самой первой холодной ночи, когда он проснулся от холода. Сюэ Ян действительно лег рядом с ним, но затем его внезапно прижали к теплой груди и обхватили руками. Нежно, словно Сяо Синчэнь был сделан из фарфора и мог легко разбиться, но в то же время крепко, будто Сяо Синчэнь мог раствориться в воздухе, если их разомкнуть.              Эти редкие моменты нежности всегда удивляли его. Они казались такими чуждыми Сюэ Яну, словно он осваивал совершенно новый навык и не был в нем уверен.              — Сюэ Ян…              — Не надо, просто позволь мне, —Сяо Синчэнь услышал тихий голос. Он почувствовал, как Сюэ Ян прижался лицом к его волосам и медленно выдохнул, тело младшего расслабилось, прильнув к нему.              Сяо Синчэнь знал, что должен оттолкнуть Сюэ Яна, сказать, что ему нужно пространство для сна, но его так давно не обнимали вот так, не прижимали так близко к себе, словно он был самым драгоценным существом в мире, и он почувствовал, как у него защипало в глазах. Решив не поддаваться слезам, он заставил свое тело расслабиться и выровнял дыхание, позволяя теплому телу рядом убаюкать себя.              «Это просто чтобы согреться», — пытался убедить он себя.