Тысяча причин тебя ненавидеть

Вскоре Нираги все же выплелся из чужого номера, после того, как его «медсестра на час» закончила свои докторские услуги. Наконец выдохнув, Нозаки убрала средства обратно на полочку в ванной. Она точно знала, что еще пригодятся. Точно знала, что для Нираги. Приняв быстрый душ и переодевшись в халат, она уселась на кровать. Сил на ежевечернее чтение совсем не хватало, учитывая события, произошедшие за сегодня. Нозаки бросила взгляд в угол комнаты. Окровавленная и скомканная чёрно-белая рубашка с жирафьим принтом, принадлежащая Нираги валялась прямо там. Нозаки вспомнила, как торопила его быстрее убираться из ее номера, что он даже забыл толком про свою рубашку. «Вот же идиот.» Девушка медленно приподнялась с кровати, подходя к углу комнаты и наклоняясь, чтобы взять рубашку и выбросить ее в окно или мусорное ведро, лишь бы не пропитывать свою комнату запахом крови. Запахом его крови. Дверь резко распахнулась. В момент Нозаки обматерила Шляпника всеми ругательствами, которые она только знала, лишь за то, что он решил залить все замки суперклеем, чтобы «никто не смог ничего скрыть». Резко обернувшись, она увидела стоящую на пороге девушку—Ризуне Анн. Да-да, та самая «хирург-маньячка» прямо сейчас стояла на пороге ее номера, держа в руках обернутый салфетками нож, которым Нозаки пару часов назад резанула Нираги. Девушка удивлённо уставилась на Анн, анализируя каждое ее движение. Но та лишь уверенно продолжала прожигать ее взглядом. —Что тебе... —Нираги пропал,—Анн перебила ее, будто даже раньше, чем она начала говорить. Нозаки оцепенела. —Как пропал? Он буквально час назад был у меня. —Вот именно. Анн без разрешения прошла в номер, подойдя впритык к Нозаки. Она легонько пихнула ее локтем в бок, призывая отойти. Но девушка не двигалась с места. —Что не так?—Ризуне недоверчиво посмотрела на нее. В момент на пороге явился белокурый парень в капюшоне—Чишия. Он тоже был одним из приближенных «Пляжа», очень умный и смышленный, чем-то напоминая настоящего кота. То-ли внешностью, то-ли характером. —Шляпник созывает срочное собрание,—он перевел взгляд на Нозаки. —Тебе тоже нужно там присутствовать. Нозаки недоуменно смотрела на него, пока Анн уже присела на корточки и дотянулась до окровавленной рубашки. —Это вещь принадлежит Нираги,—она оборачивается на Чишию, кивая ему. Тот же кивнул в ответ, и тогда Ризуне молниеносно схватила Нозаки за локоть и повела к порогу, прихватив при этом и рубашку. —Да что происходит?!—Нозаки плелась за ней, зная, что сопротивление сделает только хуже. —Сейчас и узнаешь,—уверенно отрезала Анн, быстрым темпом следуя за Чишией в конференц-зал.

***

Нозаки усадили в кресло напротив Чишии. Напряжение нарастало, когда в зале царила тишина, и все внимание было уделено только ей. Но зачем? —О, а вот и наша маленькая гостья,—в дверном проеме появилась фигура пляжного лидера—Шляпника. Он, помахивая руками и насвистывая знакомую мелодию, подошел к Нозаки сзади и положил руки на ее плечи. Наклонившись, его дыхание щекотало ее ухо, тревожные мурашки пробежали по коже. —Данма, что, черт возьми, происходит?—Нозаки повернула голову к нему, в недоумении уставившись на его хитрую ухмылку. —Все в порядке вещей,—сказал он соблазнительным шепотом. —Сейчас все узнаешь. Анн,—Шляпник оттолкнулся от кресла Нозаки и зашагал к своему месту. Анн положила на длинный стол найденные ей улики—окровавленныы нож, завернутый в салфетки, рубашка с жирафьим принтом и кольцо. Кольцо металлическое, с уже присохшей на нем кровью. —Кровь на ноже принадлежит Нираги, как и кольцо с рубашкой. Очевидцы говорят, ты пырнула его ножом,—она скрестила руки и уставилась на Нозаки. —Помимо этого,—она продолжила, переведя взгляд на Шляпника. —Нираги сегодня не явился на собрании, в номере его тоже нет. Не хочешь ничего объяснить? —И?—Нозаки сглотнула, понимая, какая это крышка. Ее ставят под подозрения, когда она даже отмазаться не может, ведь все, что сказала Анн, является правдой. Только вот, Нозаки серьезно не понимала, куда все-таки делся этот пошляк. —Может, он уехал на игру. Вам откуда знать? Чишия кинул на нее хитрый взгляд и тихо усмехнулся, сняв свой капюшон. —На его визе оставалась ещё неделя. Тем более, сегодня ночью машины на игры пока не выезжали. Нозаки конкретно растерялась. У нее не было оправданий и особых аргументов, было глупо пытаться качать свои права, когда она явно проигрывает в этом споре. —Давай по-честному, где ты спрятала тело и зачем его зарезала?—Данма снял солнцезащитные очки, прикусывая один из кончиков их креплений. —Я его не убивала! Просто задела ножом, потом мы пошли ко мне... —Хватит пустых оправданий!—Шляпник стукнул кулаком по столу. Грохот раздался по комнате, казалось, даже Чишия вздрогнул, но все равно продолжал сидеть с невозмутимым лицом. —Возьмите ее,—достаточно было одной фразы, чтобы подчиненные Шляпника подбежали к Нозаки и схватили ее под локти, потащив к выходу. —Вы с дуба рухнули?! Я же сказала, я его не убивала!—Нозаки кричала так громко, как только могла, пока один из парней, что ее тащил, не воткнул ей в шею шприц с загадочным препаратом, введя содержимое в кровь. В глазах потемнело. Девушка перестала сопротивляться, силы постепенно покидали ее, как и сознание. Последнее, что она видела—ухмылка Чишии и строгий взгляд Анн.

***

Нозаки открыла глаза привязанной к стулу в сырой темной комнате, отдаленно напоминающей кладовку. Ее рот был обмотан скотчем, вызывая противное чувство—рвотный рефлекс. Она закашляла. Звуки эхом раздались в пустом пространстве. Здесь не было даже окон, только сырость, тусклое освещение лампочки на потолке, и дверь напротив стула, к которому она была крепко привязана веревкой за запястья и лодыжки. Нозаки могла чувствовать, как запястья стягивает настолько, что казалось, вот-вот появятся мозоли. «Сука!» Слезы безысходности моментально выступили на ее глазах, когда она начала дергаться и шататься на стуле, стараясь хоть как-нибудь высвободиться. Она не могла даже закричать, лишь надеяться, что кто-то услышит ее беспомощные всхлипы и придет на помощь. Больно. Очень больно и холодно. Боль совсем не физическая, больно на душе. Из-за этого идиота она сидит здесь, в гневе и отчаянии за свою задницу. Нозаки понимала, что ей оставалось только ждать окончания своей визы еще два дня. Тогда ее голову пронзит лазером, и...все. Это и правда конец? Разве она вынуждена сдохнуть так из-за того придурка? Истерика нахлынула с головой. Нозаки явно понимала, что слезы в этой ситуации ничем не помогут, но что она могла поделать? Это не просто девичьи капризы, а самое настоящее переживание за свою жизнь, ведь она была уверена, что за ней никто не придет. Что Анн, что Чишии, Шляпнику. Им всем абсолютно плевать. Она вынуждена погибнуть здесь из-за своей глупости, что доверилась ему—Нираги. Прошло полчаса. По ощущениям Нозаки уже целая вечность. Как бы ей не хотелось набить Нираги морду и «случайно» задеть его ножиком еще пару раз, она перестала пытаться. Неужели, надежды нет?

***

Чишия прогуливался по опустошенному ночному Токио. Было ли ему стыдно за решение Шляпника? Ни капли. Но...он знал. Он все знал до того, как прошло собрание. Сразу после того, как Нираги вышел из ее номера. Он видел это своими глазами, стоя на углом коридора в тот момент. Теплый ветер обдувал его самодовольное лицо. Медленно шагая по направлению обратно к «Пляжу», издалека он разглядел знакомую женскую фигуру. Высокая девушка плелась ему навстречу, скрестив руки на груди. Он узнал Куину, наконец достав руку из кармана и помахав ей. Она не помахала в ответ, лишь продолжала идти, пока не подошла вплотную. Чишия хотел было поздороваться, но та моментально перебила его, не дав сказать и слова. —Тебя вообще совесть не мучает?—С ходу заявила она. Чишия помотал головой, разочарованно хмыкнув. —Ты же видел все. Почему не сказал Шляпнику, что Нираги сбежал? —Невыгодно. Избавиться от Нозаки—это избавиться от хитрого конкурента. Кто знает, когда она и тебе воткнет нож в спину,—блондин отвёл взгляд, рассматривая ночные Токийские пейзажи. Куина нервно потерла лоб. —Она просто дала ему отпор, Нозаки совсем не глупая, чтобы терпеть этого мудака! —Я знаю. Именно поэтому она нам и не нужна,—Чишия, пихнув руки в карманы, обошел ее, снова держа путь к «Пляжу». —Какой ты бессердечный,—Куина обернулась в его сторону, вытащив палочку-сигарету изо рта. Блондин остановился, минуту размышляя о своем ответе, смотря на землю. Вскоре он промолвил: —Я далеко не склонен к сочувствию.

***

По ощущениям прошло два-три часа. Тушь стекала по щекам, помада наверняка осталась на липкой стороне скотча, беспорядок как на лице, так и на душе. Черные кудри взъерошились от влажности помещения, запястья, как и лодыжки, в синяках из-за веревки. Нозаки уже не боялась смерти. Она молилась, чтобы лазер ударил ее поскорее, и бездыханное тело вместе со стулом с грохотом опрокинулось на бетонный пол. Ее мечты исчезли в один миг, когда ручка двери начала активно дёргаться, а снаружи женский голос стал громко произносить ее имя: «Нозаки! Ты слышишь меня?». Она как будто вернулась обратно в реальность, замычав и снова дёргаясь на стуле, веревкой стирая запястья в кровь. Девушка снаружи, поняв, что дверь никак не поддается, без особых усилий выломала ее, дерево треснуло, а само крепление слетело. Нозаки, хоть вся и в слезах, разглядела знакомое лицо—Куина. Она радостно-умоляюще замычала, уже подпрыгивая на стуле, пока Куина мигом освободила ее рот от скотча, опустившись на колени и начав развязывать узлы на руках и ногах. —Куина! Откуда?—Нозаки всхлипывала, обнимая ее только освобожденными руками. Та прижала ее к себе в ответ. —Все в порядке,—Куина сжала ее плечи в своих руках, утыкаясь носом в изгиб ее шеи. Отдалившись, но все еще держа ее за плечи, ее тон упал до полушепота. —Нозаки, послушай,—она внимательно всмотрелась в ее глаза. —Нираги, он...сбежал. Вероятно, чтобы тебя подставить. Глаза Нозаки моментально взорвались от гнева, разочарования и боли. —Чего?—она уставилась на Куину, очередная слеза стекла по ее щеке. Естественно, она догадывалась, что так и есть, но слыша правду от Куины, все, что ей хотелось—уткнуться лицом в подушку и прорыдать всю чертову ночь от обиды и ранее сдержанного кома в горле. —Послушай,—Куина продолжила. —Если ты хочешь мстить за это...Только что открылись игровые арены. Я почти уверена, что хоть на его визе еще есть время, но он все равно пошел играть,—ее взгляд проскользнул по ее отчаянному выражению лица. —Нозаки! Пока есть время! Нозаки эта идея показалась совершенно неуместной. Хотя, если смотреть с другой стороны, Нираги не жалел ее, когда покидал «Пляж» без предупреждения. Почему бы и ей не навредить ему в ответ на такую выходку? Девушка уверенно кивнула, и, вытерев подтёки туши, встала со стула, держась за руки с Куиной выходя из комнаты.

***

Свежий ночной воздух обдувал все еще мокрые глаза, когда девушка, скрывшись под капюшоном своей серой кофты, добралась к игровой арене. Это был «Цветущий лабиринт» в центральном парке. Проще говоря, лабиринт из высоких цветущих кустов. Довольно необычно для такого рода игр. Нозаки подошла к белому круглому столику с телефонами, который поджидал ее на регистрации каждой игры. Выбрав смартфон посимпатичнее, она направилась вперед, проходя сквозь сканирующие лазеры. Небольшая комната перед входом в лабиринт, содержащая на стенах план самого лабиринта, а также инструкцию как выбраться, в случае, если что-то пойдет не так. Помимо этого, комната кишила народом—естественно, девяти людям было неудобно в маленьком помещении. «Что ж, теперь нас десять»—пронеслось в ее мыслях. Женский голос раздался одновременно из всех телефонов участников.

«Регистрация закрыта. Всего десять участников. Скоро игра начнется»

Нозаки давно привыкла к однотипной фразе. Она облокотилась на стену, безразлично уставившись в потолок, когда кто-то щёлкнул пальцами перед ее глазами. —Давно не виделись. Нираги.