Играешь с огнем, Моро.

Начался новый день. Старые беспокойства никуда не ушли, а, скорее, наоборот, возрасли. Рико с трудом смог собраться и выйти " в мир" как ни в чем ни бывало. Ну... Почти. Обычно твёрдая и уверенная походка сменилась чуть более шаткой и моментами прихрамывающей, однако его взгляд на всех оставался всё таким же холодным и безразличным. Кроме Жана. Нет-нет, он не избегал его, но в любом случае предпочитал не смотреть в его сторону.    Тренировка. В этот раз она показалась намного более изнурительной, чем обычно. Рико не мог напрягать своё тело без боли от слова совсем. В перерывах между тренировками и другими делами в грфике тот отходил в туалет только ради того, чтобы облить лицо холодной водой. Психосоматика твердила: это помогает прийти в себя.   Самым пугающим был тот факт, что сын экси практически всегда чувствовал, как к нему прикован чей-то взгляд. И нетрудно было догадаться, кому этот ласковый, но полный ненависти взор принадлежал. Рико впервые испытывал это самое чувство, которое пробирало до глубины костей — страх. Это было несвойственно в тех кругах, где он вырос. И именно поэтому Морияма начал осознавать, что больше не является частью "сильных" людей.   Это разбивало. Губило. Вызывало конфуз. Выкручивало все эмоцим наружу. Без всякой жалости.    И вот, время очередной тренировки. Но на сей раз ночной. Теперь-то он точно влип.  Жан пришел в комнату и хотел закричать. Хотел кричать так сильно, чтобы сорвать голос. Но нельзя. Если гнездо проснется его как минимум изобьют. Поэтому чтобы создать как можно меньше звука, француз уткнулся в подушку, и и выпустил все эмоции в слезы. Он был рад и одновременно зол. Зол на себя, на Рико, на родителей, но был рад, то что открыл свои чувства. Моро осознавал что совершил. Расскажет ли Рико тренеру? Возможно. Последует ли наказание? Скорее всего да. Но это уже не имело значения. После такого выплеска эмоций Жан ничего больше не чувствовал. Вскоре Моро провалился в сон.  Утром, состояние не улучшилось. На тренировке Жан отчаянно пытался не думать о Рико и не смотреть на него. Этого не удалось. Почти все это время француз не отлипал взгляда от Мориямы. Жан понял, что попал в круговорот ада.  С огромным трудом пережив (возможно, в буквальном смысле) ночную дополнительную тренировку, Рико вновь оказался в своей комнате. Смотря на свою кровать, где он около суток назад лежал и истекал кровью, тот начал подумывать о вероятности повторения ситуации. Каков шанс, что он сможет также держаться на следующий день, если такое будет снова? В подтверждение его мыслей, рана начала отдавать болевыми волнами. Решительно, Морияма направился к кровати. Спустя несколько минут всё было готово. Складные ножи, которые некогда оставляли кровавый след на коже Жана отныне лежали под рукой: под подушкой и между матрасом и каркасом кровати. Теперь он был точно готов.   Он улегся на постель, одну руку запустив под подушку. Выглядело незаметно, однако пальцы крепко держались на рукояти ножа.  В это время Жан лежал в своей комнате и пытался прийти в себя после тяжелой ночи и не менее тяжелого дня. Нет, к Рико он больше не сунется. Как ему вообще такое в голову могло прийти? Пырнуть ножом Морияму, а потом поцеловать. То, что Рико не рассказал тренеру о случившемся, и то что Моро ещё цел, казалось чудом, при его то положении. Жану не быть с Рико, и это вполне себе ясно. Остается только смириться с поражением и наслаждаться тем, что у него было. После долгих попыток уснуть, француз все же провалился в сон.  Ночь прошла относительно спокойной. В конце концов усталость подавила Рико, когда спать ему оставалось около часа. Но, увы и ах, даже эти заветные шестьдесят с лишним минут не позволили ему вдоволь насладиться сном. Парень открывал глаза от любого шороха. На последние пару раз он ещё и вздрагивал.