Запах хмеля

В раздевалке пахло пылью, мокрой резиной и потом. Кто-то хохотал, кто-то лениво натягивал майку с гербом школы, кто-то уже настраивался на баскет. Андрей сидел на лавке, молча шнуровал кроссы, стараясь не смотреть на Игоря. Хотя тот, как назло, оказался напротив — длинные руки, спокойные движения, привычная сосредоточенность. «Даже шнурки он завязывает, будто на соревнования идёт. Ну вот как с таким человеком быть? Все. Забыть, убить в себе это всё… Чёрт». На построении Андрей встал не рядом с Игорем, как всегда раньше, а опять за Максимом. Физрук Петрович, как обычно, провёл перекличку, пробурчал что-то про «строиться ровнее» и для вида провёл начало урока «как положено». После разминки отпустил половину класса по домам. «Отпущенные», освобождённые и просто похуисты радостно побежали в раздевалку. На площадке остались свои: «боевой костяк». — Так, мужики, — бодро начал Петрович, — сегодня у нас мини-курс: азы игры центрового. Кто такой центровой? Это доминатор под кольцом! Он не только башня, он мозг обороны и нападения! Саша, выходи, показывать будем на тебе. Саня смущённо отшагнул вперёд. Петрович гонял ребят по элементам: занять позицию, принять мяч, заслон, скидка, быстрый пас. Вроде всё знакомо, но отрабатывать приходилось снова и снова. — А теперь — играем! — хлопнул в ладоши физрук. — Две команды, 4 на 4. Андрей и Игорь — в разных составах. Раньше они всегда играли вместе, и вся команда знала, что связка «Игорь–Андрей» работает идеально. Но теперь Андрей сам шагнул к Игорю, стал рядом — и при делении они попали в разные команды. Назар и Захар тоже ставили Витальку между собой и шли в одну команду. — Ну чё, разбежались по углам, — буркнул Петрович. — Играем до одиннадцати очков, и до двух побед. Петрович не поленился красиво разыграть начальный спорный — и игра пошла. Сначала команда Андрея сработала на ура: Захар с Назаром разыграли красивую комбинацию, Андрей подстраховал, Саша закинул мяч в кольцо прямо из-под щита. Он никогда особо не отличался результативностью — просто мяч не доходил. Но только соперник зевнёт — всё, Саня получит мяч на поднятых руках и, не опуская его вниз, забьёт. — Эх, за что меня судьба свела фигуристом, — фыркнул Андрей, хлопнув Сашку по плечу. — Зато теперь у нас «башня надежды». — Башня, говоришь? — Саша ухмыльнулся. — Только башня без дриблинга. Жду паса! Но чем дальше, тем труднее. Команда Игоря действовала собраннее. Ошибок очень много у обеих команд: неточные передачи, потери мяча на ровном месте, неподготовленные броски. А ещё беспощадный Петрович свистел: «На соревнованиях никто не пожалеет, будьте внимательней!» Максим брал на себя розыгрыш, Виталик таранным стилем прорывался сквозь защиту, а Игорь — он просто был везде. Подбор, проход, скидка. Андрей то и дело оказывался лицом к лицу с ним. И это было мучение. «Вот он. Спина к кольцу, я прижимаюсь плечом. Чувствую, как дышит. Он отталкивает меня, я на мгновение цепляюсь руками, должен чувствовать, куда дёрнет. Всё по правилам, всё — игра. Но меня будто бьёт током — и я отпускаю. Да, вот этого я и хотел. Хотел почувствовать, что он рядом. Хоть так. Извращенец!» Игорь тоже напрягался. Внутри у него всё колотилось: «Зачем он лезет ко мне? Почему так упорно держит? Другие отваливают, а он будто специально… И ведь не только ради очков. Он смотрит так, что мне самому становится не по себе. Но и… оторваться не хочется. Господи, что со мной?» На площадке шли жаркие стычки. В первой партии команда Андрея вырвала победу — 11:9. Во второй — Игорь и Максим отыгрались, Виталик буквально продавил защиту, а Игорь красиво завершил прорыв — 11:7. Третья партия стала настоящей зарубой. Счёт шёл очко в очко, все уже устали, дышали тяжело, майки прилипали к спинам. Но только у команды Андрея. На радость извращенцу, команде Игоря выпало играть без маек. И вот решающий момент: Максим подхватывает мяч, идёт по левому флангу, пасует Игорю. Андрей выскакивает на перехват, цепляется руками, плечо в плечо. На секунду они сталкиваются так близко, что оба замирают. В глазах — искра. — Давай, Хмеля! — кричит Виталик. Игорь сбрасывает мяч Максиму и тут же уходит в прорыв. Пас обратно — и Игорь забивает решающее очко. 11:9. Команда Игоря выигрывает матч 2:1. Все расходятся — кто уставший, кто довольный. Только Андрей и Игорь задерживаются взглядами. Не слова — тишина. Андрей хотел поздравить с победой, но промолчал. «Кайф. Тупо удовольствие, хоть бы стояк не пробил. Надо успокоиться», — подумал Андрей. «Он всё равно рядом. Даже когда играет против меня. Нафига он так сделал? Сказал “отстань”, а сам трётся, сволочь», — подумал Игорь. В раздевалке воздух стал ещё тяжелее. Ребята шумели, спорили, доказывали, кто сыграл лучше, кто больше «накосячил». — Ну что, башня, — Назар хлопнул Сашу по плечу, — без тебя мы бы и трёх очков не набрали. — Башня — это ты, хитрый, — усмехнулся Саша. — Дрон всё время под Игоря лез, будто специально. — А что делать? — Захар развёл руками. — Теперь у них новая страница в жизни. Заруба! — А может, он ему так больше нравится. Такой соперник — грех не потрогать. Саня заржал и ушёл к своим вещам. Андрей молчал и смотрел, улыбаясь на Игоря. Шутка типичная, но дурацкая. Игорь фыркнул: — Але! За базаром следи! — Сорян, Хмеля, вырвалось. Гомофобия вообще-то не моё. — Не уверен — не обнимай! — Андрей шуткой разрядил обстановку. Андрей вернулся в зал побросать мяч и успокоиться. Идти в душ и смотреть на пацанов хочется, но нельзя. Да и Игорь уйдёт — и не придётся искать, как не идти вместе домой. Ребята разошлись, а Петрович терпеливо промолчал, глядя на Андрея. Видно, хотел свалить домой. Минут через двадцать народ уже помытый и одетый потянулся на выход. Хлопнула дверь — последние двое вывалились в коридор, оставив за собой только эхо шагов. Тишина легла плотным слоем. Андрей пошёл в раздевалку. Игорь только натягивал чистую футболку. Андрей рассчитывал, что Игорь уйдёт. Словно хотел сказать резко — и не смог. — Поймал? Мучать будешь? — Перетереть надо. — Ты же с Ромой уже поговорил. Остались вопросы? — Ты специально со мной в разные команды встал? — спросил Игорь, не глядя. Андрей пожал плечами: — Очевидно. Хотел проверить, каково это — быть против тебя. — И как? Игорь всё-таки поднял глаза. На секунду Андрей задержал взгляд. — Сложно, — честно сказал он. — Даже слишком. Между ними повисла пауза. — Ты ведёшь себя так, будто… — Игорь оборвал фразу, потер затылок. — Короче, не знаю. Андрей усмехнулся, но мягко: — Я тоже не всё знаю, Хмель. Только одно знаю — мы «в разных командах». Игорь глубоко выдохнул, опустился на лавку. — Я в душ, с вашего позволения. Не подождёшь — я не обижусь. Игорь молчал и ждал. Вернувшись, Андрей сам продолжил. Сначала натянул штаны и реглан — и потом сказал: — Это я должен был остаться и в душ с тобой пойти? — Да не дури ты... — Зачем задалбывать? Рома тебе сказал, что делать, а ты? — Рома мне сказал, только это… — Чего такого он сказал, что ты не знаешь? — Ничего, он подробностей не рассказывал. Ты ведь давно с ним? — Да хоть сто лет! Какая разница? — Это он тот портрет рисовал? — Конечно, я думал, ты раньше допрёшь. — Я сразу догнал… — Недооценил. С тобой надо поаккуратней, — ухмыльнулся Андрей. Андрей удивлённо вскинул брови: — Ну что, пошли? — Погоди… — Что ещё? — Дрон… давай к тебе? — Охренеть! Ты серьёзно? Ты чё, смерти моей хочешь? — Да блядь, я не могу так! Мне херово без тебя! — Не верю! Склифософский! — Станиславский. — Не, тут клиника! — Дрон, я серьёзно! — Ты мне в любви щас признаёшься? Ты дурак? — Ну да, дурак. — Знаешь почему? — Нет. — Ты поймёшь, когда-нибудь?.. Тут Петрович зашёл: — Так, ребята, до свидания! Расходитесь, я закрываю. Ребята поспешно выбрались на улицу. Переменили тему: — Это в ноябре было. — Чего? — Ты тогда спиздел, что к Гербере надо. — Помню. — Я, короче, вернулся тогда. — От, гад, подсмотрел! — Я бы и забыл, но потом по крупицам пазл сошёлся. И портрет… — Да пофиг, оно тебе мешало? — В смысле? — Ты че ревнуешь? — Да… если хочешь знать! — (посмотрел исподлобья) Если хочу… Андрей задумался. Они шли молча, прошли «точку», сами собой повернули к дому Андрея. Как раньше. Подойдя к подъезду, Андрей остановился и посмотрел на Игоря, будто спрашивая: «Уверен?» Они зашли. Всё как раньше. Игорь одел «свои» тапочки. Андрей на автомате поставил кастрюлю на огонь. Игорь пошёл мыть руки… Будто ничего и не было. Они почти молча поели. Только «хлеб передай», «будешь ещё» и «спасибо». Сели на диван. Андрей крутил пульт, но не включал. — Я спросил в шутку, ревнуешь ли ты? — Вот этого я и не понимаю, — тихо сказал Игорь. — Не могу себе врать — ты мне нужен. — Тебе не я нужен, а тот Дрон. — Да нет! Ты нужен! Я понял, не могу без тебя. Только не ржи, Дрон, прошу. Андрей включил музыкальный центр. Как заезженная пластинка, с середины полилась песня «I Think They Call This Love». Он не выдержал и положил руку Игорю на плечо. — Хмеля! Несчастье моё! Нету того Дрона, нету! Этот фраер в маске сгинул! Ты можешь только со стороны в школе видеть его… и-но-гда! — Похуй. Ты мне нужен такой, как сейчас. Ты — сейчас. — А вот и нет! Этот «Андроид» тебе не нужен. — Почему? Мне пофиг, что ты… ну, ты понял. Я не в обиде. Я тупил. Не говорил ничего, боялся. Сейчас тоже боюсь! У всех свои тараканы. — У тебя нет недостатков, почти нет… только один… — И пусть, всё равно. Только не уходи. Я приму твои заморочки. Андрей посмотрел сбоку. Не пошутил впервые. — Какой же ты… нудный. — Дрон… — Сам напросился. Щас будет больно. — Чего? — Не ссы, это мне больно. — В смысле? — Что ты чувствуешь? Прямо сейчас. — Да хз! Досаду, тупняк какой-то, надежду… Дрон, ну серьёзно! — А так? Андрей взял руку Игоря, обхватил ладонями. — Чё? — Пустое сердце бьётся ровно… — Дрон, я не понимаю. — Вот видишь, ни-че-го… — Да почему «ничего»? Какие-то загадки. — (горько усмехнулся) Загадки… Да какие тут загадки, Хмель. Всё открытым текстом. Только ты читать не умеешь. — Может, и правда тупой… Ты же умный, придумай что-нибудь. Андрей резко откинулся на спинку дивана, закрыл лицо ладонями. Голос у него дрогнул. Игорь потянулся к нему всем телом, но Андрей вскочил, прошёлся, спиной встал: — Стоп! Не надо. Ты меня сейчас добьёшь. — Да я чё делаю-то? Говорю же: ты мне нужен! — Нужен? — Андрей сорвался на смешок, почти хриплый. — Нужен как фонарь на улице — чтоб светил, но в дом не затащишь? Игорь замолчал, не находя слов. Андрей обошёл диван, подошёл в кухонный уголок и взял бутылку с водой: — Всё, Хмеля. Я устал. Давай на сегодня хватит. Уходи. — Дрон… — Уходи, пожалуйста. — Голос дрогнул, и было ясно: ещё секунда — и Андрей просто разрыдается. Игорь сидел пару мгновений, потом поднялся. Тихо, без лишних звуков. У двери обернулся: — Что дальше будет? Я же не прошу ничего, просто хочу хоть немного... — (сквозь зубы) Не могу… это слишком. Не нужно тебе со мной мучиться. Спасибо, что простил и понял. Люблю, поэтому отпускаю. Игорь постоял секунду, словно хотел что-то добавить. Он смотрел на Андрея исподлобья. Открыл дверь и закричал: — Сука, я же не отстану! Он хлопнул дверью со всей силы. Стало оглушительно тихо. Андрей наконец позволил себе то, что сдерживал всё это время — он сел на пол и, прижав колени к груди, спрятал лицо. *** — Привет. — Привет. — Как настроение? — Норм, что-то случилось? — Типа того. Срочно нужен сеанс обнимательной помощи)) — Жилетка наготове, заходи, будешь должен)) — Одевай, я быстро. — Захвати белую безрукавку. —? Нахрена. — Нада.