Тебя забрала война 3. На грани.

На улице послышался гул мотора. Дональд одернул руку, выругавшись и словно придя в себя, а после разрядил пистолет, спрятав его под подушку кресла. Он прошел к окну, посмотрев в него. Это была Эмилия. Она привезла ему лекарства. Мужчина глубоко вздохнул и накинул на себя плед, сев на диван. Он смотрел прямо перед собой и думал о том, чего только что чуть было с собой не совершил. Забежав в дверь, Эмилия принесла ему стакан воды и таблетки, от которых Маларки должно было стать лучше. “Почему ты встал? Тебе надо лежать!” - девушка протянула ему обезболивающее. “Я принесу одежду, тебе нужно в больницу.” - она в спешке взяла сумку, которая валялась у вешалки и начала складывать туда сухие вещи Дональда. “Эмилия, уходи. Я не поеду в больницу. Оставь меня.” - измученными глазами Дональд обернулся на девушку, а та остановилась в своих сборах. “Что ты сказал? Как это не поедешь…? Как это уйти…?” - она непонимающе посмотрела на возлюбленного. “А вот так.” - произнес мужчина и последовал к шкафчику над плитой. Он достал оттуда новую бутылку, последнюю, которая у него осталась, и зубами открыл её, запивая ей таблетки. “Я из-за тебя потерял свою семью. Из-за любви к тебе.” - он усмехнулся, а после закашлялся. “Мне нужны мои дети, нужна моя жена, я хочу все вернуть как было и никогда не знать тебя. Понимаешь?” Эмилия стояла неподвижно, как вкопанная. Она раскрыла руку, из которой выпала кофта Маларки. А после подошла к нему ближе, заглядывая прямо в глаза. “Ты что, вот так вот откажешься от меня? Ради неё?...”- она не могла поверить своим ушам после всего, что между ними было. “Ты ведь хотела со мной изначально только из интереса, верно? Тебе было плевать на то, какие чувства я с тобой испытывал. А теперь, когда я осознал всё, что сделал, мои чувства к тебе угасли.” “Это ложь…” - девушка помотала головой, улыбнувшись, и взяла его за лицо. Маларки одернул её руки, сделав два шага назад и указал девушке на дверь. “Я был слеп, когда поставил тебя выше своих детей и семьи.” - парень сглотнул. “Черт, Дональд, какой же ты…” - выругалась Эмилия, вытирая слезы рукавом. “Ну и гний тут, один, никому не нужный! Плевать я на тебя хотела, как и на твоих детей, и на твою жену особенно!” - она бросила сумку с его вещами ему в ноги, от эмоций словно забылись все манеры поведения. Эми громко хлопнула дверью, заведя двигатель и уехала, оставив после себя черные следы шин на дороге. Она ехала и плакала, искусав губы до крови. Девушка билась руками об руль и не верила тому, что от неё отказались. До этого момента отказывалась только она, но Маларки унизил её и сделал ей невероятно больно, ведь ей казалось, что она полюбила этого мужчину. Лейтенант сполз спиной по кухонному шкафу, запивая то, что только что произошло на его глазах. Он заплакал, сидя на кухне, на холодном полу. Но у него не было выбора, ведь иначе Эмилия бы его не оставила. Дональд опустил голову и глубоко вздохнул. Он только что отказался от чувств, которые испытывал к этой женщине и предал себя самого. Но больше всего его гложило предательство, которое он совершил по отношению к Софии. Эта женщина подарила ему двух детей, вытянула из самой тяжелой ситуации в его жизни. Она была рядом и в печали, и в трудности, и разделяла с ним счастье. А он променял её на едва знакомую, пойдя на поводу у своих гормонов. Маларки невероятно сожалел о том, что сделал со своей жизнью. Он привстал, шатаясь, а после вылил содержимое бутылки, которое осталось, в раковину. Мужчина прошел до своего кресла и, потеряв равновесие, упал прямо рядом с ним, закрыв глаза и потеряв сознание.

***

Перконте вышел из больничной палаты, накидывая на плечи спадающий халат, когда в коридоре увидел Софию. Она сидела с дрожащими руками и жалобно посмотрела на Фрэнка. “Он будет в порядке. Только что очнулся.”- проговорил мужчина, успокаивая её и положив руку ей на плечо. “Фрэнк, скажи, неужели я мало старалась для него?” - девушка тихо плакала, прикрываясь носовым платком. “Он очень сожалел о том, что сделал тебе больно. И сам себя довел до такого состояния… Я не оправдываю его, это ужасный поступок. Но после смерти Лили, поверь, он сам на себя не похож.” Софи вздохнула. Она встала и поправила юбку, кивнув Перконте и поблагодарив его за поддержку. Девушка вытерла слезы, сделав серьезное лицо и вошла внутрь палаты. “София…” - Дональд повернул голову на неё. “Ты пришла…” - он чуть видно улыбнулся ей, было понятно, что парень очень ослаблен. “До чего ты себя довел, Маларки…” - девушка опустилась на стул рядом с лейтенантом, а тот взял её за руку. “Пьешь, развлекаешься с другими женщинами, забыл о своей семье, детях, обо мне… Променял всё и всех на сомнительное удовольствие…” - девушка забрала от него свою руку. “Я… Прости меня, если ты когда-нибудь сможешь это сделать… Я безумно хочу всё исправить…” - он вспомнил о том, что София говорила про другого мужчину, с которым встречается уже несколько месяцев. “Я здесь только потому, что дети переживают за тебя. О прощении не может быть и речи.” - София обняла себя руками, положив ногу на ногу и осмотрела мужа с ног до головы. Маларки опустил глаза. “Это потому, что у тебя кто-то есть?...” Девушка усмехнулась: “Дональд, я сказала это в порыве злости. Конечно же у меня кроме тебя никого не было…” - она тут же погрустнела. “В отличии от тебя…” По лицу мужчины покатилась слеза. Он запрокинул голову, чтобы этого не заметила София. А после сильно закашлялся. “Софи…”- начал он. “Я постараюсь стать для тебя лучшим мужем… Только не забирай у меня детей, прошу тебя…” Девушка заметно разозлилась. Она встала, собираясь уходить, а потом сказала ему: “Маларки, я не привязываю тебя к себе детьми. Ты можешь видеться с ними когда захочешь. Но между нами всё кончено, я подаю на развод. Выздоравливай.” Девушка открыла дверь и вышла в коридор, скатываясь по стенке и горько заплакав. Она понимала, что он не любит её, а хочет всё вернуть только лишь из-за детей. Ей было больно от того, что он не сказал ей этих заветных слов. Граймс быстро поднялась и зашагала прочь, не оборачиваясь.

***

Через месяц, когда Маларки выписали, он первым делом поехал к себе домой, чтобы навести там порядок и подготовиться к приезду детей. София навещала его не часто, но им удалось договориться о том, чтобы каждый из них проводил с малышами одинаково времени. Как только он убрался и приготовил ужин, в дверь позвонили. Вытерев руки полотенцем, Дональд открыл её и улыбнулся. Дети тут же накинулись на него с объятиями и криками, они безумно скучали по своему отцу. Даже София не сдержала улыбки, когда увидела их такими счастливыми. Она занесла два чемодана внутрь, с которыми ей помог Маларки, а после собралась уходить. “Прошу тебя, останься хотя бы на ужин..” - лейтенант немного улыбнулся, мягко взяв девушку за руку. Она задумалась, а после кивнула под давлением уговоров Оливии и малышей. “Только на ужин.” Дональд кивнул, она явно осчастливила его своим согласием. Он тут же начал накрывать на стол и усаживать малышей на детские стульчики, а после предложил сесть и Софии. Они пробыли вместе несколько часов, общаясь и смеясь, как нормальная, полноценная семья. А пока Маларки играл с малышами, Оливия принесла ему рисунок, где были подписаны все, включая Софию. Её девочка впервые подписала словом “мама”. Дональду словно что-то ударило в голову, он взял листок и внимательно вглядывался в изображение, думая о том, что всё это время не замечал в девушке главного. Она не просто стала его женой. София смогла заменить Оливии маму, которой ей так не хватало. Он, забыв о счастье дочери, своих детей, Софи, думал только о своем собственном счастье. Парень поднялся, взяв с собой рисунок и, пока Оливия следила за малышами, направился в комнату на втором этаже, где София собирала остатки своих вещей. Он тихо постучал, войдя внутрь и показал рисунок девушке. Та улыбнулась, взяв его, а после снова погрустнела. “Очень красиво.” - произнесла девушка, складывая юбку и убирая лист с рисунком на тумбочку. Маларки прислонился спиной к косяку двери и сложил руки у себя за спиной. Он молча наблюдал за девушкой, а после всё же решился начать разговор. “Софи, прошу, выслушай меня хоть раз.” Граймс остановилась, посмотрев на мужа, а после села на кровать, закрывая чемодан. “Я тебя слушаю.” - проговорила девушка, положив руки на колени и выпрямившись. “Я совершил ужасный поступок. Ты во всем была права, прости… Я действительно был влюблен в Эмилию.” - Маларки приблизился к ней, опустившись на колени перед Софией. “И мы действительно несколько раз с ней были вместе…” - он сглотнул и продолжил. “Я был ей просто ослеплен и совсем не видел то, как ты страдаешь без моего внимания, без любви с моей стороны, я не хотел даже замечать того, насколько глубоко и сильно я к тебе привязан…” - София остановила его, приложившись пальцами к губам Дональда. Ей было безумно больно слышать про всё, что касалось Эмилии. Про их встречи, про их “любовь”, страсть, безумное желание. В душе она понимала, что и сама испытала такое к Маларки, когда была замужем. Но, казалось, она не могла этого простить ему. “Я никогда не забуду тебе того, что ты сделал с нами, Дональд…” - она заплакала. “Возможно я не лучшая женщина в твоей жизни, да, я совершала много ошибок. Я действительно пыталась заменить тебе Лили и этим оттолкнула тебя…” - Софи замолчала. “Но я бы никогда не изменила тебе…” - девушка встала с кровати, поправляя юбку, а Маларки поднялся за ней. Он заключил её в крепкие объятия. И вдохнул запах её волос, медленно выдыхая. София ничего ему не сказала, а лишь попыталась вырваться. Он не стал её удерживать. Девушка взяла чемодан и спустила его вниз, а Дональд помог ей, встав перед дверью, пока Софи надевала куртку. “Я не знаю, как ты можешь всё исправить. Мне нужно время, чтобы забыть… постараться забыть то, что произошло.” - они вышли на улицу. “Я сняла квартиру, чтобы быть ближе к детям. Если понадобиться моя помощь, позвони вот по этому номеру.” - она достала из кармана пальто бумажку и передала мужу. “Можно я поцелую тебя? Пожалуйста…мне это сейчас очень нужно” - попросил Дональд, а девушка кивнула, не ожидая, какой именно это будет поцелуй. Он приложился своими губами к её, нежно целуя девушку, взяв её за плечи. София от неожиданности отстранилась, глубоко дыша. Она посмотрела ему в глаза и села в машину, заведя двигатель. Тем вечером девушка уехала, оставив детей на Маларки. Рядом с ними он не позволял себе пить и даже стал меньше курить, стараясь исправится. Всё свободное время, пока малыши спали, а Оливия рисовала, Дональд думал о Софии и об их разговоре. Он читал книгу, но совсем не понимал, что в ней написано. Все его мысли занимала Граймс, а в душе он надеялся на то, что у них получится начать заново.