Insieme fra le onde

Тёмная ночь обрушилась на остров, окутывая его сумраком, в котором всё казалось чуждым и страшным. Эмма лежала на жесткой земле, укрывшись какой-то примитивной тканью, которую она нашла среди обломков. Рядом, в нескольких метрах, горел маленький костёр, который Пьеро разжёг с удивительной настойчивостью, несмотря на свою усталость. Его слабый свет едва прогонял тьму, и даже он не мог согреть Эмму, которая, казалось, замерзла внутри. Не было ни звуков цивилизации, ни привычного шелеста городских улиц, ни смеха. Только шум прибоя и какие-то далёкие, непонятные звуки джунглей, из которых иногда доносились странные крики ночных животных. В этой тишине Эмма не могла успокоиться. Она повернулась на бок, пытаясь найти удобное положение, но тело болело от сотрясений и падений, а земля казалась холодной и неприветливой. Её мысли всё время возвращались к тому моменту, когда самолёт начал падать. Она помнила, как в панике схватила кресло, как крики и стоны других пассажиров смешивались с лязгом металла и страшным грохотом, как она пыталась не потерять сознание, надеясь, что это был всего лишь кошмар. Но теперь, лежа здесь, она осознавала, что кошмар стал её новой реальностью. С каждым взглядом на костёр, который мерцал в темноте, она чувствовала, как этот мир становится всё более чуждым. Она старалась не думать о том, что произошло, не думать о потерянных жизнях, не думать о том, что она была единственным выжившим пассажиром, кроме Пьеро. Но как бы она не старалась, её сознание не отпускало этот кошмар. Пьеро, с другой стороны, сидел у костра, погружённый в свои мысли. Он не произносил ни слова, его силуэт едва виднелся в темноте. Его лицо было застывшим, напряжённым, как будто он пытался удержать свои эмоции под контролем. Эмма чувствовала, как его присутствие было одновременно успокаивающим и тревожным. Он был рядом, но одновременно казался таким далёким. — Ты спишь? — тихо спросила она, нарушив тишину. Она сама не знала, почему решила заговорить, ведь всё, что она хотела, — это сбежать в мир снов. Но в её голове было слишком много вопросов. Пьеро посмотрел на неё, его глаза были усталыми, но с каким-то глубоко скрытым напряжением. Он не сразу ответил, видимо, тоже не мог найти покоя. — Нет, — ответил он, наконец. — Трудно заснуть в таких условиях. Эмма кивнула, не зная, что ещё сказать. Её взгляд снова упал на костёр. Огонь трещал, слабо освещая их лица и отражаясь в тёмных водах побережья. Всё было так, как и прежде — они были на чужом острове, среди джунглей, вдали от цивилизации. Но теперь всё казалось таким страшным. — Ты не боишься? — вырвалась у неё тихая фраза, прежде чем она успела подумать. В её голосе была искренняя тревога, и она даже немного испугалась, что Пьеро подумает что она слабая. Пьеро не сразу ответил. Его взгляд стал куда-то уходит в темноту, как будто он что-то пытался найти, но не мог. Когда он наконец заговорил, его голос был глубоким, почти невидимым. — Я боюсь, Эмма. Но я не могу позволить себе думать о страхе. Если мы будем думать только о том, как боимся, мы не выживем. Её сердце сжалось от его слов. Он был прав. В этой ситуации страх был такой же естественный, как и любой другой инстинкт, но он не должен был быть главным. Нужно было действовать. Но Эмма не могла избавиться от того, что именно в этот момент, в этой ночной тишине, всё казалось таким хрупким, таким уязвимым. Даже Пьеро, который, казалось, был настолько сильным и решительным, не мог скрыть свою тревогу. Она повернулась к нему и увидела, как он сидит с опущенной головой, его пальцы скользят по краю камня, как будто он пытается держаться за что-то, что могло бы его удержать. — Ты веришь, что мы сможем выбраться отсюда? — спросила она, несмотря на все свои сомнения. Он задумался, затем взглянул на неё. — Да. Мы должны. Ответ был прямым, но неуверенным. Это было всё, что он мог ей сказать. А Эмма, хоть и пыталась быть сильной, всё равно чувствовала, как её сердце наполняет растерянность. Первые часы ночи прошли в тягостной тишине. Они оба не могли уснуть. Эмма снова пыталась устроиться, но каждый звук, каждое шевеление её тела казалось чуждым и страшным. В голове крутились неразрешённые мысли, её переживания накатывали волнами. Остров, природа, Пьеро — всё это было таким необычным, всё было новым и неожиданным. Она снова повернулась, чтобы посмотреть на него. Его глаза были закрыты, но она всё равно чувствовала, что он не спит. Он, казалось, тоже не мог найти спокойствия. А вот ей было невыносимо тяжело. Она снова посмотрела на тёмное небо, на исчезающее солнце и на ту неизвестность, в которой они оба оказались. В её груди сжималась тревога, и, несмотря на всю ту силу, которой ей хотелось обладать, она не могла вырваться из этого ужасного чувства. Она была одинока. И, несмотря на присутствие Пьеро, она была одинока в этом мире. Но в тот момент Эмма решила, что она не сдастся. Нет, она не будет бояться. В этот момент она решила, что она выживет. И Пьеро выживет. Вместе они смогут это пережить. Её мысли прервались, когда она услышала слабое дыхание Пьеро. Он, наконец, заснул. Эмма же оставалась бодрствующей, поглощённой своими мыслями. В этот момент всё было столь неопределённым. Но она точно знала одно — завтра они должны были начать действовать. И она была готова к этому.