Insieme fra le onde

Снег в Лос-Анджелесе — редкость, но в этом году, казалось, сама зима решила поддержать магию момента. Воздух был холодным, свежим, а в центре парка сияла огромная рождественская ель, усыпанная огнями, гирляндами и стеклянными шарами. Музыка звучала негромко из колонок, создавая ощущение киношной сказки. Эмма стояла у края площади, сжимая пальцы в карманах. Волновалась. Слишком. Она почти забыла, каково это — ждать кого-то с замиранием сердца. Она пришла раньше, чтобы перевести дыхание, осмотреться, но всё равно чувствовала, как подрагивают руки. Не от холода. От предчувствия. И вдруг… Он появился. Он шёл неспешно, но уверенно, словно точно знал, что она будет здесь. В чёрном пальто, с шарфом, обмотанным вокруг шеи, с волосами чуть растрёпанными и таким выражением лица, что у Эммы перехватило дыхание. Серьёзный. Красивый. Сексуальный. Но в его глазах была нежность. И что-то почти болезненное, как будто он держал внутри океан слов и чувств. Он увидел её. И остановился. Мгновение — как в замедленной съёмке. Два взгляда — и время исчезло. Толпа вокруг не существовала. Только он и она. Он смотрел так, будто не верил, что она настоящая. Она сделала шаг вперёд, медленно, не отводя глаз. — Я надеюсь, на этот раз ты свободный? — сказала она тихо, с лёгкой иронией, скрывая волнение. Он ничего не ответил. Просто подошёл. Поднял руку, коснулся её щеки. Смотрел пристально, словно ждал, что она исчезнет. И когда убедился, что нет — что она настоящая, тёплая, дышащая — он наклонился и поцеловал её. Долго. Страстно. Глубоко, с тоской двух месяцев, с жаром островных ночей, с нежностью всех молчаливых «прости». Её пальцы сжались на его пальто, его рука легла на её талию, прижимая ближе, сильнее. Музыка играла позади, где-то звучал «Have Yourself a Merry Little Christmas», но всё это было фоном — неважно. Они поцеловались так, как целуются только те, кто слишком долго ждал. А потом он оторвался на миг, посмотрел ей в глаза, всё ещё держась за неё. — Я никогда больше не отпущу, — прошептал он. — Даже если придётся плавать через океан. Эмма засмеялась, глотая слёзы. — Только не забудь взять с собой кокос. На всякий случай. Он усмехнулся и снова прижал её к себе, обнимая крепко, как будто весь этот мир — елка, зима, толпа, свет — был создан только ради этой встречи. И это было Рождество. Их Рождество.