Выживший

Кольтира приготовился тащить архимага за скалу, защищая от потока пламени, но не потребовалось. - Калесгос! – завопил Этас, и туша из дракона превратилась в синеволосого человека. Нет, полуэльфа – глаза квел’дорейские. Кольтира знал, что драконы так могут, но своими глазами видел впервые. Это же он тогда, в войну в Нордсколе объединился с чародеями и сверг безумного Аспекта Магии? Этас называл Кольтире имя, но у всех драконов имена походили друг на друга. Точно какой-то «-гос». Синяя стая когда-то враждовала с Красной – но теперь же у них мир? Этому типу тоже надо объяснять, что Кольтира давно вышел из Черного Клинка и к разорению Рубинового Святилища, дома Красных драконов, не имеет отношения? Как же всё-таки вовремя Сильвана заставила его официально послать Дариона к поганищам в зад! Спасла этим Кольтире репутацию, дружбу с Этасом и, возможно, даже шкуру. Этот тип, Калесгос, ощущался как источник невероятной жизненной силы, а ведь он ещё и маг. Укокошит в два плевка. Но Калесгос лишь скользнул взглядом по рыцарю смерти. Аратору кивнул, а Этасу протянул вожделенную бутыль с синей жидкостью – зелье маны.  Архимаг выхлестал её сразу же и посмотрел на дракона так, что на месте дракониц и этасова любовника Кольтира начал бы ревновать. Нежить на Артаса не пялилась с таким восторгом и обожанием. Неприлично так смотреть на полных жизненной силы драконов. Даже немёртвого проняло, а уж молоденький паладинчик и вовсе покраснел до багрового оттенка. - У тебя есть ещё? – выдохнул Этас. Флиртует он, что ли? Весь такой лохматый, вспотевший, с припухшими искусанными губами, и просит «ещё», заглядывая в глаза. Дракон держал участливое выражение на лице, а вот племянничек скоро взорвётся от жарких фантазий, и плевать ему, похоже, что они с Этасом родственники. - Я принёс достаточно, – ответил дракон. Голос у него был глубоким, сильным, но интонации – мягкими, словно он разговаривал с тяжело больным. Впрочем, Этас даже после зелья маны здоровым и бодрым не выглядел. – Но сдается мне, тебе нужно просто поспать. Вот, не зря легенды рассказывают о драконьей мудрости. - Что? – переспросил Этас, как будто идея сна была ему незнакома. – Я не могу себе позволить спать, Калесгос! Какие ужасы явятся в следующий раз, чтобы убить ещё больше? Сюда прибудут маги, я должен… - Я толком ничего не знаю о том, что здесь случилось, – Калесгос сделал паузу, ожидая пояснений, но не дождавшись, продолжил: – Но я знаю, что это не было твоей виной или недоработкой, Этас. Ты – выживший, ты жертва этой трагедии. Ты должен беречь себя, а не изводить и загонять! - И всё же чародеи не явились, – Этас махнул рукой в сторону дракона, показывая, что тот единственный из магов. – Нужно выяснить… - Я выясню, где все. Позволь мне взвалить твоё бремя на свои крылья. А тебе нужен отдых. - Калесгос. Я рад твоей помощи. Нам всем тут хватит дел, – отрезал Этас, опять вставая в позу «презирающей врага Сильваны». На превосходящего его в росте дракона он глядел сверху вниз, словно тот рухнул в его глазах со ступени «божества, дарующего ману» на уровень «занудный коллега». Паладинчик, разумеется, поддержал Калесгоса, но переупрямить Этаса у них не вышло. Усыплять чародея насильно дракон не позволил. В итоге маги поделили задачи и помощников. Калесгос и Кольтира отправились расчищать местность и искать магов, а Этас и бдящий за его состоянием Аратор остались обустраивать лагерь. Из зачарованной сумки дракона архимаг достал раскладной шатёр и теперь размножал его заклинаниями, чтобы разместить побольше народу. Предусмотрительный дракон оставил в лагере свою проекцию – в случае нападения они с Кольтирой сразу узнают и вернутся. Калесгос обновил на себе и помощнике щиты, потом сплел что-то сложное, и расчистил ещё больше места от пыли. Поднявшись на скалу, Кольтира увидел, что окрестности полны кобольдов. В пыли эти твари держались далеко от рыцаря смерти, зато, похоже, успешно мародерствовали на руинах, избегая встреч с нерубами. Около этасова барьера ничего подозрительного не валялось – похоже, архимаг успел всё деактивировать до прихода Кольтиры. Зато в тех местах, которые расчистил от пыли Калесгос, было достаточно опасной магической дряни. Хорошо, что Кольтире хватило ума ничего не трогать, когда он блуждал здесь. Обломков от города осталось немного, но некоторые башни уцелели большими фрагментами. Защищённые мощной магией, значит, внутри что-то ценное. Эти места Калесгос проверял в первую очередь. Заклинаниями он отыскивал и подсвечивал сильные магические артефакты, а Кольтира отбирал их у воров. По совету Калесгоса боевую магию рядом с нестабильными артефактами он не использовал, орудовал только мечом. Пару раз получилось даже без трупов, кобольды напугались и отдали. Но остальных магия влекла сильнее, чем пугал рыцарь смерти. Калесгос кратко сообщил то, что знал о крушении. Несколько дней назад Кирин-Тор предупредил Аспекта Магии о телепортации города. Из своей резиденции в Хладарре Калесгос контролировал перемещение – оно прошло в штатном режиме. Но через несколько часов магические карты показали мощнейшую вспышку энергии как раз там, куда перенесся Даларан. Маги Совета Шести не отвечали на вестников. При попытке телепортации ощущались помехи в точке выхода. Аспект собрал всё необходимое и полетел на крыльях разбираться, а на полпути получил от Этаса послание. Кто или что послужило причиной крушения, дракон не знал. Пока он был ещё в пути и мог получать вестников, талассийский король сообщил ему, что генерал Аллерия Ветрокрылая с поддержкой талассийских магов «выслеживает того, кто это сделал». Дракон нашел одну из Шести, Джайну Праудмур, в дворфийском городе, и она попросила найти Этаса – только найти и убедиться, что он в порядке. Приказать что-либо она ему не вправе. Совет Шести сейчас не собрать, глава ордена пока неизвестно где. Кольтира скривился. Похоже, у чародеев полный хаос в организации. Что, некому принять командование? Так хоть поделили бы задачи и силы, а то сидит эта Джайна в безопасном городе и всего одного помощника прислала – что за наплевательство? Дракон явно рассказал не всё, политики не любят откровенничать с населением. Но большего Кольтира от него не добился, да и некогда было болтать. Уцелевшие артефакты и впрямь, оказались очень опасны. А повышенный магический фон ещё и усиливал их. Что-то взрывалось, что-то испускало раскаленные лучи. Одно волшебное ожерелье перенесло Кольтиру и Калесгоса в карманное измерение – тролль знает, что это такое, но там были упыри, вполне реальные, хоть и с плохой координацией. Кольтиру они боялись, а свежей драконятиной хотели перекусить. Драконьей жизненной энергией Кольтира и сам не прочь бы полакомиться, да только кто ж ему даст. А упырям и подавно. Расправиться с ними было нетрудно, но если бы ожерелье попало в руки  обычному обывателю – упырей бы прибавилось. Потом появился их создатель, точнее, его проекция. Кольтира не узнал Кел’Тузада, не встречал его, пока тот был живым. Понял, кто перед ним, только из его спора с Калесгосом о политике Кирин-Тора. Разглагольствовали они о чём-то скучном, о морали и мудрости, ссылались на неизвестные Кольтире факты. Из измерения призрачный Кел’Тузад их выпустил сам, но что-то в его словах всерьез озадачило Калесгоса. Тот и до этого был неболтлив, а теперь и вовсе умолк, погрузился в мысли. Вроде как маги сами виноваты в том, что у них проблемы, потому что недостаточно смелы в своих исследованиях – что-то такое говорил Кел’Тузад. Хотя зная историю этого типа, Кольтира бы не сильно прислушивался к его словам. Сильнее-то тот стал, но уже будучи нежитью, подконтрольной Королю-Личу. Никакая сила не стоит свободы. В душу к малознакомому дракону Кольтира, естественно, не лез. Они прошлись по руинам, потом пролетели над ними, чтобы точно не упустить ничего важного. Перебили кучу кобольдов и нерубов, но на кровавое развлечение эти стычки не походили, слишком уж кислая мина у напарника. Потом Калесгос колдовал что-то непонятное, сложные арканные плетения, а результату, невидимому на глаз, дракон удовлетворённо кивнул. Потом он поднялся в небо высоко-высоко, завис там на несколько минут, спустился и понёс Кольтиру к берегу – прямо в лапе. - Я заметил там порталы, – заявил он. – Но из них никто не выходит. Нужно проверить, возможно, это чародеи, которые получили письма от Этаса. Порталов на берегу оказалось не много, всего дюжина. Калесгос сложными чарами открывал их, усталые маги выходили наружу и первым делом хлестали зелья и наколдованную воду. На Кольтиру косились настороженно, но доверяли Калесгосу достаточно, чтобы не шарахаться от его немертвого помощника. - Целые сутки проболтался в нигде, – пожаловался один из выпущенных на свободу чародеев. Человек, тут все были людьми: штормгадский магический анклав. - Этас дал точные координаты, по телемантическому маяку. Там он держит для вас защищенный от искажений барьер. Надо было туда и переноситься, – вступился за архимага Калесгос. - Мы проголосовали и решили перестраховаться, сделать поправку на пару миль – развёл тот руками. Восстановив резерв, маги отправили вестников, доложились своим. Возможно теперь, когда передовые отряды вышли на связь, прибудет больше магов. Калесгос направил штормгардцев дальше вдоль берега, спасать такие же перемудрившие с безопасностью команды магов. А сам обернулся драконом, прихватил Кольтиру и полетел вдоль берега в другую сторону – с той же целью. Так они обнаружили пятерых Отрекшихся, с десяток Ночнорожденных, несколько гномов и полноценный отряд дренеев с поддержкой целителей. Получив послания Этаса, маги не рискнули телепортироваться в одиночку, все отправились в свои столицы совещаться. Рассчитали поправки к координатам, послали разведгруппы. И все они попали в ловушку магических искажений. А Отрëкшийся, переносивший Кольтиру, в своей трусости в чём-то был хитрее других: открыл портал так далеко, что помех уже не было. Или второпях посчитал поправку неверно. Ни одного одиночного портала не обнаружили. Кольтира хотел высказать пару соображений насчет чародейской смелости, но вовремя прикусил язык. Даларан разрушен, многие маги погибли. Соваться сюда в одиночку – самоубийственная глупость. Это прерогатива рыцарей смерти. И одного не в меру ответственного архимага. В небе им встретилось несколько всадников на дракондорах и грифонах, они приветственно махали Калесгосу, а он указывал им головой на созданный Этасом столб света. Всадники летели туда. С высоты Кольтира разглядел пешую толпу – похоже, группа Модеры. Далеко их перенесли: обломками города не задело, но топать ещё день будут. Изначальной численности даларанцев Кольтира не знал, но эта толпа была явно меньше, чем должно было жить в таком большом городе. Но есть же ещё одна группа, которая ушла к дворфам. А маги могли телепортироваться не на берег, а в безопасные столицы. В общем, не понятно. В лагерь вернулись одновременно с чародеями Штормграда и спасенными ими оргриммарцами. Все шли на этасов маяк – не зря он так над ним уработался. Странно, что из Квель’Таласа никого не было. По словам Калесгоса, талассийский король послал своих на операцию возмездия, хотя логично было бы наоборот. Эльфов, самых искусных в обращении с магией, отправить расчищать последствия крушения. А людей и орков, быстро восстанавливающих численность – направить в битву. Упырь разберет этих политиков, что у них за махинации. Этас с паладинчиком и прилетевшими на дракондорах даларанцами тут неплохо обжились за несколько часов. Виднелись палатки, почтовый ящик, мобильная лаборатория. Большая полевая кухня, и в котлах уже что-то булькало. Так может, Этас проспится, и они с драконом щёлк-щёлк – и на месте руин уже крепость? - Барьер укреплен, маги прибыли, группа Модеры идёт на маяк. Самые опасные артефакты собраны, избыточную энергию я направил стекать в линии леи, – объявил Этасу Калесгос. – Есть кому заняться остальной работой. Ты идёшь отдыхать? - Ты идёшь отдыхать! – перебил набравшего воздуха для ответа архимага Кольтира, создавая антимагический купол. Нечего его спрашивать, и так видно, что еле на ногах стоит, на одной гордости держится. – Или я несу тебя кверху задом на глазах у всех. Угрозу публичного скандала он считал самой действенной для политика, но Этас её проигнорировал. Думает, Кольтира не осмелится? - Идите-идите, – Калесгос махнул рукой в сторону шатров. – Ты всё равно пустой, а тут нужны колдующие. - Я сейчас восстановлю… – начал ледяным тоном архимаг, которого посмели назвать «пустым». Это что, у чародеев оскорбление? Таланор никогда не употреблял. - Тебе нужен отдых, что ты вредничаешь? Ты хуже Галадина! – взвыл паладинчик. Да не вредничает он, в том-то и дело. Теперь Кольтира догадывался, что происходит с Этасом. То, что рано или поздно случается практически с каждым следопытом, который долго служит, да не отсиживается в штабе. Каким бы смелым и надежным товарищем ты ни был, однажды ваше звено придёт с задания не в полном составе. Или ты вернешься и вовсе единственным. Мог не вернуться. Никому не стало бы легче. И всё же, в такие моменты кажется, что лучше бы это ты не вернулся, и может, тогда остальные бы выжили. Но выжил ты. И ты должен сказать сослуживцам, что твоего звена больше нет. Как они умерли. Как ты уцелел и выбрался. И что действительно не мог ничего сделать. А они не обвиняют. Они молчат или говорят «хорошо, что ты жив». Но лучше бы обвиняли. И вот ты думаешь об этом снова и снова, раз за разом прокручиваешь в голове – и понимаешь, что возможности спасти были. Если бы догадался, если бы перестраховался, если бы заранее подготовился. Но ты этого не сделал – значит, всё-таки виноват. Кто-то топит чувство вины в алкоголе, кто-то ищет смерти, напрашиваясь на новые опасные миссии. Этас вот работает, и Кольтира этот порыв сдуру поддержал, сочтя самым разумным. Но надо же знать меру! Работать до усталости, чтобы прийти, упасть и провалиться в сон, ни о чём не думая. А не медленно убивать себя без еды и отдыха, держась на одной Скверне и зельях. В Академии Странников молодым следопытам рассказывают, что такое вина выжившего. Все знают, все видели, никто не упрекает других – но когда это происходит с тобой, на вещи смотришь иначе. Следопытам советуют понимать, не поддаваться, обсуждать проблему с близкими, соблюдать режим труда и отдыха, а если не поможет – обратиться к жрецу. Жреца под рукой нет, есть паладин, но он родственник, да ещё и младший. Ему не хватает авторитета, он ворчит и топает ножками, а архимаг его не слушается. Плохо, что у чародеев нет внятных званий, если они не в армии. И Кадгара, главы ордена, тут нет. Джайна Праудмур не главнее Этаса. А Калесгос вправе приказывать ему? Он так-то Аспект Магии, не хрен вурдалачий. Но прошлого Аспекта чародеи что-то не сильно уважали и слушались. Вот Сильвана бы сейчас рявкнула – пошел бы ужинать и на боковую, как миленький. Нет, уговоры тут не помогут. Кольтира сцапал Этаса под локоть и потащил к шатрам, игнорируя высказанные яростным шепотом возмущения. И слабенький, под антимагическим куполом даже не ощутимый, Огненный шар, запущенный под наплечник. - Нос задирает, а у самого даже на Скачок маны нет, – проворчал Кольтира. Паладинчик последовал за ними.