Обещание

      Несмотря на предупреждение, данное Василисой Васильевной ещё в начале учебного года, патруль вместе с Каролиной решили отметить сданные на отлично экзамены после первого семестра. Единственный способ, на который были все согласны – устроить пьянку. Синеволосая купила и пронесла в стены колледжа пару бутылок сухого вина. Устроившись в комнате у Каролины, она нанесли на дверь заклинание, непозволяющее зайти кому-либо сюда до того, как девушки спрячут все улики такого буйного торжества. Преимуществом новой подруги волшебниц перед многими людьми было то, что она не пьянела быстро. Даже спустя выпитой бутылки она могла сохранять трезвость, пусть и не в совершенном виде.       Вдруг, на лице синеволосой расцвела ухмылка, которая обычно не сулила ничего хорошего:       – А давайте сыграем в «Правду или Действие?», – она медленно повернула голову к Варе. Та всегда и во всём её поддерживала. На лице Ветровой заиграла хищная улыбка. Она была явно не против. Снежка, Маша и Алёнка лишь кивнули в знак согласия.       – Хорошо, – растянув последний слог произнесла принцесса Штормграда, – Вопрос к тебе, Ли . Правда или Действие?       Синеволосая чуть призадумалась, а потом ответила:       – Хм.. Ну давайте рискнём. Действие.       Варя собиралась ещё что-то сказать, но напрочь пьяная Рыжова, икнув, произнесла:       – Сходи прямо сейчас к Василисе Васильевне, – Алёнка остановилась, а Каролина подумала про себя, что это будет проще простого, пока принцесса волшебного мира не выдала следующее:       – И поцелуй её. И желательно, ик, вернись с засосом во-от на этом месте, – рыжая указала на шею, сделав ещё один глоток. От Алёнки такого точно никто не ожидал. Но вдруг высказалась Снежка:       – Ну а что, нам нужны доказательства ваших отношений, – она мило улыбнулась, что явно противоречило её словам.       – Хорошо.., – шокированная Каролина встала, отряхнувшись, и напоследок произнесла, – не давайте больше вина нашей Снегурочке. Она и алкоголь - явно несовместимые вещи.       Дверь за синеволосой тихо закрылась.

***

      Каролина шла по переходу из общежития в учебный корпус, попутно думая, как всё объяснить Василисе. Так непривычно было называть её теперь не полным именем. Конечно, при девочках она как и все говорила «Вась-Вась» или «Василиса Васильевна». Как вообще Алёнке в голову пришло такое?! А если она всё же узнает о нашем «великом торжестве»? Так, ладно, нужно успокоиться. По мне не видно вроде, что я пила. Сейчас Василиса скорее всего у себя в кабинете. Такое ощущение, что её личная комната в этом колледже нужна ей только для галочки. Вдох. Выдох. Так, нужно постучаться.       Девушка стояла перед высокой массивной дверью, что теперь её сильно пугала, несмотря на бесстрашный характер Ли. Как говорится, кто не рискует - тот не пьёт.       Она постучалась. Сначала негромко, но когда никакого ответа не последовало, то она пару раз пнула эту дверь. Никто не отвечал. Она спит что ли?       Каролина приложилась всем весом к двери и открыла её. Когда она зашла в кабинет, то сразу же услышала сзади удвр дерева об дерево. Теперь она по своей воле отсюда не выйдет. Сбежать не получится.       Каролина подняла глаза и лицезрела вот какую картину: директриса сидела в своём излюбленном кресле, откинувшись на спинку с пустым бокалом в руке. На столе творился полный беспорядок: бумаги были раскинуты по всему периметру столешницы, некоторые были разорваны или валялись на полу скомканными. Глаза Василисы Васильевны были закрыты, а на щеках остались разводы туши. Она плакала? Что случилось?       – Василиса, – девушка запнулась и договорила, – Васильевна. Что с вами?       В ответ на тихий вопрос она получила тяжёлый взгляд женщины вместе с горькой усмешкой. Как говорится, весь яд в одном бокале. Чёрт, даже в таком состоянии она очень красива. Но что я сделала не так?       Директриса выпрямила спину и, сделав глоток прям из стоявшей на столе полупустой бутылки, она произнесла охрипшим, как после истерики, голосом:       – Хочешь знать, что случилось?       Каролина кивнула.       – Ты. Ты случилась, – Премудрая указала на девушку пальцем ослабевшей руки,тут же оперев о неё голову. Она продолжила, пока Ли переживала шок:       – И вот снова ты перешла на «Вы». Мы же обсуждали это. Только вот сомневаюсь, что с Владиком, – женщина произнесла это имя специально приторно сладким голосом, – сомневаюсь, что с ним вы обсуждали всё то, что обсуждали мы с тобой, – к концу фразы её голос дрогнул.       – Владислав Владимирович?..       – Да, именно он! – вскрикнула Василиса Васильевна.       До Каролины кажется дошло. Нет, не так, до неё долетело на самом быстром аэроплане. Который по итогу разбился о скалы. Василиса Васильевна её ревнует. И возможно, это одна из причин такого её состояния.       – Владислав Владимирович, – услышав это имя женщина поморщилась, – близкий друг Патруля. И когда произошло то, о чём ты сейчас говорила, то я тебе поясню всю ситуацию: я решила поддразнить Алёнку. Влад мне не интересен как объект симпатии или больше, чем знакомый. Просто..        Каролина вздохнула и устремила взгляд закрытых глаз к потолку. Василиса Васильевна изогнула бровь в ожидании продолжение. Девушка, а точнее теперь её любовь, стояла в паре метров и собиралась с духом, чтобы продолжить.       – Просто, я никого так не люблю как, – синеволосая остановилась и устремила взгляд голубых глаз в такой же голубой океан женщины, – тебя. Я люблю тебя.       Василиса Васильевна, казалось, забыла как дышать. Она еле произнесла одними губами:       – Докажи.       Каролина быстро сократила расстояние между ними и врезалась своими губами в чужие. Она залезла на стол, встав на нём на колени, взяв в руки лицо своей директрисы. Женщина от неожиданности и инстинкта самосохранения хотела оттолкнуть девушку, но поняв к чему это, положила свои руки синеволосой на талию, сжав её так, что девушка в отместку прикусила ей нижнюю губу. Премудрая зашипела от лёгкой боли. Она рывком усадила Каролину к себе на колени. Так оказалось гораздо мягче, чем на деревянной столешнице. Василиса Васильевна проникла своим языком в чужой рот, оставив мокрый след на передних зубах девушки. Каролина перешла от поцелуев губ к шее женщины. Та выгнулась и опрокинула голову назад, предоставляя ещё больше места для губ девушки. Она провела мокрую дорожку от подбородка до ключиц, задев верхнюю пуговицу рубашки.       – Можно? – тихо спросила Каролина, заглянув в лицо Василисы       – Тебе можно всё, – ответила более старшая и помогла ей расстегнуть свою рубашку.       Синеволосая не с первой попытки сняла бюстгальтер и теперь чувствовала себя немного неловко, сидя на коленях у полуголой женщины. Глаза разбегались по её телу. Без одежды её талия казалось ещё уже, хотя казалось, что уже некуда. Аккуратные груди, россыпь родинок на ключицах. Вот это всё скрывала от неё раньше ткань.       Василиса, заметив её растерянность, усадила Каролину обратно на край стола, а сама привстала, ухмыльнувшись:       – Не знаешь, что делать дальше? – с усмешкой задала вопрос Премудрая. Получив отрицательный кивок и раскрасневшееся до некуда лицо, что девушка пыталась спрятать в волосах, директриса прошептала ей на ухо соблазнительным тоном:       – Ну что же, я тебя научу.       Светловолосая припала своими губами к губам девушки, попутно стягивая со студентки домашние шорты вместе с черным нижнем бельём. В ответ на такие действия, Ли невольно прижала ноги друг к друга.       – Расслабься, – хриплым голосом прошептала Василиса, поддев ткань трусиков, а затем сдёрнув их с девушки.       Младшая выгнулась в спине, откинув голову назад и положила свои руки на плечи старшей. Светловолосая прижалась своими губами к губам девушки и прошептала:       – Сначала может быть слегка неприятно, но это быстро пройдёт. Главное расслабься, хорошо?       И получив в ответ на свой вопрос кивок, она запустила средний палец в промежность синеволосой. Младшая издала тихий стон, сразу же прикусив губу. Директриса ввела второй палец и прошептала:       – Не сдерживай себя, тут прекрасная звукоизоляция.       В ответ на третий палец синеволосая схватила Василису за плечо, оставив след от ногтей и стоня всё протяжнее с каждым новым толчком. Каролина направила затуманенный взгляд в глаза старшей и та, не сдержавшись, страстно поцеловала её, наконец доведя младшую до развязки. Обе тяжело дышали. Директриса села обратно в кресло, усадив ( скорее уложив) себе на колени девушку и поглаживая её по голове. Вскоре обе заснули, пролежав так до самого утра.