Мой свет во тьме

Врата Линдона. День отправления армии Последнего Союза.

  Туман стелился по земле. Мир затаил дыхание.  Город был выстроен вдоль дорог — как молчаливый страж. Ряды эльфов, облачённых в доспехи, сияли серебром под утренним светом. Над головами — знамёна с эмблемами домов, над которыми развевалась главная звезда — герб короля.   Она стояла в стороне от военного строя. Без украшений, в простом платье, но даже в этом виде её взгляд был прям и светел. Многие знали, кто она. Некоторые смотрели с уважением. Другие — с грустью. Но никто не осмелился заговорить. Это был их момент.   Гиль-Галад подходил к ней, оставив позади советников и капитанов. Шёл медленно — как будто каждый шаг причинял боль. Он был в полном облачении: сверкающая кольчуга, синий плащ, и копье — Аэглос.  Но глаза… глаза были не короля.  — Я должен идти, — сказал он тихо, когда оказался перед ней.  — Я знаю, — она кивнула, и голос её дрожал. Но она не плакала. Ни одной слезы. Он запомнит её такой.   Он взял её руку, наклонился и коснулся её лба губами.  — Ты дала мне дом. Ты — моя песня среди тьмы. Если я не вернусь…  — Не говори, — оборвала она. — Если не вернёшься, я всё равно буду ждать. Я встречу тебя.  Он сжал её ладонь крепче. — Эленнариэль… пусть эта напомнит тебе: я всегда с тобой.   Он снял с груди брошь, родовой герб с изображением белых звёзд, и приколол к её платью.   — Когда ты носишь это — моё сердце у тебя. Не забывай.  Она посмотрела на него — глаза её были ясны, даже сквозь боль.  — Я не забуду. Никогда.   И тогда он обнял её — так крепко, как не делал никогда. Это было не прощание. Это была клятва в вечности.   А затем он ушёл. Без оглядки. Потому что знал: если посмотрит назад — не сможет уйти вовсе.   Она стояла, пока последний всадник не скрылся за горизонтом.  И когда наступила тишина… она лишь крепче сжала пальцами брошь на своей груди.