Единственное спасение

            Неделя под арестом. Неделя под присмотром Чонгука прошла для Тэхёна как в тумане — между жаром, горькими таблетками и невыносимой заботой Чона, который, казалось, сделал своей миссией довести его до белого каления. Он приносил ему еду, следил, чтобы тот пил воду, и даже читал вслух деловые документы, когда Тэхён начинал скучать. А самое противное — он делал всё это с невозмутимым лицом, будто просто выполнял какую-то обязанность. Но Тэхён видел, как его глаза следят за каждым движением, как пальцы слегка сжимаются, когда он кашляет. И это... раздражало. Нет, не раздражало — сводило с ума. Но вот температура наконец спала, а Чонгук, к счастью, уехал на важные переговоры. Тэхён не стал терять времени — быстро собрался, натянул первую попавшуюся куртку и уже почти выскользнул за дверь, когда... — Господин Ким? — Раздался голос сзади. Тэхён замер. За его спиной стоял один из слуг — пожилой мужчина с безупречной осанкой и слишком внимательным взглядом. — Вы куда? Тэхён резко развернулся, вспыхнув от ярости. — Я... на поиски своей души! Чонгук её, кажется, случайно вчера проглотил вместе с ужином! Слуга моргнул. — ...Господин Чонгук приказал не выпускать вас. — А я приказываю тебе открыть дверь, — Тэхён скрестил руки. — Или ты забыл, кто я? Слуга колебался, но Тэхён уже протиснулся мимо него, бросив на прощание: — И передай своему господину, что если он хочет меня видеть — пусть ищет в баре у Чимина. Там хотя бы нормальные напитки. И, не дожидаясь ответа, он исчез за дверью. А слуга вздохнул, доставая телефон. Кто-то сегодня явно будет в бешенстве.

***

Тэхён выскочил из такси, даже не дождавшись, пока водитель выдаст сдачу. Сердце бешено колотилось, а в голове крутилась только одна мысль: «Он меня найдёт. Он точно меня найдёт» Он резко обернулся, вглядываясь в улицу – нет ли за ним слежки? Никаких подозрительных чёрных машин, никаких людей в тёмных очках. Но это ничего не значило. Чонгук не стал бы действовать так очевидно. Паранойя? Возможно. Но лучше перебдеть Тэхён почти побежал к подъезду, нажимая кнопку лифта с такой силой, будто от этого зависела его жизнь. 32 этаж. Каждая секунда в лифте казалась вечностью. Наконец дверь открылась, и Тэхён рванул к знакомой квартире, начав колотить в дверь кулаком. — Чимин! Открывай, чёрт возьми! За дверью послышались шаги, недовольное бормотание, и вот – перед ним стоял сам Пак Чимин, в растрёпанной пижаме и с подушкой в руках, явно только что проснувшийся. —Тэхён-а? Что за… Но Тэхён уже влетел внутрь, захлопнув дверь ногой и прижимаясь к ней спиной, словно ожидая, что её вот-вот выбьют. Чимин замер, медленно опуская подушку. — …Ты сейчас серьёзно? — Абсолютно! – Тэхён провёл рукой по лицу, нервно оглядывая квартиру, будто искал, куда можно нырнуть в случае опасности. — Ты сбежал от Чон Чонгука? — Нет! – Тэхён резко обернулся. – Я… э-э… ушёл. Временно. Потому что он… — Он что? — Он… – Тэхён замялся, затем махнул рукой. – Он ведёт себя так, будто я его собственность! Чимин прищурился. — А ты ведёшь себя так, будто он тебя реально преследует. — Так оно и есть! — Тэхён-а… – Чимин вздохнул, потирая виски. – Ты уверен, что это не паранойя? — Абсолютно! – Тэхён подошёл к окну, чуть приподнял край шторы и тут же дёрнулся назад. – О боже, там чёрный Maybach! Чимин подошёл, заглянул. — Это мусоровоз. — …О. Тэхён медленно опустился на диван, закрыв лицо руками. Чимин сел рядом, положив руку ему на плечо. — Может, просто признаешь, что сбежал, потому что испугался? — Чего?! – Тэхён резко поднял голову. — Не его. А того, что он для тебя значит. Тэхён открыл рот – закрыл. И в этот момент раздался звонок в дверь. Оба замерли. — …Не открывай, – прошептал Тэхён. Чимин вздохнул, встал и направился к двери. — …Это он, да? — Чимин шёпотом. — Тэхён-а, он же тебя убьёт! — Ну и что?! Звонок повторился. Настойчивее. — Он знает, что ты здесь, — Чимин закатил глаза. — Я не собираюсь из-за тебя воевать с альфой, у которого, между прочим, связи в правительстве. Звонок повторился. Чимин вздохнул и направился к двери. — Чимин! Нет! Я тебя на руках носить буду! — Очень заманчиво, но нет. — Я скуплю весь твой любимый шоколад! — У меня диабет в перспективе, спасибо. — Куплю тебе ту сумку из бутика! Чимин замедлил шаг. — ...Какую именно? Тэхён понял, что проигрывает, и пошёл ва-банк. — Я сведу тебя с Мином. Молчание. Чимин замер, его глаза вспыхнули. — ...Ты не врёшь? — Клянусь всеми конфетами в мире! Чимин вздохнул, поставил кофе на стол и напрягся, как солдат перед битвой. — Ладно. Но если ты обманешь — я лично сдам тебя Чонгуку на блюдечке. Тэхён рванул на балкон, пригнувшись так низко, словно участвовал в спецоперации. Чимин распахнул дверь. На пороге стоял Чонгук. — Пак Чимин, — его голос звучал слишком спокойно, что было страшнее крика. — Он здесь? Чимин невинно улыбнулся. — Кто? — Чимин сделал идеально невинное лицо. — Ах, Тэхён? С того раза, как вы его забрали, я от него ни слуху ни духу. — Правда? — Клянусь! Тишина. Потом Чонгук шагнул вперёд, направляясь прямиком к... ...закрытой балконной двери. Тэхён, прижавшись к стене, зажмурился. Всё. Конец. Но вдруг... — Ладно, — Чонгук развернулся. — Если увидите его — передайте, что его куртка осталась у меня. Чимин закрыл дверь, облокотившись на неё. — ..Он знал. Тэхён вылез с балкона, бледный. — Какой ещё куртки?! Чимин взглянул на него и закатил глаза. — Ты вообще в его пальто прибежал, идиот. Тэхён посмотрел на себя. Чёрное пальто. Дорогое. На два размера больше. — ...Чёрт.

***

Чёрный Maybach рванул от дома Чимина с визгом шин. В салоне царила ледяная тишина, разрываемая только резкими щелчками телефона, который Чонгук сжимал в белых от напряжения пальцах. — Найти его. Сейчас же. Его голос звучал не просто холодно — он резал, как лезвие. На другом конце провода кто-то быстро забормотал согласие, но Чонгук уже положил трубку и набрал следующий номер. — Поднять все камеры в районе дома Пак Чимина. Я хочу знать, куда он направился. Машина резко затормозила у особняка. Чонгук вылетел из неё, не дожидаясь, пока водитель откроет дверь. Его шаги гулко разносились по мраморному холлу, а слуги, заметив его лицо, мгновенно рассыпались, спеша выполнить приказ.

***

                        Допрос. Через пять минут в главном зале стояли все — от горничных до охранников. Чонгук медленно прошёлся взглядом по каждому, выжигая дыры в их спинах. — Кто выпустил его? Тишина. — Я сказал — кто осмелился ослушаться моего приказа?! Его голос грянул, как гром. Одна из горничных ахнула, а пожилой дворецкий, тот самый, что стоял у двери, побледнел. — Сэр… он сказал, что вы… разрешили… Чонгук взбесился. — И ты поверил? Дворецкий задрожал. — Он… он был так убедителен… Чонгук резко развернулся, швырнув стакан с виски в стену. Стекло разлетелось вдребезги, а по залу прокатился испуганный вздох. — Всем убраться. Кроме тебя. Когда зал опустел, Чонгук подошёл к нему вплотную. — Ты проработал у меня двадцать лет. — Да, сэр… — И за эти двадцать лет я хоть раз прощал неподчинение? Дворецкий опустил глаза. Чонгук вздохнул. — Убирайся. Сегодня же. И, не дожидаясь ответа, развернулся и ушёл.

***

В кабинете он снова взял телефон. — Всё ещё ничего? — Нет, сэр. Но мы проверили все камеры — он никуда не уходил от дома Пака. Чонгук стиснул зубы. — Значит, он всё ещё там. Он знал. Чувствовал. Тэхён не мог просто исчезнуть. И Чонгук найдёт его. Даже если для этого придётся сжечь весь город.