***
Первые шаги в палату. Дверь открылась. Тэхен задохнулся. Чонгук лежал на кровати, бледный, в трубках, под мерцающими мониторами. Такой... хрупкий. Такой... не Чонгук. Тэхен подошел ближе, руки дрожали, но он не плакал. Не сейчас. Но Тэхен сделал шаг, потом еще один, руки дрожали, а глаза наполнились слезами. — Чонгук-а... — шепот, едва слышный, но такой надрывный. Он подошел ближе, медленно, будто боясь разбудить. — Я... я здесь. Он осторожно взял его ладонь — холодную, но живую. — Ты... обещал вернуться, — прошептал он, голос срывался. — Так вернись ко мне. Монитор пискнул. Ритм ровный. Сердце билось. Тэхен сжал его пальцы и закрыл глаза. Он будет ждать. Сколько угодно.***
"Я ждал тебя..." Тишина палаты давила. Только монотонный писк аппаратов, ровное дыхание Чонгука. Тэхен сидел у кровати, сжимая его руку, смотрел на его бледное лицо, на веки, которые не поднимались. И вдруг — не выдержал. — Ты... — голос сорвался сразу, захлебнулся комком в горле. Он сжал пальцы Чонгука сильнее, как будто боялся, что если отпустит — тот исчезнет. — Я ждал тебя. — Я ждал... у двери. Слушал каждый звук. Думал — вот сейчас заскрипит калитка, и ты... ты войдешь. Не мог договорить. Он прижал лоб к их сплетенным пальцам, вздрагивая от каждого прерывистого вдоха. — Я искал тебя. Звонил. Кричал. Умолял... чтобы ты... чтобы ты просто ответил... Голос дрожал, рвался, становился всё тише, но от этого — только больнее. — Ты... ты же обещал... обещал вернуться... Тишина. Только слезы, которые падали на простыню, оставляя темные пятна. И вдруг — Пальцы Чонгука слабо дрогнули в его руке. Не дыша. Не веря. — Чонгук?.. Еще одно движение. Слабый, едва заметный сжатие. И тогда Тэхен зарыдал по-настоящему — громко, беспомощно, обхватив его руку обеими ладонями. — Вернись... пожалуйста... И в ответ — еще одно сжатие. Словно "Я здесь". Словно "Я никуда не уйду".***
Чимин стоял в дверях палаты, сжав руки в кулаки, наблюдая за тем, как Тэхен замер, уставившись на руку Чонгука. Его друг сидел, не дыша, глаза расширились, губы задрожали. — Тэхен? — Чимин осторожно шагнул ближе, голос тихий, но настороженный. — Что случилось? Почему ты так смотришь? Тэхен медленно поднял голову, взгляд сияющий, но неуверенный, словно он боялся поверить в то, что только что почувствовал. — Он… он сжал мою руку. Голос Тэхена прерывался, слова звучали как молитва, как последняя надежда. Чимин замер, сердце упало. Он знал, что должен это сказать. — Тэхен… — он осторожно присел рядом, положил руку на плечо друга. — Ты же знаешь, он в коме. После таких аварий… мышцы иногда сокращаются сами. Может, это просто судорога… Тэхен резко дернулся, словно его ударили. — Нет! — его голос сорвался, звенящий от отчаяния. — Нет, Чимин, ты не понимаешь! Он сжал! Он почувствовал! Чимин сжал губы, боль отразилась в его глазах. Он не хотел разрушать надежду Тэхена, но… — Я верю, что он выкарабкается. Но… — он вздохнул, глаза опустил. — Не настраивай себя на то, что он уже проснулся. Это… может быть долго. Тэхен не ответил. Он снова сжал руку Чонгука, прижал ее к своему лбу, закрыл глаза. — Я все равно буду ждать. И тогда Чимин понял — спорить бесполезно. Он тихо встал, оставив их наедине с этой хрупкой надеждой.