Гарри Поттер и Восьмой крестраж

Над входной дверью звякнул колокольчик. Дамблдор, лицо которого было скрыто длинным капюшоном черной, а не привычной яркой, мантии, обвел взглядом открывшийся ему магазин. Пространство больше напоминало склад старых забытых вещей, чем выставку раритетных диковинок. Паутина росла по углам, все поверхности застилала пыль, а полумрак совершенно не красил помещение. За прилавком дремал дед в потертой и кое-как залатанной мантии. Кожа на его лице была сухая и вся в морщинах, а рука, лежавшая на прилавке поверх старого журнала, была покрыта заметными пигментными пятнами и сильно выступающими серо-синими дорожками вен. — Кхм, — прокашлялся Дамблдор в кулак, подойдя вплотную к старику, — уважаемый, я почти уверен, что в том углу с крайне подозрительными книгами завелись докси. — А? Что такое? Кто здесь? — старик резко проснулся и, схватив палочку и прохрипев «люмос», принялся оглядываться по сторонам. — Мистер Румынский, к вашим услугам, — Дамблдор легко кивнул головой, отступая на полшага от яркого света. — Аа, мистер Румынский, конечно-конечно, я вас ждал, — Дамблдор вскинул бровь в недоверии, но ничего не сказал. — Ваше предложение меня заинтриговало. Старик заметно напрягся, когда Альбус полез рукой во внутренний карман своей мантии, но тут же расслабился и засветился алчной радостью, увидев выложенный на его стол мешок. После тщательного изучения норвежских огненных кристаллов, коими был набит мешок, старик наконец удовлетворенно выдохнул и обмяк в своем дряхлом кресле. — Я человек простой, имею только эту комнатушку и всё, так что на чай не позову, здесь спрашивайте, что хотели, — старик махнул рукой. Дамблдор, стоявший всё это время возле прилавка, поднял внимательный взгляд на лицо собеседника. — Знаком ли вам такой человек, как Том Риддл? — Риддл, Риддл… Как загадка. Я знал – может, я и стар, но память мне отказывать еще не начала! — старик ухмыльнулся чему-то своему, но, не увидев реакции собеседника, продолжил уже более спокойно, — Том – если это было его имя, он не представился полностью – Риддл какое-то время очень интересовался одной моей книгой, точнее одной легендой, описанной там. Это было около 40-х годов, кажется. Ближе к 50-му, да. Книгу он, кстати, приобрел у меня. До-олго выспрашивал меня на ее счет, ведь, знаете, я помню всё о каждой моей вещи! В конце концов я уступил, — «не за бесплатно, конечно», читалось между строк, — и рассказал ему то, что он хотел. Старик замолчал. Дамблдор вздохнул и покачал головой из стороны в сторону. Ему по вкусу более изысканная театральность. — И о чём же вас расспрашивал Том Риддл, уважаемый? Старик улыбнулся чему-то и, прищурившись, выдохнул: — Ахтохаллан.

• ─── ✦ ─── •

Настоящее время Гарри сидел на кровати у себя в комнате на Гриммо, 12 и смотрел в стену. Два дня прошло, а он всё не может осознать, не может поверить. В голове то полнейший вакуум, то ураган из мыслей. Два дня и шесть часов прошло с момента краха его привычного мира. Теперь уже ничего не будет прежним. И если раньше казалось, что за спиной всегда стоит тот, кто поддержит и поможет в опасный момент, даст подсказку к решению головоломки, то сейчас осталось только отчаяние. Два дня и шесть часов назад на его глазах был убит Альбус Дамблдор. Сброшен убивающим проклятием предателя Снейпа с Астрономической башни. В самом начале была ярость. Она застилала ему глаза, не давала ясно мыслить. Потом пришла апатия. Гарри погрузился в нее, не обращал внимания на любые попытки знакомых и друзей его расшевелить, хотя за прошедшие два дня таких попыток было не слишком много. И вот идет третий день без директора Хогвартса, без человека, практически заменившего Гарри родителя. Он теребит в руках ржавую цепочку, периодически обводит большим пальцем круг по медальону без буквы S на нем. Подделка. Не крестраж. И даже прямо перед смертью Дамблдор страдал ни за что. Гарри от отчаяния сжимает ладони в кулаки, в одном из них заключая медальон-подделку. Резные, острые углы кулона врезаются ему в ладонь. «Щёлк-» Гарри замер. Медленно он опустил голову и разжал кулак. Крышка медальона была приоткрыта. С непонятной надеждой он раскрывает медальон и вытаскивает на свет маленький клочок пергамента. Осторожно разворачивает. «Если ты найдешь это, Темный лорд, знай, что я не прошу прощения. Ради тебя стараюсь, Твой друг» — Ха-аа… — Гарри упал на кровать, затылок встретился с подушкой. — Что мне делать, директор? Гарри закрыл глаза. Медальон выпал из его руки и покатился по полу, угодив под кровать. Записка осталась лежать на тумбочке, прижатая фигуркой оловянного оленя. Мальчик снова забылся неспокойным сном. «Мистер Малфой-» Драко! «Я... я не могу! Он убьет меня! Он убьет всю мою семью!» Темно. Дождь. Страшно. Дамблдор смотрит на меня. Малфой кричит. Гром. Директор смотрит только на меня. И вдруг становится так тихо от решительности в его глазах. И капли дождя замирают в небе. «Найдите Ахтохаллан!» Непонимание. Это совершенно не важно, что происходит? Не могу пошевелиться. Ливень обрушивается на землю с новой силой. Топот. «Северус, пожалуйста.» Гром. «Авада Кедавра!» Гарри Поттер распахнул глаза. Бешено стучит пульс, кровь шумит в ушах. Он нервно делает глубокий вдох и приподнимается на потных простынях. Ноги свешиваются на деревянный пол. Гарри как в бреду подходит к окну и распахивает раму. Прохладный вечерний ветер ударяет ему в лицо. — Темпус. Перед ним появляются бледно-голубые цифры: «20:43:15, 3 июля, 1997 год» — Прошло два дня и 19 часов, — Гарри стукнулся лбом о оконную раму и замер. Внизу, по дороге, непрерывным потоком ехали машины, но не скапливались в пробку. Люди возвращались с работы домой. Уличные фонари уже зажглись. — Найдите Ахтохаллан. Ахтохаллан. Гарри решительно направился к двери из своей комнаты.

•──•

На кухне царил мрак. Конечно, не в буквальном смысле. Свечи парили под потолком, яркие настенные лампады заливали светом столы и стулья. Мрак был в головах присутствующих на кухне волшебников. Гермиона и Рон волновались за своего друга, запершегося в комнате крестного. Сегодня утром из Блэк-холла отбыли Нимфадора и Люпин, которые своим присутствием хоть как-то скрашивали нахождение в четырех стенах. Уизли во главе с Молли всё порывались либо самим ворваться на Гриммо, либо утащить друзей к ним домой. Первое не разрешали Гермиона с Роном: они хотели дать Гарри больше тишины и пространства, а второе было неосуществимо снова из-за Гарри, которого было невозможно никаким образом заставить выйти из комнаты уже два дня. Сами же Грейнджер и Рон наотрез отказались оставить друга одного, предпочитая сидеть у того под дверью, если более близкое нахождение невозможно. На столе перед ними стояло по тарелке картофельного пюре с подливкой, приготовленного Гермионой. Они смотрели на еду и всё никак не могли заставить себя съесть хоть ложку. Гарри оставался в комнате без еды уже почти три дня. Они так задумались, что совершенно не услышали топот по лестнице, а очнулись только от громкого крика у дверей кухни: — Гермиона! Они резко обернулись и застыли, рассматривая живого и вроде как чем-то увлеченного друга, ворвавшегося к ним с криком после трех дней полной тишины. — Гарри... — Рон вскочил с места. — Рон! И ты тут, прекрасно. Мне, то есть нам, нужно найти всё, что возможно, об Ахтохаллане! — его глаза блестели так, словно из них сейчас потекут слезы, пальцы на руках мелко дрожали. — Гарри, что происходит? — Гермиона сделала шаг к другу. — Нам повезло, что мы в Блэк-холле, правда? Тут огромная библиотека и мы наверняка-! — Гарри Джеймс Поттер! — Гермиона схватила Гарри за плечи, заставляя посмотреть ей в глаза. Гарри замолчал. Прошла секунда, две, четыре, и по щекам парня потекли слезы, собираясь возле подбородка и капая на ворот одежды. Через секунду Гарри не выдержал и, всхлипывая, привалился к плечу подруги, уткнувшись носом ей в шею. Мелкие слезы перетекли в рыдания, и Гарри уже не сдерживаясь плакал, вжавшись в самую близкую подругу. — Гарри... Всё будет хорошо, вот увидишь. Главное, что сейчас мы трое вместе, и мы придумаем, как двигаться дальше. Гермиона поглаживала его по голове, пропуская пряди волос сквозь пальцы. А Гарри почувствовал, как со спины его обнимает еще одна пара рук. — Да, приятель, мы всё решим. У нас есть Гермиона, не так ли? И ты никогда не останешься один, ясно тебе? — кажется, Гарри услышал несколько всхлипов Рона позади себя. А ему на шею упало несколько капель воды. Гермиона тоже плакала. — Да, — Гарри улыбнулся самым уголком губ, но эта улыбка была невероятно искренняя. Прошло еще полчаса, пока они наконец не успокоились. Гермиона оперативно налила в большой стакан куриный бульон и поставила на стол перед Гарри, безмолвно приказывая выпить всё до дна. — Итак, что за Ахтохаллан? — спросила девушка, когда они все расселись. Ранее казавшееся безвкусным пюре теперь так и манило его съесть, поэтому Рон совершенно себе в этом не отказывал, с рекордной скоростью поглощая еду на тарелке. — А к тебе, я смотрю, вернулся твой знаменитый аппетит, — хмыкнула Гермиона. — Ошень вкусна, — кивнул тот с набитым ртом. Гермиона только вздохнула и обратила свое внимание на Гарри. — Директор… — Гарри сжал в руках чашку с супом. — Директор Дамблдор упоминал его перед своей смертью. — Что? Когда? — Гермиона опустила вилку с пюре обратно на тарелку. — Сначала на Астрономической башне находились только мы с хорьком и директор. Малфой не сумел убить, хотя ему приказали, — Гарри сделал глоток из чашки. — А потом, за минуту до прихода Пожирателей и Снейпа, Дамблдор посмотрел прямо на меня сквозь мантию-невидимку и сказал: «Найдите Ахтохаллан». Возможно, он что-то узнал, но не успел никому рассказать раньше, до… своей смерти. Но это точно что-то важное! Я уверен! Возможно даже, что речь о крестраже. Повисшую тишину прерывали звуки чавканья и скрип вилок по тарелкам. Только к концу ужина, когда все тарелки были отправлены в раковину, Гермиона подытожила: — Мы найдем всё, что сможем, об Ахтохаллане. Я перерою всю библиотеку Блэков, если потребуется. Рон утвердительно кивнул головой. Он, конечно, готов помочь. — Спасибо, — улыбнулся Гарри. — Всегда, дружище.

• ─── ✦ ─── •

— Вот! На стол грохнулась толстенная книга, выглядевшая так, будто пережила не одно столетие. Гермиона раскрыла ее на нужной странице, и Гарри с Роном, синхронно вздрогнувшие ранее от громкого баха книги об стол, могли лицезреть старые, пожелтевшие по краям пергаментные листы и рукописный текст, представляющий собой явно не современный английский. — Для начала, что мы уже знаем: слово Ахтохаллан относится к карело-финской или саамской культуре, на что указывают составные части слова: это Ahti — имя карело-финского покровителя морей и водных стихий, и Halla — финское слово, означающее «мороз» или «иней». Ахтохаллан можно перевести как «река мороза» или «река, связанная с божеством вод и холодом». Обе составные части слова берут свое начало в саамской культуре. Следовательно, если река где и существует, то это будет в Норвегии, коренным населением которой и являются саамские народы. Что ж, не за чем говорить, что парни боялись дышать, лишь бы не прервать монолог Гермионы. Они осмеливались только хлопать глазами. — ИТАК, я нашла эту книгу. Это рукопись Альдебарана Блэка, в которой интересующая нас запись датируется 1887 годом. Разумеется, записи ведутся на староанглийском, а какая-то их часть — на французском, но для меня это не было проблемой, мальчики. — Ну разумеется для нее это не было проблемой, — промычал Рон себе под нос. Гарри толкнул его локтем в живот. Грейнджер замолчала и нависла над парнями, сидящими на диванчике, умудряясь улыбаться мило и угрожающе одновременно. — Ты что-то сказал? — Восхищаюсь! — То-то же. Из записей Альдебарана, — Гермиона предпочла не обращать внимание на сдавленный смешок Рона, — можно сделать вывод, что Ахтохаллан – реально существующая магическая река! С этого момента Гарри слушал как можно внимательнее, даже Рон притих. — Найти его можно только в Норвежском Зачарованном лесу, который занимает по-настоящему большую площадь и находится близ Тёмного моря. Это древнее затерянное место, почти миф, но Альдебаран утверждает, что его близкий друг был там вживую и видел Ахтохаллан. Так же автор пишет что-то про трагедию, случившуюся с его другом в том лесу, но не указывает никаких деталей. И знаете, что в этой записи самое лучшее? — Гермиона указала им на страницу книги. Рукопись была повернута лицом к парням, так что они всё хорошо видели. И сейчас, рассматривая пергамент с резким подчерком, в самом низу Гарри распахнутыми глазами смотрел на схематично нарисованный кусочек карты мира, где одно место было обведено жирной линией в кружок. — «Ахтохаллан», — прочитал Гарри подпись под обведенной областью. — Конечно, один этот рисунок много бы не дал, — протянула Гермиона, возвращая к себе внимание, — так что я нашла старые карты, датирующиеся теми же годами, что и рукопись, и по нескольким подписям на рисунке Альдебарана Блэка нашла тот же район на более подробной карте. И… — по верх рукописи легла современная карта мира с красным крестом на линии, соединяющей Норвегию и прибрежное море, — нашла это же место на современной карте. А сейчас осталось дело за малым: найти максимум информации об этом регионе в магических справочниках и о способах туда добраться. Гарри смотрел на карту с красным крестиком и чувствовал, как внутри пожаром разгорается надежда и решимость идти с друзьями до конца. — Можно я тебя поцелую? — глупо протараторил Рон. Гермиона то ли от удивления, то ли от чего-то другого застенчиво кивнула, отведя глаза в сторону. Когда Уизли вскочил с дивана и, стукнувшись о край стола, подскочил к Гермионе, Гарри предпочел отвернуться. А после, убедившись, что о нем напрочь забыли, тихо вышел из библиотеки.

• ─── ✦ ─── •

Еще несколько следующих дней они безвылазно сидели за книгами, отвлекаясь только на еду и сон. Роль няньки пришлось взять на себя Рону, поскольку и Гарри, и Гермиона одинаково глубоко уходили в исследования и путеводители, забывая обо всём на свете. Рон таким же усердием не страдал, всегда точно определяя время обеда и ужина, а к десяти часам вечера всегда отправлял книжных червей по постелям. Гермиона с Гарри могли картинно позлиться, но в тайне были благодарны за заботу. План был почти готов, они обсуждали последние моменты, касающиеся способов передвижения, когда с первого этажа послышался гомон. Друзья переглянулись. Это должно было случиться. Гермиона отложила путеводитель по западной Норвегии. Гарри вздохнул. — Ну, пошли. Гарри открыл дверь в коридор, вышел – и чуть не упал от снесшего его рыжего вихря. — Миссис Уизли, — сдавленно поприветствовал он обнимающую его женщину. — Дорогой! Ты в порядке, Мерлин, какое облегчение! Гарри, мне так жаль, мы все скорбим, я понимаю, — Молли погладила его по плечам, а потом отстранилась, рассматривая юношу с ног до головы. — Моргана милосердная, ты так похудел! Тебя тут вообще кормят?! Рональд! — А? — Рон вздрогнул, — Да, мам? — Почему ты не написал мне, что Гарри пришел в себя? Я бы сразу же приехала! — миссис Уизли уперла руки в бока. — Поэтому и не написал… То есть, мы были заняты, мам! — И чем же вы таким могли быть заняты, а? Гермиона неуверенно посмотрела на Гарри. — Может, пойдем на кухню? — предложил Поттер. — Ах! Конечно-конечно! Там еще Артур внизу, разбирает продукты. Я не могла позволить вам тут и дальше голодать, поэтому привезла с собой немного домашней еды, — Молли пошла вперед, а ребята за ней, неуверенно переглядываясь. Когда все поздоровались и расселись за столом, миссис Уизли еще раз требовательно посмотрела на детей. Гарри покрутил в руках чашку с горячим чаем, посмотрел на тарелочку с крендельками в ванили, к которым уже медленно тянулась рука Рона. Гермиона наверняка закатила глаза. Точно, сейчас ему совершенно нечего бояться, а если что – его всегда поддержат друзья. — Как бы начать… — Гарри отвел взгляд от женщины, рассматривая только свой чай. — Последнее время мы довольно сильно увлечены кое-чем, что может помочь нам победить Волдеморта. — Гарри, дорогой, — перебила его Молли, — тебе сейчас нужно отдыхать... — Нет! Наотдыхался! — Гарри поднял взгляд. — Прямо перед своей смертью директор Дамблдор кое-что сказал мне. И он звучал так, будто это что-то невероятно важное! Мы должны найти Ахтохаллан! Мы обязаны! — Гарри замолчал. Молли разглядывала его с сочувствием в глазах. — Он попросил об этом перед смертью. Понимаете? Гарри посмотрел на Артура. Мужчина сжимал челюсти и хмурился, но смотрел на Гарри прямо и не таясь. Весь его вид выражал сосредоточенность. — Я не могу сейчас ничего не делать, — Гарри оглянулся на Рона с Гермионой. — У меня такое чувство, что стоит расслабиться – и я тут же сломаюсь, а этого я не могу позволить, не в наших обстоятельствах. — И что вы хотите? Найти какой-то Ахтохаллан? — подняла бровь Молли. — Уже нашли, — Гарри позволил себе улыбку. — Это река, находящаяся в Норвегии. Хотя, стоит сказать, что нашла её именно Гермиона, она провела впечатляющую работу. Скулы девушки слегка порозовели. — Хорошо, — миссис Уизли по очереди посмотрела на каждого из них, — и вы, конечно же, сами, одни, собрались туда, не так ли? Не говорите ничего, я и так это понимаю. Не доросли еще! Я запрещаю! Норвегия! Артур, они собрались в Норвегию, искать какую-то реку непонятно где, совсем одни! — Хорошо. — И ладно, если бы доверить это кому-то взрослому, а не- Что!? Артур, что значит «хорошо»? Они дети! — Молли крикнула с растерянностью и яростью. — Ты называешь их детьми? — Артур приподнял одну бровь. — Посмотри на них. Гарри с одиннадцати лет приходится сталкиваться с ужасными событиями, угрожающими не только его жизни, но и миру вообще, и, позволь заметить, хоть он прекрасно с ними справлялся, все они повлияли на него. В его глазах я не вижу ничего детского, и это очень печально. И сейчас, после трагедии, я скорблю не только по такому прекрасному человеку, как профессор Дамблдор, но и по остаткам детства, которые еще были у Гарри Поттера. Сейчас я вижу юношу, выкованного жизнью, но не сломленного, — Гарри смотрел в свою чашку, не в силах что-либо сказать. Его губы подрагивали. — Рон, ты вырос прекрасным человеком, стоящим горой за своих друзей, и ты, Молли, не можешь отрицать, что не заметила, как сильно изменился наш сын и насколько взрослее он по сравнению с любым из наших сыновей в его возрасте. И, конечно, я уверен, что именно мисс Грейнджер – та, кто находил решение практически в каждом из несправедливо свалившихся им на голову испытаний, а это значит, что она невероятно одарена для своего возраста и имеет далеко не детское мышление. Итак, Молли, я спрашиваю еще раз: где здесь дети? На кухню опустилась тишина. Молли судорожно вдохнула. — Но они должны были быть детьми. Гермиона сжала руку Рона под столом, а вторую положила Гарри на плечо. — Но это не так, — тихо сказала она. — И я прошу отпустить нас. Сейчас все доверенные лица слишком заняты своими обязанностями. Кингсли и Грюм – министерством и деятельностью ордена, вас касается тоже самое, профессор Люпин сейчас занимается разведкой среди оборотней, а Тонкс к нему очень привязалась, и мы не хотим разрывать их. Старики из Ордена нужны здесь, да и они скорее будут мешаться нам в дороге. Несколько других людей так же должны оставаться в непосредственной близости к основным действиям, а рассказывать кому-то, кто не заслужил нашего полного доверия, об Ахтохаллан мы не готовы. Трио друзей твердо встретили взгляд миссис Уизли. Они выглядели непоколебимыми в своей решительности. Молли оглянулась на своего сына. — Да, мама, папа правильно всё сказал. И я пойду за этими двумя хоть на край света, в пасть неминуемой смерти. Они мои друзья. Я никогда не оставлю их одних, хочешь ты этого или нет. Молли вздохнула, ее плечи опустились. — Хорошо. Если так должно случиться, значит, оно случится. Я буду молиться за вас Магии, мои дорогие. Пожалуйста, будьте как можно более осторожны, — Молли растерла между собой холодные пальцы рук, — берегите себя. — Конечно, мам. — Обязательно, миссис Уизли. Отозвались Рон с Гермионой. Гарри решительно кивнул, под конец улыбнувшись. Молли поспешила сменить тему на что-то более обыденное. — Чай совсем остыл! Я налью еще, кто-то будет? — только Гарри отказался. Молли разлила новую порцию чая по чашкам и добавила на тарелочку крендельков. — Что ж, как вы собираетесь добираться до Норвегии и этой вашей реки? — Ахтохаллан, миссис Уизли. Самолетом, — как само собой разумеющееся сказала Гермиона. — То есть маггловским? — подняла брови Молли. — Чем вам не угодили международные портключи, леди? — Они официальные, мам, — даже Рон понимал. — Да, — подал голос Гарри, — официальные портключи легко отследить, международные так вообще находятся под бдительным контролем, а нам доподлинно неизвестно, сколько у Волдеморта шпионов в Министерстве. Каминную сеть через море не протянуть. Аппарировать на такое расстояние очень опасно. Любые летающие повозки будут заметны, не на метле же нам лететь через море? — Так что самолет – наш самый лучший вариант, — подытожила Гермиона. — Мисс Грейнджер совершенно права, — кивнул Артур. — Хорошо. И когда вы собираетесь отправляться? — 11-го, через четыре дня, получается. — И когда будете на месте? — Полет займет всего четыре с половиной часа, так что в тот же день. Билетов осталось всего шесть штук, и все они в разных частях самолета, но даже так – нам очень повезло. Следующий рейс туда только через две недели, лучше не терять время. Если нам очень повезет, то вся поездка займет всего неделю, — хотя по лицам Гермионы и вообще всех, кто находился в комнате, была видна степень их недоверия к этому предположению, — В любом случае, мы свяжемся с вами, когда будем на месте. И позже постараемся держать вас в курсе событий. — Разумеется, — Молли встала из-за стола, — это всё? — Да, — подтвердил Гарри. — Тогда мы с Артуром, наверное, пойдем, иначе, боюсь, Фред и Джордж разнесут дом, если нас не будет слишком долго, — мистер Уизли кивнул, тоже поднимаясь с места. — Но мы придем 10-го, принесу вам чего-нибудь в дорогу. — Это уже без меня, — вставил Артур, — 10-го в министерстве будет завал после очередной конференции, боюсь, не смогу и носу оттуда показать до позднего вечера. Вам, ребята, заранее желаю большой удачи. — Спасибо. Проводив пару к выходу и закрыв за ними дверь, трио синхронно выдохнуло и нервно рассмеялось. — Что ж, всё прошло хорошо, да? — Мой папа – лучший папа на свете.

• ─── ✦ ─── •

11-е число наступило быстро. Время пролетело в сборах, приготовлениях, обсуждениях последних деталей и объяснениях Рону, как работает маггловский общественный транспорт. Гарри жалел только, что его мантия осталась в Хогвартсе из-за общей суеты в тот день. Рано утром они встретили на пороге Гриммо Молли Уизли, терпеливо выслушали все наставления, пожелания, угрозы убить, если пострадают, и прощальные слова. Наконец, захватив с собой отдельный уменьшенный рюкзак, полный домашней еды, который вызвался нести Рон, трио направилось в путь. Но сначала им надо было кое-что сделать, поэтому они отклонились от маршрута. — Чарли, привет, — Рон помахал своему брату. — Спасибо, что согласился помочь. — Я всегда готов, — улыбнулся рыжий, — и я помню про строжайшую секретность. Я буду молчать. — Миона, ты уверена? — спросил Рон, держа Гермиону за руку. — Так будет безопаснее, — она держалась, убеждая себя в этом. Они стояли напротив двери ее дома. Там, на втором этаже, спали ее родители. Сейчас было только шесть утра, выходной день, так что вставать рано не было смысла. — Нам пойти с тобой? — уточнил Рон. Гермиона отпустила руку парня и сжала ладони в кулаки. — Нет, я сама. Одна. — Хорошо, мы будем прямо здесь, ладно? — Гарри с беспокойством смотрел на подругу. — Ага, — она сглотнула. — Ну, я пошла. Тихо открыв входную дверь беспалочковой алохоморой, девушка вошла внутрь. Парни остались стоять возле входа, считая минуты. Чарли прислонился спиной к стене дома, прикрывая глаза. Единственное, зачем он был здесь нужен, – его совершеннолетие. Когда Гермиона будет колдовать, Надзор не засчитает это за нарушение из-за присутствия рядом старшего волшебника. И, конечно, играло роль то, что он не расскажет об этом событии даже своей матери. Прошло по меньшей мере полчаса, когда дверь снова открылась. Гермиона пронеслась от входа по ступеням прямо в объятия мальчишек: слезы текли по ее щекам, глаза были красные и опухшие. — Я-я убрала всё, совсем-совсем всё, — девочка громко плакала, но продолжала говорить, запинаясь и всхлипывая после каждого второго слова. — Воспоминания, фотографии, д-детские поделки, все документы!.. Гарри поглаживал ее по спине, Рон сдавливал в теплых объятиях. — Внушила другие имена. О-они завтра же задумаются о переезде в другую страну. — Ты сделала всё правильно, Гермиона, — тихо сказал Гарри. — Ты молодец. — Ты самая мужественная и самоотверженная девушка, которую я знаю. — Спасибо, Рон. И тебе, Гарри. Большое вам спасибо. Они не будут продавать дом, так что им будет куда вернуться. Глазами она поблагодарила тихо стоявшего рядом Чарли. — Ты обязательно найдешь их и вернешь им память, когда всё это закончится, — твердо решил Гарри, — и вы вместе снова будете жить в этом доме. — Да, «когда это всё закончится». — Гермиона всхлипнула у него на плече.

•──•

До аэропорта добрались на электричке: от станции «Angel» с пересадкой в «Лондонском мосту» и до станции «аэропорт Gatwick». Помещение встретило их холодным воздухом от кондиционеров, что было особенно хорошо после жары улицы, и очередью к рамке-металлодетектору и пункту досмотра багажа. Ребята встали в медленно двигающуюся очередь. Когда они были уже на половине пути, Гарри заметил кое-что странное. — Ребят. Рон и Гермиона посмотрела на него. — Гляньте, только осторожно, на охранника около стойки регистрации и на того, что рядом с рамкой. На первый взгляд они кажутся обычными мужчинами: оба с бородой и легкой проседью у висков, в стандартной форме, первый чуть полнее второго. Гарри смутило другое. — Это… — Гермиона застыла, широко раскрыв на секунду глаза, но тут же уведя взгляд в сторону, — волшебная палочка у первого и амулет у второго. Маги. Что они тут забыли? И как я раньше не заметила… — Тебе сейчас простительно быть немного невнимательной, Миона, — пробормотал Рон. Да, из кармана одного охранника выглядывала тонкая деревянная палочка, и любому волшебнику будет очевидно, что это именно волшебная палочка, а у второго на галстуке вместо зажима точно находился магический амулет: клык акромантула, пусть даже он и маленький, Гарри узнает везде. — О причинах подумаем позже, что нам сейчас делать? — Рон крутил головой, ища других возможных магов. — Мы не полетим на самолете. — Что? Гарри! — А что ты предлагаешь, Гермиона? У тебя есть с собой оборотное? Я уверен, что лунный цикл в шесть дней не влезает, ты бы не успела его сварить. Ты умеешь совершенно бесшумно аппарировать без палочки? Другие идеи, как нам не попасться возможным шпионам... Тома? — поинтересовался Гарри с запинкой. Лучше было не упоминать знаменитое прозвище Темного лорда в людном месте. Гермиона поджала губы. Частичной трансфигурацией тела она еще не владела, грим никто из них накладывать нормально не умел, а если это и правда сторонники Волдеморта, то их не обманешь парой париков. Услышав только тишину на свой вопрос, Гарри кивнул: — Тогда на выход. Медленно, без нервов. — Какой шанс, что поезда тоже контролируются? — задала риторический вопрос в воздух Гермиона, когда они оказались на улице. Гарри помрачнел. — Не маленький. — Ладно, хорошо, нам надо пересечь границу. Мы не сможем сделать это незаконно, как и пробраться в грузовые отсеки – все камеры нам не отключить. Евротоннель наверняка тщательно контролируется, остаются паромы. Их ходит много из разных пристаней. Гарри, сможешь наложить конфундус без палочки на одного человека, у которого слабая ментальная защита? — Только если посыл будет простой. — Как насчёт: «мы едем вместе»? — Да, такое смогу, но эффекта хватит на час, не больше. — Больше не надо. Едем к проливу Па-де-Кале. Электричкой будет удобнее всего. Они вернулись к станции и доехали до «Pancras Intl», откуда на другой ветке добрались до Дувра – города в английском графстве Кент и одноименного порта. — Были когда-нибудь в Дуврском замке? — спросила Гермиона, когда они проходили у подножия горы, на вершине которой находилась огромная, внушающая только восхищение крепость. — Он – один из самых больших по площади английских замков и считается «Ключом к Англии» из-за своего стратегически важного расположения на мысе. Гарри с Роном отрицательно покачали головой. Замок и правда завораживал. Конечно, удобнее смотреть на него издали, но даже так они видели его красоту. — А я была, — хмыкнула Гермиона, — и видела паромы. Много паромов. И автомобильные тоже. Знаете, те, на которые ты можешь заехать прямо на своей машине. В порту четыре пристани с такими паромами. Рон, назови число от одного до четырех. — Три? — Мы идем к третьей пристани. План прост: находим машину, в которой находится только один водитель, без пассажиров. Необходимо, чтобы это был как можно более молодой человек, лучше девушка. — У девушек слабее природная ментальная защита? — уточнил Рон. — Девушка, если что, вызовет меньше подозрений! — Гермиона прожгла его взглядом, — Как бы это ни было стереотипно, от девушек меньше ожидают каких-либо противозаконных действий! — Понял! Молчу. До пристани выстроилась внушительная очередь машин. Для водителей на протяжении всей дороги стояли несколько ларьков с едой и напитками, и многие выходили из машин, чтобы либо купить что-то, либо просто походить на свежем воздухе, а не сидеть в душной машине. В любом случае, ребятам это было на руку. Проходя ряды автомобилей, они сливались с общей толпой. Ничего или никого волшебного видно не было. Через десять минут поисков Гарри заметил в точности подходящий вариант. За рулем сидела миловидная русая девушка лет двадцати на вид. Трио прождало неподалеку еще пятнадцать минут: они хотели убедиться, что девушка и правда одна, и также сесть в машину минута в минуту с началом посадки на паром. Когда время пришло и раздался гудок с судна, Гарри подошел к окну машины со стороны водительского места и постучал костяшками пальцев. Девушка спустя пару секунд опустила стекло. — Вам что-то надо? — Конфундо, — Гарри обвел ладонью крюк в воздухе. Движения помогали и хотя бы немного заменяли палочку, — Мы едем с вами. Девушка проморгалась. — О. Паром пришел, залезайте в машину, — она открыла двери. Гарри улыбнулся друзьям. Он сел на переднее сидение, а Рон с Гермионой – сзади. При въезде на платформу их, как и всех остальных, остановили на пункте досмотра. — Ваши паспорта, пожалуйста, — попросил их работник полиции. Девушка отдала свой и, взяв из рук Гарри паспорта подростков, передала и их. — Откройте багажник, пожалуйста. Элиза Подмор и... Гарольд Уайт, Эмма Уайт и Дейв Холл — мужчина осмотрел их, — Огнестрельное оружие везем? Кем вы приходитесь друг другу? — Нет, конечно, нет, — покачала головой Элиза. — Мои знакомые. — Мы двойняшки, а Дейв – друг, — пожал плечами Гарри, указав на пару на задних местах. — Проезжайте, — кивнули им, когда багажник закрылся. Гарри выдохнул. Уже через час они будут во Франции.

• ─── ✦ ─── •

Одни сутки назад На улице стояла кромешная темнота. Скрипнула входная дверь, тихо звякнул колокольчик. Красные глаза совершенно не задержались на общем разваливающемся и пыльном интерьере, сразу выцепляя дряхлого старика, сидящего за деревянной стойкой слева от входа. — Мы закрыты, сэр-… Мерлин милосердный! — старик схватился за сердце, падая со стула, который упал вслед за ним, с ужасным грохотом приземляясь на деревянный пол. Несколько вещичек, задетые рукой старика, звонко разбились, упав вниз, — В-вы..! Лампа раскачалась из стороны в сторону, свет замигал. — Можно просто Лорд Волдеморт, — Темный лорд растянул безгубый рот в улыбке. — Ч-что вам нужно? У меня нет ничего ценного! — старик закричал, он боялся смерти. — Разумеется, всё в этой комнате – полнейший мусор, — скривился Лорд, — но вот твоя голова помнит многое. — Что? — мужчина забился в угол за своим столом, на котором лежал мешок с норвежскими огненными кристаллами, поблескивающими в переменчивом свете весящего под потолком фонаря. — Ты последний в моем списке, кого я знал до. Кто еще может помнить прежнего меня. Наконец-то. Волдеморт направил палочку на старика, закрывающего лицо руками. — Но сначала я должен убедиться, — он сощурил глаза. — Легилименс! Лицо старика кривилось в агонии, пока Темный лорд жестоко рылся в его памяти, совершенно не заботясь о жизни мужчины. Когда Волдеморт вернулся, его глаза горели гневом. Бледные пальцы сильно сжимали палочку. — Чертов старик! Даже сюда сунул свой нос! — он прорычал в воздух, волны магии расходились от него по всему помещению, придавливая хозяина лавки к полу, — Даже из могилы создает мне проблемы! Лорд тряхнул рукой с палочкой, разрушая убойной волной половину стендов с хламом. Книги, амулеты и сувениры посыпались на пол с громким дребезжащим звуком. Свеча в лампе потухла, оставляя в комнате полную темноту. И только два узких красных глаза светились в ней предельно четко. — Когда он приходил к тебе?! Тот, кто продал тебе эти кристаллы! Говори! — П-примерно 29-го июня! — Старик всхлипнул, — П-пожалуйста!.. — Авада Кедавра! Старик осел на пол, мышцы его полностью расслабились, руки опустились от головы, падая на пол с глухим стуком. Жизнь его покинула. Темный лорд аппарировал прочь, появляясь мгновенье спустя в Малфой-меноре и тут же созывая собрание.

•──•

Зал с мраморными колоннами был полон. Ближний круг сидел за столом, во главе которого восседал на своем троне Лорд Волдеморт. По правую руку от него находились Люциус Малфой и Нарцисса, чуть дальше – их сын, Драко. По краям зала, не занимая центр, стояли все остальные Пожиратели смерти. — Джастин, Норг – следить за всеми международными портключами, выдаваемыми министерством, особенно в Норвегию. Я жду отчет о том, был ли запрошен хоть один с 29-го июня и до сегодняшнего дня! Лоуренс. — Темный лорд перевел потемневший взгляд на пожирателя, сидящего за столом, — Круцио. Мужчина сдавленно закричал, его лоб ударился об стол, когда он резко нагнулся, руки сжимали края стула. Пытка продлилась полминуты. К концу он уже не мог сдерживать крик. — Это напомнит тебе, почему нельзя меня разочаровывать. Лоуренс прохрипел согласие сорванным голосом. — Организуй слежку во всех крупных точках маггловского транспорта. Ты не должен позволить никому, хотя бы косвенно относящемуся к Ордену курицы, покинуть страну. Особенно Гарри Поттеру и его маленьким друзьям! — Да, мой лорд, — мужчина поднял голову со стола, на секунду посмотрев на Лорда красными от полопавшихся капилляров глазами, и тут же склонил голову, более не двигаясь. Двое, названные ранее, склонили головы где-то в зале. — Посмеете пропустить их – не рассчитывайте на мою благосклонность! — красные глаза сверкнули в полутьме зала. Темный Лорд обвел взглядом помещение, потом свой ближний круг. — Долохов. Мужчина поднял взгляд от серебряного кубка, который он до этого спокойно крутил между пальцев. Он встряхнул головой, от чего растрепанные волосы ударили его по щекам. Его взгляд был странно живым для этого окружения, яркие голубые глаза то и дело перескакивали с предмета на предмет, с человека на человека. Он расслабленно развалился на стуле. — Да, мой лорд? — пропел мужчина лениво. — Не сметь проявлять неуважение! — Долохов скривился от хлынувшей на него волны магии, заставившей его вжаться в спинку стула, — Я жду тебя в этом же зале через час после собрания. Ты кое-куда отправишься на довольно длительный период. — Как будет велено, — криво улыбнулся Тони, снова разваливаясь на своем стуле. Он подцепил пальцем виноградину с блюда и кинул себе в рот. Волдеморт задумался на минуту, и все сохраняли тишину в это время. — Юный Драко, — обратился он к Малфою. Драко вздрогнул и побледнел. Он не решился поднять взгляд от стола, только тихо пробормотал заученную уже фразу: — Да, мой лорд? — После собрания задержишься. — Да, мой лорд, — Драко незаметно сглотнул. Люциус не подал виду, что заволновался, оставляя свое лицо максимально бесстрастным. Темный лорд осмотрел собравшихся. — Круцио. Снова закричал кто-то из внутреннего круга. Лорду не нужны были причины для того, чтобы причинить боль. Антонин Долохов только глубоко вздохнул, подавляя раздражение, и съел еще одну виноградину.

•──•

Зал опустел только через полтора часа. В этот раз обошлось без убийств, и Драко должен быть этому рад, но испытывать любые положительные эмоции сейчас он был совершенно не способен. Он чувствовал только нервозность и… страх. — Драко, подойди ближе, — прошипел Лорд Волдеморт. Малфой сделал несколько неуверенных шагов к трону повелителя, останавливаясь слева от него. Их разъединяло всего два метра, и это уже было слишком мало. И когда Малфой поднял взгляд от пола, то ужаснулся, увидев направленную на себя палочку. Все мысли покинули его голову, он не мог ни шевелится, ни говорить. Только смотреть на острие бузинной палочки и видеть перед собой кровавые глаза. А потом пришла агония. Его разум переворачивали и разрывали на куски, чтобы потом собрать и перемешать вновь. И так продолжалось, казалось, вечность. Он чувствовал, как его голову режут ржавым ножом, как препарируют его память. Он залезал в самые потаенные места, снося щиты под корень, что причиняло еще большую боль. Да, Драко мог думать только о боли и, если бы мог, он бы начал молить о прекращении пытки, плевать ему на «чистокровность». Но он не мог сказать и слова, только кричать-кричать-кричать… Пока повелитель, наконец, не увидел то, что хотел. «Найдите Ахтохаллан!» — Чертов старик! Я достану тебя из могилы и сожгу адским пламенем! Драко давно упал на пол. Молнии из магии разлетались от вскочившего на ноги Темного лорда во все стороны, разрушая колонны и оставляя вмятины на мраморном полу, чудом не задевая мальчика. Со стола с дребезжанием слетела серебряная посуда. Драко рвано дышал, хватая воздух ртом. Из его глаз текли слезы, губы беспорядочно дергались, будто он пытался что-то сказать. Всё его тело тряслось. Но на этом ничего не закончилось. — Ты, идиот! Чистокровный выродок! — Темный лорд прожег взглядом Малфоя. От взметнувшейся магии Драко простонал, стискивая себя в маленький комочек на полу, — Круцио! И снова пришла боль, но теперь еще сильнее предыдущей. Тогда разрывалась голова, теперь – всё тело. Его внутренности перекручивались, тошнота подступала к горлу, все мышцы были напряжены до предела, нервы дрожали, кровь бешено текла по венам, шумела в ушах. Из-за сорванного голоса он уже не мог кричать. Шея и грудь пошли красными пятнами, а лицо, наоборот, стало белее снега. Сколько это длилось – Драко не знал. В какой-то момент ужасная агония прекратилась, оставляя за собой ее фантомный след, дрожь и тупую боль по всему телу. Его вырвало. — Мерзость, — голосом, полным отвращения, сказал Темный лорд. — И ты смеешь называть себя наследником чистокровной семьи? Просто посмешище. Драко не слушал. Он не слушал. — Обливейт! И, спустя очередной удар магии по его памяти, Драко потерял сознание. А проснувшись на следующий день, он уже не будет помнить совершенно ничего из событий на Астрономической башне, произошедших до убийства директора. В том числе и просьбу-приказ Дамблдора, сказанную непонятно кому. Прошло несколько минут полной тишины. В двери зала тихо постучали. — Войди! — крикнул Темный лорд, и, когда двери открылись, с ухмылкой поприветствовал вошедшую, — А, дорогая Нарцисса, пожалуйста, проходи и забери своего сына. Леди Малфой перевела взгляд на место перед троном лорда и ахнула, прикрыв рот ладонью. Она застыла на месте, не позволяя себе броситься к лежащему на полу юноше. Ее сын выглядел мертвым. Нарцисса схватила задрожавшую руку, не давая себе проявить эмоции так явно и сдерживая свое лицо. Судорожно вдохнув через нос, она медленно направилась к Драко. Женщина присела перед мальчиком, казавшимся сейчас таким маленьким и несчастным, и дрожащей рукой схватила его за запястье, с отчаяньем пытаясь нащупать пульс. Нарцисса с облегчением прикрыла глаза, позволяя только так показать всю ее радость и счастье от осознания, что ее любимый сын жив. Темный лорд следил за ней с ядовитой усмешкой, крутя в руках палочку. Нарцисса кинула на него взгляд. — Благодарю, что оставили ему жизнь, Милорд, — сказала Нарцисса, не вставая с колен. — Конечно, в конце концов, ты мне нравишься, Нарцисса, не хотелось тебя огорчать. Леди опустила голову в поклоне, скрывая вспыхнувшие яростью глаза. Она поднялась на ноги и, подняв сына чарами левитации, спешно вышла из зала.

•──•

За дверями ее встретил как всегда ни о чем не волнующийся Антонин Долохов. Он стоял, прислонившись спиной к стене, и перебрасывал из руки в руку снитч – его золотые бока блестели в свете свечей. Периодически он поглядывал на большие маятниковые часы, стоящие в этом коридоре, отчитывая ровно час с момента конца собрания. — Антонин, — Нарцисса остановилась перед ним. Голубые глаза сразу же перескочили на женщину, оглядывая ее с ног до головы и перебегая на парящего позади Драко. На секунду его глаза сощурились, но лицо почти сразу вернулось в свое расслабленное выражение. — Нарцисса, здравствуй, как жизнь, как близкие? Женщина дернула уголком губ в раздражении. — Я тебя не переношу, но, — она закусила губу, и Тони даже удивился ее внезапной открытости, картинно расширив глаза. — Я сам знаю, что я, может быть, сброд всех самолюбий и больше ничего, но не прошу прощения¹, — нараспев процитировал Тони. — Неужели непоколебимая Нарцисса Малфой что-то от меня хочет, а? Тони ухмыльнулся, щелкнув пальцами. Он запустил снитч в воздух, поймал и сунул в карман брюк. — Иди за мной, — леди Малфой решительно пошла дальше по коридору и открыла первую дверь, пропуская Долохова внутрь, – это была одна из малых трапезных. Тони опустился в кресло, закинув ноги на стол. Он запустил пятерню в волосы, отведя чуть завивающиеся пряди со лба. Леди Малфой аккуратно положила сына на диванчик и позвала эльфа с наказом перенести Драко в его комнату. Она повернулась к Долохову. — Забери моего сына, — твердо сказала Нарцисса. — Чего? — Тони поднял брови, с недоверием разглядывая женщину широкими глазами. — Лорд сказал, что ты уезжаешь на продолжительное время. Возьми моего сына. Сделай так, что бы он позволил тебе это, — уточнила леди, подняв подбородок. — Ты понимаешь, насколько это невыгодно и подозрительно звучит? — усмехнулся Тони. — Да и зачем мне немощный мальчонка? — Сделка. Проси взамен, что хочешь. — Что, всё-всё? — Долохов склонил голову к плечу. Нарцисса промолчала, — Дорогая Цисси, нельзя же такими речами разбрасываться… Хотя, — он перевел взгляд на уже пустой диван, — пожалуй, в некоторых случаях можно. — Везде будет лучше, чем подле нашего лорда, — женщина сжала губы в тонкую полоску. Антонин хмыкнул и задумался. Нарцисса терпеливо ждала рядом. — Скажи, у тебя есть доступ к сейфу твоей дражайшей сестры? Той, что свихнулась, я имею ввиду. — Мы Блэки, так что да, — кивнула Нарцисса. — Тебе нужны деньги? — Деньги… такая незначительная вещь, нет, мне нужен определенный артефакт. И ты мне его достанешь, — женщине показалось, что голубые глаза на миг вспыхнули настоящим триумфом. — Достану. — Э, не-ет, я так не работаю. Нарцисса вздохнула и, достав палочку, произнесла те же слова, но с магической клятвой. «Я принесу Антонину Долохову тот артефакт, который он попросит, из сейфа Беллатрисы Лестрейндж, если взамен он заберет Драко Малфоя с собой на задание Темного Лорда Волдеморта и обеспечит ему безопасность». Тони хмыкнул. Теперь платой за нарушение обещания служит потеря магии. После она спросила: — Что мне нужно достать? — Чашу Пенелопы Пуффендуй, — улыбнулся Антонин Долохов, широко раскрыв глазницы. — Я это сделаю, — с готовностью кивнула леди Малфой – мать своего ребенка.

• ─── ✦ ─── •

Двери в «тронный» зал снова открылись. Волдеморт всё так же восседал во главе стола. — Антонин. Долохов склонился в неглубоком поклоне. — На столе лежит портключ. Он перенесет тебя в ближайший к твоей цели город. — И куда я отправляюсь, князь? — Тони прошел вдоль стола, ведя по нему рукой, его глаза следили за собственными пальцами, за кольцом с черепом на безымянном. Он подошел к портключу в виде статуэтки серебряной змеи с изумрудами вместо глаз и схватил ее. — В Норвегию, — Долохов застыл на мгновенье. — В Норвегию? — протянул он, крутя змею между пальцев. Ярко-голубые глаза сощурились, обвели круг по залу, задерживаясь на картинах, и вернулись к статуэтке, — Норвегия большая. — Не дерзи, Долохов, — прошипел Темный лорд. — Извиняюсь, милорд, — хотя лицо его не показывало никакого раскаяния. — Тебе нужно будет найти Норвежский Зачарованный лес и не дать никому зайти внутрь. Вход только один. Если кто-то – неважно, кто – захочет пройти в лес – убей, — кровавые глаза вспыхнули огнем. — Не сможешь выполнить приказ – ты будешь мертв в ту же секунду. Ты будешь выполнять мое поручение, пока я не прикажу обратного. Антонин хмыкнул. Темный лорд замолчал, давая понять, что это будет максимум информации, которую он готов дать. — Как скажет Ваше Темнейшество, — Тони помахал в воздухе руками, в одной из которых была зажата змейка. И сразу же скривился от сдавившей его силы, оставляющей после себя тупую боль в теле. — Не доводи меня! Тебе и так позволено слишком много, — Темный лорд прокрутил палочку между пальцев. Тони тряхнул головой, приходя в себя. — Милорд, могу ли я взять в дорогу... компаньона? Лорд склонил голову в интересе. — Кого, например? — Драко Малфоя, — ухмыльнулся Долохов. Волдеморт недоверчиво прищурился. — Зачем тебе этот мальчишка? — Мне он… нравится, — Тони щелкнул пальцами и плотоядно улыбнулся, — миловидный парень. Скрасит мне поездку. Темный лорд посмотрел на Долохова со снисхождением. — В таком случае, вы отбываете завтра в двенадцать ровно. — Как скажет Ваше Темнейшество, — и Тони выскочил за дверь, широко улыбаясь.