Глава 63. Посиделки у костра
24 июля 2025 г., 07:00
Не веря своим глазам, Иван будто на ходулях брел через сидящих на пледе людей. Первая партия крыльев была готова, и по двору разносился пряный аромат незнакомых специй и жареной курицы, но, даже умирая с голоду, Иван бы этого не заметил. Толкнув кого-то, едва не наступив на чью-то руку и не подумав извиниться, он не остановился, пока не упал на колени за спиной у сидящего у костра парня.
Когда Иван резко привалился сзади и обхватил его руками, Тилл вздрогнул.
— Придурок, что ты делаешь? — по привычке проворчал тот, мгновенно узнав ночного нарушителя границ, но регрессор, казалось, не слышал.
Хватка стала крепче, Иван будто пытался вжать его в себя. Когда он уткнулся лбом в плечо Тилла, спрятав лицо, снова послышалось недовольное бормотание:
— Эй, я с кем говорю? Хватит липнуть на людях! — недавно выписанный из лазарета бунтарь попытался отпихнуть надоедливого друга, но тот никак не реагировал.
И вдруг Тилл замер и словно окаменел, ощутив что-то мокрое у себя на плече. Шумно сглотнув вставший в горле ком, он уже нежнее зарылся рукой в волосы парня не в силах поверить в происходящее.
— Иван?
Вместе с ним на плечи Тилла, казалось, рухнула вся тяжесть этого мира и перенесенных регрессий. В этом безмолвном отчаянии и прорвавшихся наружу неконтролируемых эмоциях заключалась вся перенесенная им боль. Что-то подсказывало, что Иван никогда не позволял себе подобной слабости, и вот, едва снова не потеряв родного человека, он больше не смог этого вынести.
Ответа не последовало, и на них уже начинали коситься присутствующие. В этот момент Тилл пожалел, что не взял с собой пальто и теплым летним вечером решил выйти на улицу в одной пижаме.
— Джихе! — быстро осмотревшись, он позвал сидящую рядом подругу. — Живо дай мне свою кофту!
— Что? Нет! Мне без нее холодно, — девушка демонстративно плотнее укуталась и поправила рукава. — И вообще пусть тебя Иван греет! У него вон хорошо получается.
Тилл мягко погладил его по голове, прижимая ближе. Рубашка на плече промокала все сильнее, но Ивану удавалось сидеть беззвучно и ничем не выдавать свое состояние, кроме этого контакта с кожей.
— Некогда, просто дай мне кофту, — настойчивее повторил Тилл. — Тебе жалко, что ли?
— На какие только жертвы не иду ради вашего счастья, — проворчала Ли Джихе и все-таки протянула то, что требовали.
Тилл оставил прозвучавшее недовольство без внимания и сразу же накинул полученную кофту Ивану на плечи, закрыв его голову капюшоном. Он вдруг подумал, что не хотел бы делиться таким уязвимым и личным моментом с посторонними — пусть произошедшее останется их маленьким секретом.
— Идем в комплекс, — тихо шепнул он и попытался встать, но чужие руки удерживали так крепко, что Тилл повалился обратно.
Пришлось расталкивать регрессора и едва не тащить на себе, игнорируя тяжелый взгляд Ю Джунхека, которым тот наградил их, инстинктивно почуяв неладное. Лишь приблизившись ко входу в здание, Тилл позволил себе передышку и снял с притихшего Ивана капюшон. Его лицо ничего не выражало, под глазами залегли тени от недосыпа, а о недавней вспышке эмоций свидетельствовали только две подсохшие дорожки на щеках, и от этой печальной картины сжалось сердце.
— Я ведь говорил тебе не слушать Асмодея, — глядя в пустые черные глаза, Тилл провел подушечкой большого пальца там, где недавно текли слезы. Его голос стал глухим, из него пропало все раздражение. — Жаль, не успел предупредить раньше.
— Ты знал, что он нападет? — чуть надтреснутым тоном спросил Иван. Услышав себя со стороны, он сделал глубокий вдох и сам утер рукавом щеки, быстро приводя себя в порядок.
Тиллу было невероятно жаль, что регрессору приходилось прятать эмоции даже сейчас, когда они остались наедине.
— В последний момент увидел, когда активировал «Прогнозирующий Плагиат». Это был самый вероятный исход.
Иван бездумно кивнул и снова замолчал, а Тилл, взяв его за руку, повел в свою спальню. Дверь за спиной скрипнула, щелкнул замок, и они остались вдвоем. В комнату не проникали даже звуки с улицы, вокруг как будто наступил вакуум. Тилл удовлетворенно кивнул и отбросил край одеяла.
— А теперь ложись спать.
Даже получив прямую команду, парень не спешил двигаться с места. Он застыл посреди помещения, опустошенный и такой несчастный, что Тилл снова почувствовал эту неясную тяжесть, будто до сих пор тащил его на себе.
— В чем дело? — немного звенящим от напряжения голосом спросил он.
— Я так и не смог тебя спасти.
После этих слов внутри что-то разлетелось на тысячи осколков. Сглотнув очередной ком, Тилл крепко обнял Ивана и прижал к себе. Он не знал, как его утешить, можно ли вообще сказать что-то хорошее в этой ситуации, но испытывал потребность и даже необходимость держать его в своих руках и не отпускать. По робким сначала, а потом более уверенным ответным объятиям он понял, что осуществил их общее желание.
— С чего ты взял, что должен меня спасать? — Тилл прижался щекой к его щеке. — Хоть раз попробуй спасти самого себя. Хватит жертв, я не хочу, чтобы ты проходил через это снова и снова. Просто будь здесь, там же, где и я.
Собственные неуклюжие слова казались жалкими потугами. Наверняка у Мизи или даже у Суа получилось бы лучше. Девочки всегда знали, как быть нежными и обходительными, а им с Иваном оставалось лишь подражать и доводить себя и друг друга до изнеможения в попытках исправить то, что они натворили. И все же, стоя здесь и сейчас рядом, они чувствовали, что наконец-то обрели нечто целостное, чего им всегда не хватало.
Утянув Ивана на кровать, Тилл устроил его голову у себя на груди, и только после этого регрессор успокоился и закрыл глаза. Чувствуя нежные пальцы в волосах и биение родного сердца, он сумел крепко уснуть в объятиях того, кто никогда не винил его за неудачи.
