Три способа выжить на Сцене

Промышленный комплекс встретил своих обитателей открытыми дверями, снующими рабочими, оживленными разговорами толпы воплощений. А еще огромным порталом прямо посреди главного двора, вокруг которого и собрались праздные зеваки, заинтересованные странным явлением. Сначала они боялись подходить близко, но постепенно осмелели, когда первого же добровольца система встретила предупреждением: [Ваша квалификация недостаточна для встречи с «Древнейшей Мечтой»] Однако, участники «Компании Ким Докча», которым посчастливилось вернуться в комплекс раньше, без помех прошли к искрящимся вратам, не встретив ни одного уведомления. — Что за чертовщина? — Ли Джихе протянула руку к светящейся воронке, но путь ей преградила Чон Хивон, а Ли Хенсон слегка придержал за локоть. — Пожалуйста, не подходите к порталу, — Ю Сана благоразумно призывала воплощения и собственных товарищей держаться подальше. — Давайте сперва дождемся Суен-сси и Джунхек-сси. — А что нас ждать? Мы уже здесь, — Хан Суен остановилась рядом с ней, оценивая обстановку. — Пройдем в комплекс, я все объясню по пути. Проход не пустит посторонних, так что можно не переживать, что кого-то затянет внутрь. По дороге к залу собраний она вкратце пересказывала недавно прошедший сценарий. Ю Джунхек, молча шедший рядом, напоминал своим грозным видом, что каждого, кто проронит лишнее слово об увиденном, ждет жестокая расплата, но едва ли это пугало написавшего его автора. — Выходит, сценарий для нас создал Докча-сси? — выслушав Хан Суен, Ю Сана слегка улыбнулась этой мысли. — Правда похоже на него: снова избегает важных разговоров и отказывается объясниться. Ю Джунхек скептически хмыкнул, но, кроме Ивана, его никто не услышал. — Между прочим, эти мальчики, — Хан Суен беззаботно закинула руки на плечи Тиллу и Луке, отчего оба синхронно поморщились, — обеспечили нам прямой путь к «Последней Стене»! Взгляд Хены, направленный на Короля трансформации, выражал смесь недовольства и облегчения. Похоже, она сама не решила, рада ли его возвращению. — Ты бы подумал все-таки про спонсорство, — автору невольно вспомнился разговор, предшествовавший внезапному сценарию. Пожурив Луку, она слегка пихнула его локтем в бок, прежде чем отпустить и повиснуть только на Тилле. — Старая карга, — ворчал тот, брыкаясь и пытаясь оттолкнуть от себя надоедливое Созвездие, но Хан Суен слишком веселило его раздражение, не говоря уже о сжатых губах Ивана. — Да ладно тебе! — она потрепала его за щеки, что привело Тилла в бешенство. — Между прочим, ты был на высоте. За ними захлопнулись двери небольшого зала, в котором обитатели комплекса решили обсудить дальнейшее путешествие к «Последней Стене». Иван здесь раньше не был, но беспорядок свидетельствовал о том, что сюда часто приходило большое количество людей, а ранее запертый замок — о том, что посторонним вход воспрещен. — Я сомневалась, не зря ли дала тебе стигму, — продолжала рассуждать Хан Суен, игнорируя недовольство своего первого и единственного воплощения, — но Ким Докча и Ю Джунхек приняли твой ответ. А это что-то да значит. Мизи хихикнула, когда Иван все-таки не выдержал и забрал Тилла себе, заключив в объятия, за что недовольство и опасно поднятый кулак доведенного до белого каления бунтаря едва не перекинулись на своевременного спасителя. Автор насмешливо фыркнула, но воздержалась от комментариев, решив, что сейчас есть задачи поважнее. Она встала во главе длинного стола, за которым, не сговариваясь, расселись остальные. Главный герой занимал ближайшее к Хан Суен место, возвышаясь над другими персонажами романа. Никто не возражал и не претендовал на выбранное им место — все молча признавали его авторитет. — Итак, у нас остался последний сценарий, — лидер туманности хлопнула ладонью по деревянной поверхности, но это было лишним: все взгляды уже были обращены к ней. — Портал во дворе выглядит нестабильным — лучше не тянуть. Даю вам сутки на сборы и принятие решения об отправке. И да, обладатели фрагментов стены безоговорочно идут с нами. За столом вверх взметнулась одинокая рука. Не дожидаясь, когда ему разрешат говорить, Ли Гильен взволнованно вскочил с места. — Нуна, у нас проблема! Я не получил фрагмент «Стены, разделяющей Добро и Зло» от Агареса. Воплощения охнули. Тилл озадаченно почесал затылок, чем вызвал улыбку Ивана. Лишь им двоим было известно, куда пропал упомянутый кусок. — Что? — от прежней уверенности Хан Суен не осталось и следа. — Гильен, ты в этом точно уверен? Ты уже говорил с Абаддоном? Мальчик кивнул. Скорее почувствовав его обеспокоенность, чем увидев, Шин Юсон взяла друга за руку в знак молчаливой поддержки. Ивану давно казалось, что связь между детьми в Компании намного крепче, чем между взрослыми, и этот простой жест стал очередным подтверждением. Хан Суен выругалась и закусила губу. Пальцы лежащей на столе ладони нервно барабанили по деревянной поверхности. Остальные выглядели не менее подавленными, и их можно было понять: до Ким Докчи остался всего один шаг, но без пропавшего фрагмента они не смогут его совершить. А значит, весь путь был пройден зря. Иван слишком хорошо знал это чувство: ради Тилла он безрезультатно погибал все прошлые регрессии только для того, чтобы попытаться спасти его в следующей. Вздохнув, регрессор поднялся с места. — Этот фрагмент у меня, — видя сомнение на лицах людей, он пояснил: — Агарес передал его еще до начала Великой войны Святых и Демонов. Тилл встал рядом с ним, встретив чужие взгляды упрямой решимостью, но никто не упрекнул ни его, ни Ивана. Наоборот, услышав эту новость, друзья Ким Докчи расслабились: Шин Юсон утянула Ли Гильена обратно за стол, Хан Суен облегченно выдохнула, воинственно настроенная Чон Хивон отпустила рукоять меча, а Ю Сана робко улыбнулась. — Да, Ива-онни, — Ли Джихе хихикнула, — ты у нас прямо нарасхват. Некоторые даже нашли силы засмеяться. Больше присутствующие не делились на лидера и подчиненных — за столом начались активные обсуждения предстоящего пути, подготовки к нему, планов на будущее, которое наступит после возвращения Ким Докчи. И только Иван не участвовал в общем разговоре. Когда все разошлись и зал опустел, он остался одиноко сидеть за столом, сцепив руки в замок, будто запер за ним не только волнение, но и настоящие чувства. Все это не укрылось от Тилла — парень выучил его так хорошо, что даже без смены эмоций на лице понимал, когда регрессора что-то гложет. — Давай, рассказывай, — он присел на край стола рядом, чтобы быть выше. На губах играла легкая и хитрая улыбка. Иван повторил ее, признавая, что обман не удался. — Я пока не решил, что мне делать. Тилл приподнял бровь. — То есть? Завтра мы с тобой запасемся расходниками, отдохнем и поможем Компании со сборами. А потом отправимся к «Последней Стене», — на словах все действительно было просто. Однако, Иван имел в виду другое. Он мотнул головой, растрепав челку. — Стоит ли мне отправляться к «Последней Стене»? Что будет, когда я встречу Ким Докчу? Теперь воплощение автора начало понимать, что именно тревожило регрессора. Тилл потянул его за руки, прося подняться из-за стола, и встал напротив, чтобы теперь находиться с ним на одном уровне и смотреть в глаза. — Он ждет тебя, — мягко заметил парень. — Ким Докча столько следовал за тобой после того, как создал. Уверен, он хотел бы тебя увидеть. Иван уткнулся носом ему в шею, все-таки прервав зрительный контакт. — Но хочу ли я его видеть? — Ты стал задавать слишком много вопросов, — Тилл тихонько засмеялся, зарывшись рукой в его волосы. — Это путешествие правда изменило тебя. И я знаю, что ты хочешь встретиться с ним, даже если не признаешься в этом мне или даже себе. Теперь была очередь Ивана ответить легким смехом. — Ты тоже изменился, когда стал воплощением Хан Суен. Звучишь как настоящий автор. — Наверное, — парень взволнованно отвел взгляд, пряча зардевшиеся щеки. Едва загоревшись, черные глаза Ивана снова потухли. Улыбка сошла с губ, выступающий клык вонзился в кожу. Тилл настойчивее погладил его по затылку. — Чем ты займешься, когда все закончится? — наконец спросил регрессор, решившись снова посмотреть на него. Сердце болезненно сжалось в ожидании решения Тилла. Однако, долго томиться не пришлось. — Придурок, — слова прозвучали с непривычной теплотой вместо раздражения. — Это тебе решать. Я пойду с тобой, — он смущенно отвернулся. — Ты пропадешь без присмотра. Иван поймал его пальцами за подбородок и притянул для поцелуя. Тилл не возражал против такого развития событий, и пустой зал для переговоров, стол которого был завален картами и чертежами, вместе с планами Компании сохранил их обещание остаться рядом, несмотря ни на что. Даже когда путешествие подойдет к завершению, эпилог не станет концом их пути. Руки скользнули по пояснице, проверяя плотность белого плаща. С губ сорвался тихий вздох, когда Тилл обнял в ответ, а потом сам возобновил поцелуй. Безграничные нежность и забота плескались в его бирюзовых глазах, и в тон им на шее блестело именное клеймо. В последнее время Тилл старался закрыть его высоким воротом, будто стеснялся собственного прошлого, но Иван никогда не считал этот знак уродством. Он провел носом по шее, очертив каждую букву, пока не замер на последней. Бунтарю даже шла подобная прямолинейность — нет смысла ее прятать за одеждой. В свою очередь, Тилл отогнул черный рукав и оголил запястье, чтобы коснуться пальцами имени Ивана, подаренного Уншей. Так они и стояли одни в пустом зале, прильнув телами. Что бы ни случилось дальше, оба понимали, что последуют друг за другом. Дверь с грохотом распахнулась, и у входа кто-то удовлетворенно хмыкнул, несуразно тихо прикрыв ее за собой. — Так и знала, что вы здесь, — Ли Джихе усмехнулась, прислонившись спиной к единственному пути наружу. — Что, вам спальни уже мало? — Блять, — прокомментировав ситуацию, Тилл резко отпустил Ивана, но не отошел. — Чего пришла? Девушка скрестила руки на груди, глядя на них с явным превосходством. Даже удивительно, как ей это удавалось при ее-то небольшом росте. — Хотела вам кое-что показать, — уже серьезнее и спокойнее сказала она. — Идете или будете дальше обжиматься? Парни переглянулись. В сопровождении Ли Джихе они пришли к неприметной двери недалеко от импровизированных палат Айлин. Комната оказалась открыта, но девушка все равно осмотрелась, нет ли кого в коридоре, прежде чем пропустить их внутрь. — Я подумала, вам будет интересно увидеть его до того, как мы отправимся, — объяснила она, затворив за ними дверь. Помещение было тесным. Возможно, раньше оно служило подсобкой, а не полноценной жилой комнатой. Теперь же занавески на единственном окне были задернуты, вдоль стены стояла узкая кровать, а рядом с ней — приборы, подсоединенные к кому-то, занимающему постель. — Ему постоянно переливают истории, чтобы тело разрушалось медленнее, — Ли Джихе отдернула край одеяла, и Иван сразу узнал того, кто под ним спал. И все же, несмотря на внешнее сходство, он разительно отличался от увиденного однажды оригинала. Этот человек сильно осунулся и очень давно не двигался. Казалось, если открыть окна и пустить в комнату солнечный свет, его кожа будет просвечивать насквозь. Волосы спутались, но не отросли. Если бы не редкое, едва заметное дыхание, можно было решить, что он давно умер. — Кто это? — спросил Тилл. Он единственный никогда раньше не встречал этого мужчину. — Ким Докча, — Иван непроизвольно сжал пальцами прутья у изголовья кровати. — Точнее его аватар, — Ли Джихе поравнялась с ними, чтобы рассмотреть поближе это печальное зрелище. — Он содержит воспоминания настоящего аджосси и кусок «Четвертой Стены». Без него наше путешествие в 1865-ую регрессию было бы невозможным, но он уже давно в таком состоянии. И это еще одна причина, почему нам нельзя медлить. Девушка замолчала, глядя на Ивана, и тот вдруг почувствовал, будто она знала о его сомнениях, догадывалась, что он не хотел идти к «Последней Стене», хотя и был обязан это сделать. Но когда Джихе заговорила вновь, она не обвинила его и не выдала привычную колкость: — Докча-аджосси разделил свои воспоминания с аватаром, прежде чем занять место «Древнейшей Мечты». Раньше я не задумывалась об этом, но, мне кажется, он, — девушка указала на бессознательное тело на кровати, — не узнал бы тебя. Аджосси не захотел бы делить с кем-то память о тебе. Когда она ушла, Тилл снова привалился к парню и положил голову ему на плечо, подражая привычке самого Ивана. — Я согласен с Джихе, — фраза прозвучала раньше, чем тот успел бы возразить. — Знаешь, я ведь воплощение автора — кое-что в этом понимаю. В тот раз, когда я нашел книгу Хан Суен в твоей спальне, я заметил, что в ней не было тебя. Ким Докча не из тех, кто разбрасывается чем-то важным для него — вы в этом похожи. Если даже мой спонсор из будущей мировой линии не знала о ребенке Ю Джунхека, значит, он действительно считал тебя чем-то ценным и личным, хотел сохранить только для себя и твоего отца, — Тилл вздохнул и смущенно отвернулся, когда Иван снова попытался заглянуть ему в глаза. — Ты нужен Ким Докче. — У меня все равно нет выбора, — тон регрессора мог казаться беспечным, но Тилл безошибочно уловил разницу и с трудом скрываемую улыбку в чужом голосе, а вместе с ней и облегчение. — Как обладатель «Стены, разделяющей Добро и Зло», я обязан отправиться. Бунтарь усмехнулся. — Верно. А я пойду с тобой, чтобы посмотреть на настоящего Ким Докчу, — он фыркнул, возвращаясь к более свойственной ворчливой манере. — И вообще, какого хрена Компания прятала от нас его аватар? Могли бы давно уже показать! Иван засмеялся, когда тот нарочито притопнул. Тилл, слегка сощурившись, вернул ему улыбку.