“Мы не знали, кем станем”

Париж. Бутик-отель перед съёмкой для Vogue. Утро. Свет проникает сквозь окна. Итан сидит в чёрном бархатном костюме от Balenciaga. Волосы аккуратно уложены. Макияж лёгкий, подчёркивает скулы и глаза. Перед ним — молодая журналистка из Vogue. Записывает интервью. Журналистка (с улыбкой): — Господин Итан, ваш показ буквально взорвал модную индустрию. Скажите честно, вы всегда были таким уверенным? Итан (спокойно): — Уверенность — это не то, с чем рождаются. Это то, чему учатся, когда приходится выживать красиво. Журналистка на секунду замирает, улыбается, не зная — это ирония или исповедь. Журналистка: — Это поэтично. А если не секрет… вы часто говорите, что у вас есть ребёнок. Что для вас значит быть родителем? Итан (на секунду опускает взгляд): — Это значит… всегда быть его домом. Даже когда ты за тысячи километров. Журналистка: — А любовь? Вы открыты к новым отношениям? Итан поднимает глаза. И взгляд — будто лёд под солнцем. Итан (тихо, почти шёпотом): — Любовь — это роскошь. Я умею носить её на подиуме. А в жизни… предпочитаю не примерять то, что не моё. Журналистка: — Вы говорите как человек, который знает, что такое боль. Итан слегка улыбается, встаёт. Итан: — Я говорю как человек, который знает, как выглядеть прекрасно — даже когда внутри сломано. Он уходит в сторону гримёрки. Камера ещё записывает пустой стул, а на фоне слышен тихий голос помощника: — Господин Итан, Кай звонил. Он смотрел показ. Он сказал: «Моя мама — принцесса Парижа.» На секунду Итан останавливается. И говорит, не оборачиваясь: Итан: — Тогда всё не зря. Сеул. Поздний вечер. Дом Сонхуна. Сонхун сидит в гостиной. В руках — чашка чая. Фоном играет тихая музыка, но её перебивает звук входящего уведомления. Он лениво разблокирует экран. Заголовок: «Итан: “Любовь — это роскошь. Я умею носить её на подиуме” — интервью из Парижа» Он нажимает. На экране появляется Итан — сдержанный, утончённый, с этим холодным блеском в глазах, которого у Хисына когда-то не было. «…я говорю как человек, который знает, как выглядеть прекрасно — даже когда внутри сломано.» Сонхун замирает. Он откидывается на спинку дивана, прикрывает глаза. Перед ним — не просто Итан. Перед ним — Хисын, каким он его никогда не видел. Уверенный. Удалённый. Словно слишком далеко, чтобы до него дотянуться. А потом слышит: «Господин Итан, Кай звонил. Он сказал: “Моя мама — принцесса Парижа.”» Улыбка Итана в ответ была совсем не та, которую видит весь мир. Она — настоящая. Тёплая. Материнская. Болезненно-искренняя. Сонхун сглатывает. Сонхун (вслух, почти шёпотом): — Принцесса Парижа, да?.. Он отключает экран, откладывает телефон. Всё внутри — нарастающая тишина. А за окном начинается дождь. Франция. Дом Итана. Вечер. Тонкие белые шторы медленно колышутся от ветра. В доме полумрак. На столе — ноутбук, рядом бокал вина, уже наполовину пустой. Итан в домашней одежде сидит на диване, в руках — телефон. Он смотрит видео, присланное мамой Сонхуна. 📹 На экране Кай смеётся, прыгает в бассейн, машет руками и кричит: “Мама! Папа! Я вас люблю!” Итан смотрит, не мигая. Его глаза медленно наполняются слезами. Он прижимает телефон к груди, закрывает глаза и шепчет: — Il mio sole… мой маленький… как же я скучаю по тебе. Слёзы тихо текут по его щекам. Он садится на пол у дивана, как будто тяжесть стала невыносимой, и сжимает руками голову, затаив дыхание. ⸻ 🌙 Сеул. Дом Сонхуна. Поздний вечер. Дверь тихо открывается. Сонхун заходит, кладёт ключи на полку. Дом — пустой, безжизненный. Нет детских голосов. Нет запаха ужина. Нет ворчания Хисына и нет крика “Пааапа!” из-за угла. Он медленно поднимается на второй этаж, заходит в комнату, снимает галстук. В отражении зеркала — усталость. Он садится на край кровати. Вибрация телефона. — Мама: [Отправлено видео] Сонхун нажимает “воспроизвести”. 📹 Кай резвится в бассейне, кричит: “Я как дельфин! Я вас люблю!” — и в конце добавляет: “Папа Сонхун пусть не грустит. Я его тоже люблю. Но это секрет, ладно?” Сонхун не выдерживает, подносит телефон ближе к лицу, улыбается сквозь слёзы. Его голос — еле слышен, почти как молитва: — Кай… Итан… я так по вам скучаю. Он выключает свет, но телефон не отпускает. Он засыпает, сжимая его в руке, с тем самым видео, где ещё звучит смех Кая. 📍 Офис Итана в Милане. Утро. Через месяц после парижского показа. Большие окна открывают вид на старинную часть города. В кабинете — минимализм, кожа, стекло, аромат дорогого парфюма смешан с утренним кофе. Итан сидит за столом — в чёрной рубашке, с серьёзным, сосредоточенным взглядом. Его силуэт спокоен, но излучает мощь. За этот месяц он заключил контракты на сумму более 200 миллионов долларов. 🔔 Стук в дверь. Секретарь (с планшетом): — Мистер Итан, пришло срочное сообщение от корейского агентства. Они получили предложение на участие в крупном совместном проекте. Три компании. Один из самых масштабных проектов за последние годы. Это может принести нам… очень многое. Итан (не отрывая взгляда от экрана): — Какие компании? Секретарь: — Первая — компания господина Пак Сонхуна. Вторая — Miss Kim Lana, подруга вашей мамы, мы с ней уже работали на модном проекте. И третья… мистер Сон У-Джин. Пауза. Итан на секунду опускает руку с ручкой. Лёгкая тень проходит по его лицу. Итан: — Значит, снова он. У-Джин. Секретарь: — Да. К тому же, мистер Итан… через три дня в Корею прилетает Кай. Агентство уже подтвердило. Итан поднимает глаза. Они сияют другим светом — теплом, твердостью и тоской по сыну. Итан: — Тогда всё ясно. Подготовьте билеты на послезавтра. Я должен быть в Сеуле до прибытия Кая. И свяжитесь с командой, чтобы всё к вылету было готово. Мы возвращаемся. Секретарь (с уважением): — Да, господин. Мы всё сделаем. Итан встаёт. Его шаги уверенные, как и всегда. Но теперь в каждом его движении чувствуется решимость: не просто бизнес — это возвращение в страну, где осталась не только работа, но и боль, любовь… и, возможно, судьба. 🏢 Офис Сонхуна. Совещание по новому совместному проекту. Секретарь Сонхуна: — Итак, ребята, в этом проекте у нас будут сотрудничать Мисс Ким Лана, Ли Итан и Сон У-Джин. Сонхун: — Да, контракт уже подписан, начинаем работать через неделю. Енджун (удивленно): — Мне показалось, или мы правда будем работать с Сон У-Джином и Итаном? Джей: — Нет, тебе не показалось. Джейк (смеясь): — Да ну нафиг, У-Джин и Итан? Вот это поворот! Субин: — Почему вы так удивлены? Енджун: — А вы-то, наверное, не в курсе… Я вообще забыл, что вы младше нас! Стали такими здоровыми альфами. Джейк (поддразнивая): — Да, когда вы учились в 9-м и среднем классе, вы были такими маленькими мальчиками. Енджун: — Да, тогда они были ростом с нас. Джейк: — А сейчас слишком высокие! Субин: — Эй, хватит, все поняли, что мы были маленькие. Можно дальше? Енджун: — Тогда я был в 11-м классе, если не ошибаюсь, а Джейк и Хисын — в 10-м. Хосок (подключается): — Ребята, не в этом суть. Тогда у них втроём были отношения со старшеклассниками — в 12-м классе. Мальчики были очень популярны, эти трое всегда с ними тусовались. Даже когда они играли в футбол, ребята приходили поддержать. — У Джейка тогда был парень из школы, как его звали… Бон-Хва, у него были близнецы — Бэк-Хён и ещё один брат, с которым встречался Енджун. — У Хисына был парень по имени Джин. А у У-Джина были сводные братьями — Бэк-Хён и Бон-Хва, и эти трое очень хотели жениться на них. Это было забавно, они встречались с ними около двух лет. С девятого по одиннадцатый класс, а Енджун был в двенадцатом. — Вот тогда они расстались вы и пришли в школу. — А вообще удивляюсь, как они на вас женились, — смотрит на Сонхуна, Джея и Субина. — Они всегда говорили, что выберут старших. Джейк: — Ой, не надо уже это вспоминать. Хосок: — Ладно, ладно. Енджун: — Да, еще я скажу, что мы с ними тусовались и сейчас остаемся в хороших отношениях. Джейк: — Да, особенно с тройкой Хисына. Чимин (с улыбкой): — О, ё-моё! Если вы втроём теперь в одной компании, да еще с бывшими и нынешними, это будет настоящее кино! Дом Сонхуна Сонхун приехал домой, собираясь поставить машину в гараж, и вдруг увидел, что там уже стоит ещё одна — машина Хисына. Он вошёл в дом и увидел Хисына на кухне с доставкой пиццы. Сонхун: — Ты уже приехал? Хисын: — Да, Кай же скоро переедет, и ещё проект, если ты не забыл. Сонхун: — Ах да, точно. Хисын: — Я заказал пиццу, если хочешь — садись. Сонхун сел за стол. Сонхун: — Как будем встречать Кая? Надо же что-то подготовить. Хисын: — Я об этом думал. Давай подарим ему игрушки в машине, а в комнате устроим всё с играми. Сонхун: — Отличная идея! Так и сделаем. Хисын достал сумку и протянул чек Сонхуну. Хисын: — Это — 350 миллиардов вон за компанию и все расходы. Сонхун: — Хисын, тебе совсем не нужно было отдавать деньги. Хисын: — Нужно было. Я не хочу оставаться в долгах. А теперь я пойду в душ. Он ушёл в комнату, раздавался стук каблуков.