Укрощение преподавателя

Телефон вибрирует в руке, раздается голос друга сквозь динамик: — Шаст, всё в силе? Дима предвкушающе улыбается, хотя собеседник этого не видит. Ответ последовал незамедлительно: — Бля Поз..вообще не во время, ты же знаешь какой завтра день. Не хочу прийти с похмельем и упасть в грязь лицом в свой первый же рабочий день. Однако голос собеседника звучал уверенно и даже весело: — Именно поэтому это идеальный повод отпраздновать заранее! Мы выпьем буквально чуть-чуть, обещаю! Дима не даёт вставить слово, торопливо продолжая разговор: — Я уже еду, купил твоё любимое и скоро буду у дверей. —Поз.. Но пока Антон пытался сформулировать возражение, в ответ в трубке слушались уже короткие гудки. Антон действительно был в своих мыслях, он искренне переживал как поладит с коллективом и как его встретят дети. Ну как дети...старшекурсники, которые чуть младше него самого. Конечно Альфа был уверен в своих знаниях, но ему было важно увидеть отклик, а не позорно свалить после первого года. Эти сомнения прерываются звонком двери. Открыв её, Антон встречает весёлого и бодрого друга: — Шаааст, а вот и я! Ой ну че такой кислый, пару бокальчиков и исправим тебя! — задорно с ухмылкой сказал Дима. Общение начинается постепенно, плавно переходя от общих тем к личным переживаниям. Дима внимательно слушает и чувствует состояние товарища. Постепенно удаётся отвлечь Антона от тревожных мыслей, переключив внимание на позитивные моменты: — А теперь послушай меня внимательно. Поверь моему опыту: у тебя отличное образование, блестящие способности, симпатичная внешность и харизма настоящего альфы. Самое страшное, что ждёт впереди, — отбиваться от назойливых омег. Антон недоверчиво смотрит на друга: — Ты правда так думаешь? Дима кивая отвечает: — Уверен. Время пролетело незаметно, вечер прошёл приятно и расслабленно. Благодаря поддержке друга, напряжение немного спало. Дима хорошо его знал. Он знал, что тот слишком к себе строг и грызет себя изнутри до мелочей. Знал, что тому важно общественное уважение. Знал, что тот все равно, как только он закроет дверь, вернется к самокопанию. И знал, что тот точно очарует всех. Он был уверен. Так и произошло, едва хлопнула входная дверь, как тревога вновь вернулась, заполнив сознание привычными сомнениями. Антон снова оказался один на один со своими страхами. Решив окончательно расслабиться и хоть на немного, но избавиться от пучины мыслей, он открывает бар, достаёт бутылку более крепкого напитка и зажигает сигарету. Чувства неопределённости и волнения становятся ещё сильнее, поскольку завтрашний день станет новой главой его профессиональной биографии. От успеха этого дня зависит многое. *** Наступило утро нового дня. Голова слегка кружилась от вчерашнего вечера, но внутренняя решимость преодолеть страхи была крепче любого похмелья. Утро началось традиционно: чашка горячего чая и взгляд в зеркало. Внешне никаких признаков беспокойства не видно, однако внутри бушевала буря эмоций. Переступив порог университета, Антон почувствовал, как взгляды сотен глаз устремляются на него. Первые шаги были осторожными, неуверенными, словно каждый шаг проверял прочность почвы под ногами. Студенты рассматривали нового преподавателя с любопытством и интересом, некоторые улыбались открыто, другие смотрели настороженно. Первое занятие прошло напряжённее, чем ожидалось. Вопросы сыпались один за другим, студенты пытались проверить глубину знаний своего наставника. Все шло слишком хорошо, чтобы быть правдой, но лишь пока… Антон уверенно двигался по длинному университетскому коридору, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Но внезапно всё изменилось, когда рядом резко появился молодой человек, едва не сбивший его с ног. Неожиданное столкновения наполнило воздух сладковатым ароматом, проникая глубоко под кожу и мгновенно пробуждая внутренний инстинкт альфы обладать этим мальчишкой. Очнувшись от шока, преподаватель уставился на новый объект, сражаясь с нахлынувшими чувствами и мыслями, запрещёнными всеми правилами приличия и профессиональной этики. Парень, виновник инцидента, первым нарушил молчание, произнеся: — Смотри куда прешь! И харэ пялиться! Сразу говорю, ты не мой типаж.— сказал сквозь зубы врезавшийся парень, чуть отряхнувшись. Антон оцепенел от такой дерзкой реакции с контрастом столь милой омежий внешности. Обескураженный грубостью незнакомца, альфа собрал волю в кулак и холодно парировал: — Молодой человек, выбирайте выражения, обращаясь к преподавателю! Студент же лишь раздражённо усмехнулся. — Препод? И ? Это типо дает повод пялиться на меня как извращенец? — язвительно с сарказмом возразил омега. Удержав раздражение, Антон процедил: — Ты совсем берега попутал, малец? — Ты не намного старше меня. Да и я что, по твоему не чувствую реакцию твоих феромонов на мой запах? — с ухмылкой произнес студент. — Во первых, на «вы». Во вторых, еще раз повторяю, соблюдайте субординацию и не надумывайте себе лишнего юноша. — Лестно, конечно..— продолжая самодовольно улыбаться ответил брюнет. — Куда там лести… Видимо, границы давно потеряны вами. — Потеряны мной? Уверены, уважаемый учитель? Мне кажется, мои чувства тут излишни: ваш организм прекрасно реагирует на моё присутствие сам собой... При последних словах молодой человек демонстративно обнажил мелкие острые клыки, усиливая напряжение между ними двумя. — Начнём с начала: представьтесь, гражданин студент, — спокойно приказал Антон, стараясь выглядеть невозмутимым. — После вас, профессор,— нагло улыбнулся тот, подчёркнуто растягивая слово «профессор». — Антон Андреевич,— сухо представился мужчина, внутренне кипя от злобы и возбуждения одновременно. — Ну что ж, Антон Андреевич, повторюсь ещё раз: мы, омеги, отлично распознаём малейшие изменения в гормонах альф, и вы явно испытываете ко мне интерес.. — лениво протянул собеседник, приближаясь вплотную, гипнотизируя своим взглядом цвета чистого весеннего неба, заставляя Антона громко сглотнуть. Лицо омеги было слишком близко,а сумбурных мыслей еще больше. — Вы хотите меня, Антон Андреевич. Этого вам не скрыть, я все чувствую. Антона захлестнуло волной противоречивых эмоций: сердце бешено колотилось, разум путался в сетях необъяснимых ощущений. — Я явно подниму вопрос о вашем неподобающем поведении на совете. Представьтесь официально немедленно! — наконец выдавил он сквозь стиснутые зубы. — Можете звать меня Арс, — игриво подмигнул мальчишка,прежде чем оставить растерянного мужчину наедине. Оставшись один, Антон судорожно пытался разобраться в собственных чувствах, задаваясь вопросом: «Что только что произошло?». Эмоции продолжали бушевать внутри него, словно дикий зверь, рвущийся наружу. И хотя внешние признаки были очевидны, оставалось непонятным, сможет ли он справиться с соблазнами собственной природы ради сохранения профессионального достоинства? Ведь если бы не их статус, он бы уже по полной наказал омегу за такую дерзость. Тяжело вздохнув и пытаясь прийти в себя после столь странного происшествия Антон направился на следующую пару. *** — Итак, дорогие студенты, меня зовут Антон Андреевич, и я буду вашим новым преподавателем иностранного языка, — начал лекцию строгий мужчина, быстро осмотрев аудиторию, где молодые люди уже обменивались тихими репликами и косыми взглядами. — Познакомимся сначала друг с другом, приступим к перекличке, — продолжил Антон, взяв ручку и лист с фамилиями студентов. Едва закончив первое имя, он задумчиво поднял глаза, осторожно изучая каждую личность в группе, отчаянно стремясь удержать имена и лица в памяти. Добравшись до очередного пункта списка, Антон внезапно застыл, ощутив лёгкий спазм тревоги внутри, вспомнив неприятную встречу, которую предпочёл забыть. Обведя класс быстрым, осторожным взглядом, он не увидел ненавистного образа и испустил негромкий вздох облегчения, понимая, что судьбе ещё угодно щадить его нервы. Затем уверенно назвал следующее имя: — Арсений Попов. Но в ответ тишина. — Попов здесь? Следующая реакция потрясла его гораздо больше ожиданий. Тишина повисла над аудиторией, нарушаемая лишь неуверенным шептанием одного из студентов: — Да, он по любому с кем-то зажимается. Это же Арс. —презрительно заметил один парень, вызвав общий нервный смешок в зале. Этот комментарий, брошенный вскользь, поразил Антона неожиданно сильно. Имя всплыло в памяти вместе с образом высокомерного юнца, которого он никак не хотел видеть вновь. «Нет, только не он!» — прошептал Антон про себя, испытывая мучительное чувство предчувствия. Но именно тогда тяжёлая деревянная дверь открылась с характерным громким стуком, и высокий стройный юноша вальяжно вошёл внутрь, привлекая общее внимание: — А вот и я, — заявил парень с лёгкой усмешкой, легко прикрывая дверь ногой и разглядывая аудиторию лукавым взглядом. Студенческая аудитория встретила появление Арсения восхищёнными восклицаниями и приветственными замечаниями: — Арсюх, че-то ты рано к нам пожаловал. Молодой человек грациозно прошёл вперёд, приблизившись к учителю и мельком взглянув на смущённого Антона Андреевича. По аудитории прокатилась новая волна хохота и шутливых комментариев. Решив действовать, Антон попытался навести порядок, строго объявив: — Тишина! Его приказ, однако, привлёк особое внимание самого Арсения, чей холодный, расчётливый взгляд пристально остановится на лице преподавателя. — Судьба сводит нас вновь и вновь, дорогой мой Антон Андреевич, — коварно протянул Арсений, медленно растягивая слова, отчего у учителя появилось ощущение дискомфорта.— Или это ваш план соблазнения? Шаловливая фраза вызвала очередной шквал веселья среди студентов, несмотря на суровые попытки Антона сохранить достоинство. Не желая уступать позицию, преподаватель сделал последнюю попытку остановить эскалацию конфликта: — Довольно! Проходите на своё место немедленно! Арсений мягко двинулся обратно, кинув напоследок одну тонкую колкость: — Где моё место, Антон Андреевич? Уж точно не здесь… быть может мое место у вас на коленях? Теперь настроение аудитории изменилось окончательно, наполняя воздух весёлыми призывами и радостными шутками. Наконец устроившись на своём месте, Арс примирительно кивнул однокурсникам: — Эй, ребята, я же ничего особенного не делал, просто немного повеселился, разве нет? Один из друзей обеспокоенно махнул рукой и прошептал: — Арс, ты че творишь? — Я? Нечего такого Серег, просто развлекаюсь. — хитро улыбнулся виновник торжества. — Развлекаешься? С преподом? Не высока ли планка Арсюх? — А ты во мне сомневаешься? — Ой идиот…Это препод. Препод! Слышишь?! Хотя кому я объясняю.. Арсений лишь самоуверенно усмехнулся в ответ, задумчиво глядя вдаль. В голове зреют дерзкие планы — пришло время добавить остроты в свою жизнь, разнообразив привычные серые дни университета. А тут словно подарок судьбы появился новенький преподаватель Антон Андреевич. Что привлекло Арсения больше всего? Пожалуй, сочетание нескольких факторов. Во-первых, сама профессия учителя автоматически придавала объекту внимания особый статус — официально недоступный, но манящий. Во-вторых, этот человек обладал совершенно особенным запахом, резко выделявшимся среди прочих студентов-«альф». Этот аромат пробуждал желания, заставлял теряться мысли и лишал контроля над собой даже самого опытного соблазнителя вроде Арсения. Парень давно понял, что чужое внимание и восхищение приносит удовольствие, однако теперь хочется попробовать нечто новое, рискованное. Хочется видеть смущение в его глазах, наблюдать, как тот теряет уверенность в присутствии группы любопытных студентов, и именно он, Арсений, станет причиной этого замешательства. Ему чертовски хотелось испытывать, играть с ним при всех присутствующих и конечно же дразнить. Устроить игру, довести дело до пикантного момента — почему бы и нет? И вот первый ход сделан...

***

Антон нервно прислонился спиной к прохладному корпусу университета, судорожно затягиваясь сигаретой и готовясь набрать столь нужный сейчас номер телефона: — Поз..это пиздец!  Вместо ожидаемой поддержки в трубке раздался глумливый хохот. — Че ты ржешь, я серьезно!  — Ты ведь даже дня не отработал еще, а уже ноешь. Что на этот раз? Не смог найти кабинет или детишки забросали самолетиками?  — Вообще не смешно. Тут короче один студент..вообщем он, блять.. Дима промолчал, давая возможность собраться с мыслями. После описанной всей ситуации в ярких красках, он еще больше залился смехом. — Шаст, ты.. — Что? Причем здесь я? Это этот ненормальный ребенок.. — Ребенок? Да, да, ребенок на которого у тебя встал. Ага. — Да пошел ты! — Скоро кое-кто другой пойдет к тебе.. — Фу Поз, заткнись! Он мой студент, это как минимум не этично. — перебил Антон. — Ооо, уже говорим как минимум, даю зуб что этот как ты говоришь ребенок скоро.. — Прекрати, слышишь! Мой ученик — значит моя ответственность и ничего личного между нами быть не должно. — Ах вот оно чё, теперь ты сразу такой правильный стал? Давай-ка признаемся честно: парень-то реально цепляет... — Заткнись! Нечего не будет, я сказал!  Антона трясло от возмущения, он громко крикнул и резко оборвал связь. После столь бурного разговора, Антон задумчиво выпустил густое облако дыма. Несмотря на свою решимость услышать советы друга, тот вновь предпочёл шутливо высмеивать ситуацию. Сердце бешено стучало, ведь Дима был прав, его же действительно зацепил этот сопляк.. Внутри всё кипело: почему именно этот мальчик вызвал такую реакцию? Если бы они встретились вне стен учебного заведения, он бы.. — Проклятье, хватит думать об этом! — шептал себе сам молодой преподаватель, упираясь лбом в холодную кирпичную кладку стены. «Это абсолютно недопустимо», — строго повторял внутренний голос, стараясь заглушить нарастающую тревогу и возбуждение. Но мысль продолжала возвращаться снова и снова… Но тут из транса мыслей вывел знакомый аромат, запах того самого виновника хаоса в голове, мгновенно выводящего его из задумчивости. Запах был насыщенным и тревожным одновременно: животное чувство страха смешалось с болью и отчаянным призывом о помощи. Однако среди этого душераздирающего букета Антону почудился ещё один аромат — уверенный, властный запах альфы, пропитанный похотью и страстью. Осознавая происходящее, кровь бурлила в венах незнакомым ощущением. Желание немедленно броситься на защиту омеги боролось с осознанием, что этот омега вовсе и не принадлежит ему. Внутренний конфликт разрывал сознание: тело жаждало защиты своего, голова говорила обратное. Он чувствовал будто кто-то посягает на его территорию, будто это его омега. Чувства застелили разум густой завесой, и, наконец, инстинкт одержал верх. Он побежал навстречу зову.  Идя по следу запаха будто по путеводителю он дошел до цели..и тут же об этом пожалел.  Перед его глазами предстала отвратительная картина. Распростёртый на земле Арсений, беспомощная жертва какого-то мерзкого существа. Чужой альфа нависал сверху, грубо удерживая рот омеге одной рукой, второй нетерпеливо рвал пуговицы на рубахе. Примкнув к шее и широко лизнув, его хриплый голос источал похоть и наслаждение: «Такой сладкий…» Картина вызвала вспышку ярости. Глаза потемнели от гнева, мышцы напряглись, готовые разорвать. Видеть омегу под чужим мужчиной была выше его сил. А видеть испуганного и дрожащего от страха тем более. Сердце билось учащённо, как молот кузнеца, и мозг молчал в ответ на эмоциональный шквал. Немедля он силой оторвал мужчину, повалив того на землю. Подбежав к Арсению, он увидел юношу бледным, вспотевшим, рыдающим и едва дышащим.  — Арсений, ты в порядке? — спросил Антон осматривая того с ног до головы в поисках повреждений. Но только он потянулся, чтобы приподнять, как его силком повернули: — Ты кто блять такой?!  Гнев раскалял до предела. Не думая ни секунды он ударил того со всей силы вновь повалив на землю. Образ испуганного мальчишки до которого касались мерзкие руки и губы, окончательно лишил терпения. И тут сжегся последний фитиль. Он накинулся на мужчину и без перебоя начал наносить удары в лицо. — Это че твой омега что-ли?  Антон бросил короткий ответ: — Мой. Удары сыпались один за другим, превращая лицо в кровавый фарш. Альфа бессильно пытался защититься, понимая, что нарушил неписаные законы, вторгнувшись на чужую территорию. Униженно захлебываясь словами прощения, он умолял прекратить избиение. — Прости, брат...не знал, что у него есть альфа...он..он же не помеченный.. Однако даже мольбы не могли остудить пыл. Лишь нежная ладонь коснулась плеча, останавливая новый мощный удар.  — Хватит! Ты его сейчас убьешь!  Кулак готовившейся нанести следующий удар резко повис в воздухе. Антон прекратил. Он поднялся, качаясь от напряжения адреналиновых волн, вызванных эмоциями. Обернувшись, встретился взглядом с теми же печальными, полными слёз голубыми глазами. Юноша выглядел растерянным, вся одежда порвана, пальцы дрожали мелкой дрожью. Подхватив парня за руку, он решительно направился обратно туда, откуда недавно пришёл. Доходя до стены, он гневно посмотрел на омегу. — Какого черта ты там забыл?! Если бы не я, ты понимаешь хоть своей пустой головой чтобы с тобой было,а?  Но Арсений лишь снова расплакался, не находя сил произнести и слово. Эмоции были словно огнём выжжены глубоко внутри. Потрясённый произошедшим, он крепко стискивал плечи Арсения, стараясь сохранить самообладание. Молодой человек, напротив, продолжал плакать, теряя остатки мужества. Его молчание невыносимо раздражало Антона, и он повысил голос: — Ну скажи хоть что-нибудь! Арсений поднял взгляд, наполненный отчаянием и смущением. Наконец выдавил тихий шёпот: — Я просто хотел выйти проветриться… Дыхание перехватывало от мысли, что всё могло закончиться гораздо хуже. Опустив голову, он тихо сказал: — Никогда больше не делай так, слышишь меня? Эти слова прозвучали почти заботливо, хотя тон оставался суровым. Арсений послушно кивнул, глотая слёзы. Несколько мгновений прошло в тишине, нарушенной лишь шелестом ветра. Затем Антон аккуратно поправил порванную одежду омеги, пытаясь скрыть следы нападения. Полушёпотом он снова спросил: — Хорошо?  В ответ Арсений тесно прижался к широкой груди альфы, мягко обвивая его тело своими руками и шепча едва слышно:  — Хорошо..и..спасибо. Антона охватило странное чувство уязвимости: перед ним стоял хрупкий мальчишка, нуждающийся в защите от всего мира. Хотелось сломать пальцы каждому, кто осмелится его коснуться.  Он поднял руку в воздухе намереваясь прикоснуться к спине, но безнадежно опустил руку обратно в низ. Он не может. Нет, он даже не имеет на это права. Это его ученик и он не может перейти эту черту, не может.. Все что он может, это лишь позволять себе тихое счастье от его близости, впитывать аромат молодого тела, навевающий сладкую истому, почувствовать биение сердца, звучащее в унисон собственному. И больше нечего.. Но именно в этот миг черные волосы слегка отклонились назад, открывая яркий блеск хитрых голубых глаз, полный лукавой улыбкой и обещающим неприятности взглядом. Стройный подросток тянул фразу медленным голосом, наслаждаясь каждым звуком: — Антон Андреевич.. Его интонация уже говорила о многом. Этот мальчик что-то задумал. Следующая фраза лишь подтвердила опасения: — Вы тогда сказали «мой», на вопрос ваш ли я омега.. Значит, мы теперь… Резким движением Антон прервал парня: — Нет! Улыбка исчезла мгновенно, глаза Арсенея потухли, губы плотно сжались, словно боясь произнести лишнее слово. — Не надумывай нечего лишнего, я так сказал, чтобы он больше к тебе не совался. И ты действительно мой..ученик. Только ученик! — закончив речь, Антон решительно освободился от цепких рук, обнимающих его сзади. Оскорбленный пренебрежением, Арсений дерзко блеснул исподлобья золотыми искрами глаз, надменно выпятив нижнюю губу и демонстративно отвернувшись. Обречённым шагом двинулся прочь, горько проборматывая себе под нос: — Только ученик.. бла-бла-бла. Ага, конечно! Сердито пиная попавшиеся по пути камушки, Арсений добавил: — Ах, посмотрю я на вас ещё, профессор морали, когда заставлю скрывать возбуждаете перед всей группой! Будете говорить потом, что ничего не чувствовали? Посмотрим!