Вчера, сегодня и завтра

Нил, отправлено в 6:53: я ушëл!! Что делать, если человек не хочет по-хорошему с тобой общаться? Вот ты, предположим, к нему с душой нараспашку — огромная щедрость, — а он каждый раз отворачивается, стоит с ним не по делу заговорить. Может быть, у него есть право... Нет, Нил честно отстал бы. Не ввязывался бы ни за что — больно надо. Сидит себе одинокий отличник за первой партой — и пусть сидит, да? У всех в жизни приоритеты разные. Помнится, в первые дни в этой школе он пробовал сам начать с Райланом разговор. Предлагал конфеты! И всë же, когда от тебя сбегают, как только ты приближаешься, когда отсаживаются в столовой за соседний стол, когда из физкультурной раздевалки, самого подходящего места для шумного разговора на переменах, уходят ещë до того, как ты объявишься... это обычно говорит о том, что видеть тебя не рады. И Нил не глупый — Нил подходить перестал. А дальше случилось так, что Нил проболел почти всю весну, а затем ушëл на домашнее обучение на весь следующий учебный год. И сейчас, когда он, наконец, вернулся, у всех появились свои компании. У всех, а у Райлана нет. Нил и сам-то почувствовал, что похож на пустое место, стоило осознать, что его одноклассники и одноклассницы, очевидно, предпочитают общаться отдельными небольшими группами, к составу которых они привыкли, вместо того чтобы обращать внимание на людей, не вписавшихся вовремя в коллектив. А вот Райлан... сложно представить, что он испытывал, потому что он, видимо, лично застал то время, когда эти группы начали формироваться. Ни в одну из них он войти не сумел. С другой стороны... может, ему действительно не было интересно. Вот только теперь ему точно придëтся искать с Нилом общий язык. Они двое — и вместе, так иронично. Забавно, печально и страшно одновременно. Страшно из-за того, что Нил совсем не понимает, чем это закончится. Либо они подружатся («Это по-своему пугающая ситуация» — думает Нил), либо совсем испортят отношения (куда уж дальше? за пару последних недель Нилу всерьëз начало казаться, что Райлан его ненавидит). Печально потому, что это происходит, так сказать, по воле случая. Нил не хотел бы быть причиной неудобства окружающих, чья тут вина, что им пришлось делить пространство? А забавно — из-за того, что это вообще произошло. Никто из них не торопился бы навязывать своë присутствие другому в ином случае. В несбыточных, смелых, совсем не реалистичных планах односторонне смешных приколов («не думал, что я посещаю библиотеки? прости, эту книжку отдать пока не могу»), которые Нил выдумывал раньше от скуки на алгебре — может, но... Размышляя об этом, Нил осторожно перепрыгивает лужу. Ночью был ливень, по стëклам стучал с такой силой, что Нилу приснилось, как он исполняет соло на барабанах, и сейчас в каждой выбоине в асфальте поблескивают глубокие на вид лужи, и вся трава ещë мокрая, хотя небо уже посветлело и у горизонта еле виднеются рваные, розоватые облака. Сквер впереди — единственный способ не промочить кроссовки. Дорожки приподняты над травой, плитка ровно уложена так, что вода утекает по желобкам и сейчас же впитывается в землю или, по крайней мере, остаëтся на ней, а не прямо посередине пути. Кое-какие птицы ещë поют, укрываясь в редкой листве невысоких осин, посаженных вдоль дорожек, по виду, лет десять назад. Что касается людей — вокруг пусто, если судить по отрезку аллеи до поворота, потому что на повороте растут кусты, и сквозь них Нил, понятное дело, не видит. Но разве кто кроме него решит прогуливаться здесь в такую рань? В этом месте и так никогда не бывает особенно оживлëнно. Погружëнный в раздумья, Нил движется дальше, вперëд. Если пройти сквозь сквер до конца, не получится напрямую добраться до школы. Там будет шоссе, и придëтся свернуть во дворы, сделать крюк. Тем не менее, времени ещë много, он точно успеет на первый урок и в том случае, если спонтанно решит прогуляться в соседний район. Даже по собственным меркам, он рано сегодня проснулся. Да и погода теперь на его стороне — чем не задел на очередной замечательный день? Сквер очень большой, почти парк. Дорожки разбегаются в разные стороны, петляют и пересекаются друг с другом без какой-либо закономерности. На удивление, здесь нет площадок с лавочками и фонтанами, где можно было бы собраться посидеть компанией, не видно киосков, скульптур, даже клумб. Как будто нарочно кто-то пытался сделать сквер скучным, унылым прогулочным садом. «Подходящее место для тех, кто любит уединение» — думает Нил и сворачивает на более узкую, уже гравиевую, дорожку. У правой стороны дорожки посажен высокий декоративный кустарник (может, сирень?), поэтому Нил смотрит влево, на небольшую поляну, заросшую сорной травой. По бокам от неë, отгороженные от сорняков аккуратным заборчиком из некрупных булыжников, цветут жëлтые ирисы. Ветер мягко качает и их, и их менее благородных соседей, будто все они выполняют одни движения в общем танце. Только в самом дальнем углу, почему-то, цветы качаются интенсивнее, словно нечто трясëт их специально. Нил присматривается и пытается наступать на дорожку как можно тише, почти не дышит. Становится интересно: в цветах кто-то есть. В тот же миг копошение прерывается, потому что он, не заметив, как в самом глупом клише, наступает на ветку, но нет, не разламывает еë ногой. Куда хуже: он вскрикивает — из-за того, что она по размеру и толщине как змея. В их краях он не видел змей, уж тем более в этом сквере, но данная мысль возникает в его голове уже после того, как внимание таинственного существа из кустов безнадëжным образом оказывается привлечено к его скромной персоне. Из высокой травы высовывается небольшая собачья морда. Нил узнаëт породу: смешные собаки чëрного цвета, шерсть так растëт, что они похожи на щëтку для мытья пола. Кажется, скотч-терьер. Азартно подпрыгивая но, видимо, опасаясь его, возникшего рядом так неожиданно незнакомца, пëс преодолевает дистанцию между явно пока что не доведëнной до совершенства ямой, просматривающейся в поредевшей траве, и палкой. Нил отступает немного дальше, и думает, как дружелюбно позвать собаку (для кошек есть «кс-кс-кс», как тогда обращаться к псам?), когда слышит откуда-то сбоку, из той части парка, где ещë не был, негромкий свист (вот ответ). — Тебя ищут, малыш, — сообщает Нил, изловчившись и выхватив палку из-под собачьего носа. Затем он бросает еë в ту сторону, откуда донëсся звук. Палка падает в середине тропинки, у поворота, и рядом с ней появляются, показавшись из-за кустов, чистые, хотя явно поношенные кроссовки. У их обладателя ещë, кстати, тëмные джинсы, расстëгнутая наполовину клеëнчатая ветровка и — Нил поднимает взгляд выше, — и лицо Райлана. Ой. Вот так встреча. Собака сразу же мчится за палкой. — Привет, — выдавливает из себя Нил, ошарашенный, мягко сказано, неожиданным появлением. Видеть Райлана вне гимназии и в такой обстановке странно. Нил раньше, кажется, не задумывался, что и у этого человека вне школы есть своя жизнь. Ему непонятно, как лучше вести себя и что стоит сказать. Собака вертится у их ног, виляя хвостом. Несколько раз метнувшись от Райлана к Нилу и в противоположную сторону, она делает выбор и подбегает к последнему, напрыгивает передними лапами на его колени. Райлан кажется менее удивлëнным, но это, наверняка, только маска. Нил знает: он скуп на эмоции. Повисшее так некстати молчание длится пару секунд, ощущающихся как пара лет. Если честно, за это время Нил успевает и смириться с тем, что Райлан, как раньше, сейчас развернëтся и просто уйдëт, притворившись, что никого не заметил, и подумать о том, что и сам не прочь сделать подобное, лишь бы не умереть со стыда оттого, что все его коммуникативные навыки испарились, стоило им столкнуться друг с другом вне классной комнаты. Ну серьëзно, о чëм с ним сейчас разговаривать, о погоде? У ног продолжает вертеться лохматое чëрное существо. Короткие грязные лапы приветственно скребут джинсы Нила. Вблизи собака меньше похожа на чистокровного скотч-терьера, тут точно должна быть примесь другой породы. Да, Нил переводит взгляд на неë — иначе уже получается что-то в духе ковобйских боевиков с их игрой в гляделки, не хватает перекати-поля на фоне, но может, сирень, шелестящая на ветру, за него сойдëт. Райлан тоже наверняка заметил, что что-то не так, но неловкости не показывает, и из-за этого только сложнее придумать, что говорить. — Не знал, что у тебя есть собака, — бормочет Нил наконец. — Прости, что спустил его с поводка, — почти одновременно с Нилом произносит Райлан. — Обычно никто не гуляет в такое время, поэтому я разрешаю ему побегать. — Да ладно, — отмахивается Нил. Повисает новая пауза. Райлан хмурится. Его взгляд (Нил опять изучает его лицо, потому что, ну, странно смотреть себе под ноги, обращаясь к тому, кто стоит напротив) останавливается на собаке, потом поднимается выше. Немного выше. — Он испачкал твою одежду. На джинсах, действительно, мокрые отпечатки лап. — Ой, не важно, — отмахивается Нил. — Они не такие заметные, эти пятна. Пока дойду к школе — высохнут, грязь отвалится. Дома потом постираю. А- К сожалению, Райлан его не слушает, потому что лезет в карман и достаëт оттуда упаковку влажных салфеток. Прежде чем Нил успевает сориентироваться и взять у него из рук пачку... да вообще сделать что-то, Райлан сгибает ноги в коленях, садится на корточки и начинает вытирать грязь с джинс салфеткой, сам. Часто ли кто-то, кто систематически избегает вас, проявляет такую заботу? Нил на пару секунд замирает и, честно, кажется, с ним замирает всë остальное вокруг. Потом, спохватившись, он наклоняется, чтобы Райлан отдал салфетку ему. Это выглядит как попытка отстаивания личных границ, так что Райлан, придирчивым взглядом осматривая ткань его джинсов ниже колен, доверяет ему разобраться самостоятельно — так, по крайней мере, его поведение выглядит со стороны. Ну, открытие первой степени важности уже сделано: Райлан вовсе не так безразлично относится ко всему, как пытается показать. Что за день... — И как его зовут? — кивая в сторону вертящейся поблизости собаки интересуется Нил. В общем-то, не надеясь услышать ответа. — Сполох, — после достаточно длительного молчания произносит Райлан. Затем изучает оставшиеся на ткани пятна и поднимается. — Вроде всë. — Ты знаешь, это было не обязательно, — вздыхает Нил, выпрямляясь тоже. Ему неловко, но неловкость эту сложно объяснить. Ничего, в общем-то, не случилось. Наверное? — Можно погладить? — интересуется он, замечая, что Райлан уже прицепил поводок к ошейнику пса, и теперь тот сидит на земле, спокойно помахивая хвостом. — Обычно он не встречает чужих людей в этом месте... Попробуй, но есть риск, что он откусит тебе пару пальцев, — серьёзно звучит в ответ. — Ты странный, — произносит Нил, обеспокоенно поглядывая на собаку и вкладывая в свои слова все противоречивые сильные чувства, которые ещë не улеглись и, наверное, не улягутся очень долго в его душе. — Похоже, о сохранности моих штанов ты беспокоишься сильнее, чем обо мне. На лице Райлана мелькает такое выражение, словно сдержать улыбку ему удаëтся с трудом. — За грязь на лапах моей собаки несу ответственность я, а вот за свои пальцы ты сам, всë просто, — объясняет он недовольным тоном, как если бы проговаривал правило из учебника физики, ненароком заметив ошибку в решении, зафиксированном в тетради, лежащей на той же парте, левее, чем его собственная. Нил, только присев на корточки и (не без осторожности) потрогав пса, понимает, что это, кажется, была шутка. — Вы всегда здесь гуляете по утрам? — через некоторое время осведомляется Нил, переводя взгляд с собаки, сидящей напротив и с уже меньшим энтузиазмом метущей землю хвостом, на хозяина, бдительно натянувшего поводок, очевидно, во избежание нового инцидента с грязными лапами. — Раньше я тебя здесь не встречал. — У меня есть аналогичный вопрос, — поднимает бровь Райлан. — Мне прежде казалось, что ты из тех, кто предпочитает валяться в кровати аж до предупредительного звонка. Если рано встаëшь, почему ты всë время опаздываешь? Уверенный, что его репутация в глазах этого парня упала на уровень океанских глубин уже очень и очень давно, Нил решает быть честным в своëм ответе. Смысла скрывать проступки нет, с точки зрения Райлана он и так сама безответственность. — Бывает, на прогулке не слежу за временем, а иногда долго болтаю с кем-нибудь в коридоре, — легко признаëтся он. — Я стараюсь работать над этим, клянусь, но пока что... Не очень выходит... — И староста тебя выгораживает, — задумчиво произносит Райлан каким-то совсем безразличным тоном, какой бывает, когда на уроке он думает над решением уравнения и озвучивает догадки. — Ага, мы неплохо ладим, — кивает Нил, — Она и сама иногда опаздывает... — Вот именно, — флегматично, но с долей глубинной усталости праведника-отличника возмущается Райлан. — Ты в курсе, что если не станешь дисциплинированным, не сможешь добиться того результата, который от тебя требуется, чтобы ты из гимназии выпуститься сумел? А особенно с нынешними твоими успехами... Без единого угрызения совести пропуская мимо ушей его речь, Нил снова обращает всë своë внимание на пса. Сполох охотно подставляет ему голову и шею, даже лижет его руку шершавым розовым языком. — Ты не слушаешь, — констатирует Райлан вскоре. Подумать только, он и во время прогулки готов прочитать пару-тройку нравоучений. Нил пожимает плечами. — И вовсе я не опаздываю «всë время», как ты выражаешься. Может, он сильно поторопился думать, что Райлан его уважает? Вдруг это такая продуманная хитрая месть? — Твои опоздания я беру под свою ответственность, — заявляет тот, совершенно не добавляя поводов успокоиться. — Райлан, это же... — Нил шокированно встаëт, чтобы встретить его абсолютно серьëзный взгляд, — Ты совсем не имеешь к этому отношения, если что. — Теперь, когда нас заставляют сидеть вместе, то, что ты делаешь, на меня в любом случае повлияет тоже. Ты хоть замечал, что когда ты опаздываешь, все с осуждением смотрят на парту, к которой ты подошëл? — Ничего себе! Это очень притянуто за уши. Райлан только закатывает глаза. — Ну, подумай ещë. Ты ведь будешь меня отвлекать, появляясь среди урока. В конце концов, мне уже начало казаться, что ты специальное испытание для меня, и я должен хотя бы немного влиять на тебя положительно. — Ой, да ладно тебе. Райлан должен был избегать его, разве нет? — Решено, я слежу за тобой. Если часто здесь ходишь, проблемой это не станет. — Ну, вообще-то, я знаю короткий путь, — защищается Нил. — Почему бы тебе не использовать его, чтобы вовремя добираться до школы? Я знаю, что ты будешь появляться здесь. Слишком одновременно, чтобы не понять, что друг друга поняли, они смотрят на Сполоха, увлечëнно шуршащего палкой о мелкие камни дорожки сквера. — Ладно, — сдаëтся Нил, — Может быть... У тебя смешная собака. — Пëс. — Смешной пëс. — Которого, к слову, пора отвести домой, пока мы не опоздали оба. — До звонка ещë много времени! Нил встречает ответный усталый взгляд. — Я пытаюсь тебе втолковать, что нам следует приходить заранее. — Подожди-ка, до этого ты сказал... мы сейчас к твоему дому, что ли, идëм? — Не вести же мне Сполоха в школу. Ты ждëшь на улице. — Ты решил разрешить мне тебя проводить? Это мило. — О, знаешь что? Я думаю, тебе пора поторопиться и бежать в школу прямо сейчас. Боюсь, ты медленно ходишь. — Пытаешься от меня избавиться? — Может быть. Всë равно это будет сложно. — Конечно! Ты сам только что мне сказал, что берëшь за меня ответственность. А вот если я каждое утро тут буду ходить, а, Райлан? А? Лучи солнца расходятся ореолом, выглядывая из-за деревьев — такое всегда принимают за очень хороший знак. Нил, отправлено в 7:34: представь оказалось, с ним даже можно поговорить, хаха :')