Эхо безмолвия

Шум, много людей носятся туда-сюда, мельтеша перед глазами. Яркий свет прожекторов, сотни камер повсюду. Одним словом - суета. Оно и понятно, ведь Скарамучча находится на съемочной площадке. Он снимается в рекламе дорогого бренда, выпустивший новую коллекцию одежды, для тех, кому не жалко отдавать бешеные деньги за обычный коричневый пиджак. Скарамучча вальяжно сидит в кресле, где перед ярким светом его причесывают, красят и одновременно переодевают стилисты. Обычная рутина для медийного человека. Для почти, что бога в этом мире. Для того, кто может оказать влияние на толпу и контролировать ей. Стоит лишь задать один новомодный тренд на одежду и все побегут её покупать. Стоит лишь журналистам тайком заснять твой образ жизни, как вокруг него сразу появляется культ и последователи "скаранизма", которые будут в точности повторять твою рутину, продвигая её в массы, и делая тебя ещё более узнаваемым и влиятельным в глазах людей. До чего же это смешно. Скарамучче навели марафет, он плавно встал, прошёл на съемочную площадку, прямо под ослепляющий свет прожекторов и стал ждать дальнейших указаний режиссёра. Краем глаза он заметил как к нему идёт высокий рыжий парень, в той же линейке одежды, что и он. Вероятно, напарник, так как, его предупреждали что с ним будет новичек. Видимо, у него влиятельный менеджер, раз он попал на съёмку с ним - знаменитым актёром. Но как такой как он вообще смог пробиться в эту сферу? Его цвет волос... Он мягко говоря совсем не модельный. Думал про себя Скарамучча, смотря на парня напротив. Тот, увидев его оценивающий взгляд, неловко улыбнулся: —Вы меня, будто считывающий прибор смотрите. Что-то не так? — Сказал тот, все с таким же неловкий выражением лица. Прежде чем ответить, Скарамучча почистил горло: —Кхм. Нет, все в порядке. Как там тебя? — Он скрестил руки. Имя новоиспеченого актёра ему сказали, но оно конечно же испарилось из головы. —Тарталья Моретти. — Ответил тот. — А вы Скарамучча Фелтон? — В ответ Скарамучча молча кивнул. *** Съемка успешно закончилась, наша звезда сидела в своей гримерке, попивая стакан газировки. Стены гримерки были в черных и фиолетовых цветах. Посередине комнаты стоял стол, напротив него - зеркало с подсветкой. Сзади у стены стоял бархатный чёрный диван, на котором сидел Скарамучча. Быть моделью в рекламе энергозатратно: постоянная смена образов и переодевания. На съёмку одного рекламного ролика ушел весь день. Все могло быть быстрее, если бы напарник был более професиональнее. Перед камерой он был скован и застенчив, у него начало лучше получаться только спустя три часа и то с помощью профессиональных наставлений Скарамуччи. Уж слишком много нервов он потратил на бесплатный мастеркласс по актерству. Скара даже несколько раз срывался на Тарталью, когда тот не понимал базовых, для актёра, вещей. Из ящика стола показались сигареты и чтобы снять стресс Скарамучча достал одну, поджег и закурил. —Да кто это вообще такой Тарталья Моретти? Появился чёрт знает от куда, заруинил всю съёмку своим непрофесионализмом! — Принялся вслух возмущаться парень, выдыхая пахучий дым. — Небось он переспал со своим менеджером, иначе как сам Капитано стал бы продвигать такую бездарность?! — Его монолог прервал негромкое "кхм кхм". Скарамучча вздрогнул, ведь никто не смеет входить к нему без стука. Инстинктивно он повернул голову в сторону двери и увидел там Тарталью. ——Что у кого болит, тот о том и говорит. —Тарталья нагло улыбнулся. — А слухи о вас правдивы. Вы и правда довольно неприятный и вспыльчивый в работе. Как вас ещё не отметили за ваши высказывания? — Лукаво продолжил тот, скрестят руки на груди и телом оперевшись о дверной косяк. В груди у Скарамуччи начало прорастать раздражение и провакационно крутилось в животе. —Не отменили, потому что я говорю по делу. — И правда, чем Скарамучча не прав, когда предполагал о половых связях Тартальи с начальством? Ведь у него нет ни опыта ни таланта в этой сфере. А удостоится такой чести, как съемка в рекламе элитного бренда, так ещё и в паре с мировой звездой, можно только через постель и огромное количество денег. —Кто ты вообще такой? Ни где о тебе ни разу не слышал. — Спросил Скарамучча. —О вам не сказали? Я же новичек, недавно дебютировал и это мой первый опыт в съемках. —Это я знаю. По тебе видно что опыт первый. Все нервы убил на тебя. — Скара сделал затяжку и выдохнул дым. —О простите, учитель, за столь не способного ученика!! — Наигранно протянул Тарталья и сложил руки в умоляющем жесте. —Завались. — Не оценил иронию Скара, потушил сигарету и злобно зыркнул на незванного рыжего гостя. Тарталья в свою очередь воспринял это как вызов. Он подошёл ближе к дивану, где сидел Скарамучча, встал на колени и состроил приторно-милую мордашку, все так же держа ладони. —Всё хватит! Мы взрослые люди, а ты ведёшь себя несерьёзно. Не знаю что ты провернул, чтобы попасть сюда, но ты явно не соответствуешь здешней атмосфере. — Скарамучча встал с дивана, собрал сумку с вещами и куртку с вешалки и отправился восвояси. *** Время близилось к ночи. Скарамучча сидел на роскошном мягком диване, обтянутой натуральной красной кожей. В помещении бьёт по ушам электронная музыка. Это хиты знакомых Скарамуччи. Они пишут полную попсу, но люди это хавают. Над головой сверкали стробоскопы. Под потолок то и дело взмывали столбы белесого дыма. В зале стены из тёмного мрамора, в углах стоят высокие толи живые, толи пластиковые пальмы. С двух сторон Скарамуччу облепили проститутки, на которых из одежды лишь три кусочка ткани с леопардовым принтом. Сам Скарамучча находится под градусом и не совсем в пристойном виде. Он в майке и джинсах с ширинкой нарастопашку, от куда выглядывает его дружок. На щеках яркий пьяный румянец, мерзкая ухмылка. Обычно, Скарамучча так не напивается в клубе, но этот Тарталья настолько его вывел из себя, что решил: раз он элита и избранный, то значит может воспользоваться привилегиями членства закрытого клуба, о котором знают лишь единицы. Тайный клуб "Круг Феникса", предназначен для развлечения высших чинов. У них есть полная власть над обществом, которое никогда не узнает что творится за закрытыми дверьми. Любая информация, которая просочилась за стены клуба будет мигом стёрта с лица информационного поля. У клуба есть негласное правило: "Что происходит в Круге, остаётся в Круге" и все без исключения обязаны его придерживаться. Иначе тебя могут буквально стереть из этого мира. Нигде не будет ни одного твоего упоминания, и все кадры, где ты засветил своим лицом будут навсегда удалены. Весёлый Скарамучча откинул голову на спинку дивана и уставил свой взор в потолок, пока между его ног пристроилась третья проститутка и начала обхаживать его член. Выкуривая сигарету, он был на пике своего удовольствия и негромко постанывал. Проходящие мимо люди не обращали на него никакого внимания, ведь здесь это норма. Они сами были под наркотой и мало что соображали. Сам Скарамучча был свидителем того как Линни, известный фокусник и певец, которого фанаты считают милым пай-мальчиком, жёстко трахал одну из проституток, которая была связана по технике шибари. Пай-мальчик без жалости бил её по заднице, пока та стонала и обливалась слезами, вперемешку с соплями. Отвратительное зрелище. Толпа потихоньку рассасывалась. Кто уходил прочь, кто-то уходил в приватную комнату развлекаться с проститутками. Огромной тенью над Скарамуччей навис Капитано. Тот самый, который по непонятной причине взял под своё крыло Тарталью. —Хей. Редко тебя увидишь в таком состоянии. — Строго сказал он. Его голос звучал приглушенно, из-за надетой маски, на вид из железа,хотя навряд ли это оно. Скарамучча лениво поднялся и глянул на него. Взгляд был мутный и казалось что он смотрит сквозь Капитано. —Скоро будет поклонение. Тебе надо привести себя в порядок. Выглядишь мерзко. — Доля отвращения присутствовала в голосе Капитано. Любой бы испытал отвращение смотря на такую картину. Капитано молча ушёл. В голове не сразу, но помаленьку начало что-то проясняться. Слова Капитано доходили до него с задержкой. Переваривая смысл каждого сказанного слова, до Скарамуччи медленно начало доходить осознание. —Блять... — Сквозь зубы выругался тот, потушив обо что-то сигарету. Судя во возгласу это оказалась проститутка. Скарамучча приказал им отлипнуть от него. Те послушно сделали, что им велели. Мигом парню принесли чистой воды и он начал жадно её пить. На ватных ногах он направился в ванную. Отражение в зеркале выглядело не лучшим образом. Как же сильно расстроились бы фанаты, если увидели его в таком виде: весь помятый, с красными пьяными щеками и растрепаными волосами. Такой вид на поклонении был просто непозволителен, его бы сразу выгнали бы от туда, лишив всего. Холодная вода из крана освежила лицо, но сколько не умывайся, алкоголь и вещества из организма она не смоет. Пару минут спустя Скарамучча выглядел уже опрятно. Что толку то, когда ясно мыслить он не мог. Покинув ванну, из динамиков послышалась мелодия. Барабаны отбивали чёткий ритм, а пианино на низких нотах звучало мрачно. Будто сейчас должно произойти нечто великое. Эта мелодия означала общий сбор, чтобы пойти на поклонение. Цветные яркие лучи вмиг погасли, помещения погрузились в полумрак. В центральном зале уже выстроились в колонки члены клуба, одетые в специальную одежду: длинные широкие чёрные шелковые штаны и такая же чёрная длинная накидка с капюшоном. На спине был символ клуба, или уже лучше сказать, секты: золотой Феникс. Чья-то тяжёлая рука материализовалась на плече. Скарамучча оглянулся и увидел Капитано. Его глаза строго смотрели на него. Тот был уже одет в форму и однин его взгляд говорил Скарамучче быстро идти переодеваться. Скара как мог быстро ринулся в закрытую от посторонних глаз комнату. Схватил и в последствии кое-как напялил на себя накидку со штанами, мигом вернулся в главный зал. Там уже все собрались. Около ста человек стояли рядами друг за другом с опущенный головой, которую скрывал капюшон. Для неподготовленного зрителя это выглядело бы как парад смертников. Среди людей было много знакомых лиц: Тот самый выше упомянутый Линни, с его сестрой Линнет, невероятно влиятельный бизнесмен Панталоне, лучший во всем мире доктор, а так же учёный Дотторе, политический деятель Чжун Ли, на котором держится большая часть экономики в мире, самая назойливая журналистка Мона. Она позиционирует себя как самого правдивого источника информации, но все присутствующие в этом зале знают, что она говорит о том, что пишет ей правительство и нет ни единого слова, которое она сказала бы без их одобрения. Гениальный художник Альбедо, и невероятная балетная актриса Фурина. Это только малая часть тех, кого Скара знает в лицо. Они для него просто знакомые, ни с одним из них он не общается. Да и он посравнению с ними ничтожный нискосортный актёр. Исключение составляют Мона и Альбедо. С ними Скарамучча старается держать хоть какую-то связь. Странно, что сегодня Скарамучча нигде не увидел Синьору. Обычно она в клубе довольно часто и не пропускает ни одного поклонения. Впереди всех стоит высокая статная женщина, она в таком же костюме как и все здесь. Её зовут Царица она здесь самая главная. У неё в руках состредоточина сила, размеры которой человеский мозг познать не может. Она определённо здесь бог и закон. Именно она оказывает самое большое влияние на обычных смертных. С помощью всех здесь собравшихся она транслирует свою идею земного порядка. Только вот даже бога должен кто-то создать так? Царица отодвинула статую Феникса, стоявшую посередине зала. За ней таилась темнота подвала, ведущей в ритуальную комнату. Она зажгла факел и держа перед собой шагнула в тёмный проход. Культисты последовали за ней и строго по очереди спускались по лестнице. Там было зябко и сыро, совсем не то, что хочется ожидать от современной общины, имеющие все деньги мира, но объяснялось это данью традициям. Скарамучча шёл, как и все, опустил голову вниз. Дурь, которую он употребил давала о себе знать. Ноги заплетались и Скаре приходилось направлять все свои силы на то чтобы их контролировать. Стоило лишь на что-то отвлечься и он терял равновесие. Спустя долгих 5 минут они наконец-то спустились в подвал. Это было очень просторно помещение с каменной обделкой. Посередине стояла статуя Феникса, гордо распахнувшего свои крылья. На полу был постелен роскошный красный ковёр, с золотыми узорами по периметру. В нескольких метрах от Феникса возведены ажурные коллоны, каждые два метра и они представляли собой форму квадрата. Напротив каждой стояли огромные факелы. Их по приходу зажгла Царица и зал светился жарким, тёплым светом. Толпа отбрасывала бегающие тени. Есть чёткий порядок того кто где стоит. Скарамучча стоял в первом ряду между Моной и Альбедо. Так они и познакомились. Присутствующих встали по периметру зала в виде буквы "П". В центре, рядом со статей стояла Царица. Она точно как Феникс расправила свои плечи и окидывала холодным взглядом всех присутствующих. На этом этапе все обязаны были поднять голову и смотреть строго на неё. Губы Царицы зашевелились, эхом по залу распространился приятный, ровный голос: — Уважаемые члены клуба "Круг Феникса" рада приветствовать вас здесь на ритуальном поклонении архонту. К сожалению, в последнее время было замечено, что силы Феникса начинают меркнуть и терять свою былую силу. Это значит что весь ваш успех, слава и богатство начнут так же неизбежно меркнуть. Все мы состоим в этом клубе ради одного - безграничной власти. Но питать архонта одними молитвами недостаточно. Его замучила жажда и голод. — Все слушали её очень внимательно. Скарамучча старался делать вид внимательного слушателя, но слова он слышал будто сквозь бетонную стену. Действие алкоголя и наркотиков немного стихло. Тело стало контролировать проще, однако в голове по-прежнему был туман. Он слышал величественный голос, слышал звуки но их смысла не улавливал. А тем временем глава культа продолжала: — Фениксу нужна жертва. И к нашему счастью у нас нашёлся доброволец. Она героически решила отдать свою жизнь Фениксу, чтобы там, на той стороне, стать богом и создать свой мир. Архонт может обеспечить вам власть даже в загробной жизни. Стоит только хорошенько заплатить. — Царица махнула рукой и её приблеженные, крепко держа с двух сторон, вели связанную жертву. Скарамучча почувствовал, что что-то не так. Всё сказанное Царицей он прослушал и понятия не имел что сейчас происходит. Скара тихонько толкнул логтем Альбедо и шёпотом спросил: — Эй... Что происходит?... — Похоже Царица решила сделать внеплановое жертвоприношение. — Равнодушно ответил тот. Голова вмиг стала ясной. Жертвоприношение? Это не новая практика для "Круга Феникса". Ритуальные убийства здесь случались и раньше, но обычно об их дате говорили заранее. Скара посмотрел на жертву и узнал в ней Синьору. Вот почему её не было видно на публике в последнее время... Её готовили к жертвоприношению. Пот на спине разом стал ледяным. Синьора была писательницей романов, многие её работы стали современной классикой и некоторые произведения включали в школьную программу старшеклассников. Обычно Синьора выглядела властной и статусной, но сейчас она была похожа на сдувшийся воздушный шар. Она была бледной, на её ногах были видны выпирающие вены. Тело покрыто синяками, напоминающие багровый закат. Её вели под логти к статуе Феникса, сама идти она явно не могла. Приблеженные взяли верёвки и начали привязывать её к Фениксу. Руки к распахнутым крыльям, ноги к лапам. Проще говоря, её привязали, как Иисуса к кресту перед распятием. Пыл огня отбросил тень на её тусклое лицо. Скарамучча чувствовал, что было что-то не так. Не выглядела Синьора как все другие жертвы архонта. Было известно, что выбраных жертв за несколько недель должны подготовить ко встречи с архонтом, но никто точно не знал как это происходит. Были только догадки, что их садили на особую диету, чтобы их душа напиталась силой Феникса и была чиста. А Синьора ещё пару дней назад весело давала интервью и писала свой роман. И она не была болезненно худой, как обычно выглядели жертвы. Она выглядела избитой и то как её ноги волоклись по земле, возможно, их сломали. Когда Синьору крепко привязали к Фениксу, Царица взяла кинжал и направилась к ней. — Ради всех нас, ради Феникса, ты отдашь свою чистую душу. Все мы запомним твой подвиг. Убив тебя, архонт погладит твою душу, а взамен нам принесёт безграничную власть и деньги. Таков наш уговор. — С этими словами лезвие вонзилось чётко в грудь Синьоры. Остатки сил она потратила на пронзительный крик, от которого, кажется, содрагнулись стены. Кровь сначала тонкой струйкой полилась из тела, а затем начала лить нескончаемым водопадом. Синьора оживилась, начала пытаться выбраться. Её лицо исказилось в гримасе, смешавшая в себе агонию и животный страх. Все в зале тихо наблюдали за происходящим. Ни у кого не дрогнула ни одна мышца лица. Скарамучча смотрел на это и думал когда это все закончится. Ему было уже плевать. Он был свидетелем стольких казней, что уже его ничего не удивит. Внутренняя паника все же сковала тело холодной тюрьмой, но страха в привычном понимании не было. Тело начало слабеть, крики утихли. Алой крови под статуей не было видно, ведь сливалась с красным ковром. Не просто так его туда постелили. Синьоры не стало. Царица взяла факел и подожгла труп. Яркое пламя вспыхнуло и за секунду языки пламени спрятали за собой уродливую картину. — Гори, дитя Феникса, ярким пламенем. Пусть Феникс наградит нас, всем чего мы. пожелаем. — По правилам следом должна была быть молитва, которую нужно петь всем хором, стоя на одном колене. Все разом опустились на одно колено. Головы опущенны, левая рука прижата к сердцу. — О, Феникс, Владыка Пламени, что возрождается из пепла! Мы приносим тебе дары, кровь и плоть, в жертву вечного стремления. Пламя пляшет, души рвутся, к звездам путь лежит. В жертвенном огне мы очищаемся, грехи свои смыв. Из пепла восстанем, сильнее, чем прежде. В ваших дарах – сила наша, в нашей крови – величие. Пламя горит, возрождение близко, в пламени горит, путь наш чист. Слава Фениксу! Слава Возрождению! Слава нам, избранным! — Хором разнеслось пение молитвы.