Ужас и красота изумрудных глаз

Мужчина апортировал с мальчиком на руках в свой особняк принцев в летнюю гостиную. Положив ребёнка на диван, он позвал домового принести берцовое и восстанавливающее зелья, ведь эффект от того, что он дал в заброшенном доме, уже заканчивался, и, судя по испарине Гарри на лбу, температура повышалась. Гарри бредил, его губы шептали бессвязные слова. Северус слушал, пытаясь понять, что происходит. В его словах проскальзывали обрывки фраз о ненависти, страхе, о жестоких родственниках и ком-то ещё. Снейп сжал кулаки. «Они заплатят за это», – прошипел он сквозь зубы. Когда домовой принёс зелье, Снейп аккуратно влил его в рот Гарри. Мальчик поморщился, но проглотил лекарство. Через несколько минут его дыхание стало более ровным, жар немного спал. Северус сел рядом с кроватью, наблюдая за ним. В его глазах не было ни ненависти, ни презрения. Только странная, непривычная ему самому забота. «Что же ты наделала, Лили?», – прошептал он, глядя на спящего мальчика, в котором видел отблеск её изумрудных глаз. Время тянулось мучительно медленно. Снейп не отходил от Гарри, с тревогой вглядываясь в каждое его движение. Он не понимал, что с ним происходит. Забота о Поттере была чужда ему, но он не мог отвернуться. Это был долг, который он поклялся исполнить перед Лили. К утру Гарри пришёл в себя. Он открыл глаза, и взгляд его был полон растерянности. «Где я?» – прошептал он. Северус молчал, не зная, что ответить. Как объяснить мальчику, кто он? И где находится? «Ты в безопасности», – наконец сказал он, стараясь придать голосу спокойствие. Гарри попытался сесть, но резкая боль пронзила всё тело. Он застонал и снова упал на подушку. «Не двигайся», – приказал Снейп. – «Тебе нужен покой». Он помог Гарри выпить немного похлёбки, которую приготовил домовой. Мальчик ел с трудом, но послушно глотал каждую ложку. Через несколько минут он уснул. Несколько дней Снейп ухаживал за Гарри. Он давал ему зелья, кормил, читал ему волшебные сказки. Постепенно мальчик начал приходить в себя, но бвл очень тихим как будто он живёт один. Северус оберегал мальчишку, и в его сердце зарождалось странное, непривычное ему чувство. Это была не ненависть, не жалость. Это было… сочувствие. Он видел в Гарри не только сына ненавистного Джеймса Поттера, но и маленького, беззащитного мальчика, которому нужна помощь. И он, Северус Снейп, был готов ему её дать. *Вечером* Вечерний воздух в особняке принцев был наполнен мягким светом свечей, отбрасывающим тени на стены. Северус сидел в кресле у камина, его длинные пальцы перебирали страницы старой книги, но мысли были далеко. — Сэр, вы заняты? — голос мальчика едва был слышен, словно он боялся нарушить тишину. Северус поднял глаза, медленно закрывая книгу. — Нет, Гарри. Что ты хотел? Мальчик вошёл в комнату, его зелёные глаза блестели в свете огня. Он переминался с ноги на ногу, его пальцы беспокойно теребили подол рубашки. — Там змея в саду… можно её забрать? — слова вырывались робко, но в них чувствовалась скрытая решимость. Северус нахмурился, его чёрные глаза изучали мальчика. Змея? В саду? — Почему это тебя беспокоит? — спросил он, его голос был ровным, но с лёгким оттенком интереса. Гарри вздохнул, его пальцы сжались в кулаки. — Она ранена… — прошептал он. — Я её увидел, когда выходил на прогулку. Она мне… она мне что-то говорит, сэр. Северус прищурился. Змея, которая говорит? Это было нормой для мира магии, но не для Англии. Но что-то в глазах Гарри заставило его задуматься. — Хорошо, покажи мне, — наконец сказал он, вставая. Они вышли в сад, где тени деревьев казались живыми. Гарри вёл Северуса к кустам, где, свернувшись кольцом, лежала небольшая змейка. Её глаза светились в темноте, а на боку виднелась глубокая рана. — Она говорит… о боли, — прошептал Гарри, его голос дрожал. Северус медленно приблизился, его пальцы коснулись и магия хлынула по змее затягивая раны Гарри посмотрел на него, его глаза были полны восхищения. Северус чувствовал, как внутри него начало меняться. Он не мог понять, что именно, но это было важно. Очень важно. — Возьмём её внутрь, — сказал он, его голос был с лёгким оттенком мягкости. — Мы должны позаботиться о ней. Гарри кивнул, и в его глазах загорелась надежда.