Назад в твои обьятия

      Вернувшись в отель, Куинн побросала одежду в дорожную сумку, пытаясь сдержать тошноту. Или слезы. Или хоть что-нибудь почувствовать. Она давно не была так зла. Злость растекалась по ней, как наркотик по венам, её действие росло с каждой минутой, а ее разочарование и стыд усиливались каждый раз, когда перед глазами вставало глупое лицо Сейна Кента. Чем бы ни была эта штука внутри нее, у нее был долгий период полураспада, и она все еще наращивала обороты.       Ее пальцы сомкнулись на ноутбуке. На мгновение она подумала о том, чтобы швырнуть его через всю комнату. Она потратила месяцы впустую. Месяцы, думая, что дом принадлежит Сейну Кенту, и работая на своего клиента, опиралась на это предположение. На первый взгляд, все было в порядке, поэтому она не стала копать глубже. Он жил там. Его инициалы совпадали с теми, что были указаны в трастовом фонде. Все бы ничего, за исключением того, что Куинн никогда не обходилась минимумом. Если бы это был любой другой дом, в любом другом городе, принадлежавший любой другой семье, она бы знала генеалогическое древо до четвёртого колена и составила бы досье на всех, кто, возможно, был заинтересован в том, чтобы поспособствовать или помешать сделке.       С ее собственными проблемами прошлого и крепнущими отношениями с семьей, она не могла притворяться, что ее внимание сосредоточено на чем-то другом.       А Сойер…       Боже. Печальное, растерянное выражение ее лица, когда Куинн выбежала из дома, вызвало у нее желание свернуться калачиком на кровати и разрыдаться. Более того, хрупкая, но многообещающая связь между ними была истреблена на корню. Не было смысла говорить Сойер то, что она собиралась сказать до появления Сейна. Что она не может ничего обещать, но хочет, чтобы их отношения стали чем-то большим. Что она найдет время для Сойер и хотела, чтобы Сойер сделала то же самое, если она будет к этому готова. Что проснуться утром рядом с Сойер было для нее самым счастливым моментом за очень долгое время. Что она хотела бы, чтобы таких моментов было больше. Теперь у нее не было ни малейшего шанса на это.       Они не были оппонентами, но Куинн была профессионально обязана ставить интересы другого человека выше интересов Сойер. С точки зрения этики, все романтические отношения между ними должны были быть приостановлены, и она сомневалась, что их можно будет возобновить после того, как все уладится. Либо Сойер откажется продавать дом, и Куинн профукает самую важную сделку в своей карьере. Либо она каким-то чудом убедит Сойер продать дом, и ей придётся мучиться чувством вины, задаваясь вопросом, не использовала ли она каким-то образом знания, полученные из их романтических отношений, чтобы надавить на девушку.       Ситуация была безвыходная. Куинн ненавидела проигрывать.       Она подумывала о том, чтобы заглянуть в "Антикварную лавку Кентов" и разнести Сейна Кента в пух и прах, но в этот момент он, возможно, был для неё недосягаем. Каждый раз, когда она сосредотачивалась на нем, терялось еще больше времени на то, чтобы заполучить для Кларка Глисона дом его мечты. Она также подумала о том, чтобы по пути из города заехать к Сойер и извиниться за то, что так все вышло. В глубине души, однако, она понимала, что это не самая лучшая идея. Сойер нужно было время, чтобы осознать эффект той бомбы, которая только что рванула между ними. И если Куинн так сделает, она может упасть на колени перед Сойер и высказать ей все, что собиралась сказать. Это было нечестно по отношению к ним обеим.       С другой стороны, с высоты пржитых лет, жизнь не казалась Куинн особенно справедливой. Все, что она могла сделать, это извлечь максимум пользы из ситуаций, в которые попадала. Она не хотела признавать, что после всего лишь нескольких месяцев, проведенных с Сойер, это решение далось ей нелегко. Был момент, когда она лежала в постели, поглощённая разговорами, и думала о том, чтобы отказаться от этой сделки. Черт возьми, о том, чтобы пожертвовать всей своей карьерой ради возможности проводить больше времени с Сойер. Чтобы увидеть, как эти отношения пустят корни, разрастутся и расцветут. На что были бы похожи утренние часы в постели с Сойер и послеобеденные часы, проведенные с сестрой и племянницами в городе?       Может быть, на дом?       Нет, подумала она, качая головой. Дом - это то, что она построила в Нью-Йорке. Осознание того, что ее жизнь принадлежит только ей, и нет никого, кто мог бы потянуть за одну только ниточку и распустить весь клубок. Не родитель, который не смог вести себя как подобает. Не сестра, которая нуждалась в родителе. И не подруга, которая была готова впитать всю печаль и боль Куинн, как будто она была топливом, а не ядом. Она не хотела, чтобы в ней так нуждались, и не хотела ни в ком нуждаться в ответ.       Вроде бы Теннисон сказал, что лучше любить и потерять, чем не любить никогда. Если так, то, по мнению Куинн, этот парень был полным идиотом. Колодец одиночества был бездонным, но и колодец отчаяния тоже. По крайней мере, в первом случае никто не потонул бы вместе с ней.       Уверив себя в том, что сделала правильный выбор, она собрала оставшиеся вещи и менее чем через двадцать минут была на пути в Нью-Йорк. Но она знала, что достаточно скоро, с контрактом в руках и желанием близости, которое потребует от Куинн всей стойкости, чтобы не поддаться ему, они с Сойер снова увидятся.              ***       В понедельник в десять утра, как и просила Куинн, Белинда вошла в ее кабинет. Куинн почти не спала прошлой ночью, прокручивая в голове все возможные сценарии. И все они заканчивались одинаково.       - Все в порядке? - Спросила Белинда с сомнением в голосе, садясь на стул напротив стола Куинн.       Куинн встала, подошла к двери и закрыла ее. Она воспользовалась несколькими секундами, чтобы размять ноги и подготовиться к тому, что ей нужно было признать.       Когда она вернулась к своему столу, то увидела страх в глазах Белинды.       - Тебя это не касается, Белинда. Мне просто нужна твоя помощь.       Было слышно, как Белинда выдохнула.       - Всегда рада помочь.       - Во-первых, позволь мне попросить тебя о полной осмотрительности. Я буду абсолютно честна, я чувствую, что должна признаться в том, что собираюсь сказать, потому что в противном случае тебе будет трудно выполнять свою работу.       - Я обещаю, что все, что ты мне скажешь, останется между нами, - сказала Белинда, и на ее лице отразилось любопытство.       Куинн никогда не делала ничего подобного. Она не совершала ошибок и не просила о помощи, выходящей за рамки ее профессиональных отношений со своим ассистентом. Но в последнее время Куинн нарушила множество своих собственных правил, так что могла бы нарушить еще одно.       - В общем... - Она попыталась найти способ сформулировать это так, чтобы не выглядеть полной идиоткой. - С домом для Глисона возникли сложности. Изначально меня неверно информировали о некоторых аспектах.       Лицо Белинды вытянулось.       - С домом что-то не так? Я уверена, что он все равно хотел бы его приобрести, учитывая его сентиментальность.       Боже, как же ей нравилась натура Белинды, ориентированная на решение проблем. Это было утешительной константой в мире, который не переставал вращаться с бешеной скоростью со вчерашнего утра. Куинн покачала головой и оперлась ладонями о стол. Можно было пойти ва-банк, хотя, произнеся эти слова вслух, ей захотелось швырнуть что-нибудь через всю комнату.       - Я совершила ошибку. - За десять лет, что они проработали вместе, Куинн никогда не произносила этого предложения, по крайней мере, в таком смысле. Что-то, что можно было ”уладить“ или ”сгладить углы", но такая ошибка? Никогда.       - Что за ошибка? - Спросила Белинда.       - Я не достаточно озаботилась тем, чтобы узнать, кто владеет домом Кентов. Есть три члена семьи с одинаковыми инициалами. Один из них жил там, когда я приехала, и он решительно заявил, что является владельцем этого дома. - Куинн быстро вздохнула и заставила себя продолжить. Она все еще чувствовала себя невероятно глупо, произнося это вслух. - К сожалению, это оказалось не так.       - О, черт.       - Да. Черт. - Куинн выдавила из себя кривую улыбку. - Итак, реальность такова, что я напрасно потратила месяцы на работу с этим человеком.       - Что ты собираешься делать? - Белинда достала свой айпад. - Я сделаю несколько заметок?       Куинн отмахнулась от нее.       - Как хочешь, но мне нужно было внести ясность, потому что могли возникнуть осложнения.       - Какого рода осложнения?       - Ну, например, Кристен. Она заинтересована в том, чтобы мистер Глисон стал ее клиентом. Я не хочу, чтобы она узнала об этом инциденте. Если это всплывет, официальная версия будет заключаться в том, что владелец пошел на попятную, но мы делаем все, что в наших силах. - Это звучало правдоподобно, и и такое часто тормозило сделки. Белинда кивнула.       - Понятно. Я втайне от всех внесу это в свой список дел как пункт о том, что ”нужно купить носки".       Куинн рассмеялась над столь необходимым легкомыслием, с которым Белинда отнеслась к этой катастрофе.       - Отлично.       - Что еще?       Э-э-э...… - Куинн не хотела вдаваться в подробности, пока это не стало абсолютно необходимым, например, о том, что она уже переспала с Сойер. До тех пор пока они не спали, она могла придерживаться этических норм, необходимых для того, чтобы все получилось. Боже, это казалось мрачным. Это было необходимо, но безрадостно. Последние двадцать четыре часа она провела, убеждая себя, что, пока она ведет себя профессионально, все может получиться. Это была ее версия, и она придерживалась ее.       - На данный момент это все. Мне просто нужно, чтобы ты помогла уладить все с Кристен, если возникнет такая необходимость. - Она одарила Белинду уверенной улыбкой, давая ей понять, что все под контролем и они преодолеют это препятствие без ущерба для конечного результата.       - Когда ты собираешься вернуться, чтобы встретиться с настоящим владельцем? - Она оценила, что в голосе Белинды не было и намека на осуждение.       Куинн провела рукой по волосам и откинулась на спинку кресла.       - Я не уверена. Я знакома со всей семьей Кент, так что я уже знаю настоящего владельца дома. Я просто не знала, что это именно она.       Белинда как будто уловила что-то в голосе Куинн и поправила очки на переносице, несколько секунд задумчиво глядя на своего босса.       - Как будто бы что-то не так, но я не пойму, что.       - Это сложно. Я пришлю новую версию контракта и постараюсь назначить первую встречу для обсуждения условий.       - Что ж, надеюсь, все пройдет гладко. - Белинда положила свой айпад на стол Куинн и задумчиво посмотрела на нее. - И даже если возникнут проблемы с продажей, по крайней мере, ты сможешь провести немного времени со своей семьей.       Куинн вздохнула и потерла виски. Она даже не хотела думать о том, каким кошмаром это могло обернуться, учитывая, насколько близки были Сойер и Келли.       - Было бы неплохо. Неожиданный позитив среди всего этого.       Так и было до вчерашнего дня.       ***       В четверг вечером Куинн вошла в свою квартиру в Челси и бросила сумку на диван. Позже она вернется к незаконченной работе. По крайней мере, она не забыла заказать доставку, которая опередила ее всего на несколько минут. Белинда предложила, чтобы ужин принесли в офис, но Куинн отказалась. Она хотела побыть дома. Побыть наедине со своими мыслями было не совсем идеальным планом, но она хотела быть подальше от любых профессиональных обязанностей на остаток вечера.       Добавить бокал дорогого вина к ее пасте было бы кстати. Все, что угодно, лишь бы хоть немного почувствовать себя человеком, побаловать себя чем-то приятным. Это было не так заманчиво, как просыпаться в постели с женщиной, которая заставляла Куинн чувствовать себя лучше, чем она была на самом деле, но этого было достаточно, чтобы она получила заряд серотонина и не развалилась на части.       Эта неделя была совсем не приятной. Она взяла бокал для вина с подставки, висевшей на шкафчике, и открыла бутылку красного, чтобы дать ему подышать.       А потом, как и в большинство вечеров, когда она оставалась одна, она бесцельно побродила по дому, и ничто не удерживало ее на месте. Нижний этаж ее квартиры представлял собой открытую планировку, оформленную известным дизайнером интерьеров, с которой Куинн познакомилась много лет назад на специализированном мероприятии. Было странно, что в этот момент ей было трудно вспомнить подробности той первой встречи. Казалось, что ее мозг был до невозможности забит разнообразными заботами, и в нем не оставалось места ни для чего другого.       Но когда Вивиан порекомендовала смелые цвета и четкие линии, Куинн согласилась. Это было то, что она помнила, что чувствовала. Она испытала облегчение, передав кому-то другому бразды правления, позволив ему сделать выбор за нее. Конечно, она внесла свой вклад, но она дала Вивиан карт-бланш на реализацию ее “видения”, как она это называла.       Для работы в сфере недвижимости она на удивление мало что могла сказать о цветовых решениях и элементах дизайна. Все, что было ценным для Куинн, это дом в итальянском стиле девятнадцатого века с террасами на обоих уровнях. Это пробудило в ней чувство, что она в безопасности и защищена от дикого и непредсказуемого города, находящегося всего в нескольких шагах отсюда.       Ее клиентам, в основном покупателям, нужно было от нее что-то еще. Она преуспела в продажах, умении копать глубже и понимании того, что ими движет. Это, а также интерес к архитектуре, сосредоточение внимания на сути дома, а не на том, что люди накладывают на него. Все остальное было лишь поверхностным штрихом, от которого можно было отказаться по своей прихоти, особенно учитывая состояние ее клиентов.       Она открыла дверь с веранды на нижнем этаже, которая находилась примерно в тридцати футах над тротуаром. Каждую неделю она нанимала ландшафтную компанию для ухода за различными местными растениями, которые создавали ощущение уединенного оазиса. Вместо того чтобы выйти в деревянный дворик со столиком на четверых, который никогда особо не использовался по назначению, она оставила дверь открытой и вернулась, чтобы налить себе бокал вина.       Пейзаж резко контрастировал с дорожками для боулинга, с разбросанными коврами. Или с переоборудованной мастерской, в которой было больше жизни, чем в дорогущей квартире Куинн. Об этом было больно думать, вспоминая те несколько дней, которые она провела там за последний месяц, когда солнечные лучи проникали в комнату через окна, выходящие на восток, а запах простыней напоминал ей о летнем дожде.       Если бы кто-нибудь спросил ее об этом несколько месяцев назад, она бы ответила, что наслаждается жизнью в полной мере. Отличный дом. Успешная карьера. Дорогие обеды. Приглашения на эксклюзивные мероприятия. В банке достаточно денег, и она может делать с жизнью все, что захочет. Она отметила все галочки, но достижение целей приводило только к тому, что в следующий раз она ставила перед собой гораздо более масштабные и амбициозные цели.       Когда она уезжала из Кингсфорда, она не искала другую семью. Конечно, ей хотелось безопасности, но она не хотела зависеть от других. Все, чего она хотела, это знать, что ее жизнь была построена таким образом, что она могла в любой момент отступить и не чувствовать при этом, что мир вокруг нее рушится. Она не чувствовала ничего подобного, когда ушла от матери, и уж точно не тогда, когда бросила Келли.       Все, что она делала, было направлено на то, чтобы сохранять эмоциональную дистанцию с другими людьми, чтобы ей никогда больше не пришлось делать подобный выбор. Через год после того, как она сбежала, Келли позвонила ей и сказала, что их маме стало намного лучше. Куинн не хотела этого знать. Конечно, она дала Келли понять, что это отличная новость, но ее жизнь здесь налаживалась, и возвращаться не имело смысла.       Она была напугана. Боялась, что ее снова втянут в нечто подобное. Боялась, что ее мать пойдет на попятный. Боялась, что это была какая-то тщательно продуманная, хотя, возможно, и невинная, ложь со стороны Келли, чтобы заставить ее вернуться домой. И еще больше, даже почти панически, она боялась снова увидеть Сойер. По крайней мере, в этом она могла признаться самой себе. Было нетрудно понять, что она сделала правильный выбор, когда увидела, что произошло между ними всего за несколько месяцев, несмотря на то, что прошло семнадцать лет. Куинн всегда испытывала к ней влечение.       Она все еще чувствовала влечение к ней.       Допив свой первый бокал вина, она направилась обратно на кухню, чтобы налить еще. Завтра она возвращается в Кингсфорд. Уже одно это заслуживало второго бокала. Куинн не знала, что Сойер скажет Келли, но ей, вероятно, придется считаться, по крайней мере, с какими-то последствиями.       Куинн нужно было увидеть ее как можно скорее, чтобы прояснить ситуацию. По крайней мере, они не стали бы взаимодействовать таким образом, что Келли в конечном итоге стала бы жертвой мучительно неловкого разговора. Да, именно так она и поступит. У нее была неделя, чтобы подлечить раны, и теперь пришло время сорвать пластырь.       Избежать встречи с Сойер было невозможно, и если Куинн упустила свой шанс с ней, то ей стоит попытаться, по крайней мере, добиться того, ради чего она от него отказалась.