Сердца Пустыни

Кайру выволокли к какой-то женщине средних лет. Эта женщина была смуглой, красивой, одетой в богатые шелка, и окружена многочисленной прислугой. — Почему она связана? — спросила женщина. — Она дикая, госпожа, — ответила работорговка, демонстрируя свою укушенную Кайрой руку. Женщина приподняла подбородок Кайры, заглядывая в её синие, уставшие, но несломленные глаза. — Дикая? — спросила женщина, и в её голосе прозвучало нечто, что Кайра не смогла сразу понять — то ли любопытство, то ли восхищение. — Какая интересная девочка… Красивая, непокорная… Ты непокорная... дитя? — спросила она Кайру. Кайра с ненавистью отвернулась от неё, не отвечая. — Сколько ей лет? — спросила женщина работорговку. — Пятнадцать? — Шестнадцать недавно исполнилось, — торопливо залепетала работорговка, перехватив взгляд заинтересованной покупательницы. — Крепкая, здоровая, очень красивая, но дикая и дерзкая. После плетей и наказаний вы сможете приручить её, госпожа, — голос её стал вкрадчивым, полным заискивания. — Берите, недорого… Женщина, в богатых одеждах и смуглой кожей, с неподдельным интересом рассматривала Кайру. Что-то в её глазах, что-то в её непокорной осанке зацепило покупательницу, выделяя из множества других пленниц. — Что-то в ней есть, — произнесла она негромко, скорее для себя, но слова её, словно шелест тонкого шелка, долетели до слуха Кайры. — Пока не знаю чем… но она заинтересовала меня, я беру. Она протянула руку и коснулась черных волос Кайры, прядь которых выбилась из грязных кос. В тот же миг дикая девочка рванулась, пытаясь укусить эту женщину. Покупательница отдернула руку быстро, лишь на мгновение задержав взгляд на зубах Кайры, и девушка лишь щелкнула ими в воздухе. — Осторожно, госпожа! — воскликнула работорговка, втянув голову в плечи и прижимая укушенную руку к груди. — Она кусается и она пытается сбежать при любом случае! Дикарка из дикого племени кочевников… Женщина, чьё лицо оставалось невозмутимым, передала звенящие монеты. И Кайру, просто толкнули ей в руки. Девушка вывернулась из цепких ладоней своей новой хозяйки, отшатнулась на шаг, и посмотрела на неё с лютой, неприкрытой ненавистью. В её синих глазах горел огонь, обещающий только бескомпромиссное сопротивление. — Пойдем, Дитя, — мягко произнесла женщина, и её голос был странно спокоен посреди базарного шума. — Меня зовут Самира. Не бойся, пойдем, ты, наверное, устала, хочешь пить и есть? Кайра не ответила, а лишь оскалилась в ответ, её взгляд лихорадочно метался по сторонам, ища хоть малейший просвет, хоть один путь для бегства. Её тут же, не развязывая, передали в руки охранниц Самиры — высоких, мускулистых женщин в легких доспехах, с холодными, тренированными взглядами. Кайра попыталась вырваться, но её крепко схватили, не давая ни единого шанса, и безжалостно поволокли через рынок, где всё ещё находилось множество рабов и шли оживленные торги, наполненные криками и шумом. Их путь привёл к небольшому каравану, стоявшему чуть поодаль от главной суеты. Там Кайра впервые увидела их — верблюдов. Огромные, странные создания с горбами и длинными шеями, они казались неземными существами, явившимися из мира, который она даже не могла себе представить. Девушка замерла, широко раскрыв глаза, глядя на них. — Никогда прежде не видела верблюдов? — спросила Самира, заметив нескрываемое удивление на лице Кайры. Её голос был ровным, без тени насмешки. — Сильные, выносливые животные, способные идти по пескам пустыни. Не бойся, дитя, я буду держать тебя, ты не упадешь. Кайра в ответ только оскалилась, что вызвало на лице Самиры легкую, едва заметную улыбку. Кайра понимала Общий Язык, на котором Самира с ней говорила, но говорила она на нём плохо. Ее родным был тот язык на котором она говорила в племени. А вот приказы своим многочисленным слугам и охране Самира отдавала на быстром, мягком, но совершенно непонятном Кайре южном наречии. Кайру, которая пыталась сопротивляться, затянули на спину верблюда и крепко, надежно привязали к высокому седлу. Самира устроилась позади неё, прижимая девочку к себе так плотно, что Кайра чувствовала тепло её тела и запах тонких, дорогих тканей, не оставляя ей ни малейшего шанса на движение. Верблюд, с глубоким, утробным рыком, начал подниматься. Сначала задние ноги, потом передние, и мир резко накренился, вздымаясь вверх, словно земля выходила из-под ног. Кайра ахнула от неожиданности. — Не бойся, я держу тебя, — снова произнесла Самира, и её сильные руки действительно крепко обхватили Кайру, придерживая её на неустойчивой высоте. Следом поднялись и остальные верблюды с охраной. Медленно, с покачивающимся, размеренным шагом, караван двинулся прочь от шумного порта, в сторону бескрайней, золотой пустыни.