Sunshine X Sunshine protector

      Быть айдолом — сложно. Постоянные физические нагрузки, мероприятия, забитый график, у тебя нет личной жизни, ты полностью должен отдавать себя фанатам. Ким Сону знал это, как никто другой. Он часто задумывался, что было бы с ним будь он в группе, если даже соло деятельность даётся ему с трудом. Он мог пережить любые физические травмы, то, что можно легко вылечить, но он часто испытывает тревогу и плохо себя чувствует, когда фанаты начинают копаться в его личной жизни. Он читает все эти комментарии про его ориентацию, про то, была ли у него девушка, сексуальный опыт с девушкой или с парнем или нет, каждому любопытно, но вряд ли они думают, что Сону видит это. Но он видит.       В его расписании наконец выдались свободные пару дней в которые он отпросился у менеджера, чтобы наконец-то съездить к Сонхуну — своему парню, но для всех он был просто очень близким другом и наставником, чтобы не задавали лишних вопросов. Конечно, парень заранее предупредил Пака о том, что приедет. В переписке он как всегда получил минимум реакции, хотя на деле с той стороны экрана начался настоящий мозговой штурм и попытка придумать что-то интересное, чтобы порадовать любимого. За это Сону его и любил, ведь за таким твёрдым безэмоциональным фасадом, на самом деле скрывался нежный и добрый человек.

***

      Стоило только Киму переступить порог, как он тут же почувствовал запах ароматических свечей, которые пахли чем-то лавандовым или цветочным, в перемешку с ощущением, что что-то сгорело. Такой ненавязчивый запах гари, который вызывал ощущения, будто где-то вдалеке горит цветочное поле.       — Хён, я пришел!       Лис быстро разулся и прошел в гостиную, увидев, как Пак бережно раскладывает свечки на столике, за диваном и рядом с телевизором и следит, чтобы ничего нигде не подпалилось, чтобы даже намека не было на пожароопасные действия. Услышав нежный голос, Хун тут же повернулся к Киму и улыбнулся, клычки блеснули в свете свечей. Он подошёл к парню и обнял его, слегка потираясь щекой о светлую макушку Сону. От Хуна как всегда приятно пахло, а черная рубашка со строгими брюками подчеркивали изгибы его тонкого тела, но Ким знал, как обманчива эта хрупкость и какую гору мышц она скрывает. Ощущается как дом, тепло и уют, что-то тёплое, что-то родное и знакомое. Руки сами потянулись, чтобы обвить тонкую талию Пака и прижаться ухом к его груди.       — Я скучал… — тихо пробубнил Сону, глубоко вдыхая аромат дома.       — Я тоже, — Пак протянул руку и начал поглаживать его затылок, — жаль сегодня Гаыль не дома, она была бы рада снова тебя видеть.       — Меня столько времени здесь не было, боюсь она меня уже забыла, — лис рассмеялся и поднял голову, слегка отстраняясь и кладя руки на широкие плечи парня. Он был бы тоже рад снова увидеть Гаыль.       — Она всегда помнит про тебя и любит, как и я, — от легкого поцелуя в лоб у Кима чуть не подкосились ноги, столько нежности было в этом простом жесте, — я немного не успел приготовить ужин, но заказал доставку, — Хун честно признался, почесывая затылок и смущенно улыбаясь. Это позабавило Сону.       — Ничего страшного. Будет романтический ужин из доставки при свечах, — Ким встал на носочки и поцеловал Пака в щеку со звуком легкого причмокивания, — спасибо, что позаботился об этом.       — Я заказал не сильно жирную еду, чтобы ты не беспокоился о калориях…       — Хён.       В комнате повисла немного неловкая тишина, когда Хун упомянул калорийность еды. Сону начитался комментариев о том, что он «толстый» и ему пора похудеть, конечно он сел на диету, он сидел на многих диетах, износив своё здоровье, так что он даже не знал, воспринимать ли этот жест он Пака как заботу или как предупреждение.       — Ты тоже видел все эти комментарии?       — Конечно, — Пак осторожно взяла Кима за руку, будто боясь его спугнуть как маленького испуганного дикого зверька, — если бы мог, я им всем глотки бы вырвал за такие слова. Просто я подумал, что может ты будешь против из-за своей диеты и… — он замолчал, не зная какие конкретно слова он может подобрать, он очень осторожничал, боясь в самом деле задеть или стриггерить возлюбленного.       — Я понимаю, — такие усилия не могли пройти мимо Сону, так что он расплылся в улыбке, — думаю, сегодня я могу позволить себе хорошо покушать, в конце концов, эти выходные я проведу с тобой.

***

      Простая еда из доставки казалась самой вкусной рядом с любимым человеком. Максимально отстранные от работы айдолом разговоры заполонили кухню. Тихая и тёплая болтовня, скрежет приборов о тарелки и редкие удары бокала о бокал — все звуки говорили о приятном вечере, уютном ужине. Улыбка не сходила с лица Сону, особенно когда он видел чужую улыбку, эти сверкающие клычки, поджимающиеся губы и округляющиеся щеки.       — В общем поэтому малышку пришлось оставить у родителей, — Хун тяжело вздохнул и снова поджал губы, отпивая немного шампанского из бокала.       — Бедная Гаыль, надо будет обязательно сводить её к кинологу, — Ким был поражён, когда услышал, что у Гаыль резко ухудшилось настроение и она даже стала кидаться на Сонхуна, так что от греха подальше от отправил её к родителям, чтобы не подвергать собаку ещё большему стрессу.       — Да, у нас уже назначена встреча с ним, — Пак слегка навалился на край стола, — кстати, как тебе сегодня атмосфера в доме?       — Очень мило, не думал, что ты любитель ужина при свечах, — Сону рассмеялся, снова оглядываясь и слегка кивая головой.       — Тебя давно не было, подумал, этот вечер должен быть особенным и более романтичным, чем обычно.       Даже в свете всех этих свечей Сону заметил, как немного покраснели щёки Хуна в районе скуловой кости. Он знал, что Пак не фанат романтики и такого проявления своей привязанности, так что вдвойне любил то, когда он, казалось бы, переступил через себя, чтобы порадовать лиса.       После небольшого ужина парни вместе прибрались, Сонхун еще раз проверил, чтобы в их отсутствии ни одна свечка не съехала с места, и они прошли в спальню. Сону упал спиной на кровать с громким вздохом удовлетворения, будто он за всю свою жизнь не спал на мягком матрасе. Пока Ким распластался как звезда, Хун не упустил возможности усмехнуться и аккуратно улечься рядом. Кровать слегка прогнулась под весом двух людей.       — Ты больно эмоциональный.       — Приятно наконец ощущать под своим телом знакомую кровать, а не очередное отельное ложе на котором я не смогу проспать больше четырёх часов, — Сону начал хныкать, повернувшись лицом к Паку и надув губки. Он подложил руки под голову, чтобы было удобнее, — тут даже пахнет приятнее.       — И чем же? — Сонхун улыбнулся и протянул руку, убирая с глаз парня белёсые пряди.       — Немного собакой, ополаскивателем для белья и тобой, — голос Кима понизился на пару тонов.       Пак приоткрыл рот, не ожидая такой резкой смены тона. Видит Всевышний он не хотел показывать, как на него повлияли эти слова, но в такой атмосфере и с таким голосом любимого парня, у него слегка ускорилось сердцебиение.       Сонхун бы соврал, если бы сказал, что не скучал по его прикосновениям, по его низкому голосу, по всему ему. По его присутствию в этой квартире. За ним будто всегда оставался сладкий шлейф, он заставлял только улыбаться, а его хитрости приводили к потере рассудка и подкашивающимся ногам. Он всегда был таким, Ким Сону, немного загадочным, но таким добрым, интересным и пленящим. И сейчас он пленил сильнее всего из-за своего долгого отсутствия. Паку много времени не надо было, чтобы перемахнуться так, что Ким оказался под ним, смотря на него снизу вверх своим томным взглядом. Пухлые губы изогнулись в легкой улыбке, а руки сразу поползли вверх, он перекрестил свои запястья, чтобы в следующую же секунду Хун обхватил их своими ладонями, закрепляя прямо над головой младшего, не позволяя ему сдвинуться с места. Конечно, держал он так, что в любую секунду Сону мог сбежать, но, конечно, он не собирался этого делать.       — Ты сегодня особенно нервный, Хён.       — Это твоё влияние, — Пак усмехнулся, нависая над лисом, — твоё влияние всегда такое, что я прямо голову теряю и в ноги тебе падаю, — его голос слегка дрогнул, возбуждения начало подступать куда-то в районе поясницы.       — Что правда, то правда, пару раз ты уже стоял передо мной на коленях, — Сону усмехнулся, намеренно слегка выпячивая грудь вперёд и делая глубокий томный выдох.       — Хитрый лис, — Хун усмехнулся и отвел взгляд, каждый такой случай стояния на коленях перед Кимом отдавался втройне в его голове и области паха. Воспоминания сводили с ума, он уже чувствовал, как к коже липнет рубашка, как подскочила температура его тела, и точно не от количества свечей во всём доме.       Не теряя ни минуты Сонхун завладел пухлыми блестящими губами в долгожданном страстном поцелуе. Такие поцелуи обычно бывают после долгой разлуки, после всего того, что они не пережили вместе, хотя могли бы. И сейчас то же самое. Сону мог только немного извиваться и тихо мычать, полностью отдаваясь этому поцелую и воле старшего. Он сам уже с трудом держал себя в руках, хотя казался наиболее спокойным. Спустя несколько секунд желание быть рядом после долгой разлуки превратилось просто в животное желание, от чего поцелуй стал более мокрым и грязным, но это только подливало масла в огонь.       Сонхуну стоило на секунду протянуть язык в сторону чужого рта, как занавес зубов сам открылся, пропуская его внутрь без всяких возражений. В этот же момент этот язык проник так глубоко в рот, как только мог. Сону издал тихий стон и выгнулся навстречу. Желание, чистое животное желание. Хуну было недостаточно этого, он отстранился, продолжая нависать над Кимом, но отпуская его руки. Тяжело дыша он спустился чуть ниже к утонченной шее, схватив парня за подбородок и поворачивая так, чтобы ему был доступен больший участок кожи. Так любил оставлять на этой красивой фарфоровой коже свои отметки и этот разе не станет исключением. Он начал с легких поцелуев, что вынудили Сону положить руки на плечи старшего и тяжело вздыхать. Для Хуна это была почти как трапеза — он неспеша покрывал шею любимого мягкими поцелуями, пока одна его рука спустилась вниз к тонкой талии, поглаживая её и удерживая младшего на месте.       — Хён... — лёгким стоном сорвалось с губ Кима, который без остановки извивался под прикосновениями Пака. Последний тяжело вздохнул, в такой атмосфере и с таким вздохом это «хён» звучало слишком соблазнительно, чтобы быть правдой. Он проложил редкую дорожку от ключицы, до основания шеи, по самой шейке и к маленькому ушку.       — Что-то случилось? Хочешь чего-то? — Томный низкий шепот у самого уха заставил Сону слегка вздрогнуть.       — Да, хотел сказать, что люблю тебя.       Такое неожиданное признание в любви посреди интимного момента застало Сонхуна в расплох. Он опёрся на обе руки поставив их по обе стороны от головы любимого.       — Правда? А я даже не знал, — Хун слегка надул губы и нахмурился, будто размышляя над его словами.       — Ну, перестань! — Ким уже надулся по-настоящему, легонько ударяя Пака по плечу, — просто… Вдруг ты забыл.       — Решил мне напомнить? — Старший тихо рассмеялся, заглядывая в янтарные лисьи глаза.       — Да.       — Я тоже тебя люблю и надеюсь ты никогда об этом не забудешь, — аккуратным движением он убрал непослушные пряди со лба любимого и немного поджал губы, улыбаясь.       По сверкающим глазам Сону можно было понять, что такого ответа он и ожидал. Он знал, что его любят и ценят, никто не использует его тело, он окружен только истинной любовью. Он почти мог почувствовать запах любви, напоминающий что-то сладко-соленое, разгорячённой кожи, находящейся прямо напротив него и ароматических свечей. Запах, которым он был готов покрыться полностью и никогда не выходить из этого теплого ароматного кокона.