Кошмар на явь не прилёгся

"Я знаю, что ты подумаешь о чём-то ужасном, когда я уеду, поэтому решил написать тебе. Эти ужасные кошмары и воспоминания не дают мне покоя, поэтому я решил, что мне следует уехать из общежития. Оно явно очень плохо влияет на моё психическое здоровье. Мне очень жаль, что после вчерашнего я оставляю тебя одного, но для меня так будет лучше. Удачи тебе."

***

      Лололошка вскочил с кровати, тяжело дыша. Кошмар. Всего-то. Белая футболка, в которой он спит последние несколько недель пропиталась холодным потом и неприятно липла к телу. Ло почувствовал, как по виску стекает холодный пот. Восстановив дыхание, он схватил телефон. Он уже давно ведёт личный дневник в телефоне, в котором описывает все странности и кошмары, и сегодняшний сон исключением не стал:       "Я проснулся от кошмара. Опять. Они меня замучили уже. Кошмар... Будто Престон уезжает, оставив меня одного. Только этого мне не хватало: он единственный, кто хочет мне помочь и делает это! Раз уж Шэрон отказывается мне помогать... К слову, у него стёрлись воспоминания: вчера я пересказывал ему все наши разговоры, он хоть и перепугался, что ничего не помнит, но загорелся желанием узнать, что же тут происходит. После этого он пошёл рыскать по своим картинам, мол, может вспомнит что. Очень надеюсь, что так и будет. Зайду к нему перед парами, хочу с ним поговорить. И ещё про Шэрон: пару дней назад она меня упрашивала "не впутывать во всю эту мистику". Ну ладно, чёрт с ней." Наконец взглянув на время, он удивился: время еле-еле доходило шесть утра. В душ бы.       Лололошка сонным встал, схватил с комода какую-то ещё одну шмотку и поволокся в ванную. Наспех душ, чистка зубов, на полусухое тело он надел чёрную футболку, а на ноги – домашние длинные шорты такого же цвета. На последок взглянул в зеркало: влажные длинные волосы были зачёсаны назад, что придавало ему более брутальный вид, а синяки под глазами и пару шрамов – более пугающий, как ему казалось. Он не стал спихивать чёлку обратно на лицо и вышел из ванной, у двери которой, облокотившись о стену со сменной одеждой и полотенцем стоял Дилан.       —Разбудил меня, —буркнул тот раздражённо.       —Извини, —виноватым Ло себя не считал. —вода сильно шумела?       —Нет, —мотнул он головой. Ло вопросительно выгнул брови, хмыкнул. Дилан выпрямился и поднял голову на соседа, чуть насупился и объяснил. —Ты даже раньше шести вскочил. Чего случилось?       —Нормально всё, не переживай, —отмахнулся Ло. Дилан шикнул и, ещё больше нахмурившись, закатил глаза.       —Ну-ну, —буркнул он. Дилан пошёл мимо Ло в ванную, толкнув соседа плечом. Сильно. Специально иль нет – Лололошке безразлично. Но заметил он, что сосед его чуть агрессивнее обычного. Он спихнул это на то, что Дилан слишком рано встал и, возможно, не выспался.       Немногим позже Ло попытался поговорить с Диланом, пока тот, закинув ногу на ногу, нахмурившись, что-то настороженно делал в телефоне. Вроде бы, читал.       —Отвали от меня, а, —прыснул Дилан озлобленно. —Я не хочу сейчас разговаривать. Ладно.       Ло лишь пожал плечами на чужую агрессию. Обув тапочки и напялив очки, тот выскользнул из блока и подошёл к двери напротив. В теле начало нарастать напряжение. Занёс руку над дверью.       Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук-тук.       —Да? Привет, Ло, —вышел спустя пару минут Престон. Сонный и потрёпанный, в светлых помятой рубашке и клетчатых штанах – пижама. Похоже, Ло его разбудил.       —Я тебя разбудил? —уточнил он.       —Нет, —чуть улыбнулся. —Я вчера допоздна сидел. Ты проходи, —отошёл от прохода и приоткрыл дверь. —чай, кофе?       —Кофе, —ответил Ло. —Я тоже плохо спал.       —М-м? А что ж так? Лололошка прошёл вглубь восьмого блока, закрыв за собой дверь. Сел за стол, уложив руки на него, а на руки – голову. Тот стал наблюдать, как Престон суетится у кухонной гарнитуры, заваривая в две кружки кофе и разбавляя их большим количеством молока. Помятая рубашка подчёркивала худобу художника и скрывала его, скорее всего, костлявые плечи.       —Кошмар приснился, —признался Ло, не вдаваясь в подробности.       —Вот как, —Престон сел напротив Ло, поставив перед его носом тёплую кружку. Ло выпрямился и обхватил её двумя руками, согревая ладони. —Давно тебя кошмары мучают?       —Сколько себя помню, —Лололошка решил умолчать, что у него амнезия и себя он помнит только с момента пробуждения около университета.       —Меня тоже давненько стали кошмары сниться, —сказал Престон. —лет с семнадцати, наверное. Но тогда они не были столь жуткими.       —О чём твои кошмары?       —Они о... —Престон запнулся, не в силах продолжить. Ло заметил, что тот очень сильно напрягся. Сгорбился, склонившись над кружкой, волосы закрыли часть его лица, наверняка в горле встал ком. Глаза распахнулись, губы в страхе скривились, брови нахмурились. Тот резко дёрнул головой, расслабил лицо. —Неважно. Лололошке не понравилась такая резкая перемена настроения.       —Важно.       —Нет, —чуть более настойчиво. Насупился даже. Лололошка хотел на него надавить, чтобы Престон сказал хоть что-то, но в голове щёлкнуло, что эта идея заведомо проигрышная. По крайней мере на данном этапе их общение. И этот "щелчок" как удар в живот прошёлся по мозгу, вызывая небольшую головную боль и ком в горле. —И я, к слову, ничего так и не вспомнил. Если вспомню – скажу тебе.       —Как пожелаешь, —пожал плечами Ло, отбросив свою затею с насильным выбиванием информации. Потом так потом.       —Расскажи. Ты замечал что-то? —метнулся Престон.       —Смотря, про что именно ты говоришь.       —В своём окружении. Не замечал ли ты нечто странное в своих соседях или однокурсниках?       —Хм... —задумался Ло. Он отпил кофе и, хмурясь, с затуманненым взглядом продолжил. —Кроме того, что они все слишком разные, ничего не замечал.       —Поподробнее?       —Ну... Брэндон, к примеру. Качок, пашет ради внимания девушек. Карл, ботаник-отличник. Дилан "нёрд и хикка", как о нём Брэндон говорил, —перечислил он. —Наверное, это круто, когда у тебя столько разных людей в окружении, и все друг с другом ладят, но... блин. Я даже не знаю. Тут ещё люди и здания пропадают и какая-то ересь творится, но мы об этом уже говорили.       —Понятно, —буркнул Престон, гипнотизируя кофе в своей кружке. —Мне иногда кажется, что всё вокруг – один большой стереотип. Я слышал о Дилане, как о "самом токсичном парнем в общежитии".       —Ага. Мне Дженна это рассказывала, —подтвердил Ло. —А вообще Дилан – классный парень, как по мне. Не знаю, почему его все всячески пинают. Хотя он сам не то, чтобы против. Ему плевать.       —Угу. У меня сосед раньше был. Чем-то на Дилана походил, —поделился Престон. Лололошка, заинтересовавшись, поднял голову. —В этом году он так и не приехал обратно в общежитие. После себя несколько вещей оставил, я их у себя храню: мало ли, приедет. На сообщение тоже не отвечает.       —Ага, —Ло задумался. —Тайлер тоже так никому и не ответил. Ну, сосед наш бывший, полторы недели назад исключили его.       —Я слышал. Из-за чего его исключили-то? Ты знаешь? —поинтересовался Престон. Лололошка подумал, что раз Тайлер так и не вышел на связь, и больше он его не видел, от того, что он расскажет о секрете, ни от кого не убудет:       —Ножи, —Престон хмыкнул и вопросительно выгнул брови, явно заинтересовавшись. Ло продолжил только после того, как отпил ещё немного кофе. —Он делал ножи. С длиной лезвия больше, чем разрешено законом. И со специальной гравировкой на рукоятке, которые сам же и выжигал. Он эти ножи прятал, всячески передавал, и я его заставил мне об этом рассказать. В тот же день он натравил на меня всю комнату, —от воспоминаний в груди разлилось раздражение и насмешка: было глупо со стороны Тайлера после того, как он Ло поведал свои секреты, полагать, что он не сможет дать ему в случае чего отпор, воспользоваться этими секретами. —Я ему пригрозил обо всём рассказать соседям: так, припугнул, чтоб отстал. Дилан фактически вступился за меня, посчитав глупым то, что я за Тайлером следил, а он мне тайны рассказывает, —Престон чуть нахмурился задумчиво. —Через два дня о ножах как-то узнал Саймон Солус и в университете, и его исключили, мол: "это престижный университет, тут нет места преступникам". Когда я – опять же, в тот же день, – спросил Солуса, откуда он узнал об этом, он сказал, что знает всё. Я так и не понял, что это значит: знать всё физически невозможно, не так ли?       —Видимо, управляющий с тобой не согласится, —невесело усмехнулся Престон, отпивая кофе. —А вообще... странно это.       Лололошка вытащил телефон из кармана и взглянул на время. Доходило уже полвосьмого. Ему бы в блок вернуться. Он залпом допивает кофе и говорит Престону, что ему пора собираться: Карл дотошный зануда, в восемь пойдет всех доставать учёбой и бла-бла-бла. Престон тихо посмеялся на его возмущения и проводил до двери седьмого блока, напоследок поблагодарив, что Ло зашёл к нему. Лололошка вернулся к себе в комнату, медленно передвигаясь от одного конца спальни к другому, собирая вещи в рюкзак. На учебники ему плевать: парочку для приличия взял, этого хватит. Просто в рюкзаке куча мусора скопилось, надо было разгрузить и убрать лишнее. Как закончил, сбросил рюкзак на кровать и стал ходить по комнате уже переодеваясь в уличное. На соседней кровати всё также лежал хмурый и настороженный Дилан, что изредка поглядывал на суетящегося Ло. Тот ходил без верха, рыскал по сундукам и ругался себе под нос. Дилану тоже хотелось ходить и ругаться, но по иной причине.       И как только Карл входит, кажется, напряжение у Дилана поднимается до предела. Вместо того, чтобы отмазать себя плохим самочувствием, тот, хмурясь, подскакивает на месте и злобно рявкает на перепуганного Карла:

—Я никуда не пойду! Делай, что хочешь, Карл.

От такого резкого тона даже сам Ло озадачился. Чего это он такой нервный? Понятное дело, что что-то произошло, но что?       Карл перед выходом соседям выразил свое беспокойство за него, Чед попытался предположить, что случилось, но ничего связанного не выходило. Ло же про себя решил, что не будет доставать соседа или гадать, а сам спросит через время: может быть, ему повезёт больше, чем Карлу и Дилан даже не наорёт на него? В автобусе Ло, слушая музыку в наушниках, уставился в окно. Ехать около часа. В отражении окна он увидел напротив себя Престона, что тоже глядел в окно. Обычно он не едет с седьмым блоком в одном автобусе, а едет на следующем.

***

      В университете Ло рухнул на предпоследнюю парту и до начала пар лёг спать. Со второй парты на него поглядывал какой-то парень в зелёном, искоса, даже с мелким осуждением, рядом с ним сидел Рэн, улыбаясь и тараторя что-то. Лололошка погрузился в дрёму, которую не потревожил даже звонок, оповещающий начало пары. Лололошка – неприлежный и неусидчивый ученик.       Время от времени от просыпался, листал тик-таки и обратно укладывался спать. Учиться не было никакого желания, впрочем как и в любой другой день, и как только прозвенел звонок с последней пары, Ло подскочил и выбежал из аудитории. К концу пар голова была ватной, вовсе не соображала, он и не заметил, как добрёл до автобуса и вновь надел наушники, включив музыку. В общежитие дела его ждали в разы интереснее: чердак, ферма, соседи, Престон, хоть до ночи возись. Ло зашёл в комнату, дабы сбросить лишние вещи из рюкзака, даже не поздоровавшись с Диланом, что сидел за столом и косился на соседа через плечо. Дилан даже благодарен Лололошке за то, что он иногда до ночи не появляется в комнате и понадеялся, что сегодня будет как раз такой день.       Дилану удалось выдохнуть лишь тогда, когда за Лололошкой закрылась дверь спальни. Мысль о том, что он не возвратится до восьми давала заметно расслабить голову. Он раз за разом вчитывался в текста, показанные на экране его телефона, раз за разом пытается дать этому хоть какое-то объяснения. Да даже если спихнуть на то, что его сосед – псих и шизик, это ему ничего не даёт! У Дилана нарастает эгоистичное желание выпотрошить из этого странного, асоциального, аморального и жуткого соседа все ответы на все-все его вопросы, у него нарастает это удушающее чувство любопытства, которое порождает другое, эгоистичное и жестокое: вырвать у Ло душу, раскрыть её себе и достать каждый лакомый кусок, который даст ответы. Ответы. Дилану. Нужны. Ответы.       Ведь Дилану уже глаза мозолит самый-самый первый текст в чужих заметках, но он не может остановиться читать его, ведь с самых первых строк он заставляет читать всё дальше и дальше, погружаясь в эту пучину бреда шизофреника в маниакальном психозе. Дилана забавляет думать, что его сосед таковым является, однако что-то другое сидит внутри него и просто умоляет разобраться. Эта наглая любопытная пиявка внутри, этот маленький эгоистичный внутренний Дилан просто норовит, жаждет просто залезть в голову соседу по комнате и узнать, что же творится там. А всё из-за одного маленького текста:

"Я шёл потусоваться с Шэрон, но стоило мне посмотреть на неё у меня возникло какое-то... видение? Это случилось не впервые. В прошлый раз был какой-то старик, теперь женщина... Откуда я знаю этих людей? На галлюцинации это не похоже, образы слишком реальные. На совпадения тоже не сильно, скорее на провалы в памяти... А теперь самое главное: что я делаю в этом общежитии, в этом университете? Кто я?.."

      Ведь как же такое возможно: чтобы кто-то был, да не знал, кто он? Как же так вышло, что этот асоциальный подросток, не зная, кем он сам себе приходится, оказался в лучшем университете мира?

Вот и Дилан не знает. А зараза так и подбивает его выяснить, что к чему.

Но завтра, ему бы с мыслями собраться.