good thing

Щелчок. Просторная комната в бордовых оттенках, приглушëнный тёплый свет. И никаких звуков извне. Двуспальная кровать в цвет стен, простынь и подушки белые, по бокам стоят тумбочки из тëмного дуба. Взгляд скользит по помещению и останавливается на одном единственном. Хан Джисоне. Одно его имя вызывает у Минхо мурашки по всему телу и учащение ритма сердца. Сейчас же он сидит перед ним на кровати, развалившись и склонив голову вбок. Его лицо было бы нечитаемо, если бы они находились в другой обстановке. Он с интересом изучает испуганного котëнка, закусив губу. Минхо меняется в лице. «Это так глупо», — он усмехается, фыркнув, — «Слишком хорошо, чтобы быть реальностью». Его мысли прерывает низкий голос: — Отлично танцуешь. Я не видел, чтобы кто-то был лучше тебя, — он не меняет позу, перекатывает голову на другую сторону, серьга коротко отражает свет приглушëнной лампы и попадает точно в глаз Минхо. Он морщит нос и незаметно дëргает головой. — Да брось, много танцоров лучше меня. Своей крутости я не отрицаю, но мне всë ещë есть, над чем работать, — губы кривятся в полуулыбке. Парень пытается не выдавать волнения и говорить чëтко, но голос предательски вздрагивает, на что Хан хихикает и опускает взгляд. — Всем есть, куда расти. Я лишь сказал, что ты круче любого, — Хан вновь поднимает глаза на Ли. Ему всегда неловко получать комплименты, отчего дыхание замирает, а уши начинают гореть. Хан шевелится, возвращая расползшиеся руки ближе к себе, наклоняет голову чуть вперëд, устремляя взгляд на Минхо. Пронзительный. Пожирающий. Видящий всего его насквозь. Минхо коротко вздыхает. Аккуратными медленными шагами он двигается к Джисону, скользя взглядом по шее до приоткрытых губ и расслабленных глаз. Он так же медленно, заворажëнный, тянет подрагивающие руки к плечам Хана. Он мягко обхватывает Лино за талию, усаживая себе на колени. Руки Минхо на чужих широких плечах. Джисон поглаживают чужую талию, тело на нëм подрагивает и рвано дышит. Джисон с восторгом смотрит на чëткие черты лица, на сложенные домиком брови, на приоткрытые губы. Сердце мечется в груди, глаза бегают по каждой незаметной морщинке и маленьким царапинкам. Знобит. А теперь жарко. Выпитый ранее алкоголь даëт о себе знать, обоим. — Знаешь, — Хан чуть сжимает бока Минхо в своих руках, проходит вверх и вниз, коротко облизывает пересохшие губы. Лицо напротив смотрит осторожно и слегка испуганно, — я не помню себя в том состоянии, чтобы не думать о тебе… — шëпотом, — каждый день, — притягивает парня на себя и вдыхает запах его шеи. — Я много смотрел твои танцы, ты слишком горячий. Во всех смыслах. Отстраняет Ли от себя, кладëт руки на его щëки, большим пальцем проводит по нижней губе, раздвигая их, и осторожно проникает внутрь. Грудь Минхо вздымается. Он окружает лицо Джисона ладонями, приближая своë почти вплотную. Слишком близко, воздух обжигает лëгкие. Минхо примыкает к губам Джисона своими. Давит, втягивает, но не больно. На пробу. Отстраняется, заглядывает в расширившиеся зрачки. Одновременно они снова подаются навстречу друг другу, сливаясь в поцелуе, более страстном и желанном. Джисон покусывает губу Минхо, на что тот низко стонет. Елозит бëдрами на чужих, трëтся своей эрекцией о Хана, чувствуя, что у того тоже встал. Язык проскальзывает по губам, проникая внутрь, Лино приподнимает край майки Хана, оказываясь под ней, и щекотливо водит пальцами по телу. Сдавленный стон в губы, пальцы зарываются в волосы, прижимают ближе, не оставляя шанса сбежать. Страх прячется, выскакивает наружу, бегает по кругу, шумит в груди, заставляет сердце биться быстрее. Холодные ладони Ли скользят по шее, обхватывают, слегка сжимают. Хан отстраняется и переворачивает Минхо на спину, нависая над ним. — Многие мечтают о тебе, — Минхо рвано дышит, — а ты выбрал меня. Это льстит, — скидывает джинсовку на пол. — Ты и так сексуален, а сейчас — тем более. «Надо мной». — Не ебусь с кем попало, — тяжело дышит. Он приподнимается, снимает рубашку и кидает к джинсовке. Пальцы подхватывают кромку майки с двух сторон, плечи выглядят ещë шире, скрестившись. Поднимают ткань — мышцы напрягаются. Майка летит к остальным вещам, открывается вид на тату с половину тела. Рука Лино тянется к узору, палец проводит по очертаниям, касаясь лишь слегка, но у Джисона уже едет крыша. Он тихо скулит, закатывая глаза и откинув голову. Серëжка отсвечивает всë, что Джисон не может передать словами. Она дрожит, кидает блики, качается из стороны в сторону. Хан наклоняется, чтобы неуклюже снять с Минхо майку и отбросить её в сторону. — Красивый шрам... — Хан осторожно ведëт по нему пальцем, не желая делать больно. — Откуда? — Да Хëнджин уëбок. Забудь, — голос ниже обычного, хриплый. Джисон фыркает. Ладонь спускается к торсу, гладит выступ в штанах. Минхо шипит — Джисон надавливает. Действия Хана отдают импульсы в самое сердце, заставляя грудь сжиматься, а парня — покрыться мурашками и вздрогнуть. Давит чуть сильнее. Глухой скулëж Минхо утопает в губах Хана, пока тот продолжает ощупывать его орган сквозь ткань джинс. Свободная до этого рука скользит по телу, обходя шрам, Хан отстраняется от губ парня, нависая над ним, смотрит пьяно, размазано. Минхо дëргается. Резким движением он избавляется от джинс, оставшись в одних боксерах. Полуголый Хан выглядит чертовски грешно. От одного осознания, что он сейчас перед ним в VIP-комнате, только ради него, сносит крышу. В сердце ойкает, взгляд мечется от пресса и груди Джисона до потемневших глаз и припухлых губ. Так же, без промедлений, он стягивает джинсы с трусами с Лино. Тот тихо выдыхает, подхватывает пальцами цепь Джисона и тянет на себя, целует влажно, страстно, пока вторая рука лезет под резинку трусов. Снова стон, Хан подталкивается бëдрами навстречу. Мешающие боксеры слетают, цепочку укладывают на тумбочку. Правой рукой Хан обхватывает горячий член Минхо, большим пальцем проходясь по головке. Вверх, вниз, Минхо ноет. Джисон наклоняется, целует Минхо в щëку, мажет от линии челюсти до уха, целует накаченную грудь, ускоряя темп руки. Губы оставляют багровые пятна и влажные следы по всему телу. Очередной неприличный стон вылетает изо рта Минхо, он жмурится и проникает пальцами в волосы, сжимая их. Отстраняясь от рельефа тела Минхо, Хан аккуратно вытягивает свободную руку к тумбочке в поисках смазки и презерватива, пока другая не останавливается. Джисон плавно вводит палец в парня, тот извивается и откидывает голову назад, открывая вид на выступающий кадык. — Пригласишь на концерт? Вспомнил вдруг, что ты на гитаре играешь... — лицо Лино освещает улыбка, — ха-ха… — А ты не был? — усмехается, добавляя второй палец, Минхо шипит и жмурится. — Был… В первых рядах… — Приглашу, не переживай, — пальцы проходятся по простате, тело выгибается навстречу. Он раздвигает пальцы на манер ножниц, наблюдая за реакцией: Минхо резко выдыхает. Хан добавляет третий и растягивает. Быстро надев презерватив, Джисон ставит головку ко входу, бросает взгляд в глаза напротив, и вводит член. Неглубоко. Двигается медленно, смотрит на чужие брови, нос, губы. Его ведёт, он слегка покачивается и возвращается, пытаясь сохранить контроль. Почувствовав, что Лино растекается, входит до упора. Крупное тело над Минхо и крепкие руки у его головы заставляют сердце биться сильнее. Нежный и одновременно похотливый взор тëмных глаз, растрёпанная причёска. Взгляд плывëт, тело не слушается: расслабляется, напрягается с каждым новым толчком, снова расслабляется, почувствовав приятную заполненность. Хан движется размеренно, постепенно ускоряется, прикрыв глаза и закусив губу. Кисти Минхо мечутся по простыни, хвастаются за руки и плечи Хана, впиваясь ногтями в кожу. Громкий стон, он обхватывает широкую спину, издавая ещë более неприличный звук. Стенки приятно сжимают член, Джисон шипит, тихо постанывает, чувствуя, что руки держат уже слабо. На секунду открывает глаза: комната плывëт, взгляд сужается до одного только лица перед ним. Минхо делает резкий выдох и извергается себе на живот. Хан с громким стоном кончает внутрь презерватива и выходит. Он устало падает рядом с Минхо и укладывает голову ему на плечо, тяжело дыша. Резинка улетает в мусорку в углу комнаты, салфетки аккуратно вытирают пресс. Затем влажными Джисон проходится по каждому изгибу и углублению пресса, пока Минхо подрагивает. Разворачивается и целует сначала в губы, а затем и в шею, нависает над Ханом, оставляя засосы от ключиц до линии челюсти. Губы расплываются в улыбке, глаза закрываются в наслаждении. Минхо отрывается и слегка надавливает на щëки Джисона одной рукой, приоткрывая его рот. Он наклоняется и втягивает в поцелуй, проникая языком внутрь. С хлюпающим звуком отпускает и невесомо чмокает в припухлые губы. Он вяло разваливается на парне, почти истерически посмеиваясь. Джисон вводит руку в тёмные волосы, легко сминая их, целует в лоб, второй рукой гладит по спине. Минхо мурлычет и вжимается в парня, нежно целуя его в шею. — Господи… — выдыхает Джисон куда-то в потолок, а рука ищут чужую ладонь, чтобы переплестись с пальцами на ней.

***

Минхо держит Джисона за талию, смеясь с его рассказов про то, как он в школьные годы хотел удивить одноклассницу и сыграть что-то на гитаре. — Я нашёл какую-то песню и начал её учить, — они стоят на танцполе, Джисон перекрикивает музыку. — А я тогда плохо играл на гитаре, и в моменте понял, что не смогу её спеть-сыграть… А до выпуска оставалось дня три, — фирменная живая мимика и громкий уверенный голос, который Минхо сразу в нём заметил. — Выхожу на сцену, и на первом же ударе струна слетает. Та-ак стыдно было. Ещё и этот голос подростковый, брекеты. Лино складывает бровки домиком и выкатывает губу: — Оу-у, — и тут же взрывается хохотом. — Я представил, ха-ха! — Именно поэтому мы с тобой сейчас танцуем, а не наблюдаем друг за другом издалека, — он улыбается и подталкивает Лино бёдрами, за что получает лёгкий шлепок по ягодицам. Они снова заливаются смехом, придерживая друг друга. Скоро утро, они направляются к выходу. Остановившись у дверей, Минхо разворачивается к Джисону: — Подвезти? — Ты же пьяный, — со смешком заглядывает в лицо парня. — Точно, ха… Ладно. Но что делать будем? — Ты к чему? — Хан хмурится. — Ну, понимаешь… — взгляд в пол, — Social Media never sleeps, — акцент Лино умиляет. — А, ты про это… — Джисон хмыкает, задумавшись, — Проще будет не оповещать о таком. Фанаты всё равно всё узнают, и тогда уже придётся объясняться. Минхо ухмыляется. — Да и я сомневаюсь, что за нами по клубам бегают. — Думаю, ты прав, — Лино поднимает глаза на Хана. — Тогда по айс американо? — Конечно! Спрашиваешь ещё.