Insects anomaly

      Альва уже смутно различал, когда выходило и заходило солнце. Будучи полностью погружённым в работу, ему казалось, что свеча горела двадцать четыре на семь, освещая стол и бесконечные стопки бумаг. Только взглянув в маленькое окошко высоко на стене можно было распознать время суток.       Несомненно, он был рад своей должности Надзирателя Ледяного поля. Но кипы бумаг расстраивали, заставляя сидеть на одном месте целыми днями. А с другой стороны, другой работы пока и не было. Очередь до ночного обхода дойдёт не скоро, а с мелкими неполадками разбираются уже люди на местах. Но если не дай Бог назреет бунт... Для Альвы образуется куча мороки. Хотя, может, она бы сделала его пребывание здесь хоть чуточку интереснее.       Одно радовало - в этом месте практически никто и ничто, кроме самих его подчинённых, не могло надоедать при работе. Даже экстремальный холод. Сильная печка и тёплые одеяния спасали его.       При желании можно было бы найти ещё больше плюсов. Однако, уходя всё больше в посторонние мысли, надзиратель рискует совсем прекратить работу. А ему на глаза как раз попался на удивление интересный отчёт. Его название "Отчёт о новой аномалии" говорило само за себя. Пробежав глазами по паре строк, Лоренц усмехнулся сквозь маску. Что ж, это дело стоит его личного присутствия.       Он встал со стула и медленно потянулся, разминая затёкшие мышцы. Наконец он сможет выйти из своего кабинета. Так ещё и не абы куда, а на расследование заинтересовавшего его явления. Взяв посох, Альва вышел.       Знал бы он, какую маленькую и важную деталь сейчас упустил...

***

      Прояснив ситуацию, он вернулся в своё обиталище в глубоких раздумьях. Такого ранее ещё действительно никто не встречал. Остаётся только гадать, какими же способами они создали такое. Но сейчас сотрудники не имеют совершенно никакой информации об этом: ни цели создания, ни догадок о самих создателях. Пока остаётся принять это как факт и ждать новостей от следователей и научных работников.       Собственно, на этом коротком походе в лабораторию и закончилось веселье для Альвы. Снова будни в компании белых бумажек, из-за которых рано или поздно побелеет в глазах у него самого. Но стоило ему взять перо, как он услышал странный звук. Будто бы жужжание. Отдалённо похоже на трепетание крыльев насекомых, коих он уже давным-давно не слышал.       Его взгляд медленно скользнул на доску с образцами различных бабочек и мушек, водящихся в этих краях. Тех не очень много, что объясняется суровыми погодными условиями. И обитают они в определённых местах. Так каков же шанс, что одна из таких долетела до Ледяного поля, да ещё и попала прямо к нему в кабинет? Думаю, ответ на этот вопрос очевиден.       Сначала Надзиратель руководствовался подлинным интересом к этому живому существу, пытаясь схватить, но не повредить. Кто знает, может быть, это новый, никому не известный вид. Но по мере ловли жужжание становилось всё более и более раздражающим, вынуждая Лоренца схватить первую попавшуюся тетрадь и начать охоту. Но и существо оказалось не таким уж глупым. Оно быстро и точно уклонялось от каждого удара, из-за чего у Надзирателя начало складываться впечатление, что здесь явно что-то нечисто. Он присел будто бы в раздумьях, вертя в руке банку с практически выгоревшей свечой. Через несколько секунд он уже понимал, что всё пойдёт так, как он задумал. Резко развернувшись, Альва накрыл маленькое создание банкой.       Огонь сразу потух от недостатка кислорода, а "насекомое" забило ручками по стеклу. Посмотрев на это зрелище, Надзиратель только закатил глаза. — Господи, Цикада, опять ты. Вечно создаёшь одни неприятности. – аккуратно приоткрыв банку, мужчина вытаскивает машущего руками Луку. – Уж если и случаются какие-либо аномалии, то не без твоего участия.       Названный вдруг перестал сопротивляться, уставившись на Альву. — Не удивляйся так, одного из твоих товарищей уже поймали. И как же это произошло? – в ответ послышался лишь писк. – Ах, точно. Впрочем, сейчас это не так важно. Ты буквально влетел в мой кабинет и снова раздражал своими выходками. Не думаешь, что опять переходишь черту, Бальза?       Лука лишь вжался в руку держащего его мужчины, нервно сглотнув. Парень уже понял, что легко не отделается. Однако, сейчас он в разы меньше и беззащитнее... Буквально с мизинец Надзирателя.       Но Альву это не особо волновало. Он положил его на спину, начав этим же мизинцем давить на его промежность. У Луки тут же перехватило дух. Всё же давление было слишком сильное. Надзиратель быстро понял это и снизил силу, видимо, решив оставить того в живых. Теперь нажатия перекликались с лёгкими поглаживаниями, заставляя Цикаду выгибаться навстречу. Жаль, что вместо чудных звуков Альва слышал только писк. Но, впрочем, сейчас ему уже не до этого. Придерживая его одной рукой, другой он стягивал с него штаны и обувь. Бальза снова сжался, боясь, как бы его не раздавили между этих длинных и сильных пальцев.       Дальнейший поток его рассуждений был прерван всё тем же пальцем в перчатке, давившем уже на голый пах. Тело снова выгибалось навстречу, а слёзы от возбуждения капали на стол, собираясь в маленькую лужицу. — Что, Цикада, неужели настолько приятно? – на секунду Альва оторвал палец от члена, разглядывая размазанный по нему предэякулят. – Ц, испачкал мне палец. Ну что с тобой поделаешь.       Лоренц слизнул субстанцию с пальца, глядя при этом на самого виновника беспорядка. Из-за малого количества вкус был почти не ощутим. Думая об этом, мужчина наклонился ещё ближе.       Усмешка слетела с его губ, прежде чем он приложился кончиком языка к члену заключённого. Лука снова издал писк, закатив глаза к потолку. Надзиратель пристально смотрел, начиная облизывать по всей поверхности. С его нынешними размерами особо не разгуляешься в технике, но, похоже, Бальза уже сходил с ума. Писки становились громче, и всё чаще Альва чувствовал прикосновения маленьких рук на своём языке. Ещё раз размашисто лизнув, он ощутил солоноватый вкус. Лука беззвучно кончил, упав на стол и переводя дух.       Однако, по взгляду Надзирателя было ясно, что это ещё далеко не конец. С задумчивым выражением лица он наблюдал за тяжело дышащим Лукой. Далее ни с того ни с сего начал тыкать в его живот. Цикада запищал в ответ, явно не понимая, чего Альва хочет добиться. Впрочем, ответа на этот немой вопрос ждать не стоило. Мужчина ушёл глубоко в свои мысли, всё ещё гладя мальчика в разных местах. Наконец, его палец снова добрался до маленького члена. Чувство предвкушения тут же отозвалось в животе заключённого, заставляя сладко сжаться под прикосновениями, размазывающими предэякулят.       Но уже в следующую секунду его ощущения резко притупились. Он судорожно оглядывал кабинет Альвы, который теперь не казался настолько большим. Собственно, как и сам мужчина перед ним. И тут до него резко дошло. — Ты... Как?       Заключённый чувствовал даже через маску Надзирателя, что тот усмехнулся. — Несложно было выстроить теорию, увидев изменения на твоём теле. — Но когда... – Альва не дал ему и шанса подумать, снова проводя рукой по уже не маленькому члену.       Альва снял маску, показывая всю ту же широкую ухмылку. — Когда же ты уже поймёшь, что обманывать меня совершенно бесполезно? – задал он скорее риторический вопрос, прежде чем вцепиться в губы парня перед ним.       Пока его язык терзал губы, руки раздвигали ноги заключённого, поглаживая внутреннюю сторону бедра. Через время он отстранился, но уже через несколько секунд снова продолжил терзать распухшие губы, неустанно кусая и целуя. Альва уже давно не делал этого с Лукой. Работа почти полностью поглотила его, давая возможность видеться со своим возлюбленным только глубокими вечерами, когда он был уставший и сонный. А Бальза как будто только добавил ему проблем, устроив переполох с "аномалией". Впрочем, сейчас мужчина на нём отыграется.       Искусав губы до красноты, он спустился ниже, к шее и ключицам, дабы оставить следы и там. — Что, старик, настолько не можешь терпеть? – поиздевался Лука, глядя, как жадно Надзиратель облизывает его шею. В ответ тот укусил его, заставив парня под ним вскрикнуть. – Боже, да ты действительно изголодался по мне... — Я всё удивляюсь, как ты можешь говорить такое, зная, что я просто так это не оставлю. И как быстро меняется твой настрой. – мужчина подтянул ноги Бальзы ближе, упираясь стояком прямо в его зад. – Советую твоему рту издавать только звуки удовольствия в этот вечер.       Далее Лоренц вернулся к своему делу, зацеловывая и метя тело заключённого. Но Лука и не думал утихать. — Ну, я же знаю, что это правда. Ты буквально пожираешь меня сейчас – это ли не знак? Неужели так проблемно для тебя признать, что ты скучал? — Лука, ты явно не знаешь, когда следует остановиться. – и тут Альва резко сел на стул, потянув его таз на себя. – Ты доиграешься.       Названный лишь коротко усмехнулся, почувствовав дыхание Надзирателя. — Я знаю, что тебе нравится это. Иначе ты бы давно по-настоящему наказал меня за мою дерзость.       И Альва никогда вслух не признает, что так и есть. Может, Лука не зря называл его вредным старикашкой. Впрочем, нельзя сказать, что его что-то не устраивает.       Голова большего мужчины покоилась между ног заключённого, задумчиво глядя в его лицо. Бальза же ощущал себя как на лабораторном столе, гадая, что же ещё с ним хотят сделать. Увы, взгляд Надзирателя был нечитаем. Лука даже невольно расслабился, заняв голову посторонними мыслями. Но внезапно большая рука Альвы сомкнулась у основания его члена. Не медля, он тут же провёл ею вверх по стволу, напоследок накрыв головку. Реакция мальчика сразу отразилась на его лице и в голосе, простонавшем имя Надзирателя. А потом рука сделала ещё пару движений. После ещё и ещё, ускоряясь и заставляя Луку извиваться на столе. Но через время действия резко прекратились. Опустив заплывший взгляд вниз, Лука увидел, как Альва собрал сочащуюся смазку с его члена, приставив палец ко входу. Это заставило заключённого сдавленно проскулить, невольно раздвинув ноги.       А Лоренц лишь снова ухмыльнулся. — Какие-то проблемы? Ты же недавно был таким дерзким, будто один я жажду получить удовольствие. — Ч-чёртов старик... – сказал Лука, повернув голову и прикрыв лицо ладонью.       Не сказать, что Альве понравилось его действие, потому что он сразу убрал его ладонь с глаз, одновременно толкнувшись двумя пальцами. Бальза тяжело задышал, прогнувшись в спине и устремив взгляд к потолку.       А Надзиратель, кажется, никогда ещё не ухмылялся так долго. Его рука провела по груди заключённого, спустилась вниз, обхватила за талию. Губы повторяли этот путь, стремясь зацеловать всё его тело. А пальцы быстро толкались туда-обратно, кажется, имея цель не растянуть, а подразнить. Так, чтобы Цикада выстанывал его имя, прося, наконец, вставить этот чёртов член. Но всё же Альва думал о его благополучии, начиная растягивать тугие стенки. Заключённый сдавленно пискнул, больше не ощущая быстрых толчков. А Надзиратель решил воспользоваться ситуацией, поддразнивая уже словами. — Как думаешь, могу ли я просто оставить тебя так на несколько минут? Знаешь, я ведь очень занят. Нужно забрать документы, парочку подписать. Ты же полежишь здесь, да?       Лука аж ахнул от такой наглости. Но не успел он произнести и слова, как Альва отстранился, делая вид, что хочет уйти.       Однако, далеко он не продвинулся. Бальза тут же схватил его за руку, повалив на себя, а ноги парня тут же обхватили Надзирателя, вжимаясь прямо в пах. Теперь настала очередь Луки ухмыляться. Он тёрся о промежность мужчины, заставляя того сдавленно шипеть, в то время как сам уже рисовал в воображении непристойные картины.       На этом моменте Альва не выдержал и потянулся к молнии своих брюк, доставая истёкший смазкой член. Недолго думая, он вставил его. Это произошло настолько быстро, что заключённый испуганно посмотрел вниз, а после успокоился, немного отдалившись, а потом снова насаживаясь на орган.       Однако, Альва не позволит ему сделать всю работу за него. Двинувшись на пробу пару раз, он ускорил темп, откинувшись назад и томно вздыхая. Лука стонал при каждом толчке, изгибаясь в спине словно кошка. На самом деле он планировал ещё немного подразнить Надзирателя, но его мозг отказывался совершать хоть какую-то мыслительную деятельность. Сейчас для него существовал лишь член мужчины, тщательно втрахивающий его в стол. Да и Альва, похоже, больше не был настроен на разговоры. Он жадно вбивался, заставляя стол отчаянно скрипеть.       А последние толчки получились особенно глубокими. Медленными, но проникающими глубоко в нутро. Они заставили Луку открыть рот в немом стоне и выпустить тёплую сперму на свой живот. Лоренц же с рыком излился внутрь парня, после отпустив его ноги. Из последних сил, он, выйдя, поднял его на руки, сел на стул и усадил к себе на колени. У обоих началась одышка. Бальза также слегка подрагивал в руках Надзирателя, чувствуя, как полужидкая субстанция вытекает из его тела.       Лоренц окончательно откинулся на спинку стула, притянув своего возлюбленного ещё ближе. Однако, как бы странно это ни было, тот уже начал ёрзать. — Неуёмная энергия... Куда ж её девать..?       Лука лишь улыбнулся в ответ и обнял Альву. Обнял сильно, заставив того резко выдохнуть. — Неужто ты вздумал убить меня и, наконец, сбежать?       Лука лишь снова беззаботно посмеялся, пока Альва не продолжил: — Как, например, пытался сегодня.       Тут уже настала очередь Бальзы резко выдохнуть, выпучив глаза на Надзирателя. — А что, ты думал, я не догадался? Подстроили так называемую "аномалию", всполошили всех сотрудников, а потом хотели сбежать под шумок – весь ваш план. Только вот, что-то не на всех вас подействовало это чудесное перевоплощение, раз остальные, кроме тебя и твоей напарницы, сидели по камерам.       Лука слегка замялся, но всё же ответил. — Ну, раз мы и так раскрыты... В общем, мы решили просто проверить, как оно действует. Ну и думали, что никто не заметит... А в итоге вы поймали одну из нас. И ты меня потом... — Всё могло закончиться не так плохо, если бы ты не зудел у меня под ухом. А стоило стереть твою метку на животе, как действие сразу пропало. – оба сразу вспомнили момент, как Альва якобы "размазывал предэякулят" по животу Цикады. — И как ты только увидел... Я же был таким маленьким! – Лука сразу выпрямился, глядя на Лоренца по-детски обиженно. — Во-первых, не недооценивай моё зрение,– Альва закрывает Луке рот, как только видит, что тот снова хочет обозвать его стариком. –А во-вторых, мы занимались этим уже столько раз, что я вижу малейшие изменения в твоём теле. Даже в уменьшенном. Хотя мне всё ещё не до конца ясна причина того, почему ты просто не улетел через окно моего кабинета, пока я отсутствовал.       Лука снова замялся, но решил ответить. — Ну... я же не мог бросить своих товарищей. — Только ли их?       Наступило неловкое молчание. Заключённый не понимал, был ли это риторический вопрос, или Альва действительно сомневается в любви Луки. С одной стороны, у того есть полное право сомневаться, ведь тот только что пытался сбежать, что буквально означало бы расставание без шанса встретиться вновь. Но с другой стороны...       Альва заметил его смятения. — Я прекрасно понимаю, что ты стоишь перед выбором: либо я, либо свобода. Но я бы не осудил твой выбор, какой бы он ни был. Лунное поле... Это место не представляет из себя чистилище для провинившихся, как оно себя преподносит. Думаю, ты знаешь. И я тоже не хочу, чтобы ты гнил здесь, ведь моя защита тоже не будет вечной. Поэтому, пока я имею влияние, я бы хотел вытащить тебя отсюда. Но за твоих товарищей ручаться не могу.       Глаза Луки на секунду засияли от такой перспективы, но вскоре в них засела доля сомнений. Глядя на это, Лоренц решил, что, похоже, перенапряг Луку сейчас. В конце концов, это лишь его мысли на данный момент, поэтому он отсадил парня на стол, наклоняясь за разбросанной одеждой. — Я думаю, сейчас нам нужно отдохнуть. Полагаю, ты не против пойти ко мне в комнату? – спросил Альва, одевая себя и Бальзу. — Конечно, но давай пройдём мимо камер моих товарищей? Я маякну, что со мной всё будет хорошо.       Альва лишь тихо угукнул в ответ, всё ещё думая о возможных вариантах освобождения Луки отсюда. Но, будучи в пелене из мыслей, он не заметил, как Бальза дёрнул его за край плаща.       Пожалуй, сейчас он оставит эти мысли на потом.