Дело №17: Чёрный дом и тайна Ордена Чёрного Солнца [Part 1]

Кровавые часы

Больница №6, закрытый корпус). Полумрак. Капельницы с чёрной жидкостью. На стенах — граффити на языке Марзоя, светящиеся в УФ-спектре. Антон просыпается с иглой в вене и выдёргивает катетер. Говорить было больно, а собственный голос предательски дрожал: — Где… Арсений? — Медсестра, чьё лицо было скрыто маской, широко улыбнулась. Хотя под маской этого было не видно. Её голос зазвучал слишком высоко: — Он ушёл смотреть ваши старые домашние видео. — Она засмеялась, а телевизор над койкой включился сам собой. На экране — дети в лабораторных халатах, а дата в нижнем углу гласила: 1993 год. Маленький Антон рисовал на полу круг, а маленький Арсений… исчезает в зеркале. Голос за кадром принадлежал женщине с акцентом: — «Контейнер А–7 демонстрирует прямой контакт с Эоном. Рекомендуем усиление изоляции.» — Антон хватает медсестру за руку и чувствует как под кожей шевелятся металлические нити. Из динамиков с помехами, играет колыбельная наоборот.

Подземный храм под больницей

Арсений спускается по лестнице из костей, освещая путь зажигалкой–трикветрой. Внизу — зал с девятью тронами, на каждом: труп в чёрном мундире с вырезанным языком. Глеб, появляется из тени, держа отрубленную голову охранника и хищно улыбается, скаля свои зубы: — Поздравляю. Ты только что прошёл тест на лояльность. — Он бросает голову к его ногам. Они ждали, когда кто–то из нас вернётся. — Арсений поднимает медальон с фото отца у одного из трупов: — Это… члены Ордена? — Глеб вновь смеётся, поправляя очки с треснувшими линзами: — Не. Это те, кто отказался стать богами. — Стена рушится, открывая гигантские солнечные часы с циферблатом из зубов. В центре — ребёнок в стеклянном коконе, точная копия Арсения в детстве. Арсений хватается за свою голову, когда слышит голос из кокона: — Вы разбили зеркало. Теперь осколки идут за вами. — После хихикает и замолкает, а Глеб смотрит на него, после чего помогает встать. — Ты как? В норме? Или? — В норме, не беспокойся друг. Просто, я его слышал и он сказал, что нам пизда. А так в норме, ага. — Усмехается охотник, хотя понимает, что в их ситуации смешного мало, конечно. — Эм… Ладно, Арс. Я конечно не слышал никого, но допустим, верю. — Как–то лукаво произносит тот, но Арсению сейчас настолько плохо, что это остаётся без внимания.

Игра в подобия

Квартира–ловушка

Антон пробирается в заброшенную хрущёвку, где когда–то жил его «отец». На столе — виниловая пластинка с надписью «Для АШ». Включает проигрыватель — звучит голос Василия из 1995 года: — «Если слышишь это, значит, протокол 'Молчание' провален. Они используют наши тела, как двери. Убей всех, кто называет тебя сыном». — За спиной Антона, словно по расписанию открывается дверь в ванную. В зеркале — Василий, но его рот заклеен скотчем, глаза зашиты. Рука выходит из зеркала и кладёт на раковину перочинный нож Антона, потерянный в 15 лет. Антон смотрит на это молча, а затем в ярости разбивает зеркало кулаком: — Хватит играть в психоделки! — Из тьмы за зеркалом лишь раздаётся детский смех, и медленно затихает, оставляя Шастуна в одиночестве, напоследок звуча эхом в его голове.

Погоня в метро 2

Арсений и Глеб бегут по засекреченной ветке под Кремлём. Стены покрыты биолюминесцентными грибами, образующими стрелки. Преследователи – три фигуры в плащах с пустыми лицами, только рот на лбу. Глеб стреляет солью с ртутью: — Это Хранители Порога! Не давай им скопировать твой голос! — Один из Хранителей ловит пулю ртом и копирует тембр Глеба: — «Арсений… ты же помнишь, как умерла мама?» — Арсений в ярости, взрывает трубу с паром: — ЗАТКНИСЬ, СУКА! НЕ СМЕЙ О НЕЙ ГОВОРИТЬ СВОИМ ГРЯЗНЫМ РТОМ! — рявкает мужчина. — Преследователи растворяются в тумане, но на стене остаётся надпись кровью: «10–й страж – это не человек».

Расплата

Чёрный Дом. Повторение кошмара.

Двор заброшенного детдома. Дерево с висящими куклами. Каждая – с фото убитых охотников. Антон и Арсений встречаются у колодца с цепями. Антон показывает записку из кармана: — Нашёл в больнице. Твой почерк. — Но… я не писал этого, Антон. — Текст гласил: «Не верь Глебу. Он умер в 2001–м году.» — Подожди... — Арсений достаёт нож с гравировкой «А.Ш.»: — Получается у нас у каждого есть два предмета, которые так или иначе связаны с нами? — Антон молчал и просто смотрел на рукоять ножа. На лезвии – дата их первой встречи. И всё бы ничего, но Антон не помнил такого ножа. Прервав их мысленные вопросы, послышался голос сверху, принадлежавший ребёнку: — Вы уже проиграли. Просто ещё не умерли. — На крыше стояла девочка в платье 90–х, точная копия Анны из фото. В руках – 10–й жетон. Земля трескается, открывая лестницу в красную пещеру. Глеб появляется с огнестрельной раной в груди, но при этом мужчина не истекал кровью, как это обычно бывает. На лице же появляется самодовольная улыбка: — Ну что, слепые щенки? Готовы узнать, кого разбудили? Смотрите, сейчас начнётся представление! — Девочка бросает жетон в колодец. Цепи начинают скрипеть. Антон нервно сглатывает, а затем обращается к Арсению, заряжая обрез: — Если внизу хоть один оккультист — стреляю и в тебя. — Арсений смотрит на тень от дерева – она не совпадает с силуэтом. — Я так понимаю, уже можно пошутить, да? Что ж: добро пожаловать в ад домашнего приготовления. — улыбается тот слабо, а затем смотрит на Антона. — Иди вперёд, я тебя прикрою, Антон!