Дело №17: Чёрный дом и тайна Ордена Чёрного Солнца [Part 1]

Спуск в Эон

Колодец Памяти

Арсений, Антон и Глеб спускались по цепям из сплавленных жетонов. Стены колодца были покрыты окаменевшими детскими руками – они хватали за одежду, шепча: «Не буди нас». Антон резал руки ножом, но кровь текла вверх: — Это не колодец... Это горло чего–то. — Дно оказалось одной сплошной зеркальной поверхностью. Глеб, не колеблясь, шагнул в неё, но его отражение не повторило движений мужчины. Уже успев исчезнув по пояс в зеркале, тот скривившись в лице, произносит: — Здесь время и пространство – болезни. Не пытайтесь их понять. — Арсений и Антон прыгают вслед за ним. Мир окончательно переворачивается.

Зеркальный ад

Эон — измерение Ордена

Бесконечный зал с треснувшими зеркалами, каждое – портал в прошлое героев. В воздухе звучали обрывки голосов из 1990–х. На стенах плясали тени, повторяющие движения давно умерших людей. Лика по прозвищу "Счётчик" внезапно появляется, и хватает Антона: — Слушай! Твой артефакт М–12 – не кость... Это семя Марзоя! Василий вживил его вам, чтобы вырастить дверь! — Что? — Антон не успевает сообразить, о чëм идёт речь, как вдруг замечает, как из зеркала выходит медленно тень Василия. Теперь она была видимая невооружённым глазом. Его лицо – как у Антона, но с жёлтыми глазами. Тень Василия, голос которой как скрежет металла, заговорила: — Арсений... Помнишь, как ты запер меня в зеркале? Мне было так одиноко и больно. Пора платить, мой мальчик. — Вспышка памяти: 1995 год. Маленький Арсений толкает Василия в зеркало – но это не Василий... а его брат–близнец. — Ты не он! Нет! Это неправда! — кричит Арсений, сжимая кулаки. Тень лишь смеётся и медленно движется в их сторону. — Какая разница, если вы сдохнете скоро!

Битва с Десятой Тенью

Девочка–Анна собирает ртутные капли от тел Хранителей, формируя гигантскую Тень Марзоя. Глеб стреляет в неё солью с серебром, но пули застывают в воздухе. Упав на колени Глеб, кричит: — Она не 10–й страж... Она ключница! Орден создал её, чтобы стереть нашу память! Антон, используй глаз Мороза! — К счастью, Антона не нужно просить дважды и он использует Глаз Мороза, и видит что у Арсения в груди дверь, а его тело – последний замок. У Глеба же не было отражения, так как он действительно умер, ещё до их встречи. Но самое главное, что тот замечает – его собственное сердце – чёрное, с символом трикветры. Антон, заряжая обрез, смотрит на Арсения. — Они хотят, чтобы ты добровольно открыл дверь. Но если ты умрёшь до ритуала... — Арсений молча смотрит на нож с гравировкой "А.Ш.": — ...то они получат неконтролируемый разлом. — Заканчивает он за Антона, устало ведя по своему лицу сверху–вниз. — Хорошо, я сделаю это. — Арс... — Шастун невзначай касается своей рукой, руки друга и смотрит на того взглядом побитого пса. А я? А ты обо мне подумал?! Как же я... — Подумал! Поэтому и хочу спасти этот мир, чтобы ты жил нормальной жизнью, Антош. Перестал охотиться на всю эту ебанину, нашёл себе девушку или парня, и зажил как обычный человек! — Дурак! Я тебя одного не пущу. Мы вместе против всего мира, забыл? — шмыгая носом, рычит тот, и часто моргает от того, что глаза начинает печь от слёз. — Ладно. Только, если я стану похожим на них, пристрели меня сразу же! Окей? — Уговор, Арс. — Умница. А теперь, зададим тварям трёпку, как мы с тобой умеем, малыш.

Жертва и разлом

Последний Выбор

Тень Марзоя поглощает Глеба – его тело распадается на песок. Девочка–Анна начинает ритуал, читая слова на языке, от которого кровоточат стены. Лика вновь оглушающе кричит, хватая Антона за руку: — Только носитель М–12 может остановить её! Но для этого... одно сердце должно перестать биться! — У кого два сердца? Ты на что–то намекаешь? — призрак девушки лишь вздыхает, и вновь показывает Шастуну его прошлое, в ходе которого Антон наконец понимает о ком речь. Лика говорит про него, и что у него два сердце. И второе сердце – это "семя", которое Орден вживил ему в детстве. Приняв свою судьбу, Шастун не колеблясь больше и секунды, протягивает Арсению нож, с улыбкой на лице: — Ты всегда говорил... "Лучше я, чем ты". Пожалуйста... Сделай это, Арс. — Он закрывает глаза, чтобы не смотреть. Арсений не берёт нож. Вместо этого он сначала проводит тыльной стороной ладонью правой руки по расслабленной мужской груди, чувствую как под кожей бьётся чужая жизнь. После убирает руку и проводит быстро по мягким волосам на голове парня, и только потом спустя пару минут, бросается в Тень Марзоя, вонзая клинок в свою грудь. Когда Антон открывает глаза, то слышит голос своего несостоявшегося убийцы, но больше лучшего друга, который не смотря на весь пипец, не захотел делать тому больно. Боже какая щедрость, бля. Которую Шастун явно вертел на хую, но был благодарен за своë спасение? Неизвестно. Перед тем как исчезнуть, Арсений вновь крикнул, отвлекая охотника от глупых мыслей: — Найди меня... в другом отражении. — Послышался грохот. А сами зеркала начали трескаться, как хрупкий фарфор от перегрева температур. Девочка–Анна опять кричит, а после её тело рассыпается в пыль.

Возвращение

Антон приходит в себя в своей квартире. На столе – бутылка 'Белый орёл' и детская рука в банке, но теперь она исчезает. За окном –обычный дождь. Телевизор ожидаемо работал почти на всю громкость. На экране шёл новостной сюжет: — В метро найдены 9 мумий... эксперты говорят о сектантском ритуале... — Но Антон видел и знал точно другую картинку; за спиной диктора – тень с рогами. Внезапно телефон парня зазвонил. На экране – неизвестный номер. Ответив на звонок, Антон услышал мужской хриплый голос: — Ты выиграл время... но дверь осталась открытой. — На стене проявлялся, как фотоснимок из поляроида, детский рисунок на котором было изображено десять фигур вокруг костра. Теперь одна из них – с лицом Арсения.

Эпилог

Где–то на окраине города, стоял тот самый разрушенный чёрный дом. По пеплу шла маленькая девятилетняя девочка в чёрном. Новая жертва? Или же будущая охотница? Она подбирает 10–й жетон и кладёт его в карман своего платья, где уже лежат 9 других. Под её платьем нет ног, только тень с рогами. — Запомни, юное дитя. Самые страшные монстры – это те, кого мы создали сами. — Прошептала тень. — Хорошо. — Она улыбается, а тень под её платьем шевельнулась, будто живая, и девочка остановилась. Перед ней возвышался силуэт ещё одного Чёрного Дома – точь–в-точь как тот, что лежал в руинах за её спиной. — Десятый, — прошептала она, и её голос прозвучал как скрип несмазанных петель. — Последний. — Ветер поднял пепел, и на мгновение в воздухе проступили лица: девять пар глаз, широко раскрытых от ужаса. Тех, кто когда–то жил в этих домах. Тех, кто построил их на костях. Девочка шагнула вперёд, и тень под её платьем потянулась вверх, превращаясь в когтистые лапы. — Вы хотели защититься от монстров, — сказала она пустоте. — Но забыли, что сами их создали. — Стены нового дома затрещали, будто сжимаясь в предсмертной агонии. А девочка улыбнулась – ведь теперь она знала, чей жетон будет одиннадцатым. Дверь Чёрного Дома скрипнула, будто давно ждала её. Внутри пахло плесенью и старыми страхами – воздух был густым, словно пропитанным забытыми криками. Девочка провела пальцем по стене, и обои под её прикосновением почернели, свернувшись в труху. — Ты опоздала, — прошептал дом. Голос был знакомым – таким же, как у тех, чьи жетоны лежали у неё в кармане. Она не ответила. Тень под её платьем разлилась по полу, впитываясь в щели между досками, и вдруг... Хруст. Это провалился пол. Но девочка не упала. Она парила над бездной, где внизу, среди переплетённых корней, лежали скелеты. Не просто кости, а построенные кости, сложенные в стены, в арки, в маленькие, кривые домики. — Мы хотели жить вечно, — вздохнул дом. — Но эти охотники всë испортили! — Вы хотели убежать, — поправила девочка. — Но я вам помогу успокоиться. — Она разжала ладонь, и десятый жетон упал вниз, звеня, как колокольчик. А потом... Чей–то жетон зазвонил в ответ. Из тьмы поднялись они – бледные, с пустыми глазницами, с жетонами на шеях. Те, кто когда–то боялся. Те, кто построил первые Чёрные Дома. Девочка улыбнулась. — Они ещë вернуться. Мой одиннадцатый жетон уже ждёт. — И тень под её платьем распахнулась, как пасть чёрной дыры, поглощая очередную душу. Дом довольно заурчал и погрузился в сон, ожидая охотников, которые по словам юной ведьмы, ещë вернутся. И тогда, он – дом, он точно будет готов к тому, чтобы уничтожить их всех, и устроить наконец ад на Земле. Правда, пока Антон был занят тем, что искал способы, спасти Арсения, но зато когда найдёт, злу не будет пощады! Ведь это уже будет битва не за мир, а за того, кто дорог , как брат! Того, кто заменил ему семью и того, кто решил в героя поиграть, сука и поэтому, шагнул в пасть зверя, когда его об этом не просили. Ведь в отличии от Попова, у Антона было два сердца, а не одно. И он так итак выжил бы... Но мы, как и Антон, никогда не узнаем о втором, пока они вновь не встретятся...