oh love (Look At You Now)

“КАПИТАН!” Застанный врасплох Шанкс чуть было не опрокидывает бутылку, только что переданную ему Хонго. Несколько людей на палубе застывают с задранными вверх головами, смотря в сторону вороньего гнезда, откуда и донёсся крик Ясоппа. Отставив бутылку и придерживая свою шляпу, Шанкс сам глянул в сторону гнезда и крикнул, “Что там?” “Дым, капитан! Много дыма!” Несчастливые мураши пробежали по его позвоночнику. Одним слитным движением Шанкс запрыгивает на ближайшую канатную лестницу, чтобы взобраться по такелажу с той грацией, что присуща человеку, провёдшему всю свою жизнь на море. В краткий срок он достигает вороньего гнезда, где Ясопп всё смотрит на горизонт с тревожной зажатостью во всём теле. “Корабль, терпящий крушение?” “Нет,” отвечает его снайпер, опуская и передавая подзорную трубу. “Фууша.” Дерьмо. Миг занимает настройка прибора и его приспособление для чёткой картинки, затем следует плавное скольжение до далёкой линии горизонта, где вода темнее, пока Шанкс тоже не видит: тёмные, чёрные клубы дыма, огромные даже с такого расстояния, и как Ясопп и сказал, их чертовски много. Это не вечеринка на пляже и не проблема одного дома — вся чёртова деревня в огне.  Шанкс сглатывает противный ком в горле и кричит так громко, чтобы дошло до всей команды, “Держим курс строго прямо! И идём на всех парусах!” Мужчины повскакивали со своих мест, чтобы последовать приказу своего капитана, но все были необычно тихи.  На верхней палубе Бенн ловит его взгляд и хмурится, с очевидным вопросом в глазах. Шанкс может лишь пожать плечами в ответ. Они слишком далеко, чтобы что-то увидеть кроме дыма и самых верхушек гор острова Рассвета. Какой бы ад там не творился, ответов они не дождутся, пока не приблизятся.  Хорошо, что Рэд Форс довольно быстроходный корабль для своего размера, и ветер дует им в спины. Они могут идти просто прямо, прибыть в Фуушу, понять что там творится и при удаче помочь. (С ещё большей удачей два мальчика и их кроха брат играют в джунглях и далеки от того кошмара, что творится в деревне. Шанкс не знает, что он сделает, если это не так. Он также не хочет об этом думать. Во избежание.) *** Дозорные. Блядские дозорные.  ‘Несчастье’, что постигло Фуушу, это, море его задери, военный корабль дозорных, что теперь смотрится нелепо в маленьком рыболовном порту. И задолго до высадки Шанкс видит белые униформы, шнурующие то тут, то там по обгоревшим домам и всё дальше уходящим в поля тропам.  Он также видит большое количество тел, не носящих белую униформу, валяющихся на земле.  Единственная хорошая новость — кажется, это не его вина. Занятые разграблением Фууши и поисками чего-то за её пределами, морские дозорные не потрудились оставить наблюдателей. Они бы сделали это, если бы знали, что мстительная пиратская команда может прийти по их души в любой момент. Вместо этого Шанкс и его люди застают утырков абсолютно неожиданно.  Бой скор. Даже слишком скор. Гнев и кипящая кровь всё ещё застилают ему глаза, когда Шанкс заканчивает кромсать их ряды и валит командира. Настоящая сила воли требуется, чтобы сдержаться и потребовать, “Что они сделали? Что должны были эти люди сделать, чтобы заслужить такое?!” Мужчина в ужасе, он напуган до такой степени, что сумел выдавить только, “Они- он- они укрывали б-бе-глецов-” Беглецов. Не преступников. Пока не- но Шанкс знает, кого дозорный имеет ввиду. Он знает наверняка кто тут прячется, точней, кто перестал прятаться, перестал сидеть в глубине острова, более заинтересованный в том, чтобы спуститься к берегу и играть в песке со своим младшим братом, чем оставаться в дали от моряков, что могли бы поинтересоваться что это за внуки Гарпа Кулака и откуда они взялись.  …но дозорные ещё ищут. Только половина экипажа стандартного военного корабля оказалась в Фууше, когда на них напал ураган имени Шанкса и его людей — другая половина ещё где-то на острове и все ещё ищет.  “Позаботьтесь о нём,” говорит Шанкс, вручая незадачливого командира в руки Бенна и Лаки Ру. “Узнайте, как они прознали о мальчиках. Как только я вернусь, будьте готовы отплывать.” Он собирается бежать в горы, туда, где Сабо и Эйс обычно живут, но он на мгновение останавливается перед тем, что раньше было Парти баром: ныне просто чёрный остов, уничтоженный сильнее, чем любое другое строение в деревне, скорее всего из-за хранящегося в нём алкоголя. И Шанкс не может удержаться, один маленький взгляд с волей наблюдения- -тут Голос. Тут живой Голос, не похоронное эхо. Он прыгает вперёд, руки и колени сразу же чернеют от всей сажи. Угольки порываются стать настоящим огнём, когда оказываются на воздухе, стараясь задеть Шанкса, но тот лишь укрепляет своё тело волей вооружения и копает дальше, глубже, почти- тут. Погреб. Его дверцы не открыть изнутри, только не после того как всё здание рухнуло под собственным весом. Но, когда он расчистил завал и приподнял створки, посылая волну пепла вверх и вниз, наградой ему стал кашель Макино.  “Всё хорошо,” зовёт Шанкс. Она поднимает голову, волосы в абсолютном беспорядке, её цветастый платок нынче использован как защитная маска, и он полностью испачкан сажей. “Всё хорошо, Макино, ты в безопасности- давай, сюда-” Она подаёт руку и он вытаскивает её из дыры- но только её. Ни какой свёрток не начинает шевелиться, никакой малыш не начинает плакать. “Луффи. Где Луффи?” Всё кашляя, Макино указывает на горную тропу. Хонго и ещё пара матросов уже спешат к нему, привлеченные поднятой волной пепла. Он пытается быть нежным, когда толкает девушку в подставленные руки, готовые ей помочь, и повторяет приказ о скором отплытии. И вот теперь… Теперь Шанкс действительно бежит со всех ног в джунгли.  *** И чуть было не опаздывает.  Дикие звери и хищники не такая уж и большая проблема, честное слово; достаточно их было сегодня убито дозорными, чтобы остальные уматывали со всех лап при виде чего-то в форме человека. Его задержали даже не дозорные: всех их он видит волей обнаружения, всех их может с лёгкостью обойти, прорезаясь через подлесок, что до смешного просто.  Настоящая проблема — это расстояние. Эйс и Сабо, наверное, поняли, что что-то не так и решили схватить Луффи и бежать, забредя на абсолютно другую сторону острова. Достойно, хороший инстинкт, но маленькая группа дозорных всё равно умудрилась найти их раньше, чем Шанкс. Он видит эту картинку в своём мозгу, пока бежит между деревьями, пока прыгает через валуны и овраги, трепеща каждой клеткой, чтобы двигаться быстрее, добраться туда, ты должен ДОБРАТЬСЯ ТУДА- Он видит как капитан дозора улыбается, пока его люди пригвоздили близнецов, а сам он достаёт Луффи из куста, куда братья попытались его спрятать. Шанкс видит, как мужчина делает четыре, пять, шесть шагов к скале, самый дальний уголок острова Рассвета, как он вытягивает руку над бушующими волнами, что разбиваются о камни внизу И ОТПУСКАЕТ-! Он почти что не успевает. Почти что. Шанкс вываливается из джунглей ровно в тот момент, когда капитан поднимает Луффи. Малыш плачет, как будто в состоянии понять, что неизвестный мужчина ему не друг. Один взмах Грифоном и шея дозорного отделена от тела; Шанкс пинает труп в сторону и ловит Луффи свободной рукой, прижимая младенца к боку, под плащ.  Остальные дозорные начинают кричать. Одна уверенная волна королевской воли и вот уже те четверо, что держали Эйса и Сабо, отшатываются; в любой другой ситуации Шанкс бы попросил их потеряться, но не сегодня. Не тогда, когда его кровь кипит от злости, когда его сердце не может перестать биться быстро от осознания того, что он чуть было не опоздал. Нет, сегодня он продолжит давить на них волей, пока их Голоса не затихнут полностью, один за другим.  Над близнецами его воля сформировала тёплый щит, барьер, препятствующий чему-либо тронуть мальчиков. Они должно быть заметили это, потому что остались валяться на земле, а единственное движение, что сделали — это схватили друг друга за руки.  Как только все дозорные подохли, Шанкс отозвал свою силу. Этого сигнала было достаточно, чтобы пара десятилеток поднялась на ноги, игнорируя свои порезы и синяки в пользу того, чтобы молниеносно устремиться к Шанксу и Луффи. “Вы вдвоём в норме?” спрашивает он, передавая малыша, даже если волей он чувствует, как сильно они сражались, чтобы остаться в живых.  “Порядок,” выдавливает из себя Эйс, позволяя Сабо держать Луффи, чтобы он мог обнять их обоих сразу своими дрожащими руками. “Мы- как они нашли нас?” “Я не знаю,” Шанкс говорит угрюмо, фокусируя свою волю на окрестностях. Ни одна поисковая группа не находится достаточно близко, чтобы заметить его вмешательство, но так не останется навсегда. “Мы должны убираться отсюда. Обратно, на мой корабль-” Сабо издаёт звук протеста, “Но Дадан-” и его близнец отчаянно смотрит на Шанкса.  “Мы проверим,” он обещает им, заранее зная, что они там могут найти.  *** Ну конечно, на поляне, куда его привели мальчики, оказался тщательно разрушенный дом. Не горящий, не полностью разваленный, как в Фууше, но только из-за того, что у кого-то нашлись мозги не поджигать дом в грёбаных джунглях, а не потому что кому-то не хватило жестокости.  Шанкс может сказать, что разбойники оказали более серьёзное сопротивление, чем жители деревни; среди тел, валяющихся на земле оказались и дозорные. Особенно много их скопилось у одного дерева, на краю поляны. А облокоченной на него оказалась- “ДАДАН!” -большая, монументальная женщина, покрытая ранами и кровью, но всё ещё, едва-едва, дышащая. Её прикрытые глаза резко открылись, как только Эйс и Сабо метнулись к ней. Целый миг им потребовался, чтобы сфокусироваться и понять кто перед ней. Но потом она издала облегчённый вздох. “С-сопляки. Говорила- говорила вам-” “Мы убежали,” рычит Эйс, пытаясь закрыть своими маленькими ручками худшие из ран, чтобы остановить медленное кровотечение. “Весь путь до дальнего пляжа, и эти придурки всё равно нас нашли, но- но Шанкс здесь. Всё хорошо, Дадан. Ты будешь в порядке-“ Не будет. Тут слишком много крови. Но Шанкс не настолько жесток, чтобы сказать это.  Вместо этого он опускается на колени по другую сторону от женщины. Её полуоткрытый взгляд цепляется за него. Она кашляет и струйка крови течёт из уголка её рта. “П-пират. Гарп- рассказал, о тебе-“ ещё один приступ кашля, и Луффи плачет, извиваясь в слишком тугом захвате Сабо. “Сказал- ты- Роджера?” “Я им был,” ответил он тихо, “И даже остался им сейчас, во многом.” Дадан кивнула. Одна из её рук поднялась, чтобы легонько стукнуть Шанкса по предплечью, прежде чем упала обратно на длинную ручку сломанного топора, валяющегося рядом. “Ты- вытащи моих сопляков отсюда. Ты-” “Я присмотрю за ними, клянусь. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы они были в безопасности.” Отчаяние на её лице отступает. “Хорошо.” Её глаза вновь возвращаются к близнецам, что не стесняясь ревут, размазывая свободно текущие слёзы по щекам, хотя и пытаются сделать это тихо. “Вы- хорошие мальчики. Не- говорила этого, достаточно- ” “Заткнись,” икает Эйс, всё ещё давя на самые большие раны. “Заткнись, ты не обязана говорить это-” “Обязана,” шепчет женщина. Её вторая рука, лежащая на порванном посередине ожерелье из крупных красных бусин, накрывает руки Эйса. “Испортила- Я испортила вас, сильно. Но- вы все ещё хорошие. Не заботьтесь о том, что- говорят дру- другие. Вы хорошие, глубоко, там, внутри. Вы- ” Её слова становятся малоразборчивыми, и горло вновь раздирает кашель. Руки Эйса отброшены, и они теперь держатся за бусины. “Вы, не, позволяйте, этому дрянному миру, забрать своё. Нет, только не от вас двоих, или от не- него,” кивок в сторону Луффи, который смотрит обратно широко открытыми, серьёзными глазами. “Вы, будьте хорошими. Вы- будьте-” “Мы будем,” обещает Сабо, когда Эйс начинает реветь от всей души.  Дадан кивает снова. Она откидывается назад, и её последний вздох оборачивается тихим дыханьем. Когда ни один из мальчишек не двигается, Шанкс тянется вперёд и закрывает её глаза своей рукой. Затем он снимает свой плащ и накидывает его на женщину, как импровизированный погребальный саван. Это не похороны, но это всё, что они могут себе позволить.  Сабо двигается ближе, касаясь бедром плеча Эйса. Шанкс даёт им время оклематься, но вот уже его воля наблюдения даёт знать, что морские дозорные рядом, приходит время идти. Они не протестуют, когда Шанкс поднимает их обоих на руки, обнимая. Луффи надёжно прижат к троим телам.  И вот во второй раз за день Шанкс бежит. Дополнительный вес и смещённый баланс слегка его тормозят, но он всё равно быстро возвращается к остаткам Фууши. И Эйс, и Сабо издают раненный стон при виде почерневших руин, но раздаётся зов морского дозора, и они вынуждены слушаться Шанкса, что говорит им: “Держите головы опущенными.” Быстрый поворот, и прыжок, и дикая волна королевской воли, что заставила бы Рэйли поднять бровь в осуждении за неконтролируемую мощь. Так Шанкс пробирается через худшие разрушения, находящиеся на прямой тропе к берегу, где уже его ждёт разбитый военный корабль и Рэд Форс прямо за ним. Ещё один сильный прыжок, что запускает их четверых в воздух да так, что кажется, будто они парят, невесомые, в солнечных лучах.  Потом гравитация возвращается, и они аккуратно приземляются на палубу. Бенн тут же кричит, чтобы разворачивали грот мачту; Шанкс стоит против ветра, что тянет и тащит, заставляя корабль буквально подпрыгнуть в нетерпении оказаться подальше от их бывшей безопасной гавани, что ныне представляет угрозу. Только когда он слышит лёгкие шаги, капитан опускает Эйса и Сабо, позволяя их ногам коснуться палубы, а Макино падает рядом с ними.  Она всё ещё не в порядке — одежда и руки черны от копоти и сажи. Большой пластырь пересекает её правую щёку, а пластыри поменьше покрывают пальцы и ладони, но это не мешает ей тут же вцепиться в ребят, тормоша и поворачивая их то на один бок, то на второй, проводя самостоятельный осмотр на наличие повреждений. Макино выдыхает в ужасе, когда видит окровавленные бусины ожерелья в сжатых добела пальцах Эйса — этого достаточно, чтобы мальчики вновь начали рыдать — Сабо следует за братом, пока Шанкс просто качает Луффи в своих объятиях, а Макино тянется, чтобы крепко обнять близнецов. Малыш молчит. Не бурчит и не смеётся, но хотя бы больше не плачет. Тёмные глазёнки уставились прямо на Шанкса, пока пухлые пальчики ухватились за красную прядку и потянули. Ты в безопасности, припоминает он слова Роджера, произнесённые с отчётливой гордостью. Это была главная причина, по которой я тебя оставил. Никогда не напуганный, даже когда мы открыли твой сундук, и ты смотрел на кучу незнакомых лиц. Ты знал, что ты в безопасности, и я захотел, чтобы ты и дальше был в ней с нами.  “Кажется, я действительно следую по его стопам,” Шанкс шепчет, касаясь большим пальцем миленькой щёчки. “Ты в безопасности, малыш. И я обещаю, что ты и твои братья будут в безопасности не смотря ни на что.” Дитёнок на это гукает и тянет прядку ещё раз, как будто говоря звучит славно.  *** Через пару дней история попадает в газеты, где пиратов Красноволосого зовут монстрами, устроившими расправу над всей Фуушей, но, что показательно, о мальчиках там нет ни слова, хоть они и были причиной всей бойни.  Через пару недель Гарп Кулак проходится по всему Ист Блю в приступе гнева, потому что хоть он чертовски хорошо знает, что первый сосунок Роджера не мог совершить такого безрассудства, он ВСЁ РАВНО похитил трёх его внуков, и ЭТО не может быть прощено. (Даже если Гарп узнал об этом, найдя хорошо ему знакомый плащ, укрывающим тело Дадан. Что ж, это его личное дело и только его.) Через пару месяцев Рэд Форс заканчивает все свои дела в Ист Блю и направляется к Гранд Лайну с новым членом команды на борту, что по-тихоньку учится владеть своим оружием. Однако, кажется, награда за Морское Стекло Макино увеличивается только тогда, когда кто-то по неосторожности приближается к корабельным юнгам, ведь она прикладывает все свои усилия для их защиты.  Через пару лет близнецы Портгас успешно осваивают своё оружие, плюс учатся владеть волей у Шанкса, плюс учатся другим трюкам у остальной команды, что спит и видит как они доживут до взрослого возраста. Когда команда Красноволосого и команда Белоуса сходится в шутливой схватке в первый раз, что заканчивается ничьей и счастливой попойкой, в которой потерь куда как больше, чем в самой битве, Эдвард Ньюгейт делает тост со словами, что Шанкс идёт по стопам своего старика, но он был бы не против украсть одного или обоих перспективных юнцов к себе в семью. Воспринимая эти слова как комплимент в шутливом духе, Шанкс добропорядочно не пыряет Белоуса Грифоном, хоть и оставляет волю наблюдения активной в течение оставшейся ночи.  Через много, много лет благодаря какому-то ленивому комментарию и вопросу Шанкса “Постойте, вы что, не ОБА сыновья Роджера?” Макино смеётся так сильно, что чуть не падает за борт.  Молодой Луффи с новоприобретенной соломенной шляпой на голове и мыслями, танцующими у него перед глазами о его будущей команде, не понимает, что такого смешного. Но всё в порядке — его семья очень странная, но также она самая лучшая, а это всё, что имеет значение.