Dear passengers, this is your captain speaking...

Глава 7. Урок 6. Динамическая устойчивость. Динамическая устойчивость — это способность самолёта автоматически возвращаться к исходному режиму полёта после воздействия возмущений (порыв ветра, турбулентность, резкие движения рулями). Когда самолёт попадает в порыв ветра и его нос отклоняется вверх, аэродинамические силы хвостового оперения создают момент, плавно возвращающий машину в исходное положение. Крылья при этом гасят креновые колебания, а киль стабилизирует рыскание, пока колебания не затухнут за 2-3 цикла. На часах было 5:30. Вай привыкла просыпаться рано еще со времен армии. Но этой ночью она практически не спала. И причина была рядом. Кейтлин. Кирамман. Черт возьми…ну кто бы мог подумать… Она глупо улыбнулась, продолжая лежать с закрытыми глазами. Воспоминания о безумствах в ее постели, еще такие яркие, вкусные, свежие, догоняли воображение. Падение на кровать было стремительным и неотвратимым, как падение с высоты. Мир уперся в спинку кровати, в потолок, в горячее дыхание на шее… Поцелуи. Жадные, неровные, с терпким привкусом вина и помады, оставались на коже влажными, горящими узорами. Руки скользнули по телу с уверенностью хищницы, изучающей новую территорию, ногти впились в кожу живота, оставляя тонкие, красные полосы - метки, заявляющие права. Вай, захлебнувшись этим натиском, попыталась перевернуть их, оказаться сверху, отвоевать хоть толику контроля - но Кейтлин лишь рассмеялась - дерзко, дико - и тогда ее колено придавило плечо Вай к матрасу. Медленно, с насмешливым торжеством, абсолютно уверенная, что Вай ей позволит. И что это сведет ее с ума. Это был немой вопрос - и такой же немой ответ. Вай не могла сделать ничего, оказавшись полностью во власти Кейт - доминирующей над ней, властной, но одновременно такой открытой… Вай облизнулась, уставившись на нее диким взглядом, сочетающим в себе похоть и желание. - Ты же не думала, что я позволю тебе командовать, капитан? - сладко прошептала Кейтлин, едва касаясь мочки уха. Вай, парализованная не силой, а внезапно нахлынувшим ослепительным желанием раствориться в этом моменте, подчиниться этой невероятной женщине, впервые за очень долгое время почувствовала как дрожь от желания позволить ей все, пробежала по спине… А потом… Потом были ее губы - но не на губах Вай, а ниже, еще ниже, медленно, издевательски медленно спускающиеся по ее торсу, пока Вай не застонала, выгибаясь на простынях. Дыхание обожгло внутреннюю поверхность бёдер, Вай вздрогнула, чувствуя, как сокращаются мышцы, как пульс бьётся в самых чувствительных местах, отчаянно, требующе. - Ты уже? - уточнила Кейт с насмешкой, с придыханием, с горячим воздухом - так близко, но все еще не касаясь, заставляя Вай сжаться внутри. Она знает. Чёрт возьми, она видит всё — как дрожат пальцы, как вздымается грудь, как алое заливает щёки, шею, плечи… Это была пытка. Она издевается! Вот сука…! Прикосновение языком. Одно. Короткое. Слишком лёгкое, чтобы насытить, но достаточно резкое, чтобы тело выгнулось в немом рывке. — Ааах, черт… — Вай закинула голову, зубы впились в нижнюю губу, но это не помогло — сдавленный стон всё равно вырвался наружу. Кейтлин засмеялась — тихо, глухо, победно. Её пальцы скользнули по внутренней стороне бедра, ногти впились в кожу, оставляя бледные, исчезающие полумесяцы. - Да блядь….п…перестань! - Что перестать, м…? - Перестань меня мучить… - голос сорвался, потому что её тело уже не принадлежало ей, оно принадлежало Кейтлин. Ее дыханию, ее прикосновениям, ее издевательски медленным движениям… - А ты попроси. Красивее… - нарочито спокойно, невозмутимо протянула Кейтлин. И Вай уже ненавидела себя за то, как сдавленно, мучительно простонала - Пожалуйста, Кейт… Мир взорвался. Белым. Горячим. Безжалостным. Тело выгнулось, пальцы впились в простыни, губы были прикушены до боли, но это не остановило тихий, срывающийся крик. Кейтлин не отпустила.Она довела до края — и дальше, пока волны не стали слишком резкими, слишком яркими, пока Вай не схватила её за волосы, не пытаясь остановить, а наоборот — прижимая ближе, глубже, отчаяннее. Дав ей немного отдышаться, Кейтлин приподнялась. Её губы - алые, влажные, уверенные - встретились с губами Вай. И в поцелуе пилот ощутила свой собственный вкус. Это осознание опьяняло, этот интимный обмен сводил с ума, кружа в водовороте обоюдной жажды. — Хорошая девочка, - прошептала Кейтлин в поцелуй. В ответ Вай глухо зарычала, с силой притягивая её ещё ближе, стирая и без того не существующую между ними дистанцию. Ненасытно, с вызовом, с потребностью в том, чтобы это мгновение длилось вечно. Победа Кейт была красивой, капитуляция Вай - безоговорочной. День первый. Вай медленно открыла глаза. Мир собирался из размытых пятен в знакомые очертания спальни. Ее взгляд упал на Кейтлин. Та спала с видом невинного ангела, хотя ее захватническая политика на просторах кровати — все восемьдесят процентов матраса и смертельная хватка на одеяле — красноречиво свидетельствовали об обратном. Лицо она уткнула в подушку, словно заранее прячась от навязчивого утреннего света. Пилот замерла, любуясь идеальным изгибом линии плеч, фарфоровой кожей, на которой свет играл жемчужным блеском, и одинокой темной родинкой на левой лопатке — крошечной точкой на карте этого прекрасного, безмятежного континента. Как же не хотелось на работу… Она медленно выдохнула, позволяя мыслям в голове настроиться на рабочий ритм. Предстоящий восьмичасовой перелет в царство Фрельйорда не сулил ничего хорошего кроме холода, пронизывающего до костей, усталости, выматывающей до нервной дрожи, онемения всего тела и, как закономерный итог — мрачного, ядовитого настроения, которое осядет на душе тяжелым свинцовым пластом. Но… Остаться в постели…? Пропустить вылет…? Неловкий совместный завтрак…неловкие разговоры…а мы точно готовы к этому…? Слишком…слишком быстро? Вай осторожно, с черепашьей медлительностью, свесила с кровати босую ногу, затаив дыхание, чтобы малейший шорох пружин не спугнул “безмятежность”, разлившуюся рядом. Холодный воздух объял кожу, и в ту же секунду умная подсветка пола отозвалась призрачным сиянием, очертив в полумраке линию побега. Рядом Кейтлин бессознательно промычала что-то теплое и обрывочное, заставив сердце Ваи на миг остановиться. Она замерла в нелепой позе, превратившись в соляной столб из плоти и паранойи. И тут же из-под края одеяла, поддавшись гравитации, выскользнула обнаженная нога Кейтлин — точеная, бледная, идеальная. Холодный воздух коснулся ее, тело отдалось мелкой дрожью. Ага, вот значит как… Королева инженерии - богиня авиации боится не только высоты, но и холода? Боже, ну почему ты такая милая… Это странно, да, что я пялюсь? - она хмыкнула, и начала операцию “кокон”. Шаг 1: Обернуть Кейтлин полностью, как шаурму, с начинкой "разгневанный инженер". Шаг 2: Заправить края особо тщательно под бок, чтобы не было шансов выбраться. Шаг 3: Наблюдать 5 секунд, как её женщина хмурится во сне, но не просыпается. Идеально! Вай спустилась на кухню. Белое “нечто” пронеслось мимо ее ног, затем раздалось протяжное “МЯЯЯЯЯЯУ”. Лютик сидел около миски, недовольно помахивая хвостом и глядя на нее осуждающим взглядом “Ты притащила еще одного человека в мой дом? Может надо было сначала спросить?” — Тише, генерал, — прошептала Вай, наполняя миску кормом. — Сегодня твоя миссия – не дать ей заскучать. Будь же гостеприимным! Кот уронил на нее взгляд, полный презрения, и принялся за еду, громко чавкая. Так, теперь самое сложное. Записка… Нельзя же просто так уйти? Она закусила губу в задумчивости. Спасибо, было классно … - что за бред… скажи еще “Всё супер, претензий нет, курьер вежливый” - Беззвучный смешок застыл на губах от самоиронии. Ты смешная, когда выпьешь… - какая глупость…она всегда смешная. Ну и пугающая, до дрожи…но такая красивая… Так, Уипл, подотри слюни. Ты мне нравишься, инженер… - эээээ…мы что, в школе? Может повторим? - о да, ты словно пикапер…из ролика на YouTube «10 фраз, чтобы она не смогла отказать»… Но нужно пошутить. Ведь для нее эта ночь ничего не значит? Сделать вид, что и для меня тоже? Не значит для тебя?!! Уипл, ну кого ты обманываешь… Она быстро накидала текст на листке. Ручка на секунду остановилась… Черт. Я же даже не знаю твоего номера… Оставить свой?… и попросить позвонить? Позвонить… Мучения прервал высветившийся звонок. На экране было лицо Экко. Да подожди ты, коротышка… Вай быстро нацарапала номер на листке. Перед выходом она снова заглянула в спальню. Кейтлин теперь напоминала запечатанный экспериментальный двигатель – только синий хвост торчал из "кокона". Вай усмехнулась, бесшумно оставила записку, воду и аспирин на тумбочке и, мысленно отметив, что все в порядке и что наверное она бы с удовольствием поцеловала Кейтлин перед уходом, - сентиментальная дурочка, поехала в аэропорт. *** Вай стояла под безжалостно ярким светом люминесцентных ламп в стерильной уборной аэропорта, разглядывая себя в огромное зеркало. Холодная поверхность отражала каждую деталь, каждый изъян. Цепкий, выверенный взгляд опытного пилота скользнул по отражению, методично проверяя детали с точностью предполетного чек-листа. Форма. Темно-синяя ткань была безупречно отглажена, ни единой лишней складки, ни намёка на минувшую ночь. Воротник рубашки — ослепительно белый, туго застегнут на все пуговицы, галстук с идеальным узлом лежал строго по уставу. Как удачно, что химчистка доставила одежду раньше обычного. Интересно, справятся ли они с этими роскошными, роковыми следами помады Dior Rouge 999 на вчерашней форме, или лучше сразу заказать пару-тройку новых форменных рубашек… - Вай позволила себе короткую, едва уловимую усмешку — дерзкую и самодовольную одновременно, но с легким сожалением. Надо было оставить как трофей - слишком красивый “беспорядок”, что бы просто смыть его в химикатах. Но ладно. Шея. Вай откинула голову, заставив свет холодно поблескивать на коже. Она покрутила подбородок влево-вправо, изучая рельеф. Один засос на шее. Слева. Глубокий, синеватый. Вроде и прикрыт высоким воротником, но готов выдать себя при малейшем неосторожном наклоне. Недоглядела в пылу страсти... Непростительная оплошность. Вай снова хмыкнула про себя, но уже беззвучно. Ладно, сегодня рейс с Экко, он в кокпите справа, вряд ли заметит. Стюардессы — те постесняются спросить у капитана. Разве что Рейвен... Мысленно Вай представила насмешливую ухмылку инженера - механика. Только она имела бы наглость прокомментировать это вслух, да еще и с похабным подтекстом. Но сегодня, к счастью, не её смена. Так что все в порядке. Взгляд скользнул выше. Второй засос был более коварный. Маленькое сиреневое пятнышко, искусно притаившееся прямо под линией челюсти, на самом изгибе. Его было видно только при неестественном, почти комичном запрокидывании головы и почти хирургическом освещении. Но всё же... Надо замазать. Лишняя улика. Она достала из кармана компактный флакончик с тональным кремом и осторожно обработала пятно, втирая крем ровными, круговыми движениями, пока след ”ночи” не стал едва заметным. Взгляд машинально упал на хронограф на запястье. Расчетное время. Она отступила на шаг, окидывая свою фигуру оценивающим взглядом. Строгий силуэт, прямая спина, чистая форма. Ничего лишнего. Ничего личного. Только пилот в полной готовности. Порядок. *** - Утречка всем! - бодро поздоровалась Вай, держа в руках подставку со стаканами кофе и заходя в комнату для брифов. Несколько пар глаз уставились на нее. И… одни из них принадлежали Рейвен. Какого… - О, с пенкой? Как я люблю? - Экко нарушил молчание и по-хозяйски потянулся к одному из стаканов. - Я тебе звонил, надеялся, ты меня подберешь. Но ты проигнорила, - бубнил он, отпивая напиток. Рейвен пока не проронила ни звука. Но ее молчание было опасным. Она не сводила с Вай пристального взгляда, который, казалось, просвечивал ее насквозь. Ее глаза слегка прищурились, потом одна бровь вопросительно-изящно поднялась вверх, застыв в немом вопросе, а губы тронула легкая, едва уловимая улыбка. Но она не была доброй и ласковой… Это была улыбка хищницы, готовой к нападению. Улыбка воительницы, наметившей точку для саркастичного удара. Улыбка того, кто в моменте понял всё… Так, срочно к столам, там отвратительный свет. Спокойно. Ты все проверила. Она не догадается. А Экко тем более. Все в порядке. Деловой тон, ты капитан, черт возьми! Строго, по-деловому, все как всегда… Вай сделала пару непринуждённых шагов вперёд, будто просто разминая ноги перед долгим перелётом. — Рейв? — голос прозвучал ровно, с лёгкой, искренне-притворной ноткой удивления, — Я не знала, что сегодня твоя смена. Акт осмотра готов? Надеюсь, обошлось без сюрпризов? Всё в её поведении кричало: «дружеская любезность». Но внутри каждый нерв был натянут тетивой. Они играли в покер, где ставкой была безупречная репутация капитана, но противник держал на руках два короля — и догадывался об этом. Отлично, голос получился безмятежным, веселым.Стой на своем! Нет, она не смотрит на твою шею, тебе кажется. Пауза длилась несколько секунд. — У тебя был секс с той красоткой, — отрубила Рейвен, забирая у Вай стаканчик с кофе так стремительно, что несколько капель тёмно-коричневой жидкости брызнули на стол. Она медленно, почти чувственно провела кончиком языка по краю пластика, явно намекая, не отрывая колючего, тяжёлого взгляда от расширяющихся зрачков пилота. Её губы растянулись в ехидной, откровенно ядовитой усмешке, обнажая ровные белые зубы. Затем уже тише, наклонившись к уху Вай, она продолжила: — На шее у тебя, милая, не след — а целый фонарь, способный ослепить летный состав. Хоть бы шарфиком прикрылась, а то вся эскадрилья догадается, как вчера развлекалась их капитан. А ЕЩЕ БЛЯДЬ ГРОМЧЕ ТЫ НЕ МОГЛА ОБ ЭТОМ СООБЩИТЬ…!? НЕ ВСЕ ЖЕ ЕЩЕ УСЛЫШАЛИ!... СПАСИБО, ЧТО ХОТЬ НА ЛИЧНОСТИ НЕ ПЕРЕШЛА…! В комнате повисло короткое, звенящее молчание, нарушаемое лишь мерным гудением кондиционера, рокотом двигателей взлетающего самолета, навязчивым тиканьем часов, шепотками, доносящимися из дальних углов помещения… Далее все происходило словно в какой-то замедленной съемке - Экко наклонился вперед, из его горла вырвался глухой, влажный звук, больше похожий на хриплый лай, чем на кашель. Кофе брызнул из его рта, пачкая разложенные схемы полетов. Вай - алая волна паники начала подниматься от ворота ее рубашки и за считанные секунды залила все лицо, шею, уши. Казалось, даже корни ее волос под пилотской фуражкой вспыхнули маковым цветом. Она застыла, чувствуя, как этот предательский румянец пылает на ее коже, крича всему миру о ее тайне. И как по команде, все головы в радиусе двадцати метров повернулись синхронно, словно на смотре. Десятки пар глаз — любопытных, ухмыляющихся, одобрительных, осуждающих — уставились на них, выхватывая из света зала эту дурацкую сцену: задыхающегося Экко, алую как рак Вай, и дерзкую, ехидную Рейвен. Шепот, похожий на шелест сухих листьев, пополз по комнате для брифов. - Так, теперь по самолету - заменила датчик вибрации во втором двигателе - и как ты его так “отработала”, все остальное в зеленой зоне. Подписывай - и летим, - так же невозмутимо, прямолинейно, издевательски ухмыляясь, продолжила Рейвен, протягивая ей планшет. - Расскажешь подробности? Она сказала летиМ…? - Летим? - неуверенно переспросила Вай - О, тебя не предупредили? Во Фрельйорде нужно осмотреть самолет, так что да, я сегодня твой инженер на борту. В голове промелькнула мысль сбежать. Но куда? Блядь, зачем я взяла этот рейс… 8 часов. В одной кабине… мне пиздец…! Экко, успевший прийти в себя от новостей, теперь присоединился к заинтересованным взглядам, направленным на капитана. - Не парься, Кэп, всего 8 часов. Я не позволю ей слишком сильно отвлекать тебя! - ехидно ухмыльнулся он. О, ну это конечно же все меняет, пиздец перечеркнут…! Мозг Вай отчаянно заскрипел, пытаясь стабилизировать ситуацию. Вернуть это утро в нормальное русло. — Знаете что, вы оба!… - Дааа? - хором прозвучал ехидный вопрос. Вай ухмыльнулась. Прелесть покера всегда заключалась в одной простой истине - даже если у противника два короля, а у тебя - жалкая пара троек, пока карты не легли на стол рубашкой вниз - ты все еще можешь разыграть эту партию в свою пользу. Отвлекать, блефовать, заставить сомневаться - это всё лишь вопрос правильно выбранной маски и вовремя брошенной фразы. И речь никогда не идет о картах. А сейчас у нее был не просто ход, не просто туз в рукаве - а целый флеш роял, чтобы выиграть эту игру. Она медленно выдохнула. Её лицо стало спокойным, взгляд собранным и острым, как у хищной птицы. Она посмотрела на Экко, и его смех мгновенно застрял в горле. — Экко, — её голос стал низким и ровным, без намёка на шутки, — получи актуальный ATIS для аэропортов вылета и назначения. Проверь NOTAM на всём маршруте, особое внимание — работам на ВПП в Фрельйорде. Затем её взгляд переключился на Рейвен. — Рейв, — отчеканила Вай, — раз уж нам повезло сегодня лететь с бортинженером, заверши окончательный расчёт топлива и заправку. Сверь данные с диспетчером, доложи о готовности систем. Она сделала небольшую паузу, чтобы её слова легли точно в цель. — Итоговый бриф в кабине через пять минут. С полными бумагами и готовностью к запуску. Я не буду ждать. И беззвучно развернувшись в сторону телетрапа, с безупречно прямой линией плеч и дерзко поднятым подбородком, Вай зашагала легкой, почти невесомой походкой, оставляя за собой лишь едва уловимый шлейф уверенности. Её кеды, яркий акцент против строгой формы, бесшумно и стремительно скользили по глянцевому полу, словно сама скорость была её союзником. — Иногда я забываю, насколько она крутая, — присвистнул Экко, провожая её взглядом. — Как думаешь, кто кого в итоге соблазнил? — игривый вопрос повис в воздухе. — Я думала, что уверена...но…это было довольно горячо, так что теперь я начала сомневаться, — усмехнулась Рейвен, покачивая головой. — Я вас слышу! Осталось 4 минуты 38 секунд! — послышался от телетрапа чёткий, как удар метронома, голос, не оставляющий сомнений в том, кто здесь задаёт ритм. Рокот коллег стих, и помещение снова погрузилось в атмосферу сосредоточенной работы и безупречного профессионализма. День второй. Прохладный воздух ангара густо пах озоном, сладковатым авиационным топливом, свежей краской и вековой пылью, осевшей на стальных фермах. Белый Airbus A321neo, красавец-лайнер с гордым изгибом крыла и аккуратными надписями авиакомпании вдоль фюзеляжа, стоял с разинутым «ртом» — левый двигатель Kiramman Industries KI1100G был вскрыт. Кожух вентилятора снят, обнажая сложнейший механизм из титановых лопаток, напоминавших гигантский, застывший цветок. Рейвен в кислотно-оранжевой жилетке стояла на двухъярусной алюминиевой платформе-стремянке где-то на уровне компрессора низкого давления. Её налобный фонарь выхватывал из темноты детали: на нескольких титановых лопатках вентилятора зияли вмятины, края были неестественно вывернуты, а между ними застряли тёмные пуховые перья и органические следы. В одной руке она держала длинный, гибкий видеоэндоскоп, аккуратно заводя его зонд глубоко в межлопаточное пространство. Её взгляд был прикован к экрану планшета, куда передавалось изображение с камеры. Другой рукой она водила термографом вдоль ротора, сверяя температурную карту на предмет аномалий. Вай раскинулась рядом, на ящиках с инструментами, откровенно развалившись как кот на солнцепёке - что было слегка комично, учитывая, что температура на улице была под минус 30. В её расслабленной позе читалась лёгкая усталость и чувство полного права быть здесь именно так. Она потягивала пиво из банки, взгляд был слегка отсутствующий, но на губах играла ленивая улыбка. — Ну что, собираешься рассказывать? — из глубины двигателя раздался голос Рейвен, немного приглушённый металлом. — О чём? — ответила Вай, и в её голосе слышалось наигранное неведение, хотя она прекрасно понимала, о чём речь. — Уипл, — Рейвен вынырнула из отсека, её лицо было деловито - серьезным, а в руках она сжимала динамометрический ключ, как оружие. — Здесь, в моём царстве, ты на моих условиях. Так что не надейся устроить капитанский побег от вопросов! И вообще, как ты умудрилась протащить сюда пиво! — Вот чёрт, думала ты не заметишь, — Вай усмехнулась, намеренно делая глоток, прежде чем ответить. — Ладно, ладно. Что там с двигателем? — Птицы на взлёте, — Рейвен вытерла лоб тыльной стороной руки. — Хорошо, что второй не задело. Попали в сектор три-пять, множественные деформации лопаток вентилятора, повреждён обтекатель. Нужна полная замена модуля вентилятора, — заключила она, откладывая инструмент и снимая перчатки. — Без вариантов. Может позвонишь своей подружке? Пусть вышлет нам приоритетной почтой, а то я даже не представляю, сколько все это ждать, - Рейвен подмигнула и на её лице появилась наглая ухмылка. — Ха-ха, очень смешно, — Вай качнула головой, но не смогла скрыть ответную улыбку. — Она не моя «подружка». И что там у тебя далее по регламенту?Составь официальный акт о повреждениях, добавь пометку срочно... — Ну да, конечно, и жди три недели, — Рейвен фыркнула, возвращаясь к двигателю. Мы же не Kiramman Airlines, чтобы получать запчасти в течение суток. И тем более вы же трахаетесь, что тут такого-то, детальку запросить! — Рейв! — Вай резко села, взболтав пиво в банке. — Что?! Ты же ничего не рассказываешь, мне остаётся только теряться в догадках! И знаешь, моё воображение рисует очень… ОЧЕНЬ интересные картины! Вай сжала банку с пивом, её взгляд скользнул куда-то в сторону, словно она разглядывала пыльные балки под потолком. — Ладно, — наконец выдохнула она, сдаваясь под напором Рейвен. — Я не знаю, что это было. Просто пара вечеров. И одна ночь. — У тебя или у неё? — тут же уточнила инженер, не давая ни секунды на передышку. Глаза сверкали любопытством. — У меня, — тихо призналась Вай, - но это было просто стечение обстоятельств! — Ооо-о-о, — протянула Рейв с таким видом, будто только что разгадала главную тайну вселенной. — Даже так? А что за обстоятельства такие? — Вот что ты подразумеваешь под своим «о-о-о»?! — вспыхнула Вай, но в её голосе скорее читалось смущение, чем злость. — Ну как что! — Рейвен расхохоталась, отложив инструменты в сторону. — Отношения, совместный быт, завтраки в одной постели… Она же осталась на ночь, да? — Да, но… — Вай запнулась, снова потянувшись к пиву. — Но? Есть НО?! — Рейвен приподняла бровь. — У тебя что, были месячные? — Да блин нет, Рейв, дело в другом! — Вай сжала банку так, что алюминий затрещал. — В чём? — настаивала Рейв, подходя ближе и усаживаясь на соседний ящик. Ее рука потянулась к переносному холодильнику, где лежало пиво. - Эй, тебе нельзя, у тебя еще смена! - Вай хлопнула ее по руке. - Моя смена заканчивается через…три-два-один - всё. Дай сюда! Она ловко подцепила пальцами металлическое колечко, и банка с тихим, сладким щёлком вскрылась. Она сделала глубокий глоток, поставила банку на край тележки с инструментами и, вытерев рукавом рот, повернулась к Вай, приняв позу “я вся внимание, ты чего замолчала-то?” — Ну так вот… я не то чтобы планировала это. Точнее, нет, я конечно хотела и отчасти планировала, но не так же блин быстро…! — пилот запуталась в собственных словах, разводя руками. — Вай. Ты сейчас что, сожалеешь, что переспала с… — Рейвен нарочито громко прокашлялась, торжественно продолжив — …с Кейтлин Кирамман? Твоей мечтой еще со времен училища, прошу заметить, женщиной, которая появляется на обложках известных журналов чаще, чем ты постишь дурацкие фотки в инстаграм или посты в телегу? Той, которая входит в топ-5 самых завидных невест всей Рунтерры? Топ-1 инженеров мира…? А еще у нее классные сиськи и роскошная фигура…? Ну, подруга… — Во первых - Я не говорила тебе прямым текстом, что это была она! — Вай попыталась защититься, - а во вторых - мы не будем обсуждать ее формы! — Во первых - я и не спрашивала, — усмехнулась Рейвен. — Всё было понятно ещё в аэропорту. Ты ходила вся такая довольная, будто тебе вручили пропуск в закрытый клуб, во вторых - ладно, никаких обсуждений, но - Рейвен присвистнула - там определенно есть что обсудить! Вай хмыкнула, опустив голову, прикрыв глаза и поднеся указательный и большой палец к переносице. — В общем… мне пришлось уехать с утра. А мы даже… ну, знаешь, телефонами не обменялись… — она сделала паузу, сжимая банку так, что алюминий затрещал, — И я оставила записку. И попросила мне позвонить. — То есть ты сбежала, — голос Рейвен прозвучал плоским, констатирующим факт утверждением. — Нет же! Говорю - мне нужно было на работу. Я оставила записку, заказала ей завтрак… — Вай отчаянно жестикулировала свободной рукой, пытаясь построить линию обороны. — На работу, на которую ты сама вызвалась на замену, хотя могла отдыхать ещё сутки. Говорю же — сбежала! Вай издала тихий, протяжный стон, больше похожий на звук абсолютного поражения, смешанного с усталостью, и откинула голову назад. Её затылок с глухим стуком упёрся в холодный металл ящика с инструментами. — Ну а что мне оставалось делать, а? Неловкое утро…? Дурацкие шутки за кофе…? Нелепые попытки сделать вид, что всё нормально? — Ну хоть бы и так! — Рейвен хлопнула рукой по борту двигателя. — Она же явно важна для тебя! Или я ошибаюсь? — Да блин, Рейв, ну посмотри на нас! — Вай резко выпрямилась, её глаза сверкали. — Где я — заунская крыса, выросшая на свалках запчастей, — и где она! Пилтоверская принцесса, наследница империи! Ну что я могу ей предложить, кроме… — она замолчала, снова откидываясь назад, — … кроме себя? И то сомнительное удовольствие. — А с чего ты вообще взяла, что ей нужно что-то предлагать? — Рейвен скрестила руки на груди. — Может, ей и правда нужна просто… не знаю, ты сама? Со всеми твоими тараканами, иронией, сарказмом и любовью к самолетам? — Даже предположить что-то подобное — уже глупо, — горько усмехнулась Вай, глядя в потолок. — Не знаю… — Рейвен принялась перебирать инструменты, делая вид, что говорит между делом. — Когда я подвозила её до отеля после того саммита в Ионии — выглядела она очень даже счастливой. Вся такая растрёпанная, улыбалась в окно. Как будто побывала на самом крутом свидании в жизни. — Это было НЕ СВИДАНИЕ! Ну и я слышала про её репутацию, — парировала Вай, но уже без прежней уверенности. — Она меняет девушек чаще, чем перчатки. Чем чертовы обновления на свои чертовы двигатели! Рейвен фыркнула, помолчала несколько секунл а затем рассмеялась — громко, искренне, её смех эхом разнёсся по ангару. Вай с минуту смотрела на неё с поджатыми губами, но потом её собственное напряжённое лицо дрогнуло, и она тоже начала смеяться. — Да, “чертовым” обновлениям не помешало бы выходить почаще. Она, кстати, в курсе, что это именно ты любишь поливать её разработки грязью в том своём канале? — спросила Рейвен, вытирая слезу смеха. — Я думаю, она даже не опускается до чтения личных соцсетей, что уж говорить про какой-то вшивый телеграм-канал анонимного пилота, — отмахнулась Вай. — О, но он довольно популярен в узких кругах, — подмигнула Рейв. — В слишком узких, парировала Вай, её голос приобрёл лёгкий, язвительный оттенок, а в уголках губ заплясали игривые искорки. Она отхлебнула пива, смотря на Рейвен поверх края банки. — Настолько узких, что иногда кажется, будто его читают только ты, я да ещё пара ночных уборщиков из третьего ангара, которые путают схемы двигателей с инструкцией к микроволновке. - Ой, ну вот снова твой фирменный сарказм, Уипл! - фыркнула Рейвен, но в глазах её искрилось веселье. — Кстати, ты должна мне двадцать баксов! — Я? — Вай приподняла бровь с преувеличенным непониманием. — С чего бы это? - Потому что я сказала Экко, что это не Она. А стюардесса из Зауна, с которой я “видела” вас в аэропорту. А спорили мы с ним на двадцатку! Вай снова рассмеялась. Звонко, заразительно, и протянула к Рейвен банку что бы чокнуться - Ну что ж, за друзей, готовых всегда прикрыть тылы! — Но если он когда-нибудь узнает правду, — Рейвен ответно поднесла банку - алюминий звонко щёлкнул, звук эхом разнесся по пространству ангара, — то узнает и Пау, а тогда… — Он не узнает, — Вай отхлебнула пива с непоколебимой уверенностью. — Почему ты так уверена? — Рейвен прищурилась, изучая её лицо. — Потому что это был всего лишь один раз. Точка. Она не позвонит, — голос Ваи звучал твёрдо, но где-то глубоко в глазах все же плескалась тень надежды. Скрытая от всех. — Как скажешь, королева драмы, — констатировала Рейвен. — Ну что, ещё по одной? За твой безупречный вкус… и мои 20 баксов! — Да, — Вай улыбнулась, уже чувствуя лёгкое головокружение от смеха и алкоголя. — Давай. День третий. Она не позвонила. Ну, в принципе, этого и следовало ожидать. Я же была к этому готова, да? Конечно, была. Черт. Тогда почему внутри всё будто застыло, превратилось в комок ледяной тяжести… Хотя, технически, если учитывать разницу во времени и этот дурацкий джетлаг… сегодня только второй день. Вай саркастично хмыкнула сама себе. Боже, перестань быть такой наивной, влюблённой дурочкой. Хватит выискивать оправдания там, где их нет. Она стояла на перроне у выхода на посадку, вцепившись в планшет так, будто он был её единственным якорем в реальности. Пронизывающий ветер рвал края её куртки, свистел в ушах и забирался под одежду ледяными пальцами, несмотря на все слои формы. Казалось, этот холод проникал прямо в кости. Погода испортилась окончательно — с серого неба сыпалась колючая крупа, обещая перерасти в полноценную метель. Черт возьми, ну почему я здесь? — мысль прожгла сознание, острая и ядовитая. Почему я стою в этой ледяной дыре вместо того, чтобы проснуться в тёплой постели с самой восхитительной женщиной на свете? Похоже, я ещё та мазохистка... Она с силой тряхнула головой, пытаясь сбросить навязчивые образы, и уткнулась в планшет, безжалостно переключая себя в рабочий режим. Губы шевелились, беззвучно бубня пункты чек-листа внешнего осмотра, заученные до автоматизма: — Стабилизатор… чистый, без обледенения. Законцовки крыла… огни работают, плюс два по минус два… Шасси… пневматика в норме, щитки закрыты… — её голос был монотонным, почти механическим, резким контрастом буре, бушевавшей внутри. Она обошла хвост, щурясь от ледяных порывов ветра. — Руль направления… на месте, петли без видимых повреждений… Двигатели… заглушки сняты, входные направляющие чистые… Каждое произнесённое слово было попыткой зацементировать свои эмоции бетоном рутины. Но где-то глубоко, под этим слоем льда и профессиональных мантр, всё ещё ныла та самая маленькая, глупая надежда. Дверь в кокпит закрылась с тихим щелчком, отсекая шум салона. Вай опустилась в кресло капитана, движения были чёткими, но в глазах стояла лёгкая, задумчивая дымка. — Всё в порядке? — уточнил Экко, на мгновение оторвавшись от предварительной проверки систем. — Да, все хорошо, — её голос прозвучал ровно, вышколенно, но без привычной лёгкости. — Но метель приближается. Видимость падает как раз во время нашего вылета. — Вай провела пальцем по дисплею с погодной картой. — Поэтому сегодня ты — пилотирующий. Отработаешь взлёт и набор высоты в сложных условиях. Будет полезно. Она повернулась к нему, взгляд стал собранным, острым — капитанским. — Я — контролирующий пилот. Управляю связью и навигацией. Начинаем предполётную подготовку. Их действия слились в отлаженный танец. Голоса звучали чётко, как отрывки давно заученной пьесы: - Стабилизатор... устанавливаю три с половиной единицы на нос. — Три с половиной. Проверяю. — Вводим данные полёта...Проверь расчётные скорости. — V1... 145, VR... 147, V2... 150. Проверено. — Закрылки... взлётное положение, двадцать. — Закрылки двадцать... индикация есть. Зелёная полоса. Симметрия. — Запуск вспомогательной силовой установки... APU on. — Ground-control, доброе утро, - в наушниках зазвучал четкий, слегка резкий голос Вай, - ZaunAir-422, гейт B15, готовы к буксировке. - ZaunAir 422, доброе утро, буксировка разрешена, носом на север/на старт/к ВПП 24L. Буксируйте на позицию Echo-3, ожидайте дальнейших инструкций. Буксировку завершайте по моей команде. *** Рейвен прислонилась к холодному стеклу, наблюдая, как массивный тягач медленно и почти нежно разворачивает «Аэробус» носом в сторону взлётной полосы. Снежная пелена за окном делала огни самолёта размытыми призрачными шарами. — Ну хоть кто-то на время выберется из этого снежного плена, — усмехнулась она сама себе, оставляя на стекле запотевший след. Их обратный рейс завтра. То есть ещё каких-то пара дней, погодное окно — и они снова будут дома, где пахнет жареным маслом из столовой, а не этим стерильным холодом. — Мисс Рейвен? Она обернулась. К ней подошёл молодой сотрудник аэропорта в ярком жилете, с немного растерянным видом. — Кто-то из ваших забыл, — он протянул ей два предмета: смартфон в потрёпанном чехле - да уж кто бы ещё додумался нанести под прозрачную плёнку фото упитанного, самодовольного кота, и пропуск с фотографией хмурой Ваи. — О, да, спасибо огромное! — Рейвен приветливо улыбнулась, забирая вещи. Она уже собиралась сунуть телефон в карман, как тот внезапно завибрировал у неё в руке. Экран вспыхнул, освещая её лицо. Уведомление из Telegram: @безбашенные_заметки_пилота-бунтаря Хорошо. Если ты такой смелый критик – выскажи мне всё это в лицо. Мой рабочий аккаунт: C.Kiramman. Жду. Если, конечно, хватит смелости поднять ж*пу с дивана! Рейвен замерла. Вокруг будто выключили звук. Гул ветра, крики механиков, рёв другого взлетающего лайнера — всё это растворилось, уступив место тихому, нарастающему гулу в её ушах. По лицу медленно, как кроваво-красное солнце над пепелищем, расплывалась улыбка такой невероятной ширины, что казалось, вот-вот треснут уголки её губ от этого напора чистой, концентрированной искры. Это был не смех. Это был тихий, сокрушительный восторг, поднимавшийся из самой глубины души — тот самый, что испытывает сапёр, успешно обезвредивший бомбу, которая должна была взорвать всё к чертям, но вместо этого устроила такой фейерверк, что дух захватывает. Она запрокинула голову и снова посмотрела в небо — серое, низкое, затянутое снежной пеленой. Самолёт Ваи уже скрылся из виду, растворившись в белёсой мгле, будто его и не было. И этот внезапный, зияющий пустотой след только усиливал сюрреализм момента. Чееееерт, — пронеслось в голове, и мысль эта звенела, как удар хрустального колокола. Это же… Это же самый эпический, самый грандиозный, самый идиотский провал в истории всех романтических… да и не очень романтических тоже… отношений, который только можно себе представить! Она представила Вай в кокпите, спокойную и собранную, абсолютно не подозревающую, что земля под ней уже не просто ушла из-под ног, а провалилась в самое ядро планеты. Представила её растерянное лицо, когда она прочтёт её сообщение. Панику. Желание провалиться сквозь землю. И… Боже, это будет прекрасно! Уголки её губ дрогнули, и тихий, сдавленный смешок вырвался наружу. — Дайте-ка мне попкорн, — прошептала она самой себе, всё ещё глядя в пустое небо, — и место в первом ряду. Это зрелище того стоит. И она уже мысленно готовила речь для Ваи, полную язвительного сочувствия и восторга перед масштабом творящегося хаоса.