Цена власти
31 мая 2025 г., 00:03
На рассвете в зал совета вошёл человек с севера.
Сухой, молчаливый, с кожаной сумкой и тяжёлым взглядом. Он поклонился коротко, бросил на пол пергамент с печатью.
— От Тапоса, — произнёс он. — Подтверждение: Одиссей не пересекал пролив. Корабль, похожий на его, разбился у Скалы Сирен.
Гул в зале. Кто-то крестится. Кто-то усмехается.
— Это… всё? — хрипло спросил Телемах.
— Мёртв он или нет — никто не знает, — добавил северянин. — Но теперь никто не ждёт.
После собрания к нему подошёл Леокрит — один из старших женихов. Телемах его не любил. Тот был слишком прямолинеен, слишком уверен, что всё в мире решается мечом и угрозой.
— Хочешь править? — сказал он. — Присоединяйся ко мне. Уберём остальных. Ты станешь царём. Молодым, сильным. С нами.
— А если я откажусь?
— Тогда… — Леокрит пожал плечами. — Тогда ты станешь телом, за которым заплачет мать.
Но не Леокрит стал тем, кто пришёл ночью.
Это был Антиной.
Без охраны. Без оружия. В камере, где Телемах прятался от решений.
Он вошёл спокойно и поставил на стол свиток.
— Подпишешь — я уйду. Это — твоя власть. Совет согласен: ты можешь получить трон. Прямо сейчас. Вместо крови — подпись.
Телемах не смотрел на свиток.
— А ты?
— Я мог бы взять всё сам. Сегодня. У меня есть люди. Я знаю, кто и где. Но я не хочу править без тебя.
Тишина.
— Почему?
— Потому что я не верю ни в них, ни в себя. Только в тебя. И, может быть, в то, что мы… — он осёкся. — Нет, неважно.
Телемах прошёл мимо стола.
— Это ловушка?
— Нет. Это выход. Но ты должен сделать шаг сам.
Он вышел.
Телемах остался один.
Свиток был неподписан.
Он смотрел на него до утра.
Поздно ночью он вышел к скалам над морем.
Там стоял Антиной. Один.
— Ты не подписал.
— Нет.
— Жаль.
— Почему ты правда не захватил власть?
Антиной вздохнул.
— Потому что тогда ты бы стал моим пленником. А я хочу, чтобы ты стал моим выбором.
Они молчали.
— Когда ты стал таким?
— Когда понял, что любовь и власть — несовместимы. Но, может быть… — он посмотрел в глаза Телемаху. — Иногда стоит попытаться.
Телемах ничего не ответил.
Но и не ушёл.
