В холодном и неприступном

— Ваше величество, в наши земли проситься министр Южного края, говорит ему есть, что сказать. — Пусти — дает отмашку Юнги, даже не вникая в речь советника. Спустя время в большую залу, украшенную золотом, проходит высокий мужчина. Одет в одеяние южных земель, он кланяется и Мин наконец поднимает взгляд. — Что же привело Вас в такую даль? — спрашивает альфа безразлично. — Я рад наконец встретиться с Вами, Ваше Величество! — он вновь кланяется, а Мин еле сдерживается, чтобы не закатить глаза. — Не тяни. — Я пришел из дальних земель на переговоры. Меня зовут Ким Намджун, министр Южных Земель. — Это я уже понял — что-то в груди зашевелилось. Маленький червячок волнения. Не к добру приезд южанина в такую даль. Не к добру… — Я вижу Вы не любите тянуть, скажу все напрямую. Прошу принять наши дары, как залог и дать еще немного времени на сбор дани. Верните домой молодого принца, он не заслуживает такого сурового наказания — взгляды нахмурились у обоих. Мин уже думал на эту тему, но понял, что пока не готов отпустить. Ему стало слишком интересно с Чимином, разговаривать, смотреть или просто сидеть вместе в тишине. Эти разговоры стали спасением в хмурые, тяжелые дни, так как он сможет его так легко отпустить? — Нет — четкий и ясный ответ, но министр похоже уже заранее ожидал именно этих слов. — Что ж… я был готов к Вашей суровости. Не буду спорить, потому что знаю, что это бесполезно. Но буду вынужден попросить тогда о другом — эта встреча все больше напрягала короля, южанин был слишком назойлив, его не смущал чужой статус и это жутко раздражало — Позвольте остаться мне здесь, так принцу будет хоть немного спокойнее, все же в чужой стране сложно выживать одному, тем более такому хрупкому цветку, как наш принц — тут альфа уже задумался. Чимин часто рассказывал как скучает по дому, может это поможет ему немного отвлечься? Две стороны боролись в короле, одна говорила: пусти, дай омеге пообщаться с близкими людьми, отпусти его хоть так. Другая же отвергала это факт. Хотела забрать Пака себе и только себе, чтобы никто даже увидеть его не мог! Но Мин все же решился на первый вариант, он кивнул, скорее сам себе и позвал главного евнуха. — Приготовьте министру комнату, он станет гостем нашего дворца на некоторое время. — Благодарю за милосердие, Ваше Величество — он вновь делает низкий поклон и Мин наконец остается в привычном одиночестве. Что же… похоже теперь придется делиться временем Чимина…

***

Намджун нашел Чимина в саду. На удивление министра сад был прекрасен, столько растений он не видел даже у них. Правда вместо неба было стекло, похоже защищающее от холода. Мужчина подходит незаметно со спины и пугает омегу. Тот вскрикивает, раскрывая глаза, делая их раза в два больше, а потом улыбается и встает. — Намджуни-хен? Как ты здесь оказался??? — он бросается обниматься и такая детская радость веселит Намджуна. Даже в чужой стране принц не изменился… — Пришел за тобой приглядеть, а то мало ли чего можешь натворить, озорник! — Неправда! — Пак дует свои губки, словно малыш, от чего Джун щелкает его по носу. — Не надо мне тут глазки строить! — А как надолго ты приехал? — Мы уедем вместе, не переживай — а у Чимина от этих слов двоякие чувства появляются… с одной стороны он так соскучился, он хочет домой! Но тут появились люди, которых он не хочет бросать… последнее время ему часто весело в большой компании. По вечерам они собирались с Джин-хеном, Тэхёном, Чонгуком (другом и ближайшим помощником короля) и самим королем… а другие вечера он проводил наблюдая за звездами, и разговаривая ни о чем и обо всем сразу с Юнги… они часто ходили на то озеро и Пак все больше поражался как Мин находит его, ведь никакая тропа к нему не вела… И это все стало частью его жизни. Превращалась в такие нужные хорошие воспоминания. — Почему ты загрустнел? Не переживай, мы скоро вернемся домой — беспокоится Джун, не понимая настоящую причину душевных терзаний омеги… — Все хорошо… пойдем, я покажу тебе свои покои — Чимин мило улыбается и провожает гостя в свое жилье. Намджун восхищается тем, как парень легко орентируется среди дворцовых коридоров и Пак впервые удивляется сам с себя. Не заметил, когда к ним привык… — У тебя очень мило. Смог принести уют даже сюда, молодец — и Чимину от похвалы так приятно на душе становится — Но где же ты моешься? Неужто в общей купальне? — брови сводятся к переносице. — Нет я… — почти всегда моюсь у Юнги, несмотря на то, что могу ходить в личные купальник главных придворных… — Да, но все хорошо, это не так страшно! — еще совсем не время раскрывать свои секреты. — Это возмутительно! Я сейчас же поговорю с королем, не может омега королевских кровей купаться с прислугой! — Джун, постой! Все хорошо, правда не стоит! — Ты всегда был слишком застенчивый с чужими! Чимин, пора научиться просить. Пойдем — омега вырывается, но Ким крепко держит и подходит к приемной короля — Разойдитесь — говорит он охране, но та не спешит выполнять приказ — Пак Чимин хочет поговорить с королем! — Пак вытаращивает огромные глаза и смотрит уже зло на Намджуна. В этот момент двери приемной раскрываются и из них появляется Чонгук. — Чимин? — Чонгук! — Так вы знакомы? Прекрасно! Пропусти его к королю — злость Джуна кажется приутихла и вернулась былая депломатия. — Пустите — охрана отходит, пропуская омегу внутрь. — Чимин? — Юнги отрывает взгляд от документов и удивленно смотрит вперед. Чимин никогда не заходил в приемную… — Так значит Вы знаете его имя и статус? — Намджун не забывает поклониться, но насмехающийся тон не убирает — Тогда как допустили, что в личных покоя наследника престола нет даже купальни? Почему он вынужден оголяться при всех, еще и без слуг? — взгляд темнеет у обоих и Чимину кажется, что он вот-вот разорвется! Давление усиливается и Пак пытается все исправить. — Намджун, давай я сам. — Ты слишком мал, чтобы разбираться сам — шепчет Ким. — Нет. Прошу оставь нас, хён! — Тебе уже не страшно? — омега мотает головой, Джун сначала не решается, но позже улыбнувшись покидает покои. «Мальчик наконец вырос…» — думает он и остается за дверью. — Хён? — Мин поднимает бровь как только одеяния министра скрываются. — Мы росли вместе, он мне как старший брат — смущенно произносит Пак — Прости его, он сделает все, чтобы отстоять права и спасти невинных. — Ты могу бы сам попросить — брови сдвигаются к переносице, пока короткие ногти царапают ручку трона. — Не стоит, мне это не нужно, я же… купаюсь обычно у тебя — все же переступил через свое смущение и наслаждался в теплых водах короля Севера. Но именно сейчас у Чимин глазки по полу забегали, а маленькие пальчики стали теребить дорогие украшения на пальцах. — Что ж… похоже больше так нельзя — Юнги откидывается назад и наблюдает как Чимин наконец поднимает голову и смотрит так испуганно, словно маленький цыпленок. — Но… почему же? — А что подумает твой дорогой хён? Мы же не можем быть друзьями перед ним. — Да, ты прав… — Мин соврет, если скажет, что хотел услышать именно этот ответ. — Я прикажу, чтобы тебя перевели в другую комнату — но ты все еще можешь приходить ко мне… остается лишь в мыслях… — Спасибо, Ваше Величество. «Нам все же нужно держать дистанцию…» — Чимин кланяется и выходит, его взгляд хмур и Ким уже начинает переживать, но омега вовремя его успокаивает. — Ты стал таким самостоятельным! — альфа журит его по голове, улыбаясь и вызывая свои фирменные ямочки на щеках, и парень пытается улыбнуться в ответ. Только вот получается это не слишком искренне… к его счастью Намджун не успевает это заметить, так как в следующую секунду на плечо Чимина падает чужая ладонь и громкий голос раздается над самым ухом. — А, кто это у нас новенький??? — омега вздрагивает и отшатывается, хватаясь за сердце. — Джин! Ты чего так пугаешь?! — Я Ким Сокджин! — мужчина игнорирует вопрос и кланяется в приветственном жесте. — Ким Намджун, министр Южных Земель — альфа, немного ашарашенный, делает ответный поклон и смотрит как быстро бегает чужой взгляд по… нему! — Ах! Как я рад, что нас все больше посещают солнечные люди Юга! Вы приехали навестить принца? Как трогательно с вашей стороны! Ах, Чимина наверняка не показал Вам тут всего! Пойдемте, я покажу Вам наш дворец! — он подошел ближе к Чимину и шепнул на ушко — Ты забыл, что у тебя урок танцев? Хосок уже верещит на весь дворец, говорит, что ты его предал и остался с королем. — Что??? — глаза расширяются от удивления, смущения и капельки облегчения. — Бегом! — уже громче добавил Сокджин и с милейшей улыбкой повернулся на министра — У Чимина есть дела, а нам туда — кивнул он вперед. Джун пытался кидать выразительные взгляды на принца, а тот лишь, ехидно хихикая, пожелал удачи в прогулке. Ох, если Джин за кого-то уцепился…

***

— Да ладно, явился таки! Ваше Высочество, я уж думал, вы меня предали в самый неподходящий момент! — Хосок делает шуточный поклон, но глаза его наполнены разочарованием и злостью. — Ну прости, я забылся, ко мне приехал мой дядя. — Родной? — Нет, но мы близки, прости ладно…. — омега надул губки в своей манере. В той, перед коей никто не устоит и Хосок тоже сдался. — У меня для тебя одна потрясающая новость! Я выбил для тебя место на предстоящем празднике фонарей! Ты будешь сиять на сцене среди танцоров! — глаза расширяются вновь, но уже совсем по другой причине. Радость растет в нем огромным огнем, Пак начинает то обнимать учителя, то прыгать, то снова обнимать. Он так любил выступать и танцевать, но дома он принц… такое было для него недоступным, не для его статуса… — Я так счастлив! Спасибо тебе!!! — Боже, ты меня сейчас задушишь! — Хосок выбирается из медвежьих объятий и с улыбкой журит ученика — А ну бегом на занятие! Вся группа уже размялась! — Да, учитель! — кланяется парень Альфе и забегает скорее в зал.

***

Выйдя с занятий, весь потный, уставший, но как всегда счастливый омега, натыкается на друга своего уже закадычного. Тэхён ему подмигивает и под локоть берет, что-то говорить начинает. — Я успел уже соскучиться по тебе, друг мой! Почему только я к тебе мчусь все время, неужто забыл уже обо мне? — дует он губки обидчиво, улыбку скрывая. — Ну Тэхен~на, знаешь же, что занят я был, не серчай! Я тоже уже соскучиться успел! — Тогда сегодняшний вечер твой будет занят мной! — уверенно произносит Тэхён, а омега скромно локоть свой забирает и смотрит так, словно стыдно ему становится. — Прости, Тэ… сегодня я Его Величеству обещал своим обществом вечер скрасить… — Опять Король тебя у меня забирает! — серчает Ким, но быстро его злость на интерес меняется — Как у вас дела с ним? Неужто у нас скоро новый повелитель в землях появится? — он подмигивает, а Чимин сразу в краску впадает. — Конечно нет! Я просто компанию ему составляю, чтобы расслабить после дня напряженного! — Знаю я самый лучший способ расслабления! — все не перестает омегу смущать, пока у того уже уши краснеть начинают. — Тэхён! Хватит ересь нести! — Ну ладно, ладно. Я забыл, что ты у нас скромник самый главный. Тогда о другом спросить хочу… — Если это вновь про короля, то не надейся на мой ответ! — теперь он обидчиво губки дует. — Тебя вообще не смущает, что хотя ты и королевских кровей – выполняешь работу придворных? — не слушает он парня. — Я всегда любил танцевать и готовить, так что нет — омега пожимает плечами без задней мысли. Несмотря на происхождение матушка его с детства к труду приучала. Не стыдиться дела учила, наоборот говорила, чем больше умеешь – тем краше становишься. — Это здорово! Значит будешь выступать на празднике фонарей? — Ага — как-то не решительно, еще не веря в это произносит Пак. Неужели он и правда выступит на сцене… отец вряд ли бы такое позволил, не для его статуса на сцене с танцовщиками выступать, но это была его маленькая мечта с самого детства… в этих же землях такое не считается чем-то постыдным и это еще один плюсик в копилку Северных Земель.

***

Яркие фонари повсюду. Где-то в виде обычных Шаров, где-то летают рыбки, драконы и змеи. Чимин восторженно ахает при виде того, как улицы вообразились по щелчку пальца. Хотя может они всегда были так красивы? Он ведь впервые выходит в город, Тэхён вытащил. На улице еще светит солнце, но оно уже следует вниз, освобождая место луне. Люди здесь все ходят с яркими улыбками, предвкушая прекрасное представление. А у Чимина коленки уже трястись начинают, как представит, что именно он скрасит вечер всех этих людей… конечно не один, но все же… — Давай посмотрим на краску для лица?! — Ким восторженно подходит к лавке с разными красками, для глаз, щек и губ. Продавщица заводит интересный диалог, пытаясь завлечь нового клиента и ей это очень удачно удается. Чимин усиленно улыбается и тоже подходит к лавке, как никак на выступление нужно быть красивее нежных цветов и омега начинает выбирать цвет, подходящий ему. — Молодой господин, думаю эта краска для губ идеально подойдет вашему цвету, не забьет, а лишь выделит вашу природную красоту и нежность губ. А эти тени подчеркнут нежные, небесные ваши глаза! — Вы так думаете… — парень задумчиво произносит и крутит в руках маленькую деревянную коробочку. — Я уверена в этом, не сомневайтесь! Я продаю эти краски уже не один год, но ни разу не видела столь потрясающую внешность, словно этот цвет создан именно для вас! — щеки омеги начинают немного розоветь, а на губках смущенная улыбка появляется. — Тебе обязательно нужно ее купить! — подначивает Тэхён и Чимин недолго сопротивляется. Лишь вспомнив глубокий цвет полюбившихся глаз решается на новую покупку. Он ведь заметит, да? — Беру. И для губ, и для глаз! — уверенно заявляет омега, улыбаясь, и достает свой мешочек с деньгами. — Торговка права была, очень тебе эта краска подходит! — Тэхён восторженно улыбается, любуясь своей работой. Он предложил накрасить омегу и тот с радостью согласился. Все же не знает еще как краситься на выступление. Костюм уже готов, прическа, макияж, настроение — все есть! Вот только волнение не отпускает… а что если, что-то пойдет не так? Но какой танцор без волнения? Безразличный, а таким становится ни в коем случае нельзя! До самого выхода Чимин чувствовал поддерживающие объятия Тэхена позади, а так же трепет своего сердца от предвкушения. Предвкушение наслаждения своих зрителей и… одного конкретного зрителя. Омега представляет как он будет смотреть на него, он жаждет его взгляда, сам не понимая почему… он просто хочет, чтобы король смотрел только на него… — Вперед! Ты лучший! — кричит в догонку друг и мир перестает звучать. Он перестает существовать. Остаются лишь Чимин, музыка и танец… звук барабан, цини и нежной флейты меняются между собой, создавая контраст в его танце. Сейчас он танцует вместе со всеми, а в следующую секунду завораживает своим взглядом короля, выходя на сольную партию. И он знает, что нравится, чувствует это. От наслождения в чужих глазах сердце бьется быстрее, азарт захлестывает и сил появляется с каждой секундой все больше. Резкие прыжки, моментальные уходы в пол и тут же нежность и утоночонность рук. Он завораживает, словно змея, исполняя свой танец. А, когда он заканчивается все молчат… но не успевает парень подумать, что все было зря, что он не справился, как все зрители начинают свистеть и хлопать, кричать и радовать. И король хлопает, смотря лишь в одну пару голубых глаз. Лишь потом парень узнает, что королю некристаллизовавш опладирлвать танцорам, но Мин это сделал, сделал для него… — Ты был великолепен! — рядом Тэхён, что-то увлеченно щебечет, а Чимин все в себя прийти не может. Ноги подкашиваются, сердце бешено колотиться в груди, усталость назлынивает волнами, но сейчас это не волнует. Лишь блеск в глазах-омутах сейчас имеет значение…. — А… — смущается он своего вопроса, но все же задает его другу — Королю понравилось? Как думаешь? — Ким сразу смеется и уверенно машет головой. — Он был в восторге! — и это лучшее из похвал.

***

— Смотрю Вам по нраву стали танцы — главный советник, сидящий рядом, хмурым взглядом на повелителя смотрит, но тот и не замечает его вовсе. В голове лишь Чимин. Его движения, руки, тело, глаза, душа… весь он, словно вознесся до небес, своим танцем приглашая и короля посетить столь приятное место. Его взгляд — глаза в глаза — пугал и завораживал одновременно. Что таить он был потрясающим и король обязательно скажет ему это в лицо! — Ваше Величество? — а советник все не отстает, хмурится с каждой секундой все больше. — А? Простите не расслышал Вас сразу. Да, движения нашего гостя с Юга и правда завораживают… — Не могу не согласиться, но прошу Вас, не теряйте бдительность. Омеги Юга очень хитры… — Юнги не обращает внимания на слова советника и вновь погружается в атмосферу праздника.

***

— Я предложу ему понюхать ладан особенный, а ты не смей упустить момент нужный! — советник отлучился от праздника и к своему сыну омеге подошел. Давно он хотел сделать сына своего императором вторым, чтобы на троне вместе с повелителем восседал, но тот все от брака противился. Сейчас момент удачный бдительность его ослабить, в постель затащить, а там и церемонию бракасочетания легко устроить. Ведь даже королю со знатными особами до свадьбы спать запрещалось, за такое люди слух дурной легко пустить могут. Омега радостно головой машет, уже зная план отца и предвкушает ночь долгую. Наложники из кровей не знатных, что ложе одно с королем делили все восхищались его грубостью и силой. И сын советника главного тоже испытать сильные руки на коже своей жаждет. — Готовься, скоро король здесь проходить будет, не упусти! — отец ему указку дает и уходит благовония заморские готовит, которые разум отключают и жажду плоти пробуждают…

***

— Устал, прошу продолжайте праздник без меня — все встают, провожая короля в покои, и министр к нему руку протянул со свертком небольшим. — Ваше Величество, изволите испробовать заморский ладонь, пахнет говорят просто обворожительно! — Юнги, улыбаясь соглашается, бдительность ослабляя и забирает подарок. Пройдя в покои, он ставит их около себя и переодеваться начинает, прежде слуг выгоняет. Не хочет видеть больше никого, хочет наслаждаться воспоминаниями танца прекрасного. Но, что-то со вздохом каждым сложнее думать становится, память начинает подшлифовать все более откровенные воспоминания и организм сразу реагировать начинает. Желание плотские пробуждает. Не зная, что творит, король охране кричит, чтобы омегу, волнующего сердце его вызвать в покои к себе. Но спустя пару секунд другой, кто-то входит. Приносит, что-то. — Ваше Величество — приветствует омега, голову склоняя — Я принес вам чай успокаивающий, чтобы сон ваш делать спокойным и сладким — он поднимает глаза и лицо строит соблазнительное. Пытается подойти, но король гневаться начинает, не его видеть в своих покоях хочет и рукой его отталкивает. — Уйди! — Но Ваше Величество? — в глазах незнакомца маленькие слезинки появляются, Мин и не заметил, что пощечину парню дал — Я лишь… — Прочь из моих покоев! Кто его пустил вообще? Стража! — Господин! — омега сразу лепетать начал, но стража, выполняя приказ повелителя его из покоев вытаскивает. Ярость заполняет уже каждую клеточку мозга, желание давит не только в штанах. И наконец он видит на входе того, кого так жаждал увидеть. Но испуг на его лице еще больше раздражать начинает. — Проходи — произносит альфа, сам на кровать садясь. Чимин в эти покои не шел, он летел! Мечтал вновь испытать на себе восторженный взгляд. Мечтал услышать слова похвалы именно от него. От того, кто стал другом первый в королевстве чужом… Но сейчас, видя нездоровый блеск лишь в глазах напротив, все нутро неладно чует и сжиматься начинает. Весь пыль холодной водой уносит и парень идет к повелителю нерешительными, маленькими шажками. — Ты сегодня был прекрасен… — произносит наконец король. Но той радости омега от долгожданных слов не получает, потому что напряжение чувствует. Он слышал как Юнги другого омегу ударил, видел его слезы и то, как беззащитного парня вытаскивали, он видит эту ярость в глазах с примесью чего-то еще, чего пока разглядеть не может. — Благодарю, Ваше Величество — он кланяется слишком официально, от чего Юнги фыркает. — Станцуй для меня. Только для меня… — произносит последнее он значителен тише. — Но… — увидев опасную остроту в глазах парень не решается перечить. Он начинает свой танец, но напряжение в воздухе переносится и в его тело. Движения не столь плавны, глаза больше напуганы, чем соблазнены. — Довольно, станцуй здесь… — альфа хлопает по своему колену и оскал заставляет мурашки бежать по всему телу. Глаза расширяются от страха, но улыбка Юнги быстро лицо покидает — Что? Не хочешь? Ослушаешься меня? — и в этот момент Юнги становится другим… Чимин наконец видит настоящего владыку Севера… — Нет, что вы… — нерешительными шагами омега к владыке подходит и на колено ему садится. Пытается свой танец начать, но слишком скоро большая ладонь его притягивает к крепкому телу. Чимин наконец понял как на него смотрит альфа. С желанием. Диким и нездоровым. В следующую секунду омега был уже повален на кровать, а король сверху оказался, расцеловывать нежные ключицы начал. Парень стал вырываться, кричать, но король был словно под толщей воды. Ничего не слышал, не чувствовал ничего кроме своего дикого желания. Хотелось прям сейчас, не оттягивая, войти в чуткое нутро и втрахивать с огромной скоростью, чтобы лишь стоны омега мог вымолвить и ничего больше. Почувствовав, что альфа бдительность свою ослабил, омега с силой ногой его по причинному месту толкает и сбежать пытается. Но король его за ногу хватает и вновь к себе притягивает. Тогда Чимин ему пощечину сильную дает, вразумить пытается и словами, и действиями и, кажется, ему это все же удается. — Я видел как ты на меня смотрел! Так чего сейчас противишься?! — с гнев произносит, не переставая в голубые глаза свысока смотреть. — Я Вас ненавижу!! — уже кричал омега и, пока король не спохватился, побежал прочь из покоев. Одежда частична была порвана, но сейчас это не имело никакого значение. Главное было сбежать от монстра, слезы застилали путь, но омега их вовсе не чувствовал. Лишь, когда до своих покоев добрался, дверь закрыл и по ней вниз скатился. Тогда почувствовал… Зарываясь носом в согнутые руки он рыдал долго и надрывно. Но одно понял точно: он не врал в покоях короля… Он не любил короля никогда. Жесткого, хитрого, бесчестного, холодного Владыку Северных земель. Ему по нраву была совсем другая натура, нежного, чуткого и понимающего Юнги… они был такие разные, словно два совершенно разных человека.

***

Тэхен пытается открыть дверь друга, но она не поддается. Ким пробует еще раз и после усилий появляется щель. Через нее парень видит, что у двери, что-то лежит и двигает сильнее. На полу лежал Чимин сложившись калачиком, увидев это омега ахает и тут же пытается разбудить друга. — Чимина! Что с тобой? — южанин раскрывает глаза, в которых жизни словно больше нет… синяки под глазами, сухая кожа, словно омега очень, очень долго плакал… это пугает, что могло произойти после такого фееричного праздника? В покоях короля… Когда Чимина вызывали к Владыке, Ким был с ним и искринее обрадовался за друга, Чимин так ждал пока его позовут, а в итоге… — Ничего… — безжизненный взгляд падает на пол и замирает. — Эй! Посмотри на меня! — но он так и не видит небесных, лучезарных глаз, они словно хотят вновь заплакать, да жидкость уже вся вытекла — Иди сюда… — все так же на полу омега подползает ближе к Чимину и кладет его голову к себе на колени. Рукой расчесывает длинные волосы и шепчет, что-то успокаивающее. А Чимин наконец-то расслабляется, впервые за всю ночь… — Юнги… он, он озверел… — наконец поделился Пак и уткнулся в колени друга. Объяснять подробнее и не пришлось, Ким все прекрасно понял. Его глаза наполнились сначала удивлением, потом злостью. Он не понимал, да и не хотел понимать такого поступка своего правителя! — Я разберусь, милый, не переживай…

***

Голова гудела, словно он всю ночь был на поле боя, руки охватила слабая дрожь, а глаза ни в какую не соглашались открываться. Но королю не впервой себя заставлять. С силой распахнув веки его взгляд тут же падает на уже сгоревшую палочку ладана, которую с такой доброжелательностью всунул ему главный министр. — Стража! — кричит он, собравшись с духом, но получается слишком тихо. Благо стены во дворце по-прежнему тонки и люди, охраняющие покои короля круглосуточно, его услышали — Отнесите эти палочки к Джину, пусть проверит состав! — Хотя он уже понимает, что с ними было не так… — Да, господин! — стражник быстро забрал нужную вещь и, поклонившись покинул покои. А Юнги тем временем перешел на вторую стадию боли. К воспоминаниям… да, он помнил все до последней секунды. Вначале хотелось просто повеситься или хотя бы искалечить себя за такое поведение, но он понимал, что просто так бы себя не повел, что-то повлияло… и скорее всего именно главный советник внес свою лепту, хотя зачем ему? Но странный омега, зашедший как раз вовремя, чтобы пасть жертвой короля, навел на мысль. Ведь если бы не Чимин, который постоянно крутиться в мыслях, король бы разложил незнакомца сразу же и не понятно какие бы последствия понес позже… Но даже эти мысли ушли на второй план, когда в голову врезалось одно предложение. “Я вас ненавижу!”… Именно Чимин сказал его и имел полное на это право. Но то, что видел тогда Юнги в голубых глазах, то что ему являлось даже в мучительном сне. Ненависть, страх, злоба… все это было искреннем, неприкрытым. Именно этого он боялся с самой первой встречи. Но Чимин говорил так, словно возненавидел его давно. Очень давно и все это время лишь притворялся счастливым. Так что же делать королю? Этот несносный омега ни на секунду не покидал его мысль, крутился, звал, потом кричал, что ненавидит и снова улыбался в голове. Когда король этим же днем вышел на собрание он ничего не слышал, не слушал. Все что говорили советники проходило мимо разума. Лишь одна фраза разрывала сердце с каждым вздохом все больше. “Ненавижу… ненавижу! Ненавижу!!!” — крики доносились словно снаружи, хотя слышал их лишь король. В этот день он впервые покинул тронный зал, не сказав ни слова. Лишь его помощник извинился перед собравшимися и сказал, что королю не хорошо, но это было не так. Ему было плохо. Ужасно плохо… — Я не знаю, что делать, Гук… — решился он наконец поделиться с человеком, которому жизнь без оглядки доверял. Они дружили с самого детства, будучи мальчишками играли в одни игры и ели из одной посуды, а теперь выросли отважными мужами, которые друг за друга горой готовы стоять. Кому как не Чонгуку король мог выложить все тягости сердца своего? — Что же я упустил этой ночью, что ты стал столь растерян? — он садится рядом уже не в роли раба, а в роли соратника и друга. — Я совершил непоправимое… Джин подтвердил, что запах подаренного мне ладана повредил рассудок мой. Я… я хотел принудить Чимина… — договорить он был уже не в силах, но это и не требовалось. Друг понимал все с полуслова. Слова давались с крежитом на душе, вспоминать эту ночь с каждым разом становилось все труднее. — Но в итоге?… — Ничего не было. Теперь лишь слово “ненавижу” застряло в моей голове, не могу выбросить его оттуда. — Это нормально, ты напугал мальчишку — пытался успокоить короля альфа, но все было бестолку. — Нет, Гук, он сказал это не из-за страха. Он и правда ненавидит меня и ненавидел раньше… — Ты в этом так уверен? — все же парню не верилось. То, как чужеземный омега смотрел на их короля могло сказать о многом. И пускай Чон не лезет в дела сердечные, потому что не разбирается в них вовсе, такое можно заметить и не натренированным взглядом. — Уверен — кивнул король в подтверждение слов своих. И, кто Чонгук такой, чтобы оспаривать решение короля? — Я не понимаю, зачем он тогда притворялся, что счастлив? Я думал ему хорошо со мной — а в голосе столько досады… — Не думаю, что он притворялся, его слова всегда были искренне, а жесты правдивы. — Но эта фраза была в сто крат искреннее! — альфа обдумывал ее целый день, но эти глаза наполненные черной злобой он ни с чем не перепутает. Именно с ними он идет на врага, на того, кого ненавидит больше всего… не может под ними скрываться банальный страх, ведь чистые голубоглазые глаза закрыла пелена темной, как ночь ненависти… — Он ненавидит меня, Чонгук… — Тогда… — спустя пару минут тишина все же решается предложить одно средство — Как на счет той вещицы заморской? — Она еще у тебя? Я же сказал ее выкинуть или продать и купить твоей матери вкусного чего-нибудь! — Я подумал, что она еще может пригодиться… — Это не правильно — уже на выдохе произносит король. — Может он полюбит тебя по-настоящем, ему лишь нужно дать толчок… — Я не знаю. Он разозлиться… — К каждому можно найти подход, я уверен, что при правильном объяснении он все поймет… я принесу ее завтра — альфа хлопает Юнги по плечу и выходит из комнаты, а Мин так и остается сидеть, замерев и наблюдая за одной точкой напротив глаз.