Глава 2. Странности не случайны
4 октября 2025 г., 12:50
— Локоть выше! Зачем сутулишься? Лоренцо, стойка неправильная. Гройсман, не спать.
Именно так начиналось каждое утро. Капитан Леви ходил между новобранцами, наблюдал, делал для себя выводы. Поправлял, если что-то было неправильным в их движениях. В общем, он тренировал их. Жёстко. Об этом его попросил Эрвин на следующий день вечером. Сначала он, естественно, был не доволен, но Смит постарался объяснить, что никто не сможет натренировать их лучше самого Леви.
Прошла неделя. Неделя упорных тренировок и подъемов в пять утра. Выжатая, как лимон, ужасно потная и уставшая Нора брела в душевую и втирала в кожу лавандавое мыло. Будто оно могло смыть усталость в мышцах. А потом шла на ужин, где уже который день давали жаренные кабачки и чуть солёный рис.
— Уже лучше. Гройсман, не спать.
— Да не сплю я! — огрызнулась. Даже подумать не успела, просто моментально вырвалось.
Никто не подумал останавливаться, все делали вид, что не слышали. Капитан тоже молчал, даже когда она заправила светлую прядь, которая спала на лоб и мешалась перед глазами, за ухо и буркнула «простите».
— Если не хочешь сдохнуть, постарайся слушать меня, — он ответил не сразу. — А если не выспалась, значит вечером жду на поле, и будешь бежать тридцать кругов. Сегодня.
Поначалу в ней вспыхнула злость, и она хотела что-то сказать, но после решила не спорить. Всё таки в своих движениях она сама чувствовала рассеянноть и какую-то неуверенность.
— Есть, — сухо кивнула и вернулась к напарнице.
Нора не могла назвать Леви жестоким. За всю неделю, что она пробыла здесь, тренировки с ним были очень выматывающими. А наказания за несоблюдение дисциплины — суровы. Ну, как считали сами новобранцы. По пути в комнату или библиотеку, Нора слышала, как шушукались её товарищи. Несмело, полушепотом, постоянно оглядываясь, боялись, что могут быть поймаными самим капитаном или кем-то ещё. Они жаловались друг дружке о том, какой капитан безжалостный и гоняет их так, что никакой завтрак или ужин после уже не хочется.
Гройсман не считала так. Да, тренировки выматывали, холодный голос капитана звучал чаще, высказывая своё недовольство. Но всё было в пределах разумного. Он никогда не позволял себе лишнего, не заставлял их переутруждаться и не задерживал до самой ночи. Ну, иногда и только некоторых личностей. Он учил их быть солдатами, выживать среди титанов и среди людей. Последнее поначалу возмутило бывших кадетов, но капитан чётко и ясно объяснил, что люди тоже могут представлять угрозу. Даже такую, на которую неспособны твари за стенами.
Ни Нора, ни Хейли не удивились. Хейли по понятным причинам: ей с детства приходилось выживать среди людей. А Нора просто подумала. Неужели кто-то реально думал, что у всех людей добрые намерения? Это же даже звучит смешно. Память почему-то стала подкидывать какие-то мутные обрывки, пока непонятные и бесформенные. Просто оборванные линии, походящие на силуэты, и слабые голоса. Тоже непонятные.
Нора тогда мотнула головой, пытаясь разогнать непрошенный туман воспоминаний, и быстрым шагом направилась в комнату. С яблоком, который она сжимала в руке. Что это было? Неужели память постепенно возвращается? Воспоминания казались такими близкими, но далëкими одновременно.
Тренировка подходила к концу. Нора снова оказалась на земле, придавленная сверху ехидно улыбающейся Хейли.
— Ты действительно сегодня какая-то сонная. Не выспалась? — Хейли протянула руку, помогая встать.
Нора отряхнула от пыли форменные штаны и перевела дыхание.
— Всё хорошо, просто голова слегка разболелась. Но мне уже лучше.
— Может лучше в медпункт? — Хейли прищурилась, пытаясь уловить хоть какую-то ложь в голосе и состоянии собеседницы.
— Я же сказала, всё хорошо, правда. Это обычная мигрень. Мне же не становится хуже, — улыбнулась Нора, пытаясь заверить Хейли, что никакая медицинская помощь ей не нужна.
Забота Хейли была приятна, но сейчас Нора всячески отказывалась принимать помощь. Да, у неё болела голова. Только Гройсман открыла глаза, как тяжесть, словно сильные волны, ударила по вискам. Вставать с кровати не хотелось. Было ощущение, что только опустит ноги — тут же грохнется в обморок.
Хейли не ответила, только качнула головой, давая понять, что поверила.
Внезапно Нора чуть не споткнулась. В её плечо врезалась новоиспеченная разведчица, которая даже не остановилась, продолжая бежать в сторону здания. Только рыжую косу трепал слабый ветер.
— Эй, — Нора окликнула Кэндис. — Нельзя же так бегать. Собьëшь кого-нибудь.
— Простите, — Кэндис, не останавливаясь, только на секунду обернулась к двум подругам. — Но нужно успеть в душ.
Нора только проводила Кэндис взглядом. Вскоре Кэндис остановила в дверях какую-то девчёнку и уже вместе с ней скрылась в здании. А вот Хейли на такое поведение только недовольно покачала головой.
— Слишком беззаботная и радостная.
Нора не могла не согласиться, но только мягко улыбнулась подруге:
— Будь проще.
Кэндис действительно беззаботная и радостная. В ней столько жизни, что Нора порой очень удивлялась, почему эта девочка решила вообще пойти в кадетский корпус. Но возможно в этом и выражалась её смелость. И стремление к жизни.
— Гройсман, не забывай, что вечером жду здесь же.
Мимо прошёл капитан Леви. Нора только теперь кажется поняла, что влипла. Мысленно закатила глаза. И вот кто её за язык тянул?
— В следующий раз буду думать, прежде чем говорить.
***
День, как назло, прошёл быстро. Хотя Нора бы предпочитала, чтобы он тянулся медленно, как остальные предыдущие. За завтраком Кэндис добродушно попыталась поддержать Нору и даже поделилась с ней половиной своей творожной запеканкой с изюмом: — А могло быть хуже. Тебя вообще могли заставить драить конюшню или дежурить вне очереди. Что правда, то правда. Искренняя поддержка со стороны Кэндис подбадривала, и Нора поблагодарила её. Не сказать, что Гройсман прям сильно переживала насчёт внеплановой вечерней тренировки для неё; она виновата сама. Просто было не очень приятно, что по своей глупости и дерзости она так попала. Так ещё и после ужина, когда все готовились ко сну и могли заняться своими делами! А у нее минутки свободной не будет. Ну разве не обидно? Сегодняшняя запиканка с изюмом была и впрямь сюрпризом; Нора удивилась, когда увидела на столе ароматную выпечку. От Габриэль — несостоявшейся соседки по комнате — она узнала про новое финансирование разведкорпусу. Кто-то расщедрился, это просто прекрасно, будет разнообразие. После ужина, когда стало темнеть, Нора с поникшем настроением вышла на улицу. Как бы ей этого не хотелось, но ещё одно наказание получить желания не было. Капитан уже ждал её на тренировочном поле. — Вам не приходило в голову, что я могла просто не прийти? — Нора остановилась недалеко от него, соблюдая дистанцию. Он сложил руки на груди. — Не думаю. Если бы и не пришла, то завтра тебе бы досталось на тренировках вдвое больше. В следующий раз будешь думать, прежде чем спать на занятиях. Тридцать кругов вокруг поля. Нора мысленно фыркнула. То есть он сейчас откровенно говорил, что завтра придирался бы к ней больше остальных? Но это же нечестно! Гройсман вздохнула, бросила печальный взгляд в сторону штаба и затянула хвост потуже. Первые кругов пять она пробежала без проблем: дыхание не сбивалось, сама она не уставала. Достаточно было думать о чём-нибудь другом, не о вечернем забеге. Это помогало хорошо. Нора знала — капитан следил за ней. Чувствовала его пристальный взгляд, от которого неосознанно выпрямляла спину. — Гройсман, сдаёшь позиции. На четырнадцатом круге и дальше ей и вправду становилось всё сложнее. Дыхание переодически сбивалось, ноги дрожали и подкашивались. Кое-как добежав несчастные тридцать кругов она грузно упала на колени, судорожно хватая ртом воздух. Одежда липла к спине, лицо от пота казалось жирным. — Ты бежала даже не вокруг штаба, а уже выдохлась, — голос Леви прозвучал близко. Он тяжело вздохнул. — Не знаю, что со мной сегодня, капитан. Честно, — Нора отдышалась и теперь смотрела на него снизу вверх. Он с минуты смотрел на неё. Пронзительно, оценивающе. Она сидела перед ним на коленях, не спешила подниматься, терпеливо ждала его дальнейших слов. А сама уже устала, и капитан сомневался, что она сможет пробежать ещё пять кругов. Честно говоря, он не ожидал, что она так быстро выдохнется. Лениво мазнул взглядом по ней, прежде чем заговорить: — Иди к себе, только сначала прими душ. Хорошо выспись и не опоздай завтра. И ушёл, оставив её одну на поле. Она смотрела ему в спину, продолжая сидеть на холодной земле. Подул ветер — Нора поëжилась. Пока она бегала, стало резко холодно? Она встала и натянула посильнее кофту. Вообще Нора не знала, как описать своё сегодняшнее состояние. Слишком странная, на саму себя не похожая. Ещё и голова опять разболелась. Нора поморщилась. Придавать этому какое-то значение не стала, искренне надеялась, что завтра с утра всё придут в норму.***
Сон беспокойный. Поначалу это была просто большая белая пустота, в центре которой ничего не понимающая Нора и оказалась. Она растерянно мотала головой по сторонам, но что видела — это ничего. Дальше шум, и спиной Нора ощутила холод. Будто кто-то зимой оставил окно настежь открытым. Она обернулась — никого. Но могла поклясться самой себе, что успела заметить исчезающий в пустоте кончик зелёного змеиного хвоста с красным узором. — Нора. Нора, стой. Этот голос казался почему-то очень знакомым. Будто она знала, кто говорил, но в то же время совершенно не помнила. Вот только самого говорившего она не видела. Вокруг по-прежнему пустота. Голос снова настойчиво позвал её по имени. — Кто здесь? — спросила Нора. Никто не ответил. И она просто решила идти. Прямо. Неизвестность страшила, что могла встретить там — непонятно. Но любопытство и необъяснимое доверие к голосу были сильнее. Почему она доверяет? — Ответь мне. Я здесь. Где ты? Яркая вспышка. Нора прикрыла глаза рукой, а через секунду уже оказалась в большом тронном зале с высокой блестящей люстрой и кучей окон. От такой красоты она потеряла дар речи. Тронный зал был... поистине волшебным и нежным в своей цветовой гамме. — Нора, почему ты здесь одна? Уже нагулялась в саду? — тот же голос был совсем близко. Стук каблуков звонко отбивал ритм об начищенный до блеска пол. Нора спряталась за широкой мраморной колонной и тут увидела всё. На пороге зала сначала появилась маленькая девочка. Лет восьми-десяти наверное. В красивом нежно-розовом платье, как у принцесс только бывает или аристократок, и со светлыми волосами. Она явно ждала кого-то, и этот «кто-то» не заставил себя долго ждать. У Норы не возникло никаких сомнений, что тот голос принадлежал ему. Это он звал её. Оставался ряд вопросов: откуда он знает её имя? Кто он и как зовут? И причём здесь это место с маленькой девочкой? — Я сбежала, — честно ответила девочка, ничуть не стушевавшись. — Я хотела погулять с тобой, а не с ней. Человек, с длинными и белыми волосами, вздохнул и нравоучительно покачал головой. На губах появилась добрая улыбка: — Ты не должна сбегать от няни, Нора. Тем более за пределами дворца, — его взгляд вдруг стал серьёзным. Руки он положил ей на плечи. Как опора, напоминание, защита. — Кто знает, что может произойти. — Ничего бы не случилось, честно, — но потом стала по-детски отчитывать его: — Но, Фобос, ты обещал со мной погулять. С ней скучно. Я искала тебя. — Меня хотели видеть родители. Поэтому я не смог пойти с тобой в сад и попросил няню присмотреть за тобой. Нора почти ощутимо вздрогнула. Что-то внутри кольнуло. Нора.. он назвал девочку её именем, почему? Её тоже так зовут или.. это она и есть, но в детском возрасте? Девочка стояла к ней спиной, поэтому лица было не разглядеть. И она подошла ближе. Не беспокоилась о том, что могла быть замеченой, просто оказалась в нескольких шагах от девочки и парня. И сдержалась, чтобы не удивиться вслух. Да перед ней в точности стояла её детская копия! Лицо, пока ещё детские черты, а взгляд возмущенный. Сомнений не оставалось. — Хорошо, — заговорила девочка. — Но я больше не хочу в сад, — она кинула взгляд в сторону трона. — Пойдём потанцуем? — Но, цветочек, тут нет музыки, — Фобос нисколько не замялся просьбе, не стал отговаривать. Воспринял, как забавную игру. — И что? А мы без музыки. Раз, два, три. Раз, два, три. Она начала плавные движения. Ноги передвигала в такт словам, создавая что-то похожее на танец. Предположительно вальс. Фобос немного замешкался, совсем чуть-чуть, но кивнул и протянул девочке руку. Та заулыбалась, глаза заблестели долгожданным весельем, и она начала вести. Так плавно, так легко, со словами «Раз, два, три». А потом без них, интуитивно. Нора смотрела на них и не могла понять, почему её накрыла внезапная тоска. Они выглядели такими счастливыми и простыми, кружась в танце. Губы тронула слабая, одинокая полуулыбка. Было... так странно. Она видела себя маленькую, в тронном зале, явно дорогом платье, у неё была няня. И Фобос, кем он ей приходился? — Твоя сила начала пробуждаться? — Да. Это так необычно, и иногда страшно. Я же научусь ей управлять? — Займёмся этим завтра, цветочек. Не переживай, я буду с тобой и всегда помогу. Маленькая Нора снова заулыбалась. Видно, как слова Фобоса были важны для неё, а его вера придавала уверенности. Тем временем настоящая Нора всё больше удивлялась. Она хотела сделать шаг ближе, но ступила во внезапную пропасть. И провалилась во тьму. Она проснулась резко. От ощущения, что падает, и действительно чуть не свалилась с кровати. Она села, начала осматриваться, натянула одеяло выше. В голове всплыл образ Фобоса — такой родной и забытый. Он запомнился ей с ласковой улыбкой, нужными словами: «Я буду с тобой и всегда помогу». Нора зажмурилась, под пальцами хрустнуло одеяло. Разведчица почувствовала, как к горлу подкатил тугой ком. Она быстро легла обратно, укрылась почти с головой и постаралась выровнять дыхание. На подушку всё же упало несколько слёз.***
— В чём дело? — этот вопрос Хейли задала сразу же, как Нора вернулась из женских душевых. — Ты ещё здесь. Я думала ты уже в столовой. — Тебя жду. Рассказывай, что с тобой происходит, — Хейли быстро встала с кровати и подошла к подруге, которая аккуратно поправляла форму у зеркала. — Ты с самого утра странная. Молчишь, односложно отвечаешь. Я волнуюсь! Тот коротышка тебе что-то сказал вчера? Нора остановилась. Она не знала, как объяснить Хейли своё поведение. Сказать, что приснился странный сон, который показался ей уж очень знакомым, и теперь она не может выкинуть его из головы? Безусловно, над ней никто не посмеëтся. Но объяснять будет всё очень трудно. Фобос до сих пор не отпускал Нору. Его образ, добрые глаза, ласковая улыбка прочно засели в её мыслях. Остался осадок после ночи. Она могла даже поклясться, что его шёпот продолжал преследовать её утром. — Нет, — выдохнула Нора и повернулась к Хейли. — Капитан тут не причём, — пальцы сжали край рукава. Хейли хотела было остановить Нору, пока та не растянула рубашку. — Просто.. мне сон приснился. Я не знаю, как реагировать. — Что-то из прошлого? Нора кивнула: — Скорее всего да. Там был длинноволосый мужчина, он разговаривал со мной маленькой и.. — она запнулась. — Давай я расскажу после тренировки? Это всё не укладывается даже в моей голове, я пока не смогу нормально пересказать сон. Отчасти это было правдой. Только по словам Фобоса у Норы якобы какая-то сила. Но про неё Нора совершенно ничего не знала. И как сказать об этом Хейли — тоже не знала. По сути, это секрет, который мог иметь очень большое значение. Или даже угрозу. — Ладно. Пошли завтракать, но ты обещала всё рассказать. Хейли вышла первая. Нора догнала её чуть позже, обещая себе, что обязательно совсем разберётся. И со сном, и с так называемыми силами. После завтрака всё как обычно. Тренировочное поле, разминка, строгий капитан, пробежка. Двадцать кругов вокруг поля — какая-то небольшая поблажка, когда перед сном Нора бежала на круг больше. Пока бежала второй круг, в голову снова лез сон. Вообще он был очень странным, почти осязаемым. Голос такой реальный, что тело охватывало странное чувство. Фобос.. мог он быть её родственником? Возможно брат. Но про брата в том пожаре ни слова. У неё не было брата, иначе бы ей сказали. Только родители, которые сгорели ночью. Тогда кто, и где этот Фобос сейчас? «Я всегда буду с тобой» И зал. Обстановка самого помещения говорила о том, что дом принадлежал богатым людям. Ну а тронный зал — значит королевская семья. Нора дочка каких-то аристократов, тесно друживших с королевской семьёй? Или же она сама дочь короля и королевы? Но если так, то почему оказалась далеко за пределами Стохеса и дворца? Причём тут пожар? Её выкрали? Вопросов много. Ответов — ни на один. «Цветочек, не бойся» В висках начало неприятно покалывать. Вместе с призрачным голосом разболелась голова. Нора думала, что вчера вечером она прошла окончательно. Надо было всё-таки сходить в лазарет. Так вот, кто она на самом деле? И что за сила, которая стала проявляться ещё в детстве? «Я всегда буду рядом. И помогу» В глазах поплыло, тело прошиб озноб, а голова словно вот-вот расколется. Нора споткнулась об камень и упала на колени. Последнее, что она видела — к ней подбежал кто-то из новобранцев. Дальше потеряла сознание.***
Просыпаться было легко. Место, где она оказалась, очень красивое и спокойное. Под ногами песок. Нора осматривалась, пока не заметила перед собой девочку. Та стояла к ней спиной и ничего не говорила. — Привет. Ты меня слышишь? Что это за место? — Нора шагнула ближе. Девочка среагировала не сразу. Она медленно обернулась, и Нора удивилась. Она где-то уже её видела. Слишком знакомое лицо. — Здравствуй, — девочка устало улыбнулась. — Я не планировала, что мы встретимся так скоро. — Мы знакомы? Я тебя где-то видела, но не могу вспомнить где. Имир кивнула: — Знакомы. Мы встречались здесь. Я помогаю тебе, — она замолчала, нахмурилась и подошла к Норе. Та просто стояла молча, когда Имир взяла её за плечи. — Я правда не думала, что он попытается найти тебя так быстро. Да ещё и таким способом. Мне снова пришлось вмешаться. Нора убрала её руки со своих плеч. Настойчивость незнакомки насторожила и разозлила. Но получить ответы на вопросы хотелось сильнее. — О ком ты говоришь? Я его знаю? И что значит «снова»? У меня много вопросов. — Я знаю. И ответы на них вон там, в далёком прошлом, — она махнула рукой куда-то в сторону, но Нора ничего не увидела. И ей не нравилось, что незнакомка не говорит прямо. — Однако рассказать всё я пока не могу. — Почему не можешь? Тогда для чего я здесь? — Чтобы не дать твоему брату разрушить вселенные окончательно, — Имир сказала это как сухой факт, но в то же время так тепло, что у Норы защемило сердце. То ли от плохого предчувствия, то ли от мнимой заботы со стороны. — Я не враг, я уже говорила тебе об этом. И хочу только помочь. Твой брат жестокий человек, Нора, и я должна снова вмешаться, потому что пока ты не готова даже себя защитить. Вселенные. Защитить себя. Это было неожиданно. Существуют ещё вселенные? — Брат, — вспомнился сон, который показался тогда Норе, как островок прошлого. — Мне снился сон. Мой брат это Фобос, да? Он танцевал со мной маленькой в огромном тронном зале. Кто я? Из королевской семьи? Тот образ заботливого брата совсем не вязался со словами Имир о том, какой он ужасный человек. — Фобос действительно твой брат. И он зло. Поверь мне, в будущем он... – она осеклась и опустила глаза. Стыдливо. Будто было сложно признаться. — ... он сотворит страшное. Сейчас твой брат ищет тебя и видно нашёл способ, — она схватила её ладонь. — Я поставлю барьер. Это последний раз, когда я вмешиваюсь, обещаю. — Подожди. Не успела. Имир уже потянулась рукой к её лбу. То ли страх, то ли что-то другое — Нора сама не могла объяснить толком. Она всего лишь рефлекторно подняла руку и сделала шаг назад; пальцы сильно кольнуло, и яркая белая вспышка отбросила Имир на песок. — Прости, я не хотела. Сама не поняла, как это произошло, — поспешила оправдаться Нора, когда Имир поднялась и стала отряхивать платье. — Тебе не очень больно? Имир поправила волосы и рукава платья. А потом внезапно захохотала. Так громко, искренне. Даже слёзы появились в уголках глаз. Нора ошеломлëнно застыла. Она не знала как реагировать, на секунду показалось, что хозяйка этого странного места просто сошла с ума или может у неё болевой шок. — Ты.. в порядке? Неужели так сильно головой ударилась? — аккуратно спросила Нора и всё-таки нашла смелости сделать шаг к Имир. — Вполне, — заверила Имир. — Не переживай так, всё хорошо. Просто совсем забыла, какая ты сильная с магией. Это хорошо. — Магия? — переспросила Нора. — Как, откуда? Фобос.. — тут пришло озарение. — Он знал про магию. Говорил с моей маленькой копией об этом. Имир подошла ближе. — Потом сама всё вспомнишь, а у нас мало времени, — она коснулась лба Норы. На этот раз без всякой неожиданной магии. Стало холодно, будто ко лбу приложили лёд. — Ты забудешь про свой сон, связанный с Фобосом. И этот сон забудешь. Придëшь в себя — и будто ничего странного не произошло. Лоб стал покалывать холодными иглами. В ушах зазвенело. Имир отошла и стала спокойно наблюдать, в то время как Норе становилось больно. В какой-то момент звон стал сильнее, она закрыла уши ладонями и упала на колени. Перед глазами снова всё плыло. Ну сколько можно. А дальше опять пустота. И реальный мир. Запах спирта, лечебных медикаментов и голоса. Нора открыла глаза уже в лазарете. — Я не могу сказать точно из-за чего.. Но женский голос не успел договорить. Нора резко села на кровати, чем напугала Ханджи. Женщина до этого объясняла Леви, что причину обморока она выяснить не могла. — Ты уже очнулась. Как себя чувствуешь? — Ханджи села обратно на стул, стоящий около больничной койки. Нора повернула голову в её сторону и удивлённо выдохнула. Будто только сейчас окончательно поняла, где находится и кто перед ней. Леви же, стоявший около стола, молча смотрел на Нору. Терпеливо, пронзительно, словно хотел проанализировать причину всего этого. — Я... — Нора прокашлялась. В горле пересохло, голос непривычно хриплый. — Можно мне воды? Пить хочу. Ханджи кивнула, встала со стула. Далеко идти не надо — прозрачный графин с водой стоял на столе. Разведчица протянула стакан с водой и быстро отдернула руку, чуть не расплескав воду на постель. Леви недоуменно поднял бровь, когда Зое обратила на него внимание. Та только пожала плечами: — У неё руки холодные. И пальцы такие, что током бьются. Это... даже больно, — последнюю фразу она сказала больше сама себе. Нора даже внимание на это не обратила. Она была занята, жадно поглощала воду, и за несколько секунд полностью осушила стакан. — Спасибо, — Ханджи забрала стакан из её рук. — Так что это было? — в разговор вмешался Леви. — Ты грохнулась в обморок, лежала вся бледная, тряслась, хотя было не холодно. Тебе стало плохо? — Температуры у тебя точно нет, — продолжила говорить Ханджи, заботливо, по-матерински, дотронулась до плеча Норы. — Но выглядела ты правда не очень. Пролежала тридцать минут без сознания. Скажи, ты себя хорошо чувствовала с утра? Нора напрягла память. Она пыталась вспомнить хоть что-то, но с уверенностью могла сказать — сегодня она чувствовала себя просто прекрасно. — Сегодня всё хорошо было. Вчера болела голова и усталость. — Да, — подтвердил Леви, на что обе пары глаз на него посмотрели. — Вчера она была несобранная. — Почему ты не пошла в лазарет? — спросила Ханджи, обращаясь к Норе. — Я как-то не подумала. А к вечеру голова, вроде, прошла. Ханджи притихла. Немного помолчала, дотронулась ладонью до лба Норы, затем взяла её за запястья, после отпустила. Прошла к стеллажам. Звякнули колбы и баночки. — Вот. Это ромашка. Она успокаивает, попей её несколько дней, — на тумбу учёная поставила небольшую прозрачную банку, от которой пахло травами. Потом взялась за тетрадь, чтобы сделать пару записей. — И это всё? — Нора перевела взгляд с отвара на Ханджи. — Ничего критичного я у тебя не обнаружила. Высокой температуры точно нет, да и ты не заболела. Поэтому, скорее всего, просто переутомление, — она поставила точку и закрыла тетрадь, повернувшись уже к Леви. — Ей бы полежать несколько дней, но даже не знаю, можно ли рассчитывать на такую поблажку от тебя? — Как долго? — Думаю, — Ханджи окинула взглядом Нору, оценивая внешне её состояние. — Думаю день-два. Это не так много, но девочка по-крайней мере отдохнëт, наберётся сил. — Ладно, — согласился капитан и направился к выходу. — Пусть отдыхает раз нужно. Я не хочу, чтобы она снова свалилась в обморок на тренировке. Поправляйся, солдат. И вышел, не до конца прикрыв за собой дверь. Нора сразу сникла, хоть виду и не подала. Пропустить тренировки, так ещё и во неделю в разведкорпусе. Но не только из-за этого. Такое странное ощущение, что она не может что-то вспомнить. Что-то значимое. — Ну ладненько, — внимание привлекла Ханджи. — Ты точно ничего не вспомнила? Просто в медицинской карте у тебя всё идеально. Может есть что-то, чего просто нет в записях? Нора отрицательно качнула головой. Она точно была здорова, и в обмороки раньше никогда не падала. Затем она вздохнула и пожала плечами: — Я правда не знаю, из-за чего мне стало плохо. На улице не так жарко. — Ладно. Но если будет болеть голова, то обязательно прийди в лазарет или ко мне. А сейчас отдыхай, можешь пока здесь побыть, — скрипнул деревянный стул. Ханджи направилась к столу, попутно наливая себе воды из графина. — Поспи. Твоему организму нужны силы.***
— Проклятье! Вода в купальне Фобоса стала чёрной и вязкой. На лице самого принца было сложно скрыть все негативные эмоции, которыми он сейчас наполнен — злость, гнев, отвращение. Он потянул руку вверх из воды — чёрная, тягучая, она мерзко облепила кисть со всех сторон. — Всё было почти у меня в руках! — Милорд, что-то случилось? Во входе появился Седрик. В то время, когда Фобос уже переоделся. Верный слуга-оборотень оставался у дверей, не заходя. Знал — ступить в священное место принца, а тем более подходить к водам Меридиана, он не мог. Только в редких случаях, с позволения самого Фобоса. Фобос обратил на него внимание, лицо его снова приобрело оттенки злости. — Что ты здесь делаешь? Разве я просил приходить сюда? — Нет, но... — Уже неважно, — Фобос раздраженно поправил рукава и подошёл к озеру. К чёрной воде, которая сама по себе не исчезнет. Принц резко вскинул руку вперёд. Сосредоточенный взгляд направлен только на озеро. С помощью магии он вернул воде привычный цвет. — Ничего не получилось, Седрик, — сообщил Фобос. — Меня останавливает какой-то магический барьер, из-за чего до конца определить местоположение моей дражайшей сестры я просто не могу. Седрик был удивлён, ведь такое попросту невозможно. — Мой милорд, это невозможно. Ваша сестра пусть и жива, но очень слаба. Как она смогла сама защитить своё сознание? — Это я и хочу выяснить. И мне срочно нужен новый план, — Фобос прошёл мимо, исчез во тьме коридоров, ведущих к первым этажам дворца.
