Мольфар

Посреди ночи меня разбудила кричащая на манер пожарной сирены интуиция. Причем в начале я тогда даже не сообразил где нахожусь и в чем проблема, даже не сразу понял что я не в своем доме, но мозг быстро заработал. Эта же интуиция погнала меня прочь из комнаты и куда-то вниз по лестнице - туда, куда нет доступа посторонним. К родовому камню. И прямо на подходе я увидел Сириуса, который тайно, словно вор в собственном доме, крался к сосредоточению магии рода. Рефлексы сработали быстрее мозга, который все ещё частично спал и я на подходе обездвижил парня, лишь после этого уточняя: — Ты что задумал, идиот? Увидев кто его поймал Наследник рода повел себя совсем уж не достойно такого статуса: — Нюнчик! Какого Мордера ты смеешь меня трогать в моем же доме?! Он бесполезно задёргался, пытаясь, видимо скинуть заклинание, а я лишь нахмурился и повторил вопрос: — Что ты задумал? — Я хочу отречься от семьи! Они мне не родня! Темные маги и твари, которые считают себя выше всех лишь за счёт чистоты крови! И ты такой же! От такой тирады мой мозг аж проснулся и я несколько обалдело моргнул, сумев лишь в изумлении выдать: — Ритуал отречения? Ты в своем уме? А хотя знаешь что. Делай. Я отменил заклинание и спокойно посмотрел на замершего уже по собственной воле парня: — Что? — Что слышал. Делай, вперёд. Разрушай себя и своих близких. Только знай, что ты станешь убийцей. — С чего это я стану убийцей?! — А с того. Ты знаешь как отречение наследника влияет на род? Нет? Хочешь расскажу? — Ну и расскажи! — Твоя матушка болеет. Это станет последним гвоздем в ее гроб. Твой отец сляжет следом. Без их поддержки твой брат долго не протянет. И род Блэк завершится. Ты добьешься того чего хотел, молодец. Я смотрел то ли на парня, то ли в свое прошлое, вспоминая точно такой же диалог с Ромой. Я тогда смог его отговорить от глупости, а смогу ли сейчас? — Ты…это… правда? — Не веришь? Прочитай про этот ритуал и реши стоит ли оно того. Стоит ли твое желание уйти из семьи такой цены? Знаешь что, моей мамы уже нет в живых и я все бы на свете отдал, чтобы у меня была мама. Любая. Строгая, временами злая, но живая. Понимаешь? Живая. К которой можно подойти и спросить совет, которая все равно будет переживать. — Я разочарование для своей матери. Вряд ли она за меня переживает. — Все равно переживает. — я махнул рукой, — я это понял лишь потеряв ее, что она даже в моменты злости все равно волновалась за меня. — У нее есть уже любимый сын. А я… Парень махнул рукой и скривился, а потом мотнул головой: — Пошли ко мне, не хочу здесь это обсуждать. И мы реально пошли к нему в комнату, туда же он вызвал домовика, пока я с интересом осматривал интерьер и уточнил: — Голова у тебя не болит, не? — О чем ты? — Да все яркое такое, ещё и плакаты эти. У меня бы голова раскалывалась. Сириус моргнул и только тут до него доперло, когда Кричер, пусть и с очень недовольным лицом, но принес нам огневиски и стаканы: — Офигеть. Мы с тобой реально сейчас общаемся в моей комнате. С тобой, Нюниус?! — Та не ори ты так! Да, реально. И вопрос все ещё актуален. — Нет, не болит, мне нравится. — Ну. На вкус и цвет все фломастеры разные. Я хмыкнул и отпил горький алкоголь, стараясь не морщится, пока Сириус собирал разбитую картину мира обратно по осколкам: — Так что ты там говорил про себя и брата? — Правду я говорил. У маман есть Регулус, он любимый сын и все такое. А я так, неудачный опыт. — Зря ты так. Она же тебя из дома не отпускает, да? — Ну да. — Переживает она за тебя, вот и не отпускает. — Гонишь. — Не-а, истину глаголю. Если бы ей было плевать, она бы махнула рукой и даже не пыталась тебя воспитывать. Помнишь сегодня за ужином она поправила мое положение руки с рыбным ножом? — Ну да, и что? — И то, это значит, что она признала меня как друга семьи. Потому что постороннему никто руку не поправит, но оплошность запомнят. Любить это не означает все позволять, это означает заботиться. — Говоришь так, словно ты намного меня старше. — Мне просто пришлось очень рано взрослеть. — Почему? — А ты не знаешь? — Ну, Лилс упоминала, что у тебя семья не лучшая, но толком я не в курсе. — Отец у меня не маг, но не в этом дело. Он алкоголик. Пил не просыхая все мое детство, все пропивал. В доме ни еды, ни денег, ничего не было. А мама, пусть и ведьма, но отрезанная от рода, теряла силы, магию, и волю к жизни. Легко придумать и додумать историю, зная тысячи похожих, много в мире детей из неблагополучных семей и я с ними в прошлом часто сталкивался. — Я не знал… Как-то ошарашенно пробормотал парень, вынуждая меня хмыкнуть: — Не знал или не хотел знать? Я знаю обычный мир с самой негативной стороны, со стороны трущоб, беспризорников и бедности. — Вот оно как… Блэк залпом выпил стакан и выдохнул: — А ты не такой гад как я думал. — Приятно слышать. А теперь предлагаю расползаться по комнатам и спать, завтрак нам никто не отменит, а до рассвета осталось всего ничего. Спокойной ночи, Сириус. Я поднялся и отправился к двери, услышав в спину: — Спокойной ночи. Северус. Кажется, лёд тронулся. Или я сумел достучаться до чего-то внутри этого барана, возможно, получится до него донести, что семья это важно. Не успел я дойти до своей комнаты, как встретил Ориона. Мужчина окинул меня благодарным взглядом: — Зря Сириус думает, что я не знаю, что творится в нашем же доме. Иди спать, Северус, и спасибо. — Не за что, я сделал то, что должен был. Уснул я, кажется, раньше, чем моя голова коснулась подушки. Снилось мне что-то мягкое и пушистое, а ещё точно помню, что видел во сне громадного черного пса, тот бегал вокруг и норовил то боднуть меня головой, то закинуть лапы на плечи. Уж не знаю приходил тогда ко мне покровитель рода Блэк или просто подсознание пыталось скинуть весь груз этого ночного разговора таким образом.