Офисный брак

      Линь Лин вернулся домой первым. Несмотря на личные праздники, работа никуда не исчезала, а Цзявэю все еще нужно было написать отчёт о нескольких днях работы с Х.       Тёплый свет заходящего солнца нежно окутывал их дом, как покров из розового золота, создав атмосферу умиротворённости. Линь Лин приподнял крышку коробки, чтобы вновь взглянуть на результат своих усилий, и в этот момент воздух наполнился тонким, сладким ароматом — с лёгкими нотами ванили и шоколада.       На кухне тихо, лишь звуки шагов Линь Лина, который украшал стол. Он аккуратно накрывал его, расставляя тарелки, чашки и бокалы, постоянно поправляя, чтобы каждый элемент точно был на своем месте. Всё должно быть идеальным, ведь он ждёт Цзявэя, и этот момент важнее, чем что-либо до этого в жизни.       Несмотря на то, чем были заняты руки, мысли Линь Лина были совершенно о другом. Он размышлял о том, как все началось — о браке, заключенном не ради любви. Его память подкинула воспоминание того дня, когда Цзявэй предложил заключить брак по контракту: в те времена Линь Лин относился к нему, хоть и никак к простому коллеге, а скорее, к другу, за которым нужно было приглядывать. Тогда он думал только о выгоде и возможностях. Но со временем с Цзявэем что-то другое, неосязаемое, поселилось в сердце.       «Муж», — мелькнул голос в голове. В последние дни Линь Лин так привык к такому обращению, что перестал явно реагировать на него, сделав частью повседневной жизни. Он улыбнулся, вспоминая, что реакция Цзявэя на «жену» не изменилась с первого раза ни капли — он все также краснел и терял привычное самообладание.       Эти дни, наполненные разговорами, смехом, совместными моментами, которые казались такими естественными… Линь Лин начал замечать, как никогда раньше. Как Цзявэй смотрит на него, как он заботится, как его взгляд становится мягким, когда он думает о чём-то важном для них. И вот Линь Лин здесь, с этим знанием, с этим чувством, которое не ожидал испытать. Это не просто уважение или благодарность.       Линь Лин достал маленькую красную коробочку и открыл ее, глядя на два обручальных кольца. Первое кольцо из чистого золота, с легким, едва заметным блеском, на его гладкой поверхности сверкала изысканная деталь — маленькая буква X. Второе покрыто утонченными витиеватыми нитями из золота, переплетающимися в тонкие завитки.       Мастера ювелирного бренда хорошо постарались над дизайном, но Линь Лин считал, что сделал не меньше, когда ему удалось выкупить предоставленные их компании кольца. Все-таки экономия на аренде играла на руку.       Теперь всё было просто: Линь Лин должен был признаться, всего лишь пару слов, и всё изменится. Он понял, что больше не боится. Не боится откровенности и того, что может последовать. Он был готов открыться, несмотря на все сомнения.       В замочной скважине послышался скрежет. Цзявэй появился в проёме, слегка усталый, но с легкой улыбкой, которая расцвела, едва он заметил Линь Лина у подготовленного стола. Его глаза зацепились за торт, и эта мгновенная искорка удивления и радости в его взгляде не осталась незамеченной. Линь Лин, спрятав кольца в кармане, встретился с ним глазами, полными нежности.       — С возращением. — улыбнулся Линь Лин. — И с днем рождения.       Цзявэй отбросил сумку и, не спеша, подошел к столу. Шаги лёгкие, а в движениях — необъяснимое ощущение тепла и легкости. Он остановился, рассматривая красоту стола, усилия, каждую деталь, заметив, как много было сделано. И только для него. Цзявэй ступил несколько шагов к Линь Лину, обнимая за плечи.       — Это лучший день рождения в моей жизни. — улыбнулся он, мягко прижимая Линь Лина к себе, вдыхая его запах.       — Думаю, я могу сделать его лучше, — хихикнул Линь Лин и вырвался из объятий, наконец, зажигая свечи на торте. — Я сделал его своими руками. Для тебя.       — Линь Лин… — глаза Цзявэя заблестели то ли от счастья, то ли от набежавших слез. Он выхватил телефон и начал делать множество фотографий, на каждой из которых непременно был Линь Лин. — Сделать бы так, чтобы этот день никогда не заканчивался.       — Хватит шутить. — слабо щелкнул по лбу Цзявэя Линь Лин, слегка смущенный. — Теперь пора загадать желание.       Все свечи уже горели, отбрасывая теплый свет на их лица. Цзявэй замер на мгновение, его взгляд остался прикованным к лицу Линь Лина, который смотрел на торт и сидел перед ним с мягкой улыбкой и светом свечей в глазах. Тепло, исходящее от огоньков, казалось, наполнило комнату мягким, почти волшебным сиянием.       Загадав самое сокровенное, он задул свечи.       — И что ты загадал? — не удержался от вопроса Линь Лин, когда нарезал торт.       — Секрет! — ухмыльнулся Цзявэй, прижимая указательный палец к губам. — Иначе не сбудется.       Легкая игривость исчезла с его лица, когда перед ним появился самый идеальный шоколадный торт с ягодной начинкой в мире. Хотя, даже если бы Линь Лин поставил перед ним сгоревший бисквит, об все равно радостно съел это.       Цзявэй медленно поднял вилку, словно опасаясь нарушить идеальную момент, и провел ею по мягкому коржу, при надавливании позволяя начинке растечься. Его глаза застыла на мгновение, когда первые кусочки таяли на языке, раскрывая невероятный вкус. Вздохнув с наслаждением, он произнес, почти шепча:       — Это не просто торт… ощущение, что сама любовь растворяется во рту. — прошептал он, несколько слезинок скатились по лицу.       — Цзявэй, я люблю тебя. — совершенно неожиданно прозвучало признание, отчего Цзявэй подавился и закашлялся. Линь Лин постучал его по спине, запомнив, что такие вещи нельзя говорить человеку с набитым ртом.       — Что? — Цзявэй просипел, пока не способный отойти от такого удара. Он посмотрел на Линь Лина, но увидел только решимость.       — Я люблю тебя. — повторил Линь Лин. Он достал коробочку из кармана, приподняв крышку и поставил ее перед Цзявэем. На щеках выступил румянец, когда он увидел шокированное лицо напротив, но Линь Лин не остановился. — Сначала я правда думал, что наши отношения будут просто дружескими и немного деловыми, но… За это время я правда полюбил тебя. И я хочу, чтобы наш брак стал настоящим. Чтобы мы были настоящими мужьями.       Цзявэй долго молчал, и Линь Лин, почувствовав напряжение, начинал нервничать. Но вдруг Цзявэй потянулся к карману пиджака, достал маленькую красную коробочку и поставил её рядом с точно такой же. Когда крышка была приподнята, в ней лежали идентичные два кольца.       — Я купил их для нас. — Цзявэй покраснел, отводя глаза.       — Это значит… — в глазах Линь Лина загорел огонь надежды.       — Да. — Цзявэй достал кольцо с золотыми нитями и взял руку несопротивляющегося Линь Лина, надевая его на безымянный палец. Он поднял взгляд вновь к карим глазам. — Я люблю тебя, Линь Лин. Всегда любил.       — Ох, Цзявэй… — охнул Линь Лин и потянулся поцеловать его в губы, обнимая за плечи; ему ответили тем же. Когда он отстранился и посмотрел в такие же любящие глаза напротив, фыркнул, улыбаясь. — Какие же мы глупые.       Линь Лин взял второе кольцо, встал на колено, потянув за собой левую руку Цзявэя, и медленно надел идеально подходящее кольцо на безымянный палец. Линь Лин поцеловал тыльную сторону ладони своего супруга и посмотрел на сплошь покрытое румянцем, но счастливое лицо.       — Я обещаю быть лучшим мужем, моя дорогая жена.