Грязный кабинет

— Напомни ещё раз... — пытаясь более-менее аккуратно вырезать из бумаги буквы, начал говорить Пест. — Зачем ты вписал меня в эту «авантюру», и почему я вообще должен торчать тут после 5 пар? — У других своих дел полно, а ты единственный из моих друзей, у кого нашлось свободное время, — в очередной раз объяснял Пуб, почти завершая набросок карандашом, стирая косяки и лишние линии. — А кто сказал, что у меня нет дел... — ворчливо пробурчал себе под нос жук. — Эй, хорош бубнить! — шикнул на него тусовщик. — Играть в комп целыми днями – не дела. — フール... — вновь лишь недовольно цокнул Пест и вернулся к своей части работы. Пуб — на самом деле, несмотря на его простой и чрезмерно веселый характер, — уважаемая и крайне ответственная личность в их учебном заведении. Многие учителя попросту души в нём не чаяли, холили и лелеяли. А потому его назначали организатором одного из важных для их института мероприятия, а вдобавок к этому ему поручили написать стенгазету. Но в слишком уж короткие сроки, к счастью, одна из учительниц позволила ему занять кабинет и делать работу прямо в институте. Но даже с такой щедростью справиться было бы нелегко, так что он позвал помочь своего друга, Песта. Ну как позвал... Просто записал его в список и поставил перед фактом. Конечно же, тот был не очень-то и восхищён такой новостью, но недолго отнекивался. Возможно, так хоть немного подтянет скатившиеся в последнее время оценки... — Я закончил, теперь можно сваливать? — спустя небольшую паузу саркастично спрашивает Пест, откидываясь спиной на стул, хотя уже предполагает, какой ответ получит. — А приклеивать кто будет? Хорош уже издеваться, — вновь упрекает парень, указывая тому пальцем в ватман. — Может, хотя бы сделаем перерыв? У меня лично уже спина ноет. — Чёрт с тобой, только недолго... Мне нужно всё закончить до завтрашнего дня, — устало вздыхает Пуб, всё же позволяя себе немного расслабиться и тоже откинуться на спинку стула, который неловко заскрипел. Вновь следует молчание, слышно лишь, как гудит старый кондиционер и чириканье птиц за окном. Пест осматривает класс, в попытке хоть за что-то зацепиться глазом и не чувствовать такой скуки. Но лишь возвращает взгляд к другу, с тихим интересом осматривает его, будто оценивает, хмыкнув. Он внезапно для второго поднимается и подходит поближе, кладя свои ладони на чужие плечи, как бы пытаясь расслабить, на деле лишь отвлекая. — Ты сегодня чересчур занудный, не заметил? — спрашивает Пест, а на его лице уже играет хитрая улыбка, когда он заставляет того повернуться к нему лицом. А после вовсе завлекает встать с места, чтобы быть на одном уровне, лицом к лицу. — Я ответственен за эту работу и мероприятие, конечно, я хочу-... Пуб хмурится, пытаясь впрямь казаться серьёзным, что в целом для него редкость. Он хотел было продолжить, но его прерывает чужая ладонь на щеке, что внезапно притягивает поближе и заставляет замолкнуть. Парень застыл, словно статуя, успевая лишь удивленно вдохнуть, прежде чем мягкие губы накрывают его собственные, пока вторая рука сжимается на уровне талии. Отойдя от ступора, тот мычит и бубнит в рот жука, пытаясь что-то сказать, упираясь ладонями в чужие плечи, в попытке отодвинуть, что быстро получается, но не очень радует белобрысого. — А обязательно это делать именно здесь?! — даже слишком громко говорит Пуб, отчего желание его заткнуть только увеличивается. — Неужели ты не можешь подождать до общежития... Кабель долбаный. — Ух, какие мы резко стали грозные, — с азартом смеется вредитель, слизывая с горячих губ остатки чужой слюны, и прижимается к шее друга. Он расцеловывает старые следы от укусов, спрятанные высоким воротником свитера. В ответ на свои слова он получает лишь легкий удар по плечу, но в целом никак на него не реагирует, лишь продолжает ухмыляться и действовать дальше. Пест лезет пальцами под одежду Пуба, пока его язык ласкает шею, со сладостью оставляя ещё один укус. Юноша же сжимает чужую худи в кулак, жмурясь от неоднозначного чувства, боли и жара. Он шумно выдыхает, когда Пест зализывает укусы, задевая и царапая кожу жвалами. Но ловкие руки карманника заходят всё дальше, заставляя гореть от смущения, в тихом предвкушении. Одна ладонь гладит грудь, переходя на живот, а вторая уже лезет под резинку джинсов и после нижнего белья, но тут уже слышится возмущение. — Чёрт... Если мы заляпаем ватман, то я тебе голову откручу, — в последний раз огрызается Пуб, прежде чем растаять в чужих руках. Он невольно позволяет себе поддаться этому наглецу, пока тот с удовольствием этим пользуется. В какой уже раз... — Забудь об этой херне. Я уж точно смогу помочь тебе расслабиться, — хитро щурится Пест, пока ладонь уже находит чужой половой орган, выбивая из горла блондина ещё пару вздохов. Он двигает ладонью вдоль, желая поскорее возбудить, а пока отвлекаясь от нежной кожи, вновь припадает к губам, напористо целуя. Пуб же, кажется, окончательно прекращает сопротивление, расслабляясь, чужие действия слишком плохо на него влияют. Ведь делать это прямо в кабинете... Он уверен, что после этого, даже просто спокойно и без стыда находиться здесь не сможет. Но сейчас с уст только срывается подавленный вдох, иногда чуть громче мыча в губы напротив. Особенно когда чужой язык, как казалось, забирается слишком глубоко, а ладони задевают все эрогенные зоны. И пусть кудряшу крайне стыдно заниматься чем-то подобным здесь, любимым рукам и физиологии противиться он не в силах, и его член начинает заметно расти, вместе с тем пульсировать. Пест явно доволен его реакцией и наконец отстраняется, чтобы заглянуть в затуманенные приятными ласками глаза. Он поправляет свои белые волосы и после подталкивая второго к столу, где они делали работу, вынуждая на него опереться. А после тот, особенно неожиданно для Пуба, опускается коленями на пол, сидя перед ним. Парень был смущён такой любезности, он даже не понял, как на лицо взошла ухмылка, лицезрея очень непривычную для Песта позицию. Но его довольно быстро возвращают в реальность, когда второй одним рывком спускает с него весь низ, обнажая уже достаточно возбуждённую паховую зону. Горячая плоть дрогает от легкой прохлады помещения, жалобно выпрашивая ласки, пока её хозяин прикрывает лицо ладонью в смущении. Не в первый ведь раз они занимаются подобным, но весельчак никак не может перестать стесняться чужого взгляда. Жук, не обращая на чужое смущение никакого внимания, вновь берёт член Пуба в руку, продолжая ему дрочить. А тот же отвечает приглушённым скулежом, прикрывая уже рот ладонью, чтобы подавлять стоны и остальные вздохи. Ему кружат голову эти прикосновения, содрогаясь навстречу нежным рукам. Но тусовщик всё же тихо стонет, что больше похоже на скулёж, когда чувствует что-то до жути горячее и мокрое на своем члене. Пест продолжил двигать ладонью, и теперь к тому же расцеловывает головку, не брезгуя пользоваться и языком. И пусть сейчас он смотрел на друга снизу вверх, всё равно занимал доминирующую позицию. Парень в сладком наслаждении немного откидывает голову назад, прикусывая губу. Он уже был готов кончить, даже немного подмахивая бедрами в такт, в целом Пуб никогда не отличался выносливостью в сексе. Но закончить ему не позволят, белобрысый вовремя отстранился и сжал ладонь у основания члена, так же зажимая второй рукой уретру. Кудряш почти захныкал от неудавшейся разрядки, жалобно глянув в глаза нижнего. — Куда ты так торопишься? Я ещё даже не начал, — хохочет вредитель, как бы невзначай потирая чрезмерно чувствительную плоть головки члена пальцами. Пуб молчит, не смея перечить, ведь и так знает, что теперь без разрешения ему не дадут закончить. Он чувствует себя жалким и уязвимым в чужих глазах, но это ощущение лишь гуще разбавляет жар во всем теле. Пест с удовольствием наблюдает за запыханным личиком, но вскоре снова припадает губами к головке члена, в этот раз в разы напористее. И не просто целует, а берёт плоть на язык, обвив губами. Пуб снова весь содрогается и в этот раз кладет одну ладонь на чужую голову, подбадривающе гладя слегка лохматые волосы. Парень лишь напоследок глянул на второго, прежде чем взять в рот головку полностью, и всячески лаская её. Посасывая с причмокивающим звуком, обводя длинным языком и принося уйму удовольствия. Тут же держать голос становится всё сложнее, ком в горле только увеличивался, и блондинчик выронил пару сдавленных стонов, сдерживаясь изо всех сил. И жук движется далее, вбирая в свой рот всё больше, пока Пуб удивляется, откуда у него столько навыков в минете, раз второй уже вот-вот растает в этом приторном ощущении. Жар охватывает кожу, разгораясь из самого нутра, чувствуя, как пот ненароком торопится спуститься по лбу. Это влечение, эта страсть — они пожирают его изнутри, будто черви, но как же это, черт возьми, кайфово. Пест уже начинает потихоньку двигать головой, взяв половину в свой рот и умело борясь с рвотным рефлексом. Он не особо торопится, видимо, хочет растянуть эту пытку, блаженство. А вот второй уже изнывает, желая больше. Потому начинает почти невесомо помогать нижнему в этом деле, надавливая на голову посильнее, двигая в такт. Внезапно со стороны двери слышится тихий скрип, который парни даже не заметили, настолько были увлечены. Сплит, лучшая подруга Пуба заглянула в кабинет. Она хотела, как всегда, позвать его прогуляться или сходить поужинать куда-нибудь, но тот не отвечал ни на сообщения, ни на звонки. Поэтому девушка решила сама его проведать, но точно не ожидала увидеть что-то подобное. С её ракурса плохо было видно, что конкретно происходит, но, судя по всем звукам и знакомой кепке на столе, возле которого стоял её друг, она быстро смекнула, что происходит... Дверь хлопнула слишком сильно, никто этого не ожидал, а в коридоре еле было слышно торопливые удаляющиеся шаги. Пуб от неожиданности машинально надавил на чужую голову, но случайно сделал это слишком сильно и резко, заставив второго аж подавиться. — Кхе! ... Ты что творишь, мудак?! — Пест тут же отпрянул, к тому же стукнув тому по бедру кулаком, а от чего кудряш тоже пискнул. — П..прости!! Я.. дверь хлопнула. Я испугался, что кто-то пришел... — Это просто сквозняк. Хорош уже параноить, — рявкнул жук, откашливаясь. Настрой был сбит напрочь, но белобрысый не собирался отступать. Нужно закончить начатое... Зато теперь движения шли по быстрее, вновь беря член в рот, Пест стал двигать головой интенсивнее, сжимая ладонями чужие бедра, слегка царапая их. Неловкость снова вернулась к Пубу, но он постарался вновь сосредоточиться на горячем и мокром пространстве вокруг своего паха. Хотя мысли о том, что их могут реально поймать, пугали, не хотелось бы, чтобы их союз раскрыли. В любом случае, правда ли это был сквозняк или нет, они узнают позже... Тусовщик слегка дрожит и стонет, не отрывая глаз от чужих движений, но ему становится невыносимо мало, и руки вновь ложатся на голову вредителя. Тот более не бил его, а значит, не был против, по крайней мере, так считал блондин. Пест лишь чуть сильнее впивался в нежную кожу ногтями, стоило Пубу надавить на голову посильнее, но по большей части он настраивал темп, постепенно двигаясь всё быстрее. И с каждым разом, с каждым толчком сдерживаться становилось всё сложнее... Власть сама по себе ударяет в голову, и ладони ложатся на чужие рога. Мгновение, и юноша входит полностью в чужой рот с протяжным стоном. А сам Пест лишь мычит что-то неразборчивое, чувствуя, как рефлекторно слезы начинают течь по щекам, пытаясь не задохнуться с таким размером во рту. А вибрация его связок только сильнее будоражит весельчака. И толчки со слабых и робких переходят в глубокие и довольно быстрые. Эйфория ударила в голову, словно наркотик, ему уже было плевать на всё в целом. Хотелось лишь изо всех сил оттрахать этот наглый рот и поставить наконец на своё место. Пуб подключал не только движения чужой головы, но и собственные бедра, вбиваясь в рот друга, словно в податливую секс-игрушку. А жук уже и сам весь изнывает, и пока то, что он чувствовал сейчас, было в новинку... Но от этого возбуждение не меньше. Отчетливо ощущая, как трусы начинают намокать от предэякулята и то, как голодно трётся об ткань собственный член. Это ведь чистое унижение, особенно для такой горделивой персоны, как Пест, но он ведь тоже весь дрожит от этого в наслаждении. — Хаа... Пест. Я... я уже скоро... — слышится со стороны блондина, пока он не может остановиться двигать бёдрами. К счастью, реакция у него имелась, и Пуб успевает выйти из чужого рта до самого пика разрядки, и всё же чужое лицо он запачкал знатно. Второй тоже был почти готов кончить, но стерпел, чтобы не испачкать одежду. Всё же им ещё нужно как-то до общежития добраться... — Надеюсь, тебе понравилось, 少し雌犬... — фыркнул белобрысый, вытирая лицо от липкой спермы. Конечно же, собственное удовольствие от процесса он показывать не собирался, слишком много гордости.