Горячие пески

Книга лучше расписного надгробья и прочнее стены. Написанное в книге возродит дома и пирамиды в сердцах тех, кто повторяет имена писцов, чтобы на устах была истина.

-Что за вид? Амун снова обозвал тебя серым птенцом? Исса взгляд поднял от воды в пруду. Перестал тянуться к рыбам, что там плавали. -Верховный. Хамади присел рядом, подобрав низ одежд. -Говори. С таким грустным лицом нельзя исполнять ритуальные танцы. -Я не хочу... Там опять будет этот... -Этот? -Нун. Тот нахмурился. Младший сын фараона отличался надменным характером и любил задирать даже жрецов. -Исса, посмотри на меня. Что именно он делает? Говорит что-то? Прикасается к тебе? -Он смотрит, будто змея. И улыбается странно. Хамади задумался. Власть развращает, особенно когда эта власть дана от рождения. Но одно дело дерзить старым жрецам. Совсем другое пугать юного послушника. -Исса, если он прикоснется к тебе без твоего желания, то скажи мне. Или любому другому старшему. Понял? Не молчи. Это важно. Юноша кивнул, комкая белоснежные одеяния на груди. Ему было страшно. Страшно от того, что хотел этот надменный принц. -Старайся не обращать внимания. Сосредоточься на танце. Помни, зачем ты здесь. Твоя цель — служение. А взгляд — это всего лишь взгляд. Но если он станет чем-то большим, знаешь что делать. Он обнял подопечного за плечи. Ему самому было неспокойно. Власть — опасная штука. И если принц в будущем не научится ее контролировать, Египет ждет нелегкое время. Но сейчас важнее защитить этого испуганного юного жреца, который всего лишь хочет служить Богу. -Спасибо. Вы очень добры! -Иди. Подготовься к церемонии. И помни, Бог всегда с тобой. Тот покивал. Быстро скрылся среди колонн. Хамади остался сидеть у пруда, глядя на спокойную гладь воды. "Смотрит будто змея." Змея — символ власти, хитрости и опасности. К нему Менес подошел. -Все почти готово, Верховный. Осталось только уладить кое-какие мелочи с благовониями и принести жертвенные дары. Хамади кивнул, не отрывая взгляда от воды. Менес, его давний соратник и правая рука, умел читать его настроение. Сейчас Верховного что то тревожит. -Что-то случилось? Ты выглядишь озабоченным. -Видел Иссу? Он снова расстроен. Говорит, Нун смотрит на него как змея. Менес нахмурился. Принц избалован и склонен к капризам, но чтобы настолько… -Возможно тот просто преувеличивает? Юнцы часто видят то, чего нет. -Я тоже так думал. Но что-то в его голосе не дает мне покоя. Власть развращает, Менес. Особенно когда достается без труда. -Думаешь захочет воспользоваться своим положением? Верховный вздохнул, проведя рукой по лицу. -Не знаю. Но я должен быть готов. Исса уже посвященный. Его дух чист. Тот благословил его. Если Нун посмеет осквернить его... Нет. Я не позволю тому случится. Менес кивнул, понимая серьезность ситуации. Знал как Хамади относится к своим подопечным. Каждый из них был для него как сын. Ради них готов был на все, чтобы защитить от зла. -Что ты предлагаешь? Нам стоит поговорить с фараоном? Предупредить его о поведении сына? -Не сейчас. Сначала нужно убедиться что мои опасения не напрасны. Будем наблюдать за тем. И если он перейдет черту, тогда я лично поговорю с фараоном. Но пока пусть это останется между нами. Не хочу поднимать лишнюю панику и пугать Иссу еще больше. Менес хмыкнул. Да уж... Жалко было. Такой нежный цветочек их Исса. Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в багряные и золотые цвета. Хамади поднялся, отряхивая одежду. -Пора. Церемония скоро начнется. Проследи, чтобы все было готово. И будь внимателен. Если заметишь что-то странное, сразу же сообщи мне. Тот поклонился и удалился. Уже из далека слышал как Амун кого то отчитывал. Друг был иногда слишком строг к юным послушникам.    ​​​​​​​Хамади направился к месту проведения церемонии. В воздухе уже витали ароматы благовоний, а жрецы заканчивали последние приготовления. Звуки арф и флейт переплетались с тихими молитвами, создавая атмосферу таинственности и благоговения. Верховный жрец занял свое место, окидывая взглядом собравшихся. В первом ряду стоял фараон с сыновьями. Младший, как обычно, держался надменно, но Хамади заметил, что его взгляд был направлен не на алтарь, а в сторону где стояли послушники. Исса тоже был там, в глубине колонны юных жрецов. Его лицо было бледным, но он старался сохранять спокойствие. Хамади поймал его взгляд и незаметно подмигнул, давая понять, что он не один. Юноша улыбнулся в ответ, так что Верховный почувствовал как тревога немного отступила. Церемония началась. Танцы, песнопения, жертвоприношения – все шло своим чередом. Хамади внимательно следил за Нуном, стараясь не упустить ни одной детали. Нун продолжал бросать взгляды в сторону послушников, но его действия пока не выходили за рамки приличий. Однако, что то в его взгляде настораживало Тот будто хищник, высматривающий свою жертву... Исса старался не замечать этого взгляда. Когда пришло время его танца, сосредоточился на каждом движении, на каждом звуке, стараясь вложить в него всю свою душу. Знал что этот танец – не просто формальность, а возможность выразить свою преданность Богу, свою любовь к жизни и свою надежду на будущее. Верховный тихо выдохнул. Ничего такого не произошло, благо. Может и правда показалось? Отвлекся на то, что почувствовал чужое присутствие. Среди собравшихся людей разглядел Тота в человеческом обличии. Их Бога выдавали необычного цвета волосы. Белые, будто лунный свет. Судя по всему, тому все очень нравилось. Когда последний аккорд арф затих, фараон произнес речь, восхваляя Богов и благодаря жрецов за их службу. Хамади отвлекся от раздумий на то, что Тот подошел. -Праздник просто замечательный как и всегда. - Радостно прощебетал, сложив руки вместо. Жрец склонился. -Ваша похвала великая честь для нас, о Боже мудрости. -В этом году столько талантливых юнош. У меня глаза разбегаются! -Я рад что вы остались довольны. Мы старались изо всех сил. Бог просиял. -Если одолжишь Менеса сыграть сегодня в псы и шакалы, я буду еще довольнее. -Обязательно передам Менесу вашу просьбу. Уверен, он будет рад разделить с вами партию. -Отлично! - Спохватившись. - Ах, да. Еще одно. Не видели недавно странного юнца с алыми волосами? Не Сета! У него глаза цвета золота должны быть. -Припоминаю такого. К жрецам Анубиса прибился. Друг у него там вроде как. -Хух... Целый. Это Нитрис. Убежал никому ничего не сказав. Бастет переживает. -Хмм... Младший сын Бастет решил погулять по миру смертных? Неудивительно. Боги иногда бывают такими непредсказуемыми. Бог мудрости хихикнул. -Он всегда был непоседой. Спасибо за информацию, Хамади. Я пойду передам Бастет что с ним все в порядке. И, надеюсь, скоро увидимся за игрой в псы и шакалы! ​​​​​​​Бог мудрости исчез так же внезапно, как и появился. Хамади волосы пригладил. Глянул вновь на Иссу. Тот после окончания церемонии, казалось, успокоился. Стоял болтал с Суфисом и чуть ли не светился от счастья. Интересно о чем таком разговаривал с советником Фараона? -А еще начну учится предсказывать будущее по звездам. Представляете? Суфис мягко улыбнулся. -Звучит замечательно. Ты очень талантлив. Я уверен у тебя все получится. Главное — не забывай о смирении и уважении к Богам. Исса кивнул, сияя. -Конечно. Я всегда буду помнить об этом. -Я хотел еще кое-что спросить. Про тот кулон. Откуда он у тебя? Юноша задумчиво хмыкнул. -Меня с ним нашли. Менес говорил, что он был в корзинке, в которой подбросили. -О Небо... -Что-то не так? Тот обнял его за щеки. -Исса, ты не представляешь что это значит. -М? Не очень понимаю о чем вы. -Это кулон моей сестры. Сердце Иссы забилось чаще. Он посмотрел на Суфиса в полном недоумении. Кулон его матери принадлежал сестре советника фараона? Это казалось невероятным! -Вашей сестре? Но как это возможно? Суфис обнял его, словно боясь, что юноша исчезнет. -Моя сестра, Амани, влюбилась в человека, которого наша семья не одобряла. Когда она узнала что беременна — сбежала из дома. С тех пор мы ничего о ней не слышали. Я думал она умерла. Этот кулон… Он был ее самым дорогим сокровищем. Я лично его ей подарил. Исса почувствовал как слезы подступают к глазам. Он всегда мечтал узнать о своей семье, о своем происхождении. И вот, кажется, оказался на пороге открытия тайны. -Я не знаю что сказать... Суфис отпустил его и нежно провел рукой по волосам. ​​​​​​​-Не говори ничего. Мы в этом разберемся. Но знай одно: я очень рад, что ты жив и здоров. И, возможно, ты – часть моей семьи. Юноша слез не сдержал. Советник ему аккуратно их вытер. -Я поговорю с Менесом. И мы обязательно узнаем правду. А пока, позволь мне просто порадоваться тому, что ты здесь, рядом со мной. -Угу. Племянник советника фараона... В жизни бы не подумал что мог оказаться родственником таким значимым людям! -Несносный мальчишка! Мог хотябы сказать куда пошел! Нитрис руки в боки упер. -Я уже говорил что пойду искать себя. Забыла, а я виноват! Бастет руки на груди сложила, ушами непереводимо шевеля. Понимала что у сына сейчас сложные времена. Надо выбрать чему стать покровителем. Но это ведь не повод из отчего дома сбегать! -Искать себя видите ли! А мать подумала что тебя крокодил сожрал в Ниле! - Сердито фыркнула, сузив глаза. - Мог бы хоть весточку подать. Почему я должна просить других твои следы найти? Ну что за ребенок?! Твои братья подобное не творили! Нитрис вздохнул, понимая что спорить бесполезно. Мать, она всегда мать. Всегда переживает, всегда ворчит. Но в глубине души знал, что она права. Стоило предупредить куда пошел... -Прости. Просто… Я должен это сделать! Я должен понять кем я хочу быть. Какую сферу покровительствовать. Не могу же я всю жизнь за твоей юбкой прятаться! Бастет смягчилась, видя его растерянность. Подошла к сыну и нежно погладила его по волосам. -Я понимаю, милый. Я просто хочу, чтобы ты был в безопасности. Но если тебе нужно время, чтобы разобраться в себе, я тебя поддержу. Только обещай, что будешь давать о себе знать. А то потом по всему Египту тебя ищи! -Угу. -Опять со своим другом тут? Сразу надо было этого юнца проверять. -Нане уже почти мужчина! -Ой, ну пусть хоть немного уровновесит твой пыл. Нитрис закатил глаза. Ну вот, началось. Нане ему как брат! А мать вечно видит в нем какую то опасность. Онейроманты, конечно, народ странный, но Нане никогда не делал ничего плохого. Скорее наоборот, всегда помогал ему разобраться в сложных ситуациях. -Мам, ну хватит. Нане мой друг. И он мне помогает. Если бы не он, я бы до сих пор бродил по пустыне, не зная куда податься. Бастет вздохнула и обняла сына. -Ладно ладно. Ты у меня такой непоседливый. Но я рада что у тебя есть такой хороший друг. Она его за щечку потрепала. -Ну что, рассказывай как продвигаются твои поиски себя? Нашел уже что-нибудь интересное? ​​​​​​​Нитрис немного смутился. Все еще не определился с тем чем хочет заниматься. Но он знал, что должен найти свой путь и стать достойным сыном! -Пока не совсем. Я пробовал себя в разных вещах. Ходил к Тоту, но писать и считать оказалось слишком скучно. Пытался лечить людей как Сехмет, но мне не хватает терпения. Даже к Осирису заглянул, но загробный мир – это как-то мрачновато... Бастет внимательно слушала. Путь к себе не всегда бывает легким и быстрым. Главное – не сдаваться и продолжать искать. -Не переживай. Все придет со временем. Главное не бойся пробовать новое и прислушиваться к себе. Что тебе больше всего нравится делать? Что вызывает у тебя искренний интерес? Нитрис задумался. Ему нравилось наблюдать за людьми, за их снами и переживаниями. Часто беседовал с Нане о значении сновидений и о том, как они влияют на жизнь человека. Может быть в этом и есть его призвание? ​​​​​​​-Мам, а что если я стану Богом сновидений? Нане говорит что я хорошо понимаю сны и могу помогать людям их толковать! -Звучит замечательно. У Нитриса был особый дар – сочувствие и понимание. Если он сможет направить это на помощь людям, раскрывая тайны их сновидений, то это будет замечательно. -Это прекрасная идея, Нитрис! Сны – это отражение нашей души. Если ты сможешь помогать людям понимать их, то это будет великое дело. Нитрис улыбнулся довольно. ​​​​​​​-Спасибо, матушка! Я обещаю что не подведу вас. Я буду усердно учиться и стараться помогать всем, кто нуждается в моей помощи. Вместе с Нане мы создадим что-то особенное! Бастет обняла сына крепче. Пусть путь к себе бывает сложным, главное – верить в себя и никогда не сдаваться. Тогда все обязательно получится. Нитрис обладал добротой, умом и преданным друг, который всегда будет рядом. -Только смотри мне, не зазнавайся. - Лукаво пригрозила. - Бог сновидений! Это большая ответственность. Люди ведь тебе души открывать будут, а ты с ними как? Нитрис звонко рассмеялся, обнимая мать в ответ. ​​​​​​​-Ну что ты, ма?! Я же не Сет какой-нибудь... Буду с душами, как с котятами — нежно и аккуратно. -Молочинка. Порадую твоего отца хорошей новостью. -Я сам. Только сейчас к Нане сбегаю скажу куда уйду. -Смотри опять не пропади. -Нууу. Я быстро! Он выскользнул из объятий матери и побежал к другу. Тот нашелся в библиотеке. Сидел над очередными свитками. -Нане! У меня отличные новости! - Выпалил Нитрис, запыхавшись. - Я решил кем стану! Буду Богом сновидений! Нане поднял голову от свитков. -Серьезно? Это же великолепно, Нитрис! Я всегда знал что у тебя есть талант к пониманию сновидений. Поздравляю! И что теперь? Какие планы? -Теперь? Теперь мы вместе будем изучать сны, помогать людям их толковать и защищать их от кошмаров! - Довольно улыбнулся. - Мать одобрила. Сказала что это великое дело. Сейчас побегу отцу рассказывать. Так что не знаю когда вернусь. Возможно с утра, а возможно чуть позже. -Что ж. Буду ждать гулящего кота. -Хе-Хе. Мы с тобой потом это тоже отметим! Он радостно хлопнул друга по плечу и вылетел из библиотеки. Ему не терпелось поделиться новостью с отцом. Узнать его мнение и получить благословение. А еще братьям рассказать. Пусть завидуют! К матери вернулся. Уже с ней отправился из мира людей. Родной мир встретил блеском золотых дворцов под вечным солнцем. Дорога к покоям Птаха была недолгой, но Нитрис заметно нервничал. Всегда трепетно относился к мнению отца и сейчас особенно боялся разочаровать. Бастет его за руку взяла, успокаивая. -Не переживай так. Птах будет рад что его сын нашел себя. Тот кивнул. В покоях было тихо и прохладно. Бог сидел за своим рабочим столом, окруженный чертежами и инструментами. Увидев вошедших, он поднял голову и улыбнулся. -Нитрис! Бастет! Какая радость вас видеть. Что привело вас ко мне? - Спросил, откладывая свиток в сторону. Нитрис, переминаясь с ноги на ногу, сделал шаг вперед. -Отец, я хотел рассказать тебе о своем решении. Я хочу стать Богом сновидений. Птах внимательно выслушал сына и некоторое время молчал, обдумывая услышанное. -Это благородное призвание. Сны – врата в подсознание и помощь в их понимании может принести большую пользу смертным. Но это и огромная ответственность. Готов ли ты к ней? Нитрис твердо кивнул. -Я буду усердно учиться и стараться оправдать твое доверие. Вместе с Нане мы будем помогать всем, кто нуждается в нашей помощи. Птах улыбнулся и подошел к сыну. Положил руку ему на плечо. ​​​​​​​-Я верю в тебя, Нитрис. У тебя есть все необходимое, чтобы стать великим Богом. Твой дар сочувствия и понимания поможет тебе в этом. Я благословляю тебя на этот путь. Юноша радостно ушами шевельнул. -Спасибо, отец! Я обещаю что не подведу тебя! Буду достоин твоего имени и сделаю все возможное, чтобы оправдать твою веру. Бастет с гордостью наблюдала за сыном. Видела как загорелись его глаза и расправились плечи. Нитрис сможет, ведь в нем текла кровь Богов, а в сердце жила доброта. -Ну вот и славно. Теперь у нас в семье будет свой специалист по сновидениям. А то вечно эти онейроманты такое наплетут, что потом пол Египта ходит в недоумении! Птах усмехнулся, почесав сына за ухом. -Что ж, Нитрис, пора приниматься за работу. Я уверен что у тебя все получится. А мы с матерью всегда будем рядом, чтобы поддержать и помочь советом. Нитрис сиял от счастья. Теперь, заручившись поддержкой родителей, был готов свернуть горы. Вместе с Нане они покорят мир сновидений и станут надежной опорой для всех, кто ищет ответы в глубинах своего подсознания. **** -Вас что-то тревожит? Си-Амен взгляд отвел от восходящего солнца. -Брат мой младший. Даже для принца он себя слишком избалованно ведет. Суфис задумчиво хмыкнул. Нун и правда был головной болью. Младший из сыновей фараона купался в роскоши и внимании, не утруждая себя ни государственными делами, ни воинской службой. Си-Амен, как самый старший брат и первый наследник, чувствовал ответственность не только за Египет, но и за воспитание Нуна. -Отец слишком мягок с ним. Он позволяет ему все. Нун тратит казну на бессмысленные развлечения. Боюсь, вырастет непригодным для чего-либо, кроме пиров и охоты... Что ты думаешь, Суфис? Как нам образумить Нуна? Он должен понять что быть принцем – это не только привилегия, но и ответственность. Ему нужно готовиться к будущему, а не тратить свою жизнь впустую. Мужчина склонил голову и произнес: -Ваше высочество, возможно, пришло время показать Нуну другую сторону жизни. Отправьте его поработать на полях вместе с простыми крестьянами. Пусть увидит своими глазами как тяжело достается хлеб насущный. Это может отрезвить его и заставить задуматься о своем месте в этом мире. Принц заулыбался, отрываясь от разглядывания пейзажа за окном. -Отличная идея! Осталось только отцу это предложить. -Что вас в очередной раз заставило о том задуматься? Тот вздохнул тяжело. -Приходил Верховный жрец Тота. Брат к его подопечному проявляет "внимание". Нам еще проблем с Богами не хватало! Советник нахмурился. -Это серьезно. Нун играет с огнем. Гнев жрецов, а тем более Богов, может обрушиться на весь Египет. Фараон должен вмешаться. Си-Амен покачал головой. -Отец ослеплен любовью к Нуну. Он не увидит в этом ничего предосудительного, пока не станет слишком поздно. А Нефер пока на границе. Боюсь, мне придется действовать самому. Он задумался, барабаня пальцами по подлокотнику кресла. -Я поговорю с Нуном. Попытаюсь объяснить какие последствия могут быть у его действий. Если это не поможет… Придется принять более жесткие меры. Суфис молча кивнул, понимая что имеет в виду принц. Иногда ради блага всего Египта приходилось принимать трудные решения. -Позволь спросить кому не повезло? Принц глаза прикрыл, припоминая имя юноши. -Исса того звать. Они с братом ровесники. Наверное, потому привлек внимание. Мужчина побледнел. Его племянник... Бедный мальчик от того был так напуган? -Ты знаешь его? Суфис сглотнул, стараясь сохранять спокойствие. -Исса мой племянник. -Неужели? Что-то не припомню, чтобы ты говорил о том. -Моя сестра сбежала из дома и пропала. Зато ее сын нашелся спустя столько лет. - Вздохнув. - Ваше Высочество, Исса – честный и трудолюбивый юноша. Он не заслуживает того, чтобы быть втянутым в придворные интриги. -Не переживай. Мы этого не допустим. Он встал с кресла и подошел к окну. Солнце уже поднялось достаточно высоко, заливая дворец золотым светом. -Поговорю с Нуном сегодня же. Объясню ему что его поведение неприемлемо. Исса будет в безопасности, я тебе это гарантирую. Но ты должен быть готов к тому, что брат не захочет меня слушать. Суфис поклонился в знак благодарности. -Я верю вам, Ваше Высочество. Исса – моя семья. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам. Си-Амен повернулся к советнику лицом. -Спасибо, Суфис. Ты много лет служил моему отцу верой и правдой. Думаю, это меньше, чем можно уплатить за такое. Отвлекся на то, что услышал девичий смех поблизости. Слегка в ушах раскраснелся. Советник улыбнулся. -Кажется, пора мне откланится. Си-Амен кивнул, наблюдая, как Суфис покидает покои. Почти сразу из за полупрозначных тканей, отделяющих его покои от внутреннего сада, показалась младшая сестра. -Братец! Ты опять хмуришься, глядя на Нил? Неужели что-то стряслось? Снова война? Тайя подбежала к брату и обняла его, заглядывая в глаза. Тот улыбнулся, стараясь скрыть свои заботы. ​​​​​​​-Все в порядке. Просто размышлял о будущем Египта. Не стоит волноваться. Та не сильно поверила. Знала своего брата слишком хорошо. Когда так смотрел, то что то было не так. -Ты никогда не хмуришься просто так. Что-то тебя беспокоит. Я чувствую это! Скажи мне. Может быть смогу помочь. Матушка всегда говорила, что хорошая жена умелая советчица. Мне надо тренироваться перед нашей свадьбой. Си-Амен вздохнул, притягивая сестру ближе. Тайя была его отдушиной. Ей мог доверить то, что не решался сказать даже Суфису. Но сейчас… Сейчас лучше не обременять ее проблемами. -Все действительно в порядке, сестра. Просто небольшие разногласия с Нуном. Ничего серьезного. Скоро все уладится. Лучше расскажи мне как продвигается подготовка к свадьбе? Выбрала ли ты уже ткани для платья? Тайя на мгновение нахмурилась, но затем ее лицо вновь озарила улыбка. Любила говорить о предстоящем торжестве, о нарядах и украшениях. Лучшего мужа, чем старший брат, себе и представить не могла. Старший слушал ее с улыбкой, стараясь отвлечься от тревожных мыслей. Однако взгляд его то и дело возвращался к окну, где, казалось, сам Нил хранил в своих водах тайны и предзнаменования. -И будет у нас пять детей не меньше. -Я уверен, ты будешь прекрасной матерью. И женой. Самой лучшей. -Хи-Хи. Матушка спрашивала у оракула что нас ждет. -И что же сказал Так-Шару? -Что будет процветание и благополучие. Что мой дом будет полон смеха и любви. И что я буду жить долго и счастливо. Но… Он также упомянул о какой-то тени. О чем-то, что может омрачить наше счастье. Только не сказал что это. Старший почувствовал как тревога снова закрадывается в его сердце. Тень, омрачающая счастье? Это могло быть что угодно! -Не принимай все близко к сердцу, Тайя. Оракулы часто говорят загадками. Главное что в целом предсказание благоприятное. А тени... Они всегда есть, даже в самые светлые дни. Он обнял сестру крепче, стараясь передать ей свою уверенность. Тайя рассмеялась и ее смех наполнил покои теплом и светом. -Ты прав, брат. Главное, чтобы рядом были любимые люди. Тогда никакие тени не страшны. Я всегда буду рядом с тобой! Чтобы ни случилось. Помни это. А теперь расскажи мне о жемчуге для ожерелья. Я думаю, он должен быть цвета утренней зари. Юноша кивнул. Стал ведать о жемчуге, его переливах и оттенках, стараясь говорить легко и непринужденно, чтобы не выдать своих истинных чувств. Тень, омрачающая счастье... Что это может быть? Заговор? Предательство? Война? Или что то еще, более страшное и непредсказуемое? Когда Тайя ушла, Си-Амен снова подошел к окну. Нил по прежнему нес свои воды, безмолвный и величественный. -Воды Нила скоро закипят от твоего взгляда! Тот вздрогнул и посмотрел на Так-Шару, который будто из неоткуда явился. Что за привычка подкрадываться?! Слепой оракул улыбнулся, совсем из тени показываясь. -Все к празднику готовятся, а виновник торжества хмурее тучи. -Как ты здесь оказался? И что значит эта глупая фраза о кипящих водах? Оракул пожал плечами, словно слова его не имели значения. -Я вижу то, что скрыто от других. Вижу тревогу, грызущую твое сердце. Ты боишься будущего. Боишься за Египет, за свою семью... И твои страхи вполне обоснованы. Си-Амен чуть нахмурился. -Поиздеваться пришел? -Возможно и так. Мне скучно в этих стенах. Твой отец не отпускает меня обратно в пустыню! Я возмущен. Принц вздохнул. Ну вот опять. Отец захотел оракула при дворе, а страдают теперь все. Так-Шару лишь выглядел как юнец. На самом деле тот был бесконечно стар и мудр, как пески пустыни. И, к сожалению, характер его хорошим это не делало. Оракул пакостил другим от скуки. -Отец делает это из лучших побуждений. Он хочет, чтобы ты мог давать советы. Беловолосый глаза закатил. -Советы? Твой отец слушает только себя! И иногда старика Суфиса, когда звезды сойдутся. Дождетесь и я пожалуюсь Амону. Тогда будет что-то страшнее невоспианного принца. Си-Амен шумно вздохнул. -Говори уже что тебе нужно. Так-Шару вредно усмехнулся. -Мне? Мне ничего не нужно. Кроме свободы, разумеется. Но ты ведь не можешь мне ее дать, не так ли? -Я поговорю с отцом. Но не обещаю ничего. -Ну ну. Принц хмыкнул. -Мне послать за твоим любовником? Будто не знаю зачем ты на оазис обратно рвешься. Тот мелодично засвистел. -Мой цветок пустыни завянет от тоски, пока тут вас развлекаю! Я мог бы сейчас нежится в его объятиях! -О Боги... Да как Маду его терпит? Или у кочевников нервы железные? -Обычно. - Будто мысли его прочел. - Милые бранятся только тешатся. Людям простым не понять тех, кто живет больше положенного срока. -Да да. -Хотя, перспектива показать ему тут все мне интересна. Пусть узнает что такое роскошь. -Тогда угомонишься наконец-то? -Пока его не позовут или сам не приедет, я еще успею девок попугать лягушками. Тот фыркнул. Многовековое существо, а ведет себя как мальчишка! -Зачем ты вообще пришел? У меня дел по горло, знаешь ли. Подготовка к празднику, разбор жалоб. Мне твои шуточки сейчас как серпом по… Кхммм... -Сказал же что скучно. Развлекаюсь как могу. -Знаешь, если бы я не знал что ты способен разрушить город одним лишь щелчком пальцев, то давно выкинул отсюда за шиворот. Лучше бы помог с организацией праздника. Или хотябы перестал распугивать служанок. -О, я ранен в самое сердце! Неужели ты не видишь, что я пытаюсь внести немного хаоса в эту вашу предсказуемую жизнь? И потом, служанки сами виноваты. Нечего ходить без дела и подслушивать чужие разговоры! -Пххх... -Какая же ты зануда... Лучше схожу к твоей сестре старшей. Она хотя бы не ворчит как старая бабка. -Иди уже куда-нибудь! Так-Шару ухмыльнулся и скрылся в тени. Молодой дурачок. Так легко вывести из себя. Си-Амен выдохнул. Надо найти брата и поговорить с ним все же. Нун возмущенно брови вскинул. -Не учи меня что делать, брат. Если я захочу, то этот жрец сегодня же окажется в моих покоях. И ты ничего с тем не сделаешь! Си-Амен нахмурился. -Ты забываешь с кем имеешь дело. Жрец не простой смертный. Он приближен к Богам. Если ты причинишь ему вред, то Они разгневаются на нас всех. Тот хмыкнул. -Этот Исса просто не понимает что на самом деле ему очень повезло! Он бы без моего внимания мог так и остаться просто жрецом Тота. А я возвышу его, сделаю своим фаворитом! Разве это не дар с небес? Любой на его месте был бы счастлив. Си-Амен устало потер переносицу. Разговор с братом всегда отнимал много сил. Нун был импульсивен, своеволен и привык получать все что пожелает. -Ты думаешь только о себе, Нун. Видишь в людях лишь игрушки, способные удовлетворить твои прихоти. Исса – жрец. Человек веры, а не предмет для развлечений. Твои действия могут иметь серьезные последствия не только для тебя, но и для всего нашего дома. Подумай об этом прежде чем совершать глупости. Нун отмахнулся от слов брата, словно от назойливой мухи. -Ты слишком драматизируешь. Просто завидуешь моей удаче. Этот жрец – красавец, каких свет не видывал. И я намерен насладиться его обществом. А Боги… что Боги? Они далеко, а я здесь. И я решаю что хорошо, а что плохо! Старший вздохнул. Переубедить его практически невозможно. Брат был упрям, как осел, и привык поступать по своему. Оставалось надеяться, что Исса окажется достаточно мудрым и сильным, чтобы противостоять чарам Нуна. -Если не угомонишься, то я тебя выпорю. Или лучше отцу сказать о том какие увлечения завел? Младший фыркнул. -Ну попробуй. Погляжу на такое. Тот глаза закатил. О Боги, дайте сил! Угрозы бесполезны. Брат давно перерос тот возраст, когда отцовский гнев мог на него повлиять. К тому же, отец, ослепленный любовью к младшему сыну, скорее всего, просто отмахнулся бы от жалоб, посчитав их проявлением зависти. -Делай что хочешь, но помни мои слова. Твоя страсть может обернуться для тебя горьким разочарованием. Нун победно усмехнулся. -Как скажешь. Только не сердись. Я уверен что все будет хорошо. А Исса скоро сам приползет к нему на коленях. Как вообще смеет не желать его внимания?! Это бесило ужасно. Хотелось сорвать с него эти белые одежды, увидеть страх в глазах, сломить гордость. Доказать, что он, Нун, может получить все, что захочет. Столько ночей провел, представляя его на своем ложе. Это желание терзало изнутри, отравляло разум. Жаждал обладать Иссой, покорить его, заставить забыть о Богах и думать только о нем. Эта одержимость стала навязчивой идеей, затмевающей все остальное. Брат прав. Действительно видел в людях лишь игрушки. Но что с того? Разве не для этого дана ему власть? Привык брать то, что хочет, и никто не смел ему перечить. Этот жрец не станет исключением. Он отвернулся, всем видом говоря что разговор окончен. Старший головой покачал и вышел из его покоев. Что ж... Оставалось надеяться на лучшее. Но готовится к худшему. Нун подошел к окну и посмотрел на залитый солнцем город. Внизу кипела жизнь. Люди спешили по своим делам, торговцы выкрикивали заманчивые предложения. Но ничто не привлекало его внимания. Видел лишь Иссу. Его спокойное лицо. Взгляд, скрытый за пеленой благочестия. Он усмехнулся. Любил ломать чужую волю. Видеть как сопротивление сменяется покорностью. Это давало ему ощущение вседозволенности. Жрец станет очередным трофеем, доказательством его превосходства. Заставит его забыть о своих Богах, о своей вере. Наглец будет принадлежать только ему. Нун хлопнул в ладоши, призывая слугу. -Приготовь мои носилки. Мы едем в храм Тота. В его голосе звучала твердость и решимость, не оставляющая места для возражений. Улыбнулся, предвкушая скорую встречу. Эта игра обещает быть интересной. Когда носилки тронулись с места, Нун откинулся на подушки, закрыв глаза. Представлял как войдет в храм, как найдет Иссу и завладеет им. Эта мысль наполняла его волнением и возбуждением. Чувствовал себя охотником, преследующим добычу. И он не сомневался что в этот раз победа будет за ним. Сыну фараона принадлежит все, что есть на землях Египта.