Песнь о Красном Ниле. Тепло души

Эвтида проснулась с громких вздохом. Тело покрыла испарина, а руки слегка подрагивали. Она только что говорила с Анубисом, с самим стражем мертвых! «Боги, да что же это, — Эва устало прикрыла глаза. — Анубис говорил про покой Исмана, что не дает ему попасть в Иалу? И как я могу помочь ему?» Размышления Эвтиды прервал резкий запах, ударивший в нос. «Что-то горит?» Наспех одевшись девушка выбежала из палатки и…обомлела. — Нет! Горело ибу. Она бросилась к строению, которое жадно поглощал огонь. «Исман!». Без сохранности тела у души не будет возможности возродиться в загробном мире, а это значило, что Исман никогда не найдет покоя на полях Иалу, ка продолжит блуждать в «нигде». Как только Эва подбежала ближе и уже намеревалась зайти в пылающую ибу, цепкие руки схватили за запястья и потащили назад. Ливий. — С ума сошла, Эва? Ты же сгоришь. Друг оттаскивал брыкающуюся девушку все дальше от огня. — Нет! Нет! Его душа никогда не найдет покоя, Ливий! Я должна, должна спасти хотя бы что-нибудь. Эвтида горько заплакала. Об этом предупреждал ее Анубис? Она должна была оберегать Исмана, дать ему возможность обрести покой, но вместо этого, она до последнего надеялась поговорить с братом, чтобы узнать имя убийцы. Она сама забрала шанс у брата на спокойную загробную жизнь. Вдруг, среди языков пламени, девушка заметила силуэт. Или это от слез пространство исказилось, создавая мираж? «Нет, точно кто-то идет. Амен!?». Мужчина, едва передвигая ногами, медленно двигался в сторону выхода. Ливий, оставив девушку, стремительно бросился к эпистату. Закинув его руку себе на плечо, лекарь вывел обессиленного охотника из ибу. Эва побежала к ним. — Амен! Что ты… — она удивленно замерла, глядя на руку охотника, которой мужчина крепко обхватил алебастровый горшок, где, обычно покоились внутренности умершего. — Исман? «Через сах я могу попробовать помочь брату перейти в загробный мир». Как только эпистат сел на землю, девушка, забыв угрозы покровителя, взяла мужчину за руку. — Амен… — слезы хлынули из глаз с новой силой. — ты мог погибнуть…зачем же… Охотник, морщившийся от полученных ожогов, с трудом поднял руку к лицу девушки и грязным от сажи пальцем утер горячую слезу. Слабо ответил: — Если бы не я, сама бы бросилась, безрассудная моя. «Моя…— она мысленно повторила обращение охотника и, прикрыв глаза, прильнула щекой к его ладони». — Мой гос…, — Эва резко отшатнулась, напомнив себе про угрозы Сета. «Нельзя касаться его, нельзя». Охотник, заметив очередную отстраненность девушки болезненно сморщился. Не от полученных травм, а от тех душевных мук, что причиняла ему Эвтида. — Спасибо тебе, господин, век не забуду того, что сделал для меня. Ливий, убежавший за лечебными мазями, стремительно вернулся, намереваясь оказать помощь эпистату. Именитый лекарь аккуратно стал отдирать погоревшую ткань от кожи мужчины. Амен хмурился, но не издавал ни звука. Девушка, не выдержав подобного зрелища, повернулась к лекарю. — Чем мне помочь, Ливий? — Принеси воды из той реки, куда я тебя отводил. Эва кивнула и со всех ног понеслась выполнять поручение друга. Как только она подбежала к шатру, чтобы взять емкость для воды, мужская ладонь грубо накрыла ее рот. «!». Эва постаралась скинуть с себя чужую руку, но мужчина оказался сильнее. У самого уха девушка услышала до боли знакомый голос: — Не дергайся. Мне приказали доставить тебя живой, но не обязательно здоровой. «Рем». Эва испуганно заозиралась по сторонам, в то время, как наставник все дальше утаскивал свою жертву от лагеря. — Далеко собрался? Реммао резко обернулся, встречаясь с насмешливым взглядом Агнии. — Настолько любишь свою ученицу, что не страшишься гнева эпистата, черномаг? — девушка стояла в своем боевом облачении и едко улыбалась. — Ты… — наставник зло прорычал торговке и резко дернулся с Эвой в противоположную сторону, но там его уже встретил разъяренный эпистат. «Мой господин». Эвтида с жалостью смотрела на Амена: раны по всему телу еще кровоточили, обгоревшая ткань на некоторых местах все еще висела на теле. Кажется, охотник не замечал боли, его острый взгляд был направлен на черномага, который посмел посягнуть на его неферут. Пусть Эва отталкивает его, но он никому не позволит причинить вред той, кого любил всей душой. — Отпусти ее, — голос эпистат едва подрагивал от напряжения. — отпусти и тогда я убью тебя сразу. Девушка почувствовала, как рука наставника нервно дернулась и переместилась ей на волосы. Грубо схватив их, мужчина оттянул на себя, чтобы Эва закинула голову. В следующую секунду жилки на шее коснулся холодный клинок. Краем глаза Эвтида заметила подоспевшего Ливия, который с ужасом вгляделся в лицо подруги. Она едва заметно дернулась, и острие сильнее придавило кожу, не давая даже сглотнуть. — Не двигайся, Эва, — скомандовал Амен. — Зачем она тебе? — обеспокоенно подал голос Ливий. — Для свободы, — тут же ответил Реммао, — он двинулся назад, все также придерживая Эву за волосы. Девушка пятилась, боясь оступиться, ведь любое движение причиняло сильную боль в области шеи. — Р-рем… — хрипло выдавила Эва. — Заткнись. — зло прорычал наставник на ухо девушки. — скажи своей шавке отойти, иначе я прирежу ее. — приказал он дрожащим голосом, глядя на охотника. Амен молча посмотрел на Агнию. Та, презрительно поджав губы, отступила. Ей не хотелось навлекать на себя гнев эпистата за непослушание, но больше всего подруга искреннее не желала, чтобы Эве причинили вред. Путь был свободен, поэтому Рем неторопливо продолжил пятится спиной к открытой пустыне. — Г-где Р-реймс? Рука мужчины дернулась. — Не могу найти.. — голос сорвался на хрип. Эвтида точно выцепила нотки паники и отчаяния. — словно в землю провалился. — тихо закончил наставник, продолжая отступать. — Р-рем, пожалуйста, я.. — Нет, Эва, ты принесешь мне свободу, а после я найду брата. Мы скроемся за территорией Египта, начнем все заново. — мужчина тороторил, повторял, словно мантру, как обезумевший. Он искренне верил в то, что в скором времени его невовольная служба закончится, и он найдет младшего брата. Амен, крепко держа клинок у руке, медленно следовал за мужчиной. За все бои и преследования, эпистат никогда не чувствовал себя таким слабым и беззащитным. Всегда безжалостный и суровый охотник, сейчас же – уязвимый влюбленный мужчина. «Я должен что-то сделать, должен…». Эпистат не успел закончит мысль. Его внимание привлекло большое песчаное облако. «Буря». Эвтида в ту же секунду почувствовала спиной приближение чего-то темного и разрушительного, жестокого и могучего, запретного. То, что пробуждало в душе все негативные и сокрушительные эмоции, после которых оставался привкус больного удовлетворения от вырвавшегося хаоса. «Сет». Секундное облегчение сменилось страхом и тревогой. «Если они встретятся с Аменом.. что будет…как…». — Исфет... — наставник остановился, заметив непогоду. Сильный ветер разметал песок, который больно оцарапывал кожу. Ткани одежды истерично метались, наровясь слететь с тела. Амен и остальные тем временем приблизились к Реммао. — Буря убьет тебя, глупец. — зло выкрикнула Агния, стараясь перекричать сильный ветер. Обычно безмятежная и веселая девушка вмиг стала серьезной и готовой в любую секунду броситься на противника. — Пусть лучше я стану жертвой бури, чем… — испытаешь гнев Саамона? Едва наставник успел испугано обернуться, на его голову обрушился посох Сета. Обездвиженный мужчина упал на землю, утаскивая за собой Эву. В последний момент сильные руки божества успели бережно придержать девушку. Она неосознанно обхватила руками шею покровителя, страшась удариться о землю. — Господин! — Эва испугано выдохнула, когда лицо Сета оказалось слишком близко к ней. — Моей шезмочке снова нужна помощь? — мужчина весело хмыкнул, заметив расползающуюся краску по ее лицу. В следующую секунду Эва стояла на ногах, и, обернувшись, она заметила, как за ее спину со всей враждебностью взирал эпистат. — Кто ты? — Амен сделал угрожающий шаг, напряженно наблюдая за действиями незнакомца. Девушка не дышала. Быть хуже просто не могло. На глаза навернулись слезы. Амен увидел испуг на ее лице. Нахмурился сильнее. — Кто он, Эвтида? Сет расплылся в приторной улыбке. Ему явно доставляло удовольствие развернувшееся представление, где он занимал ключевую роль. — Да, Эме, расскажи про НАС, — на последнем слове рука Бога скользнула по бедру девушки, касаясь украшения, которое он ей подарил в ту ночь, когда назвал себя. «Вот от кого подарок», — подумал Амен и перехватил кинжал сильнее. — Это тот, кого Эвтида зовет своим господином? — А это тот, кого она перестала так называть?  — Сет вернул охотнику его колкость, с наслаждением впитывая его ярость. Бог чувствовал, как бешенство стремительно скопилось внутри охотника, норовясь выйти наружу разрушительным вихрем. Охотник отлично питал бога хаоса своими эмоциями. — Подойди ко мне, Эвтида, — строго приказал эпистат. Девушка тут же двинулась в его сторону. — Стой на месте, Эме, — взгляд Сета полыхнул огнем, обещая неприятности, если она посмеет ослушаться своего покровителя. Эва остановилась между двух мужчин: таких разных, но по-своему дорогих ее сердцу. «За что Исида так жестока ко мне?[1]». Ситуацию спас Ливий, который, взяв Эвтиду за руку, привлек ее к себе. — Я предлагаю успокоиться и все обсудить. Убить друг друга всегда успеете. Но мужчин, чьи сердца занимала одна и таже девушка, было не так просто успокоить. Амен двинулся в сторону Сета, крепко перехватив свой кинжал. — Какую цену просишь за ее долг? Назови и я расплачусь с тобой. Сет весело рассмеялся и двинулся навстречу, ловко вращая своим посохом. — Хочешь выкупить эту милую шезмочку, охотник? — Эва – не вещь, — сквозь зубы процедил Амен. — Конечно, нет, но Эме-моя, и лишаться такой хорошенькой слуги я не намерен. — глаза Сета вновь полыхнули огнем, и в этот самый момент разъяренный охотник кинулся на противника, замахиваясь кинжалом. Эва испуганно вздохнула, когда Амен рассек воздух в паре сантиметров от лица покровителя. Сет, с предвкушающей улыбкой, увернулся и в следующую секунду нанес сильный косой удар посохом, который Амен успешно отразил. «Амен ранен, но бьется из последних сил. Я должна помешать, он не знает, с кем имеет дело». Агния все это время внимательно следила за боем. В любую секунду она была готова кинуться на помощь эпистату, если это потребуется. Амен, наученный вечными битвами наносил безжалостные удары по противнику. Сет, имея божественную силу, без труда отбивал каждый выпад охотника. Через какое-то время Эвтида все же с ужасом отметила, что покровитель с каждым ударом становится медленнее, а туда, куда приходился удар Амена - оставался кровоподтёк. «Сет слабеет. Надо что-то сделать!» Эва, молясь всем богам, чтобы ее не зашибли, выбежала в самый центр битвы и, протиснувшись между мужчинами, закрыла руками голову. В глазах обоих одновременно отразился испуг. Их оружия-посох Сета и кинжал Амена - схлестнулись прямо над макушкой девушки, едва не задев ее. — Эва! - Ливий только сейчас догнал подругу и, схватив ее за руку, вытащил из перекрещенных орудий. — Да что же за бедовая госпожа! — Перестаньте, прошу вас, — Эвтида прошептала дрожащим голосом, посмотрев на Амена, а следом на своего покровителя. — мы можем все обсудить, без крови…. Пожалуйста, — на последнем слове Эва снова посмотрела на Сета, обращаясь именно к нему. Бог, утерев тыльной стороной ладони кровь с губы, весело хмыкнул: — Мы ведь только размялись, шезмочка. — мужчина посмотрел на Амена. — правда, охотник? Эпистат, тяжело дыша и слегка морщась от каждого движения, сухо ответил: — Размялись… не плачь, Эва. Больше не смей выбегать в центр драки, поняла? — охотник строго, но с долей нежности посмотрел на девушку. — Поняла, господин. Сет раздраженно вскинул бровь, но этого никто не заметил. — Поухаживаешь за мной, Эме?

***

В лагере наступила непривычная тишина. Амен сидел с одной стороны костра, глядя немигающим взглядом на Сета. Тот, в свою очередь, с задорным прищуром взирал на охотника в ответ. Ливий обрабатывал раны охотника, в то время, как Эва промывала ссадины и порезы на теле покровителя. Спиной она четко ощущала пристальный взгляд Амена. — Испугалась, шезмочка? — немного подавшись вперед, тихо спросил покровитель. Эва подняла тяжелый недовольный взгляд. — Когда ты так смотришь, Меренсет, в моей голове сразу зарождаются непристойные мысли. Боюсь, что однажды не сдержусь. — Сет нагло улыбнулся и перехватил запястье Эвы. — Есть силы шутки шутить, господин? — она с укором посмотрела на мужчину и, высвободив руку, продолжила обрабатывать ссадину на его скуле. — На тебя всегда найдутся, шезмочка. — Сет, заметив внимательный взгляд охотника, который был прикован к Эве, недобро усмехнулся. — Ты была послушной девочкой, Эме? — рука покровителя коснулась волос девушки, закрутив локон на палец. — Господин… — Эвтида обернулась сторону эпистата и сразу столкнулась с разъяренным взглядом охотника. Резко обернулась обратно. — Зачем ты провоцируешь его? Сет продолжил играть мягкими локонами девушки и лениво ответил: — В нем столько ярости, что пяти минут нахождения с ним хватит, чтобы наполнить меня. Эвтида коснулась пропитанной спиртом тряпкой пореза на лбу мужчины и заметила: — Твои силы. Они… — Иссякают, все так. — То есть, ты скоро станешь человеком? — У тебя есть на меня планы, Меренсет? — с лукавой улыбкой ответил вопросом мужчина. — Нет…нет… просто, как ты будешь жить обычной жизнью, помня, кем был когда-то? Задорное Сета настроение тут же улетучилось. — Не каждый человек выдержит тех знаний, что скопились за вечность. Поэтому некоторые боги, чей культ ослаб, забывают свою божественную жизнь. — Некоторые? Сет устало вздохнул, словно, объяснял очевидное неразумному ребенку. — Верно. Кто-то из богов помнит свою вечную жизнь отрывками. Иногда она приходят во снах. Эвтида, удивленная откровением, с жадностью поглощала новую информацию. — То есть… любой из нас может оказаться богом, который когда- то лишился культа? Покровитель как никогда внимательно вгляделся в глаза девушки. Казалось, он изучал ее душу, но отвечать на вопрос не стал. — Давай, шезмочка, собирай друзей, потолкуем.

***

Пятеро сидело вокруг костра. Кому расскажешь – не поверит: могущественный бог красной земли, его слуга-шезму, два охотника на черномагов и именитый лекарь – славная компания. Абсолютно разные, но схожие в одной единственной цели- найти Саамона Хемсета. — Предлагаю обсудить дальнейшие действия, думаю, мы все можем найти компромисс, не убивая друг друга — дипломатично начал Ливий. Эвтида благодарна посмотрела на друга. Тот кивнул ей в ответ. — Ливий прав, мы можем работать вместе, а не порознь, ведь цель у всех одна, — осторожно начала Эва, пробегаясь по-каждому взглядом. — Предлагаешь объединиться? — скептически заметил Амен, — какой толк от него? — эпистат кивнул в сторону Сета, одаривая того презрительным взглядом. Бог же ответил на вопрос самодовольной улыбкой. — Считаешь, что я бесполезен, охотник? — Сет подкинула ветки в костер и продолжил. — Что, если я скажу, что нашел того, кого ты ищешь? Повисла тишина, нарушаемая треском костра. Удивленные лица вытянулись в немом вопросе. «Господин нашел Саамона, но где…как?». — Ты? Нашел? — поддался вперед Амен. — я ищу этого поганого черномага более десяти лет, сколько тебе понадобилось времени? — Около двадцати, — равнодушно ответил мужчина, продолжая подкидывать ветки в костер. Для всех, кроме Эвы, знающая о божественной сущности покровителя, это заявление было удивлением, ведь Сет выглядел лет на тридцать, не мог же он искать Саамона с десяти лет? «Он не просто человек, есть в нем что-то черное и мощное, что он пытается скрыть». — думал про себя Амен, но вслух только спросил: — И где он скрывается? Ухмылка бога стала шире. — Это значит, ты принимаешь предложение нашей милой шезмочки, охотник? Эпистат мельком глянул на Эву и вернул незнакомцу уверенный взгляд. — Приму, если назовешься. Сет послал хитрую ухмылку подопечной, которая с надеждой взирала на него, и тут же ответил, продолжая смотреть ей в глаза: — Мое имя Аш. — Аш…, — Амен повторил имя и внимательно в очередной раз оглядел незнакомца. — Как же ты нашел Саамона Хемсета, Аш? Сет опрокинул кружку с хеком, который разлила всем Агния. — Я много странствую, поэтому имею связи. Наш черномаг в столице, он приближен к фараонской власти. — ответил бог. Амен кинул взгляд в сторону Ливия, который обеспокоено внимал словам Сета. Догадка охотника о том, что Саамон находился в верхах, подтвердилась, поэтому он утвердительно кивнул. — Я знал, что он там. Собирались выдвинуться с столицу, как только Эва поговорит с Исманом. Сет согласно кивнул. — Не стоит…он уже выдвинулся в нашу сторону сам, — спокойно заметил бог, игнорируя удивленные взгляды остальных. — Сам? С чего ты взял? И как мы можем верить тебе? — подала голос Агния, до этого отстраненно очищающая свое оружие. Сет равнодушно кивнул в сторону Реммао, который уже в сознании связанный сидел у повозки. — Он приказал ему привести Эву. Реммао, услышав, что разговор зашел про него, злобно нахмурился. Амен кивнул, понимая, к чему клонит Сет. — Хочешь сделать хорошо-сделай сам, — тихо заметил эпистат. — Зачем ему Эва? — Узнаем, — неоднозначно ответил покровитель, и Эвтида нашла это подозрительным. «Хотел убить Амена за то, что он тоже искал Саамона, а теперь согласен на союз? С чего бы мнение Сета так резко изменилось?» Но в слух она, конечно, же ничего не спросила, боясь нарушить то хрупкое перемирие, которое им удалось установить. — Черномаг не явится в одиночку, — предположил эпистат. — у него есть армия? Последователи? К чему нам стоит готовится? Все обратили взор к Сету, который немигающим взглядом смотрел на огонь. Казалось, мужчина прибывал в собственных мыслях и даже не расслышал вопроса, но на самом деле, он тщательно подбирал слова, чтобы объяснить смертным, что их всех ждет возможная смерть. — Ты прав, охотник, мой слуга не глуп, чтобы заявится в лагерь в одиночку. У него есть и последователи и армия, что превышает по численности и мощи твой охотничий отряд. Амен недовольно вскинул бровь. — Я сам лично отбирал воинов в свою команду. Все они – сильные и опытные бойцы, недооценивай их. Сет, продолжая смотреть в огонь, слабо кивнул. — Тогда собирай их всех, охотник, ведь то, что нас ждет будет страшнее, чем ярость Сехмет[2].

***

После скромного ужина у костра, все разбрелись готовится к осуществлению плана: Агния на рассвете отправится с письмом Амена в поселение, где отдаст приказ охотникам прибыть в лагерь для встречи с врагом. Сам эпистат же останется рядом с Сетом, и они вместе будут готовится к приходу Саамона и его армии. Ливий же подготовит шатер со всем необходимым для оказании помощи охотникам. А Эва… «Просто не мешай, — проворчала про себя девушка». Ее задевало то, что каждый был при деле и приносил пользу в общее дело, а она? Несмотря на разногласия и враждебность между Аменом и Сетом, в одном они сошлись точно – Эвтиде не место на поле боя и в лечебной палатке, где будет полно крови раненных мужчин и, возможно, мертвых тел. Она намеревалась напроситься с Ливием, чтобы помочь ему организовать палатку и собрать нужные травы для отваров или мазей. «Должна же я хоть что-то сделать». Эва подошла к берегу и, зачерпнув прохладной воды в сведенные ладони, ополоснула лицо. «Исфет, как хорошо..». Жара стояла изматывающая, поэтому сейчас, когда Ях вошел в свои владения, поднимаясь в черном ночном небе, прохлада дарила невероятное удовольствие. Эвтида решила ополоснуться. Стянув с себя легкие ткани она медленно вошла в воду, погружаясь с головой. Здесь, под толщей воды, была такая тишина, что выныривать назад не хотелось. Казалось, если спрятаться от мира под водной гладью, все проблемы, обязанности, тревоги уйдут, оставив после себя долгожданное умиротворение. Но легкие начинали гореть от недостатка кислорода, поэтому Эва вынырнула, сделав жадный вздох. Капли торопливо сбегали по волосам и лицу девушки, оставляя после себя влажные дорожки. Эвтида провела ладонями по лицу, стирая их, и открыла глаза. — Ах, господин?! Перед ней на берегу сидел Сет. Мужчина, как и в первую их встречу, подобрался бесшумно к уязвимой ноготой девушке. — Резвишься, шезмочка? Эва опустилась в воду по шею и недовольно ответила: — Что еще остается, если для меня дела все равно нет? Мужчина весело хмыкнул. — На поле битвы ты не помощница, как и в палатке у лекаря. Уверен, найдешь, чем заняться, пока мы с остальными бьемся с Саамоном. Эва недовольно вздохнула и посмотрела на алебастровый кувшин с высушенными внутренностями Исмана. Пока все занималась приготовлениями, она хотела попробовать связаться с душой брата, ведь завтра будет совсем не до этого. Мужчина проследил за ее взглядом и вопросительно выгнул бровь. — Что это? — Это внутренности Исмана – все ,что успели спасти в пожаре ибу. Сет нахмурился. — Сама в огонь полезла? Девушка отрицательно мотнула головой. — Амен вытащил. Бог раздраженно цыкнул. — Охотник неоднозначен: то истребляет все, что связанно с черной магией, то способствует установлению контакта. Эвтиде не понравились слова покровителя, поэтому она поспешила заступиться за эпистата. — Он знает, что для меня это важно, поэтому… Сет поднял ладонь, призывая к молчанию. Девушка тут же повиновалась. — Напрасный риск, внутренности не помогут тебе призвать душу. Эву окатило холодной водой. Она только обрела надежду, только поверила в то, что сможет установить связь с братом и помочь найти ему покой в загробном мире. — Но… — Нет, Меренсет, Исман во власти Анубиса, и душа твоего друга без тела будет вечно бродить по коридорам стража. «Он врет, врет. Должен быть способ». Девушка принялась размышлять, оставаясь по шею в воде. Она не замечала холод и пробежавшие мурашки от прохладной воды. — Выходи, замерзла уже, — Строго приказал Сет, поднимаясь с песка и отворачиваясь от девушки. Эва только сейчас услышала стук собственных зубов, поэтому поспешила выйти из воды и одеться в чистые вещи. Легкая хлопковая ткань сделалась прозрачной и прилипла в некоторых местах к мокрому телу. Сет обернулся и пробежался по девушке внимательным взглядом, задерживаясь на тех местах, где прилипала ткань. — Красиво, — мужчина медленно двинулся в сторону Эвы. — старалась смыть запах охотника с себя, Меренсет? Девушка растеряно отступила назад. — Я не… — Знаю… чувствую, — Сет подошел вплотную к подопечной и наклонился к ее шее. Он глубоко вдохнул, едва касаясь кончиком носом ее чувствительной кожи — ты была послушной девочкой, Эме. Она прикрыла глаза. Как это всегда и было, жар, исходящий от покровителя, согревал и запускал волну приятных мурашек по всему телу. Сет провел пальцами по талии девушки, задевая влажную ткань. — Господин, — одними губами прошептала Эва. Она старалась не реагировать на близость покровителя, но тело всегда предательски отзывалась на его прикосновения: жаркие, требовательные, такие чувственные. — Скажи, моя Меренсет, чего ты хочешь? — Сет прошептал на ухо девушки и слегка прикусил мочку уха. Образы в голове смешались: холодный и прозрачный взгляд строго эпистата, дарившего ощущения защиты и любви и яркие огненно-красные волосы ее покровителя, который при каждой встречи доводил ее до исступления. В висках у Эвы сильно запульсировало. Выбор же был очевиден. Или нет? Она не могла выбрать между ними: оба разные, оба нужные. Каждый занимал в ее сердце особое место. Но Амен… Эва подняла на Сета полный нежности и надежды взгляд. — Ты говорил, что хозяин ты справедливый, и те, кто верно служат тебе, не обижены, господин, — Эва легким движением руки сняла с себя набедренное украшение и протянула мужчине. Тот вмиг поменялся в лице, а его глаза стали ярче от подступающего гнева. Эва провела ладонью по его щеке, и могучий бог, сам того не замечая, успокоился и принял украшение. — я прошу свободы, Сет. Вот так она первый раз назвала его по имени. Мужчине показалось, что вся прожитая вечность в один миг обрушилась на его плечи. Сможет ли он жить без этой неферут? Не то что бы жить-существовать? Среди всех женщин, что были у бога, только эта так сильно заставляла биться древнее сердце божества. Мужчина сжал в руках украшение, превращая его в песок. — Я дам тебе вечную жизнь, Эме, все, чего только пожелает твоя душа — он склонился к губам девушки так, чтобы она ощутила на себе его дыхание.  Эва закрыла глаза. Уже привычная дымка приятно заволокла ее сознание. Так действовал на нее бог ярости и страсти. — Мне не нужна вечность без него, — Эвтида давно перестала боятся гнева Сета, поэтому уверенно обвила его шею руками и нежным поцелуем приникла к его щеке. — я люблю его, господин. Грудь мужчины  стала вздыматься чаще, желание превратить весь мир в пепел обрушилось на него неконтролируемой силой. Сет резко отстранился, хватая Эву за запястья. — Если я скажу, что ты была моей женой? Что я обладал тобой почти каждую ночь, а твои стоны были слышны на весь Верхний Египет? — Сет склонился ближе к удивлённому лицу девушки и сквозь зубы процедил. — если я скажу, что ты предала меня и понесла ребенка от моего брата? И это дитя - повелитель Дуата, хранитель душ? — Анубис? — она испуганно отшатнулась. — Нет, я бы никогда не предала… Сет раздраженно дернул щекой, приближаясь к лицу Эвы еще ближе. — Ты мыслишь, как человек, Меренсет. Боги беспринципны и жестоки, нам не присущи многие людские чувства. Эва постаралась вывернуться из цепких рук, но покровитель держал крепко. Он не делал больно, держал аккуратно, но девушка знала, что Сету стоило немалых усилий, чтобы не сжать пальцы сильнее. — Нет, этого не может быть, — она перестала брыкаться и, нахмурившись, посмотрела на мужчину. — Я всего лишь ношу твоя имя, но я не та Нефтида, что делила с тобой вечность. Это невозможно! Сет привлек к себе девушку за талию и грубо схватил за шеки. — Тогда смотри, Нефтида, какая вечность у нас была. — глаза Бога полыхнули огнем и Эва, поглощённая рубиновым сиянием, провалилась в воспоминания прошлой жизни. [1] Исида – богиня судьбы. [2] Сехмет — богиня палящего солнца и яростной мести, которая извергает пламя на всех, кто заслуживает наказания. В одном из мифов она не сумела утолить жажду крови в конце битвы и впала в такое безумство, что устроила тотальный геноцид, из-за чего Египет был почти опустошён. Чтобы остановить Сехмет, боги наполнили озеро пивом, по цвету напоминавшим кровь. В итоге богиня отказалась от массовой резни и была вынуждена вернуться к Ра.