Муза

-Нет, категорически нет. -мужичина в строгом узком костюме сидел за лакированным дубом стола.- Мистер Критерн, ваши стихи, простите за откровенность, несуразны. Мы не можем напечатать ни одну строчку. Их попросту не будут читать! -Парень по другую сторону стола раздраженно сжал в руке дерево мебели. Он сказал сквозь стиснутые зубы: -Я писал это по всем правилам, которые вы, Мистер Паттерсон, мне любезно высказали. И я не имею представления, какие гениальные произведения я должен строчить, чтобы попасть в ваше чёртово издание!-Паттерсон медленно выпрямился, вставая с кресла, сжимающего его большие бока, и плюя в лицо парня во время речи, сказал: -Попридержи свой язык, щенок. Наша газета славится на всю Англию, и мы не будем заставлять наших земляков читать убогое нытьё страдающего депрессией поэта! Если вас, конечно, можно так назвать… -Критерн возмущённо отвечал: -Ей богу, Мистер Паттерсон! Не делайте вид, что вам есть дело до людей! Тем более, какого черта вы считаете, что я страдаю депрессией?! -Паттерсон резко выпрямился на встречу Критерну, чуть ли не касаясь его лба, и прошипел: -По стихам уже все понятно! По. Сти. Хам! Вам лучше выбросить всю эту дурь о природе из головы и начать писать произведения, которые будут давать гожий доход!- он вновь уселся в своё кресло- попробуйте писать о страсти, любви, желании! Знаете, сколько дам побегут покупать книги со своими сумочками и крысами на поводках… -Вернее, собаками…  -Какая разница? Тут и дам этих сложно назвать людьми! Но дело в том, что книги на тему любви будут давать горы денег! Горы! Тут нет место птичкам и лесам, народ хочет страсти! И поверьте мне, пока вы не напишите хотя бы одну такую книгу, я ничего не буду печатать из вашего… портфолио. --Нет, категорически нет. -мужичина в строгом узком костюме сидел за лакированным дубом стола.- Мистер Критерн, ваши стихи, простите за откровенность, несуразны. Мы не можем напечатать ни одну строчку. Их попросту не будут читать! -Парень по другую сторону стола раздраженно сжал в руке дерево мебели. Он сказал сквозь стиснутые зубы: -Я писал это по всем правилам, которые вы, Мистер Паттерсон, мне любезно высказали. И я не имею представления, какие гениальные произведения я должен строчить, чтобы попасть в ваше чёртово издание!-Паттерсон медленно выпрямился, вставая с кресла, сжимающего его большие бока, и плюя в лицо парня во время речи, сказал: -Попридержи свой язык, щенок. Наша газета славится на всю Англию, и мы не будем заставлять наших земляков читать убогое нытьё страдающего депрессией поэта! Если вас, конечно, можно так назвать… -Критерн возмущённо отвечал: -Ей богу, Мистер Паттерсон! Не делайте вид, что вам есть дело до людей! Тем более, какого черта вы считаете, что я страдаю депрессией?! -Паттерсон резко выпрямился на встречу Критерну, чуть ли не касаясь его лба, и прошипел: -По стихам уже все понятно! По. Сти. Хам! Вам лучше выбросить всю эту дурь о природе из головы и начать писать произведения, которые будут давать гожий доход!- он вновь уселся в своё кресло- попробуйте писать о страсти, любви, желании! Знаете, сколько дам побегут покупать книги со своими сумочками и крысами на поводках… -Вернее, собаками…  -Какая разница? Тут и дам этих сложно назвать людьми! Но дело в том, что книги на тему любви будут давать горы денег! Горы! Тут нет место птичкам и лесам, народ хочет страсти! И поверьте мне, пока вы не напишите хотя бы одну такую книгу, я ничего не буду печатать из вашего… портфолио. -Паттерсон выделил последнее слово пренебрежительным французским акцентом. Критерн тихо выругался и сказал с отвращением: -А на мое мнение вам плевать, не так ли? -Так ли. -удивительно спокойно ответил Паттерсон- вы не уважаемый джентельмен, чтобы иметь своё мнение. Вы лишь часть того быдла, которым управляют газеты и сигареты. Смиритесь со своим статусом, не будь героем, когда от тебя этого не ждут! -Критерн фыркнул и буркнув прощание вышел из кабинета.