Магия Арии

На следующий день Ария и Дафна сидели в библиотеке, выполняя домашнее задание. Библиотека была наполнена тихим шелестом страниц, легким стуком пера и приглушенным шепотом. Это было одно из любимых мест Арии, здесь она чувствовала себя спокойно и могла сосредоточиться. Вдруг тень легла на страницу. Снегг подняла глаза и увидела, что напротив её стола стоит мальчик, намного выше её и явно старше. Он был симпатичным, с добрыми, ясными глазами и копной каштановых волос. На его мантии виднелась эмблема Пуффендуя. Ему можно было дать лет четырнадцать-пятнадцать. — Извините, — сказал он, его голос был мягким и вежливым. — Не против, если я присяду напротив? Тут больше нет свободных мест. Ария огляделась. Действительно, библиотека была довольно полна. Девочки одновременно кивнули и парень сел напротив них с двумя книгами в руках. — Меня зовут Седрик Диггори, — сказал он, протягивая руку. Его улыбка была искренней. Ария на мгновение замерла. Она наблюдала, как Гринграсс пожала ему руку и Снегг сделала тоже самое. — Я Дафна, а это Ария Снегг. Седрик кивнул, его улыбка не исчезла. Он смотрел только на Арию. — Я хотел выразить своё восхищение. Несмотря на то, что ты слизеринка, ты всё равно крикнула о том, что с метлой Гарри Поттера что-то не так. Я сам играю в квиддич и люблю честную игру. Ария почувствовала легкое неудобство от похвалы. Она не любила быть в центре внимания. — Я просто переживала за однокурсника, — тихо произнесла она. — Ты молодец! — сказал Седрик, его глаза блеснули уважением. Ария смутилась, слегка опустив взгляд. — Позволь мне просто сказать, что это было очень храбро и очень умно. Мы, пуффендуйцы, ценим такие качества, — Диггори кивнул ей, словно подтверждая свои слова, и затем, не настаивая на продолжении беседы, открыл свою книгу, погружаясь в чтение. Ария почувствовала легкое удивление. Он не пытался завязать долгий разговор, не выпытывал подробности, не был навязчивым. Он просто выразил свое признание и оставил её в покое. Это было приятно. Дафна незаметно тыкнула Снегг и улыбнулась ей, перекидывая хитрый взгляд на Седрика. Ария отрицательно покачала головой, а Гринграсс широко улыбнулась и закивала. К их столу подошёл парень того же возраста как и Диггори. — Седрик, ты чего с малышами сидишь? Пойдём, там Трендес уже всё подготовил. — Хорошо. Надеюсь, что ещё увидимся, Ария и Дафна. Седрик ушёл, а Гринграсс схватила подругу за руку и сжала её. — Мерлин, вы бы так мило смотрелись вместе! — Дафна, мне одиннадцать, — испуганно ответила Ария. Она была в шоке с реакции подруги. К ним подошёл Забини. — Девочки, я повсюду вас ищу. Скоро ужин, а вы в библиотеке засиживаетесь. — Блейз, спаси меня от этого безумного взгляда, — Снегг кивком показала на Гринграсс. — Дафна, у тебя инсульт? Ты чего такая весёлая? — К нашей Арии старшекурсник подошёл познакомиться. Он так мило разговаривал с ней и сказал, что она молодец. Он говорил по поводу прошлой игры. Забини присвисинул и оценивающе взглянул на Снегг. А потом покачал головой и скрестил руки на груди. — Не-а, пусть поборется со мной. Я Арию первый выбрал, — засмеялся Блейз. — Да ну вас обоих, — закатила глаза девочка, выходя из библиотеки. Дафна весь оставшиеся вечер говорила про Диггори, даже перед сном она сказала. — Спокойной ночи, Ария. Пусть тебе приснится принц Седрик, который уносит тебя в ваш замок. Снегг кинула в неё подушку и продолжила читать. Она читала до полуночи, пока все не уснули.

***

Вечерний свет, проникающий сквозь окна спальни Слизерина, был уже не таким зелёным, как днём. Он становился более мягким, серебристым, отражаясь от водной поверхности озера. Ария стояла напротив большого старинного зеркала в тяжёлой серебряной раме, которое висело в их комнате. Она смотрела на своё отражение, внимательно, почти изучающе. В отличие от других девочек её возраста, которые могли часами разглядывать себя, причёсываться или примерять одежду, Ария редко уделяла внимание своей внешности. Но сейчас, после всех событий ей вдруг захотелось взглянуть на себя, как на что-то новое, неизвестное. Её волосы. Они были глубокого чёрного цвета, густые и вьющиеся, спадающие крупными, непослушными локонами чуть ниже лопаток. Даже после строгого школьного дня они сохраняли свою природную живость, обрамляя лицо, словно тёмное облако. Она провела пальцами по одной из прядей, ощущая её мягкость и пружинистость. Ноздри её маленького, аккуратного носика слегка подрагивали, когда она глубоко вдыхала, пытаясь успокоить внутреннее напряжение, которое всегда немного присутствовало. Нос был изящным, тонким, совершенно невыразительным. И глаза. Это было то, что всегда привлекало внимание других. Небесно-голубые. Яркий, чистый оттенок, словно кусочек ясного летнего неба, заключённый в лице. Они резко контрастировали с чёрными волосами, создавая поразительный, почти неземной эффект. В них всегда читалась какая-то скрытая глубина, серьёзность, не по годам мудрость. Сейчас, в зеркале, Ария видела в них не только этот глубокий голубой цвет, но и отблески той невидимой силы, которая жила внутри неё. В эти моменты они словно искрились, выдавая её внутренний мир, который она так тщательно скрывала от посторонних. Она видела на своём лице некую бледность, присущую ей с рождения. Кожа была светлой, почти фарфоровой. В чертах не было детской пухлости, только тонкость и некая острота, придающая ей вид мыслителя, наблюдателя.

***

Первые лучи солнца, хоть и приглушённые толщей озера, уже проникали сквозь окна, окрашивая комнату в привычные зелёные и золотистые оттенки. Ария проснулась второй. Дафна уже собранная, сидела за столом и беззвучно повторяла тему по трансфигурации. Третьей проснулась Миллисент Булстроуд. Её тяжёлый вздох и кряхтение, когда она ворочалась на кровати, затем громкий зевок, были первыми звуками, нарушившими тишину. Вскоре за ней последовала Трейси Дэвис, которая, в отличие от Миллисент, пробуждалась с лёгким бормотанием и сонным хихиканьем. Девочки по очереди занимали ванную комнату, которая была общей для их спальни. Ария, как всегда, была одной из самых быстрых. Она умылась холодной водой, пытаясь отогнать остатки сна, и внимательно расчесала свои непослушные чёрные кудри, которые упорно не хотели ложиться идеально. Надев свою зеленую мантию, Ария почувствовала знакомую тяжесть и прохладу ткани. Дафна уже ждала у двери, её светлые волосы были аккуратно уложены, а мантия сидела безупречно. Трейси, как обычно, немного опаздывала, торопливо застёгивая пуговицы. Миллисент уже вышла вперёд. — Готова? — спокойно спросила Дафна, глядя на Арию. — Да, — кивнула Ария, её голос был низким и ровным. Они вышли из спальни, присоединившись к потоку других слизеринских первокурсников, направляющихся в Большой зал на завтрак. Блейз Забини уже ждал их у входа в коридор, ведущий к выходу. Он поздоровался с Арией и Дафной и они втроём пошли в зал. Завтрак в Большом зале был шумным. Пахло жареным беконом, тостами и тыквенным соком. Ария села за стол Слизерина, автоматически выбирая место между Дафной и Блейзом. Она наполнила свою тарелку овсянкой и налила себе сок. За завтраком она, как всегда, больше наблюдала, чем говорила. Она видела, как профессор Снегг сидит за столом преподавателей, его лицо было таким же непроницаемым, как всегда. Когда завтрак подошёл к концу, студенты начали расходиться на свои первые уроки. У Арии сегодня были трансфигурация, заклинания и зельеварение. Сегодня она очень устала и решила отдохнуть сидя в кресле в общей гостиной. Но видимо ей не суждено посидеть в тишине и спокойствии, потому что к ней подошёл староста. — Снегг, твой отец зовёт тебя в свой кабинет. Ария почувствовала знакомое лёгкое напряжение. Она не часто разговаривала с Северусом вне уроков. Она кивнула старосте, закрыла книгу и направилась по знакомым коридорам к кабинету зельевара. Дверь кабинета Снегга была приоткрыта. Ария постучала, и изнутри послышалось сухое «Войдите». Она вошла, и дверь за ней тихо закрылась. Кабинет, как всегда, был пропитан запахом трав, настоек и чего-то едкого. Колбы и склянки отражали тусклый свет свечей, отбрасывая причудливые тени на стены. Северус Снегг стоял спиной к ней. Его чёрная мантия сливалась с темнотой помещения. Он медленно повернулся. Его лицо, обычно непроницаемое, сегодня казалось особенно строгим. — Садись, Ария, — произнёс он низким, ровным голосом, указывая на стул напротив своего стола. Ария села, выпрямив спину, положив руки на колени. Северус занял своё место за столом, сцепив пальцы рук. — Я хотел поговорить о твоей учёбе. Прошло уже несколько месяцев, а мы так и не поговорили обо всём. Как ты справляешься? — Хорошо, — ответила Ария, её голос был спокойным и уверенным. — Я усваиваю материал. Мне нравятся почти все предметы и у меня превосходные оценки. — Хорошо. А теперь перейдём к другому вопросу. Как у тебя дела с… однокурсниками? — В его голосе прозвучала едва заметная заминка, словно он не привык задавать такие вопросы. — Я подружилась почти со всеми в Слизерине, — ответила Ария. — Но настоящие друзья... их двое. Дафна Гринграсс. — она чуть улыбнулась. — Она умна и очень хорошо разбирается в традициях. И она слушает. Не задаёт лишних вопросов, когда не нужно. — Гринграсс, — Северус кивнул. — Достойная семья. Что ж, это хорошо. А второй? Забини, да? — Да. Блейз, — продолжила Ария. — Он… как я. Он тоже предпочитает наблюдать. И он очень тих. Мы можем сидеть рядом, и нам не нужно ничего говорить, чтобы понимать друг друга. Он просто… рядом. Это комфортно. И он хорошо шутит. Снегг снова промолчал, словно переваривая эту информацию. Его взгляд на мгновение смягчился, когда он смотрел на Арию. — Значит, ты нашла своё место, Ария, — наконец произнес он. — Это важно. Но помни: твоя главная цель здесь — это знания и контроль. Не позволяй себе отвлекаться на второстепенные вещи. Хогвартс может быть опасен, и ты должна быть готова ко всему. Я… ожидаю от тебя многого, Ария. Не подведите мои ожидания. — Я не подведу, папа, — твёрдо ответила Ария, чувствуя в его словах не только требование, но и некое подобие заботы. Она знала, что это всё, что он мог ей сказать. — Можешь идти, — коротко сказал Северус, снова отворачиваясь, словно их разговор исчерпал все его силы. Ария встала и вышла из кабинета, оставив его в полумраке, и направилась обратно в общую гостиную Слизерина. Разговор с отцом, хоть и был строгим, оставил в ней ощущение спокойствия. Он видел её, понимал её в какой-то мере, и, казалось, одобрял её выбор друзей и её отношение к учёбе. Это было своего рода подтверждением её пути.