Магия Арии

Сегодня была игра Гриффиндора против Слизерина. Дафна на этот раз осталась в школе, а вот Блейз и Ария одними из первых сели на трибуны, чтобы ничего не пропустить. В какой-то момент Снегг почувствовала как Забини трясёт её руку. Она посмотрела на него. Его лицо было настолько удивлённым, что казалось, что его глаза просто выкатятся. — Ария, это твой отец! Профессор Снегг на метле! Почему ты не говорила, что он умеет летать? Это даже представить сложно! Брови Арии поднялись вверх, когда она увидела своего отца на метле. Видимо, сегодня он будет судить матч. — Я не знала… Игра началась. Гарри Поттер внезапно устремился вниз, красиво войдя в пике, на которое зрители отреагировали аплодисментами, восторженными воплями и изумленными криками. Гарри пулей несся к земле. Он заметил золотой снитч. А там, в небе над полем, профессор Снегг как раз разворачивал свою метлу, в последний момент заметив что-то золотое, просвистевшее мимо его головы, а в следующую секунду пролетевший мимо профессора Гарри вышел из пике, победно вскинув руку, в которой был зажат снитч. Трибуны взорвались криками и аплодисментами: они никогда не видели, чтобы снитч поймали в самом начале игры. Похоже было, что Гарри Поттер установил рекорд. — Это даже неинтересно! Они можно сказать играть ещё не начали! — с разочарованием воскликнул Блейз, который надеялся увидеть горячую и весёлую игру. Почти все весь день обсуждали сегодняшнюю игру. Ария постоянно выслушивала возмущения Блейза, и, наконец он ушёл спать. А Ария задержалась в гостиной Слизерина дольше обычного. Вместо того чтобы сразу уйти в свой угол и погрузиться в книги, она сидела у массивного, украшенного резьбой камина. Огонь отбрасывал причудливые тени на зеленые стены, создавая атмосферу уюта, которая теперь казалась ей менее гнетущей. Она держала в руках большой фолиант и старый пергамент, делая на нем какие-то заметки. Через некоторое время в гостиную вошёл Драко Малфой. Он был один, что само по себе было редкостью. Его обычная свита — Крэбб и Гойл — видимо, уже разошлись по комнатам. Драко остановился у окна, откуда открывался вид на глубины Черного озера, и, казалось, что-то обдумывал, его обычно самодовольное выражение лица было на мгновение серьезным. Он заметил Арию, но не сразу обратил на нее внимания, или делал вид. Ария, погруженная в свои мысли и упрямо пытаясь понять очередной параграф, невольно пробормотала вслух. — …и как, Мерлин меня подери, можно одновременно учитывать эффект Канонической Поляризации и принцип Необратимости Изменений в одном заклинании? Это просто… абсурд! Драко, который, как оказалось, был достаточно близко, чтобы услышать, повернулся. Его серые глаза сузились. — Все еще сражаешься с последней пыткой МакГонагалл, Снегг? — В его голосе была привычная насмешка, но Ария уловила в ней что-то еще — лёгкую, почти незаметную нотку собственного раздражения. Ария подняла взгляд, устало потерев висок. — Это не пытка, Малфой, это просто… бессмысленно запутанно. Абсурд какой-то! Его насмешливая улыбка слегка дрогнула. Он подошёл ближе, бросив взгляд на её пергамент, на котором были выведены сложные формулы и диаграммы. — Абсурд — это мягко сказано. Мой отец всегда говорил, что МакГонагалл получает удовольствие от того, чтобы делать вещи невыносимо сложными. Я потратил два часа, пытаясь разобраться в этой ее новой теме. — Вот именно! — Ария почувствовала прилив солидарности, который был совершенно неожиданным. — Это чистая теория, почти смесь магловской науки с магией, чтобы это звучало более глубоко, чем есть на самом деле. Каково практическое применение всего этого, кроме как запутать студентов? Драко усмехнулся, но на этот раз без обычного ехидства. Он покачал головой. — Ну, для продвинутого снятия чар, может быть, или… нет, ты права. Это просто утомительно. — И это эссе должно быть сдано на следующей неделе, — Ария вздохнула. Ты хотя бы начал третью часть? Драко с досадой взлохматил свои идеально уложенные волосы. — Я всё ещё застрял на второй! Это словно она ожидает, что мы перепишем весь учебник по Трансфигурации. Это пустая трата времени. Есть гораздо более эффективные способы проверить наше понимание. Практический экзамен, например. Гораздо проще и понятнее. — Согласна. Или хотя бы более четкие указания. Это эссе настолько расплывчато, что это почти загадка, — сказала Ария, чувствуя, как напряжение от чтения немного спадает. — И задаёт она такие сложные задания только слизеринцам! Драко снова чуть усмехнулся, но на этот раз улыбка была едва заметной и совсем не издевательской. — Возможно, это и есть загадка, Снегг. Способ МакГонагалл отсеять слабоумных. Ария изогнула бровь, и на её губах появилась легкая, редкая усмешка в ответ. — Тогда, я полагаю, нам обоим придется доказать, что мы не из их числа. — Естественно, — ответил Драко. — На какой части ты сейчас? — Заканчиваю вторую. Я попросила папу помочь, а он сказал: «Кто из нас ученик? Я или ты? И вообще, я тебе об этом рассказывал пару лет назад! У тебя память отшибло что-ли?! Шуруй в библиотеку и расскажешь о этой теме не только МакГонагалл, но и мне!» Малфой хотел засмеяться, но сделал вид, что поперхнулся. Это не было призывом к дружбе, но это был первый раз, когда они разговаривали без скрытой агрессии или демонстрации превосходства.

***

На следующее утро, за завтраком, Ария как всегда сидела между Дафной и Блейзом за Слизеринским столом, активно участвуя в их разговоре. — И вот я говорю ей, что заменять эссенцию полыни экстрактом мандрагоры в Зелье Усыпляющего Напитка — это самоубийство, — рассказывала Снегг, энергично жестикулируя вилкой, на которую был наколот кусок яичницы. — Но она упорно доказывает, что «читала об этом в древней книге»! Я бы посмотрела, что она скажет, когда кто-нибудь от этого уснет на месяц. Дафна, элегантно отпивая тыквенный сок, слегка улыбнулась. — Некоторые люди предпочитают учиться на своих ошибках, Ария. Хотя в зельеварении это чревато. — Именно! — согласился Блейз, поворачиваясь к Арии. — Ты этой дуре объясни, что в зельеварении нельзя полагаться на интуицию и старые записи. Ария уже собиралась ответить, как вдруг услышала голос, заставивший её обернуться. — Доброе утро, Снегг. Ария подняла глаза и увидела Драко Малфоя, который садится напротив неё и неторопливо потягивая сок из кубка. Его голос был ровным, почти без привычного высокомерия, и в его серебристых глазах читалось… что-то вроде спокойного признания. Ария, ничуть не смутившись, кивнула в ответ. — Доброе, Малфой. В этот момент, пока Ария спокойно отвечала, Блейз, который только что зачерпнул полную ложку овсянки, резко поперхнулся. Он закашлялся, глаза его расширились, а Снегг, быстро сориентировавшись, похлопала его по спине. — Ты в порядке, Блейз? — спросила Ария, с трудом сдерживая улыбку, которая промелькнула на её губах, когда она увидела выражение лица Блейза, уставившегося на Драко. Забини откашлялся, его лицо покраснело. Он посмотрел на Драко, потом на Арию, потом снова на Драко, словно пытаясь понять, не спит ли он. — Малфой? И… доброе утро? Драко лишь чуть заметно изогнул бровь, глядя на Блейза с легким пренебрежением, которое, впрочем, не было таким острым, как обычно. — Что, Блейз? Неужели утренняя овсянка так плохо на тебя влияет? Ария подавила смешок. — Не обращай внимания, Малфой. Он просто не привык к… вежливости так рано утром. Драко хмыкнул, его взгляд снова скользнул на Арию. — Как ты, кстати, с эссе по Трансфигурации? — О, не напоминай, — вздохнула Ария, но в её голосе уже не было раздражения, скорее усталость, которую понимали оба. — Я полночи просидела и полностью закончила две части. Третью наполовину сделала. А ты? — Я только сегодня начну вторую часть доделывать, — признался Драко. — Но уже на грани того, чтобы просто скормить это эссе Крэббу, пусть он попытается его переварить. Блейз, наконец, оправился от шока, но его глаза всё ещё были круглыми. Он переводил взгляд с Арии на Драко, пытаясь осмыслить происходящее. Дафна же лишь слегка прищурилась, в её глазах промелькнула искра понимания и, возможно, даже легкой иронии. Мир, казалось, немного изменился за эту ночь. Блейз наконец нашел свой голос, который прозвучал слегка осипшим. — Э… Ария, ты… ты сейчас разговариваешь с Драко о… эссе? И вы шутите? Ария повернулась к Забини, её улыбка стала шире. — Представь себе, Блейз. Оказывается, даже у Малфоя бывают проблемы с Трансфигурацией. Кто бы мог подумать? Драко демонстративно закатил глаза, но беззлобно. — У меня не проблемы, Снегг. Я просто… не считаю эту тему достойной моего полного внимания. Есть куда более интересные аспекты магии, чем попытки понять, как МакГонагалл заставляет нас страдать. — Согласна, — кивнула Ария. Как только Малфой отошёл, Блейз тут же подался вперед, его глаза горели любопытством и шоком. — Что это было? Вы… вы подружились? С Драко? Когда это произошло? Дафна, наконец, позволила себе лёгкую усмешку. — Возможно, Блейз, не все слизеринцы так уж сильно отличаются друг от друга, когда речь заходит о сложностях с домашним заданием. Ария лишь загадочно улыбнулась, накладывая себе еще один тост. Вчерашний разговор с Драко о Трансфигурации действительно был первым шагом к чему-то новому. Возможно, не к крепкой дружбе, но к новому уровню взаимодействия, где исчезла привычная враждебность. И это было… приятно. Мир вокруг неё, казалось, становился чуточку менее враждебным, а она сама — более открытой к неожиданностям.