Грёзы первозданного хаоса

Эва быстро выбежала из бани, обмотавшись полотенцем. Ночная прохлада приятно освежала кожу, разгоняя мурашки по всему телу. Добравшись до дома, девушка скинула с себя влажную ткань и надела тонкую ночную сорочку, едва прикрывавшую округлые бедра. Эвтида села перед бронзовым кругом и взглянула на свое отражение. «Господина давно не было видно, может, он всё-таки решил отпустить меня, после уплаты долга? — девушка задумалась, — если он мне ещё какие-то дела поручит, то я... — Эва не успела закончить мысль, как в отражении увидела два красных сияющих огонька в тени. Вздрогнула. — Г-господин? — резко поднимаясь и поворачиваясь к ночному гостю удивилась Эва. — Моя маленькая Меренсет думала обо мне? — Сет медленно двинулся в сторону девушки, растягивая губы в ухмылке и нагло рассматривая ее юное идеальное тело. Эва не могла открыть рот и ответить, не могла сформулировать свои, как обычно, едкие мысли. Вся спесь и уверенность куда-то резко испарились. — Да, господин... то есть… я не видела тебя давно и подумала, что ты простил мне долг — девушка начала нервно заламывать пальцы. Сет остановился в паре шагов от нее и, склонив голову на бок, пристально посмотрел на Эву. — Разве подле меня плохо, шезмочка? — последнее слово он выделил, напоминая девушке о том, кем она являлась, и какая жизнь без покровительства ее ждала. — Не хочу быть кому-то должной, хочу быть свободной, — Эвтида подняла умоляющий взгляд на мужчину. — Свободной? — Сет выгнул бровь и насмешливо хмыкнул, — ты-черномаг, Меренсет, ты никогда не будешь свободной. Правда. Больная. Жгучая. Правда. Эва пыталась гнать от себя подобные мысли, воображала себе жизнь, где черная маска шезму не лежала где-то по близости в сумке, а охотники не рыскали рядом в ожидании, когда она оступится и выдаст себя. Об этом безжалостно прямо напомнил ей Сет. Могущественный, жестокий. Эвтида скользнула взглядом по высоким скулам мужчины, его хищные черты лица завораживали. Девушка тяжело сглотнула и продолжила разглядывать ночного гостя ниже: широкие плечи, сильные руки, рельефный торс, по которому девушка множество раз мысленно проводила рукой. Эва сразу вернулась к глазам мужчины, когда тот скрестил руки на груди. — Нравится? — Сет в мгновение оказался рядом с девушкой и взял ее за подбородок, чтобы она не смогла отвернуться», — скажи мне, шезмочка, — мужчина наклонился к Эве и слегка провел носом по ее шее, вдыхая фруктовый аромат масла. — ни одна женщина не пахнет так сладко, как моя Меренсет. У Эвтиды закружилась голова. Ей нравилось, когда он называл ее «моя Меренсет» и когда был к ней ТАК близко. — Много? — еле слышно спросила девушка. Сет остановился, но не отстранился от нее, продолжая вдыхать аромат дикого персика. — Много у тебя было женщин? — Эва не могла поверить, что задала этот вопрос в слух. Она не видела лица Сета, но почувствовала, как тот усмехнулся ей в шею. — За вечность? — мужчина выпрямился и хитро посмотрел на нее. — достаточно. Эвтида нахмурилась. Почувствовала, как внутри разливается жгучая ревность. Но имела ли она право на нее? Простая смертная, кто она по сравнению с НИМ? Тем не менее девушка отдернула руку мужчины, что перебирала ее волосы. — Знаешь, господин, хоть и живешь ты вечно, а пальцы твои не настолько грубые, как у верховного эпистата, — Эва вздернула подбородок. — мои бедра до сих пор помнят его мозолистые руки. Эва только отвернулась и сделала шаг от мужчины, как тот схватил ее за шею и резко развернул ее к себе. — Ни с тем играешь, Эв-ти-да, — прорычал Сет. Она заметила, как его глаза загорелись недобрым огоньком. — думаешь, не вижу, что ласки мужчины тебе не знакомы? — С чего ты взял, гос… Сет резко переместил руку на волосы девушки и слегка сжал их, запрокидывая голову Эвы. 

— Хочешь сказать, я не прав? — прошептал мужчина ей в губы.

Эва задрожала всем телом, Сет, почувствовав это, решил подлить масло в огонь и легко провел пальцами по бедру девушки, приподнимая невесомую сорочку. — Какая же ты врушка, Меренсет, — он продолжал шептать, касаясь губами ее губ, но не переходя к поцелую. Эвтида была на грани обморока, на столько новые и непривычно приятные ощущения вскружили ей голову. Девушка рвано выдохнула. — Ты без белья, мне нравится, — Сет впился губами в Эву. Она сразу ответила и углубила поцелуй. Языки сплелись, а тела прижались плотнее друг к другу. Они отдавались этому поцелую яростно, страстно, первобытно. Мужчина резко отстранился и повернул Эву спиной к себе, чтобы она смотрела на их отражение в бронзовом круге. Он видел частое и сбивчивое дыхание девушки, ее расширенные от желания зрачки, набухшие и чувствительные выпуклости на груди. Ему нравилось дразнить свою слугу, и Сет не собирался останавливаться. Мужчина медленно спустил бретельки сорочки, и она плавно соскользнула по телу девушки, расплываясь белым озером у ее ног. За всю свою вечную жизнь могущественный Бог не видел тела прекраснее: такое тонкое, гибкое и изящное. Эва покраснела, но не думала закрываться от него. Одной рукой Сет слегка сжал шею девушки, а второй медленно стал спускаться вниз, проходя горячими пальцами между ключиц, грудей. Чем ниже он спускался, тем сильнее было его прикосновение. Опустившись ниже пупка, покровитель сильнее надавил пальцами и почувствовал, как Эва прогнулась в пояснице и томно выдохнула. Он хищно улыбнулся. — Такая юная, такая красивая, — мужчина двинулся ниже. И достигнув самой чувствительной точки, стал выводить пальцами круговые узоры. — такая влажная. Эва, откинув голову на плечо Сета, громко застонала и сильнее прижалась бедрами к мужчине, ощущая силу его желания и жар его тела. Покровитель хотел ее. Хотел так сильно, что впервые за свою вечную жизнь не смог совладать со своим натиском. Сет хотел поиграть с Эвой, подразнить ее, но сам понял, что находился на грани потери рассудка, настолько сильно он желал ее. Мужчина почувствовал, как девушка начала вращать бердами, тем самым дразня его в ответ. Он не выдержал. Повернув Эву к себе, мужчина приподнял ее за бедра и перенес на кровать. Нависая над ней, он стал покрывать ее шею поцелуями. Девушка же прижималась к нему всем телом и стала извиваться, требуя больше ласки. Ему нравилось, что Эва трепетала рядом с ним. Но трепетала не как от могучего и древнего божества, а как от мужчины, которого искренне и безумно хотела. Сет освободился от одежды и посмотрел на Эву: растрепанные волосы, опухшие от яростных поцелуев губы, большие яркие глаза. — Скажи, что твое тело не чувствовало на себе тяжесть мужских рук, — ему было тяжело сдерживаться, но он должен был спросить. — Ты же знаешь, господин — Эва прерывисто дышала. — Скажи мне. — Никогда, господин, ты первый так близок ко мне. — Чего ты хочешь, моя Меренсет? — Сет склонился к ней ближе, он был готов остановиться в любой момент, если Эва того попросит, но он искренне надеялся, что этого не произойдет. — Хочу только твои руки на себе ощущать, — девушка провела пальцами по его груди. — Только руки? — Нет, одних твоих рук мне будет мало, — она притянула его к себе, прерывая мучительное ожидание. — я хочу всего тебя. Потеряв голову, Сет резко развел ноги Эвы и стал водить своей плотью по ее чувствительной точке. — Пожалуйста…— Эва жалобно застонала. Он продолжал свою сладкую пытку. — Прошу тебя, господин. И он вошел в нее. Медленно, бережно, глядя в ее расширенные глаза. — Смотри на меня, Меренсет, только на меня, — он начал медленно двигаться, не разрывая зрительного контакта. Эва не чувствовала боли, настолько она была возбуждена и не верила во все происходящее: она и Сет, Бог ярости и страсти. Убедившись, что девушка не чувствует боли, толчки мужчины стали увереннее и быстрее, а стоны Эвы все громче. За всю свою вечную жизнь, Сет не слышал звука прекраснее, чем стоны и умоляющие всхлипы Эвы. Она приближалась к финалу. Пара быстрых, требовательных толчков, и Эвтида прогнулась, выкрикивая имя Сета. — Моя….— только моя, Меренсет, — с этими словами он закончил в нее.