Экскурсия в мир неожиданностей

Солнце ещё не успело подняться над горизонтом, окрашивая небо в нежные оттенки розового и оранжевого, а Лин Мария Итон-Старк уже бодрствовала. Она лежала, уставившись в потолок своей комнаты, где тени медленно отступали под наступающим рассветом. В голове роились формулы – уравнения из аэродинамики, словно бабочки, порхали сквозь сознание, сменяясь химическими структурами, схемами синтеза. Мозг, привыкший работать на повышенных оборотах, включался задолго до звонка будильника. Наконец, не в силах просто лежать, Лин повернула голову к окну…Вид на медленно просыпающийся город всегда завораживал. Это был её ритуал – встречать рассвет. Тихонько, стараясь не скрипнуть половицами, она выбралась из кровати. Мягкие носки скользили по полу, а также согревали вечно мёрзнувшие конечности.Укутавшись в плед, девушка ступила на прохладные плитки балкона. Воздух был свежим, острым, наполненным запахами влажной земли и чего-то неуловимо чистого. Лин прикрыла глаза, глубоко вдыхая. Лёгкая улыбка, редкая, искренняя, тронула её розоватые губы. Эти моменты уединения, тишины перед началом дня, были для неё бесценны. Они давали ощущение покоя, контроля, возможность просто собраться с мыслями перед погружением в хаос внешнего мира. Когда солнце полностью взошло, озарив комнату тёплым светом, Лин вернулась внутрь. Ей повезло, что при переезде в дом отчима – человека, которого она терпеть не могла и считала воплощением пошлости и скуки – ей удалось "отжать" комнату с балконом. Это был её крошечный островок свободы в чужом пространстве. Приведя себя в порядок – быстрый душ, минимум макияжа – она направилась на кухню. Вставив один наушник в ухо, юный гений включила AC/DC, позволяя знакомым аккордам заполнить пространство. Громко, мощно, заглушая любые другие мысли. Мамы и отчима не было – они снова свинтили в очередную командировку. Лин была искренне этому рада, нет, не подумайте, что она не рала маме…Просто…Дом становился свободнее, тише, уединённее, пусть и на время. Но стоило ей обрадоваться, как телефон завибрировал. -Ха…Легка на помине… Сообщение от мамы: "У нас всё хорошо, летим над океаном. Как ты, лисён?" Лин быстро набрала ответ, слегка усмехаясь: "Рада за вас. За него тоже рада, но только потому, что он не здесь.У меня всё хорошо.". Отправив сообщение, она довольно заблокировала телефон, усмехнувшись своей маленькой и несерьёзной дерзости, которая, к счастью, оставалась за пределами видимости матери, привыкшей считать её "воспитанной девочкой".AC/DC продолжали греметь, подстраиваясь под её настроение. Завтрак был простой, но вкусный: кофе с карамельным сиропом (маленькая слабость) и миска творога с сочными ягодами и фруктами. Ела не спеша, наслаждаясь каждым кусочком, тишиной и музыкой. Закончив, аккуратно всё помыла, приняла витамины – часть строгого режима, поддерживающего как физическую, так и умственную форму. Время поджимало. Не хотелось опаздывать в университет, это было бы непрофессионально, хотя сам факт пребывания там среди толпы "идиотов", как Лин саркастически называла большинство своих однокурсников, что вызывали у неё стойкое раздражение. Напевая текст одной из песен, Лин направилась одеваться. Выбор пал на чёрные брюки-карго, обтягивающий тёмный топ и митенки – у любительницы сладкого постоянно мёрзли руки, даже в тёплую погоду. Сверху она накинула джинсовку, расписанную вручную замысловатыми узорами, символами и цитатами, понятными только ей. Подхватив ключи от своего мотоцикла и сумку с ноутбуком и конспектами, Лин вышла из дома. Натянув кеды, она закрыла дверь, ощущая знакомый вес шлема в руке. Выйдя на улицу, она надела шлем, оседлала байк – старый, мощный и надёжный. Завела его. Рёв двигателя был музыкой для её ушей. -В жизни есть счастье… Следующие двадцать минут были чистым адреналином. Лин обожала скорость, ощущение ветра и свободы, которое дарил только мотоцикл. Она петляла между машинами, лавируя в потоке, как рыба в воде, играя в свою маленькую, опасную игру с городским движением. Каждый вираж, каждый обгон – это был выброс эндорфинов, напоминание о том, что она жива, быстра, сильна и свободна… Итон-Старк не знала ещё, что этот обычный день, начавшийся с умиротворённого рассвета и адреналиновой поездки, принесёт ей не только неожиданный сюрприз, но и настоящие неприятности и раны, которые проверят ту на прочность.

***

Университет был таким же, как всегда – шумящий улей, полный ничем не примечательных людей. Лин припарковала байк, сняла шлем, встряхнув слегка растрёпанные русые волосы. Коньячные глаза с золотистыми искорками окинули пространство. Вроде всё обыденно. Спустив митенки до запястий, она расправила плечи под тяжестью рюкзака и направилась к главному корпусу, стараясь игнорировать редкие взгляды и перешёптывания. Её внешний вид, от мотоцикла до расписанной куртки и митенок, выделял Лин из толпы, и она к этому привыкла, стараясь не обращать внимания.Хотя…Иногда она даже наслаждалась этим – быть не такой, как все, звучало уж до боли привлекательно. Её первой парой была лекция по теоретической аэродинамике. Продиктованные профессором формулы были для неё азбукой, кареглазая знала их наизусть, могла легко вывести. Пока профессор монотонно вещал, её мысли уносились вперёд, к собственным проектам: новым сплавам, экспериментальным покрытиям, способным изменить будущее авиации... и не только. Затем была лаборатория по прикладной химии. Здесь Лин чувствовала себя превосходно. Пока другие студенты старательно отмеряли реагенты по инструкции, она уже проводила в уме десятки параллельных расчётов, продумывая альтернативные пути синтеза, анализируя стабильность нестандартных соединений. Именно эти занятия напоминали ей о другой стороне её личного гения – разработке ядов, противоядий и седативных препаратов. Знания, которые Лин Мария Итон-Старк приобрела не только в университете, но и работая по контрактам, о которых однокурсники и учителя понятия не имели. На перерыве Лин предпочла уединиться, найдя тихий уголок во дворе. Она сидела на скамейке, потягивая кофе из термоса и просматривая новости на планшете. Мир Мстителей мелькал на экранах: очередная стычка, спасение заложников, комментарии политиков...Она читала это с отстранённым интересом, словно это происходило на другой планете. С другой стороны, девушка знала, что её собственные тайные проекты часто имели прямое отношение к этому миру, пусть и опосредованно. Внезапно воздух наполнился резким, шипящим звуком. Студенты вокруг заволновались. Лин мгновенно подняла голову. Звук исходил из одного из лабораторных корпусов – не её…За ним последовал крик, затем ещё один. Началась паника. Люди вскакивали со скамеек, бежали прочь от источника звука. Лин не побежала. Её инстинкты, отточенные годами тренировок и стрессовых ситуаций, взяли верх. Гений-химик включился мгновенно. Шипящий звук, едкий запах, который начал расползаться по воздуху – это не просто авария. Это было что-то намеренное. Что-то летучее и, судя по реакции людей, вызывающее сильное раздражение или чего хуже. Забыв про кофе, закидывая всё в рюкзак, Лин вскочила. Сквозь толпу паникующих студентов она направилась к источнику угрозы. Сарказм и вспыльчивость отступили, уступая место холодной концентрации и решимости. Она бежала быстро, легко, как привыкла на утренних пробежках. Войдя в корпус, где произошёл инцидент, она увидела дым, или скорее, токсичный пар, выходящий из повреждённой двери лаборатории на первом этаже. Студенты и преподаватели в панике выбегали, некоторые кашляли, хватались за горло. -Что там?!—крикнула Лин, перекрывая шум. -Что-то похожее на...газ! Едкий!—выкрикнул мужчина в лабораторном халате, задыхаясь.-Из пробирки, которую пытались украсть! Разбилась! Украсть? В университетской лаборатории? Это уже не просто авария. Это нападение. Адреналин хлынул в кровь. Лин действовала инстинктивно. Её взгляд быстро оценивал ситуацию: тип помещения, потенциальные пути распространения газа, наличие средств индивидуальной защиты – ничего. Итон вспомнила состав, который использовала в одном из своих проектов для нейтрализации некоторых видов токсинов. У неё не было его с собой в чистом виде, но... -Нужен немедленно нейтрализатор!—крикнула она, но поняла, что никто её не слышит в шуме паники, или не понимает.Глаза шарили по коридору. Что можно использовать? Внезапно из-за угла выскочили двое в тёмной одежде, лица скрыты масками. В руках у одного что-то блеснуло. Они явно собирались скрыться, воспользовавшись хаосом. Но Лин стояла на пути. Это была не случайность…Это была атака. И теперь она оказалась между похитителями и ядовитым газом…Ха, забавно… -Стоять!— крикнула Лин, принимая боевую стойку. Карате, бокс – всё слилось в готовность к защите, правда, поможет ли?… Один из нападавших издал насмешливый звук и двинулся к ней. Второй держал в руке устройство, возможно, для усиления эффекта газа, или ещё что-то. Лин увернулась от первого удара. Её тренированное тело двигалось с грацией и скоростью. Удар ногой в солнечное сплетение, быстрый хук в челюсть. Нападавший отшатнулся, явно не ожидая подобного.Но их было двое.Второй бросился на неё, пытаясь схватить. В этот момент из лаборатории "выплеснулась" новая порция едкой субстанции. Лин почувствовала жжение в глазах и горле. Сосредоточиться на борьбе становилось сложнее, а сердце билось, как бешеное. -Придурки…—выдохнула юная персона сквозь стиснутые зубы. Нужно было не только справиться с этими двумя, но и что-то сделать с газом. Она уклонилась от захвата, использовала инерцию противника, перебросив его через бедро. Он упал с глухим стуком. Первый нападавший, оправившись, снова бросился в атаку, достав нож. Лин парировала удар предплечьем, давая возможность слегка резануть(митенки давали минимальную защиту) и резко ударила ладонью по локтю с ножом, заставляя его выронить оружие. Нож со звоном упал на пол. Не теряя ни секунды, кареглазая нанесла серию быстрых ударов по корпусу и в голову. Она была хороша, но этого было недостаточно. Двое натренированных противников, застигнутые врасплох яростной контратакой хрупкой на вид девушки, начали проигрывать.Всё было бы так радужно, если бы не одно НО. Газ становился всё плотнее. Её легкие начало жечь.Лин понимала, что ей осталось очень мало времени, прежде чем он её вырубит, или она просто не откинется. И тогда эти двое сделают с ней что угодно.Надежда была на один козырь в её рукаве. Последний удар в голову отправил второго нападавшего на пол. Но первый, тот, что был с ножом, встал, шатаясь, и бросился на неё с кулаками. В этот момент Лин почувствовала сильный удар в бок. Один из нападавших, лежащих на полу, в отчаянии пнул её ногой. Удар был неожиданным и сильным. Лин застонала, но не упала. Однако это дало первому время, чтобы снова наброситься на неё. Лин было увернулась, но потеряла равновесие на скользком от чего-то полу…Удар в голову. Темнота на секунду. Она упала, ударившись локтём и боком…Боль пронзила руку и бочину..Осколки… -Ну же, вставай, шмара!—прорычал один из них, хватая кареглазку за волосы…Зря. Вспышка гнева и адреналина.Лин ненавидела, когда ту трогали без разрешения, а тем более так. Собрав последние силы, она резко вывернулась, ударила головой в лицо нападавшему, укусив его руку. Он вскрикнул и отпустил её, перед этим петун по лицу, разбивая губу и рассекая скулу. Лин тут же поднялась, хватая ртом воздух, который был теперь ядовитым. Она видела контейнер, из которого распылялся газ. Он был поврежден, но не пуст. Рядом валялись обломки оборудования. Гениальный мозг Лин работал лихорадочно, несмотря на боль и начинающееся головокружение от газа. Как нейтрализовать это дерьмо? Нужен щелочной раствор...Или что-то что абсорбирует? Её взгляд упал на пожарный гидрант на стене. Вода! Вода не нейтрализует, но может разбавить, осадить...Это риск, но лучше, чем ничего. Забыв про нападавших, которые медленно приходили в себя, Лин рванулась к гидранту. Она знала, как им пользоваться. Рывок, поворот вентиля. Под напором хлынула вода, смешиваясь с ядовитым паром, создавая облако влажного тумана. В этот момент один из нападавших, тот, которого Лин перебросила, встал, достал небольшой пистолет и выстрелил… Лин почувствовала резкую боль в плече. Она зашаталась, на этот раз упав на колени. Удар воды из гидранта обрушился на контейнер и нападавших, отшвырнув их назад. Кашель разрывал лёгкие…Плечо горело, а бок, локоть и рёбра готовы были разорвать изнутри болью.Но газ начал отступать, смешиваясь с водой. Хаос немного утихал… Лин, шатаясь всё-таки встала, отошла от гидранта. Нападавшие, мокрые и, возможно, тоже надышавшиеся, решали, что им делать дальше. Приближались звуки сирен. Их время вышло. С ругательствами они бросились прочь через технический выход. Лин осталась одна в коридоре, залитом водой и пропитанном остатками газа. Плечо сильно болело, из дыры в куртке и топе сочилась кровь, а на коже были следы от стекла и какой-то непонятной субстанции.Голова кружилась. Но Итон-Старк была на ногах. И справилась. Почти. Нужно было уходить. Она не хотела встречать полицию или, что ещё хуже, представителей правительства, которые неизбежно появятся, учитывая характер инцидента. Её участие должно было остаться незамеченным. Стиснув зубы от боли, Лин вышла из здания, смешавшись с толпой эвакуированных. Она старалась идти ровно, чтобы никто не заметил, как сильно трясутся руки и как пропитан кровью левый рукав куртки. Добравшись до своего мотоцикла, и закинув подхваченную сумку, та села на него, почувствовав новый приступ головокружения… Нужно было ехать домой. Быстро. Там у неё был свой набор. Противоядия, седативные...И инструменты для обработки раны. Заведя байк дрожащей рукой, она выехала с парковки. Адреналин ещё держал тельце, но эффект заканчивался, а состояние становилось всё хуже…

***

Вот он, мир в искажённом, кровоточащем фильтре боли.Хотела ли кареглазая стать героем, хороший вопрос. Лин Мария Итон-Старк, или просто Лин Итон, как она предпочитала представляться миру, летела по улицам на адреналине и чистом упрямстве. Каждая колдобина на дороге отзывалась острой вспышкой в левом плече и всём теле..Чертова пуля. Чертов газ. Чертовы...да кто бы они ни были. Правительственный отряд, говорите? Очередная «рутинная» задача по извлечению компромата и нейтрализации угрозы. Только на этот раз угроза оказалась не такой уж и нейтрализуемой, и Лин, обычно грациозная и отстранённая, сейчас была просто истекающей кровью девятнадцатилетней девчонкой, отчаянно рвущейся домой. Квартира на верхнем этаже, скрытая в не самом престижном районе города, была её убежищем. Нейтральная территория, максимально удалённая от "башен-близнецов" и сияющих логотипов. Свист шин, резкое торможение, стаскивание шлема с небрежной яростью. Лин, опираясь на корпус, чуть не свалилась на тротуар. Алый след начал растекаться по асфальту ещё до того, как та пересекла порог подъезда. Подъём по лестнице был пыткой. С каждым шагом мир сужался до единственной цели – забраться наверх. Боль пульсировала, жжение в лёгких усиливалось от каждого вдоха, напоминая о едком дыме, сквозь который она пробивалась. Она держалась прямо, насколько это было возможно, тренированное тело не позволяло себе полного падения, но дрожь в руках и ногах выдавала критическое состояние. Оказавшись у двери, Лин дрожащей рукой нашарила ключи. Неловко, отчаянно. Сердце колотилось где-то в горле. Замок поддался. Она вошла, едва не рухнув, привалившись к стене. Позади оставался тонкий, зловещий ручеек крови на лакированном полу прихожей. Она даже не подумала о том, что могла привлечь внимание. Вся концентрация была направлена внутрь – на боль, на необходимость действовать сейчас. Сбросив куртку (она упала бесформенной, кровоточащей грудой), Лин поползла в ванную. Мозг, несмотря на шок и боль, работал с поразительной ясностью, диктуя следующие шаги. Аптечка. Стерилизатор. Инструменты. Знания, полученные из бесчисленных учебников и практических занятий – как извлечь инородное тело, как остановить кровотечение, как не помереть от инфекции. Дрожащими пальцами, подрагивающими не только от слабости, но и от остаточного нервного возбуждения после схватки, она достала всё необходимое. Пинцет, скальпель, стерильные перчатки, бинты, антисептик, шприц с сильным местным анестетиком. Она умела работать быстро и эффективно под давлением. Но сейчас давление было не только внешним… Прислонившись к холодному кафелю, она стянула с себя окровавленный топ, оглядывая рану в зеркале. Входное отверстие в верхней части плеча. Глубокое, но пуля не прошла насквозь...Кровотечение было сильным, но не катастрофическим – не задело крупные сосуды. Повезло. Или просто проклятое везение Старков сыграло свою роль. Она ввела анестетик вокруг раны. Жжение. Потом онемение начало распространяться, давая крошечную передышку от пульсирующей агонии. Стерилизовав инструменты над огнем (дурацкая, но быстрая мера, когда счет идёт на минуты), Лин взяла пинцет. Пришло время. Собрав всю свою волю, она наклонилась, чтобы лучше видеть в зеркале, и начала вводить инструменты в рану. Кончики пальцев дрожали. Даже через онемение она чувствовала мерзкое, давящее ощущение. Вот она, пуля. Глубоко сидит. Но тут организм, до этого работавший на пределе, начал сдавать. Запах газа, который она вдохнула, смешанный с запахом собственной крови и спирта, стал невыносимым. Жжение в лёгких усилилось до жгучей боли, словно ей в грудь вдохнули пламя, а из носа потекла кровь. Голова закружилась. Мир в зеркале поплыл, цвета смазались в тревожную акварель. Руки, до этого относительно твёрдые, затряслись сильнее. Пинцет выпал из ослабевших пальцев и со звоном упал на пол… Боль разлилась по всему телу, затмевая даже рану в плече. Мышцы горели, кожа зудела, в висках стучало. Остаточное действие газа. Или, может быть, она вдохнула его слишком много. Лин ощутила, как силы покидают её, как колени подгибаются. Зрение окончательно пропало. Она падала. Медленно, неотвратимо падала на холодный кафельный пол… -"Не уж то это всё?..Я вот так просто сдохну?…Ха.." Падение не состоялось. Вместо твёрдого, безжалостного пола, её подхватили сильные, но неожиданно мягкие руки. Ощущение было странным, совершенно незнакомым. Кто? Откуда? Мозг, погружающийся в туман, пытался обработать новую информацию, но тут же отключался. -Эй! Эй! Ты как? Чёрт, ты ранена!—Голос был довольно молодым, встревоженным, с нотками паники, которую старательно подавляли. Лин инстинктивно дёрнулась из последних сил, пытаясь вырваться из захвата. Это было слабое, бесполезное движение, скорее рефлекс раненого животного, чем целенаправленное сопротивление. -От...пустите...– прошептала кареглазая на русском, слова едва слышные. -Нет-нет, не вырывайся! Все хорошо, я помогу! У тебя серьёзные повреждения... и ты вдыхала что-то...Боже мой...—Голос принадлежал парню, который буквально пару минут назад, закончив связывать двух неудачников, пытавшихся скрыться, понял, что жертва их нападения – та самая девушка, которую он видел, вылетающей из здания – хромает и истекает кровью по направлению к этому неприметному дому. Он последовал за ней, чувствуя, что что-то не так.Это был Питер Паркер. Человек-Паук. Сейчас он был в костюме, что был скрыт под обычной одеждой, которую тот носил пару минутами ранее, но его паучье чутьё буквально вопило об опасности, исходящей от состояния девушки в его руках. Её кожа была бледной, как мел, губы синели, дыхание поверхностное и хриплое. Рана выглядела обработанной, но пуля всё ещё была там. И этот запах…Странный, химический запах, исходящий от неё. -Ну уж нет,– твёрдо сказал Питер, осторожно, но крепко прижимая незнакомку к себе. Её жалкие попытки вырваться он не воспринимал всерьёз. Она была слишком слаба, слишком дезориентирована.Та нуждалась в настоящей помощи, а не в хирургии в одиночку. И он знал, где её можно получить. Быстро. -Держись…Карен, свяжись с Пятницей!– пробормотал он, уже шагая к окну. Он не стал искать более традиционный выход. Время было критическим. Её состояние ухудшалось на глазах. Этаж был высоким. И он был Человеком-Пауком. Не теряя ни секунды, Питер выпрыгнул в открытое окно, одной рукой крепко обнимая Лин, другой цепляясь за подоконник, чтобы выстрелить паутиной. Порыв дневного воздуха ударил в лицо, казалось, ненадолго привёл Лин в себя. Она слабо вскрикнула, возможно от неожиданности, возможно от усилившейся боли. -Всё хорошо, я тебя держу! – заверил Питер, уже взмывая над улицей. Окна многоэтажек проносились мимо. Городские огни расплывались перед глазами Лин в разноцветные пятна. Она чувствовала головокружение, тошноту, холодный ветер на лице и нереальность ситуации. Её несли. Кто-то незнакомый. Куда? -Куда... мы...?– слабый вопрос, утонувший в свисте ветра. -К врачам! – крикнул Питер в ответ. – К супер-пупер-врачам! В Башню Старка! Услышав последние слова, Лин сглотнула. Башня Старка. Ирония судьбы была настолько жестокой, что даже в полубессознательном состоянии это пронзило девушку. Все эти годы она старалась оставаться в тени, скрывая свою связь с этим именем, выстраивая свою жизнь отдельно, доказывая себе и миру, что она может быть чем-то большим, чем «неизвестная дочь Тони Старка». И вот сейчас, раненая, слабая, беспомощная, летела прямо туда, куда меньше всего на свете хотела попасть в таком виде. Мир снова начал плыть…Мария чувствовала только скорость, ветер и крепкие руки, держащие её…Такие тёплые, что сопротивляться не было сил. Только смутное осознание того, что сейчас её секрет, тщательно оберегаемый годами, может быть раскрыт. Кто этот парень? Почему он ведёт её туда?… Последнее, что Лин почувствовала, было резкое замедление, лёгкий толчок при приземлении и голоса. Много голосов. Один из них, кажется, говорил:-Пятница, мне нужна помощь! Срочно! У меня раненая... Дальше была лишь тягучая темнота…

***

Приземлившись на паутине после очередного, но аккуратного манёвра, на одной из платформ для джетов на Башне Старка, не теряя ни секунды Питер Паркер аккуратно держа Лин на руках связался с Пятницей через Карен. -Пятница, мне нужна срочная медицинская помощь! Срочно!..У меня раненная, неизвестная девушка…Причастна к инциденту в университете, — голос Питера был напряжён. Дождь, что начался только недавно во время пути до башни, стекал по его маске и костюму, смешиваясь с кровью, что пропитала одежду девушки, которую он нёс. -Инцидент в университете?— спокойный, но обеспокоенный голос ИИ отозвался в его ушах. -Да! Нападение, распыляли какой-то опасный, неизвестный токсин. Она…у неё серьёзнейшее отравление этим газом, побочки ужасные. И…Огнестрельное ранение в левое плечо. Множество других повреждений, ссадин. Она истощена, Пятница. Я не знаю, кто она, но ей очень плохо, — Питер крепче прижал ту к себе, чувствуя, как её тело бессознательно дрожит, то ли от холода, то ли от шока, то ли от действия яда. -«Поняла, Питер. Медицинская бригада уже в пути. Направляйтесь в медицинский блок на 35-м этаже. Самый быстрый путь обозначен на вашем HUD. Открываю доступ», — Пятница быстро указала маршрут. Питер рванул с места, его шаги громко отдавались эхом по металлической платформе, а затем по коридорам Башни. Каждая секунда казалась вечностью. Одежда Лин, тонкая и промокшая, уже не скрывала ужаса её состояния, тем более, что сверху у неё был только спортивный топ и сверху наброшена окровавленная джинсовка, в которую её укутал паучок…Смесь крови, пота и холодной дождевой воды делала её более тяжёлой и скользкой. Лин тихо хрипела и стонала, потеряв окончательно сознание, её дыхание было прерывистым и неглубоким. Когда Питер приблизился к медицинскому блоку, двери автоматически разъехались, и его тут же окружили люди в медицинских халатах. Среди них была и Хелен Чо, с выражением серьёзной сосредоточенности на лице. -Сюда! Быстрее!— скомандовала Хелен, видя состояние неизвестной. Питер осторожно уложил Лин на стерильную кушетку, обшитую датчиками. Её волосы, русые, слегка вьющиеся, были влажными и прилипли к бледному лбу. Красивые глаза с ярко-коньячным оттенком и тонкими желтыми узорами были скрыты веками с длинными ресницами. Питер отступил, чувствуя себя лишним, но не в силах оторвать взгляд. Он видел много травм на своей работе, но эта девушка…Что-то в ней вызывало особенное беспокойство...Он видел а ней себя… Медицинская бригада действовала слаженно и быстро. Её подключили к ряду аппаратов – мониторы сердечного ритма, дыхания, оксигенации. Противно запищали датчики – показатели были критическими. С лица и рук осторожно смывали грязь и кровь, осматривали ссадины и порезы, осматривая места, где капала кровь и торчали глубоко вошедшие осколки стекла. -Пуля ещё внутри, левое плечо, — сказал один из врачей, сканируя рану. -Состояние организма критическое. Сильное отравление неизвестным веществом, множественные ссадины и много осколков стекла, — добавила Хелен, склонившись над монитором, отображающим анализ крови.-Но что это за…показатели? Немного похоже на…Но нет, это не похоже ни на что известное… -Начинаем извлекать пулю. Готовьте всё необходимое, — скомандовала она. Питер лишь встревоженно наблюдал, как они работают. Точность движений хирургов поражала, но даже при их профессионализме риск был огромен, учитывая общее состояние девушки. Параллельно с извлечением пули, другие врачи обрабатывали многочисленные ссадины на её теле, извлекали стекло – следы борьбы или падения. -Осторожно! Задели мелкую вену…И похоже артерию! — воскликнул один из хирургов. Мониторы издали отчаянный, протяжный писк. Кровоизлияние. -Потеря крови критическая! Срочно! Отбор крови для определения группы и переливание! Сейчас же! — голос Хелен стал жёстким и требовательным. Быстро взяли пробу. Врачи метались, готовя пакеты с кровью. Питер чувствовал, как напряжение в комнате достигло предела. -Трещина ребра, четвёртое слева! — добавил ещё один врач, просматривая результаты сканирования. -Потеряла огромное количество крови… Токсин…его концентрация всё ещё высокая, — повторила Хелен, глядя на девушку с растущей тревогой.-Её тело борется, но оно на пределе…Поможет только чудо. *** Дыхание Лин было слабым, почти незаметным на мерцающих графиках медицинского монитора. Бледность её кожи казалась нездоровой, подчёркивая тонкие, чётко очерченные скулы и длинные ресницы, спокойно отбрасывающие тени на щеках. Капельницы и провода опутывали её тонкую руку, а медленное, ритмичное попискивание аппаратуры эхом отдавалось в стерильной тишине медицинского блока. Питер Паркер стоял поодаль, его обычно живое лицо было мертвенно-бледным от шока и беспокойства. Он был там, когда видел, как она боролась и удирала на байке, когда нёс сюда – хрупкую, истекающую кровью фигуру, которая, несмотря на очевидную слабость, каким-то образом казалась...сильной. Доктор Хелен Чо и её команда суетились вокруг кушетки всего несколько минут назад, стабилизируя состояние, промывая рану, пытаясь идентифицировать сложный токсин, обнаруженный в её крови.Напряжение в комнате было почти осязаемым. Несчастный случай? Нападение? Кем была эта девушка? Никто не знал. Она появилась из ниоткуда, и обстоятельства её обнаружения были туманными и тревожными. Двери медблока со свистом открылись, и в помещение ворвался Тони Старк. Он был слегка растрёпан, его тёмно-русые волосы упали на лоб, а на железном костюме, который он явно не успел снять полностью, виднелись следы недавнего столкновения. Его взгляд, сначала сузившийся от яркого света, быстро обежал комнату, останавливаясь на Питере и напряжённых лицах команды Хелен, что извлекали стекло из ран. -Хорошо, паучок, что здесь происходит? И почему у вас такие физиономии, будто вы только что увидели, как капуста захватывает Уолл-стрит?— его голос был резким, как всегда, но в нём слышалась усталость и лёгкое беспокойство. Питер вздрогнул, но не смог выдавить ни слова, только указал на кушетку. Тони, нахмурившись, направился в ту сторону, продолжая говорить:-Кто это? Ещё один неудачливый турист, который решил проверить силы гравитации?… Подойдя ближе, Старк в момент остановился.Его взгляд задержался на бледной фигуре, лежащей на кушетке. Что-то...что-то в ней заставило его замолчать. Он не мог отделаться от смутного, тревожного чувства, глядя на её лицо. Казалось, он видел эти черты раньше, или, возможно, только во сне, в забытых воспоминаниях. -Кто она?— тон его изменился. Исчезла саркастичность, остался только напряжённый, требовательный вопрос. Он повернулся к доктору Чо, которая только что закончила регулировать один из аппаратов, а её помощники всё ещё работали с обработкой ран и их перебинтовыванием, или заклеиванием.Хелен вздохнула, поправляя очки. -Мистер Старк.. Мы пока не знаем. У неё нет никаких документов, нет чипов или идентификаторов. Мистер Паркер принёс её в критическом состоянии, серьёзная кровопотеря и...-она сделала паузу, подбирая слова, —...очень сложный токсин в крови. Наши анализы пока дают мало информации. Тони сделал ещё один шаг к кушетке. Его глаза изучали её лицо – необычные глаза с ярким коньячным оттенком, даже закрытые, казалось, скрывали тайну; лёгкая волнистость русых волос, раскинувшихся на кушетке; ровный нос, очерченные губы, пару родинок, разбитая губа и скула, что была заклеена.Такое знакомое и такое чужое одновременно. -Пятница? — резко спросил он, обращаясь к искуственному интеллекту, пронизывающему всё здание.-Любая информация о неизвестной пациентке. Сканы, база данных, что угодно.— Секундная пауза. Затем спокойный, ровный голос ИИ разнёсся по комнате. -«Анализ завершён. Объект идентифицирован как Лин Мария Итон. Возраст: предположительно девятнадцать лет», — сообщила Пятница. Тони кивнул, это было начало. -Хорошо. Итон, значит. Проверь все базы данных по этому имени. Образование, место жительства, семейные связи... Пятница прервала его. -«Информация о проекте 'Лазарь' удалена из большинства правительственных баз данных, классификация 'Уровень Омега', засекречено». Тони нахмурился. -'Уровень Омега' – это не шутки. И "Лазарь"? Звучит зловеще. "Лазарь"? Что-то связанное с воскрешением? Или с...—Его глаза метнулись к показателям токсина на мониторе. -«Проект "Лазарь" связан, как известно из скрытого источника, с экспериментальными разработками в области химического оружия, синтеза сверхпрочных материалов, а также созданием и нейтрализацией сложных биологических агентов, токсинов и седативных препаратов, — бесстрастно продолжила Пятница. В комнате повисла ещё более густая тишина. Химическое оружие. Токсины. Сверхпрочные материалы. Этот список идеально совпадал с теми навыками, которые могли бы быть стратегически важны для...Да для кого угодно, кто этим занимался. И девятнадцать лет? Кто в девятнадцать лет может быть связан с такими проектами? Тони стоял у кушетки, его взгляд не отрывался от девушки. Он чувствовал, как напряжение нарастает в его груди. Что-то было не так. Что-то было очень не так. -Пятница,— его голос был низким, требовательным.-Повтори идентификацию. Проверь все биометрические данные. ДНК, отпечатки, всё, что есть. -«Провожу перепроверку. Биометрические данные сопоставлены с базой данных Мстителей. Совпадение обнаружено.» Тони усмехнулся. -Конечно, совпадение. Наверное, кто-то из агентов ЩИТ... -«Совпадение с образцом ДНК Тони Старка, основного пользователя Системы Мстителей.» Голос Пятницы был таким же спокойным, как всегда, но слова, которые та произнесла, обрушились на всех в комнате как удар грома. Тони замер. Его челюсть отвисла. Он смотрел на девушку, потом на мониторы, потом обратно на девушку, как будто не веря своим глазам или ушам. -Повтори,— прошептал он. -«Анализ ДНК пациентки, Лин Марии Итон, подтверждает высокую вероятность биологического родства с Тони Старком. Предполагаемое отношение: дочь». Удар грома превратился в землетрясение. Вся комната, весь мир Тони Старка, зашатался… Питер Паркер, стоя поодаль, побледнел ещё сильнее, чем была Лин. Его глаза расширились до предела. Дочь? У мистера Старка? Это было...Немыслимо и неожиданно. Доктор Чо застыла, держа в руке шприц.Её профессиональное самообладание испарилось, сменившись чистым шоком. Остальные присутствующие в медблоке – несколько медсестер и ассистентов – замерли на месте, не в силах пошевелиться или произнести хоть слово. Тони Старк смотрел на Лин. На её бледное лицо, на русые волосы, на форму её бровей. И вдруг он увидел. Увидел что-то знакомое. Неуловимое сходство, которое он не замечал, когда просто видел незнакомку. Её губы...или, может быть, изгиб её носа? Он медленно потянул руку, словно желая коснуться её щеки, проверить, реальна ли она, реальны ли слова Пятницы. Но его рука замерла в нескольких дюймах от чужого лица. Он не осмеливался. Не сейчас. -Пятница, — его голос был сдавленным, почти хриплым. -Найди. Всё. О ней. Каждый байт информации. Родители, где жила, с кем контактировала. Всё. Немедленно. Он не поворачивался, продолжал смотреть на Лин, но его разум уже работал на полной скорости, пытаясь осмыслить эту невозможность. Дочь. У меня. Как? Когда? Кто её мать? Почему я не знал? Проект "Лазарь"? Что она делала? Почему она здесь? В этот самый момент двери медблока снова открылись, и вошли Стив Роджерс и Наташа Романофф. Они выглядели уставшими, также только что вернулись с задания. Но их шаги замедлились, а лица напряглись, как только они почувствовали ненормальную тишину и застывшее напряжение в комнате.Они увидели Тони, стоящего всё ещё в костюме над кушеткой с выражением полного шока на лице. Увидели мертвенно-бледного Питера, ошеломлённую команду доктора Чо…И девушку на кушетке – незнакомку, которая, очевидно, стала центром этого внезапного, оглушительного откровения. -Тони? — осторожно спросил Стив, его голос был тихим, но настороженным. Он подошёл на несколько шагов, его взгляд метался между Тони и девушкой. Наташа же, как всегда, была более сдержанна внешне, но её глаза, острые и оценивающие, мгновенно считали обстановку. Она увидела шок, который не скрыть, даже для Тони Старка. Увидела уязвимость в его позе. -Что случилось? — спросила она, её голос был низким и напряжённым.Нат подошла ближе, её взгляд остановился на лице Лин, затем на Тони. Старк медленно повернулся к ним. В его глазах читалась смесь неверия, боли и смятения, которую Наташа видела, возможно, всего пару раз за все годы их знакомства. Он не сказал ни слова. Он просто смотрел на них, а затем его взгляд снова вернулся к девушке на кушетке. Первым нарушил молчание голос Пятницы, который, повинуясь невысказанному приказу, повторил ключевую информацию для новоприбывших. -«Перепроверка биометрических данных пациентки, Лин Марии Итон, подтверждается. Высокая вероятность биологического родства с Тони Старком. Предполагаемое отношение: дочь». Если бы в комнате можно было бы почувствовать звук падающей челюсти, это был бы звук челюстей Стива и Наташи. Стив замер на месте. Наташа инстинктивно сделала шаг назад, её глаза расширились в чистом, неподдельном шоке. Они смотрели на Тони. Смотрели на девушку. Смотрели друг на друга. Дочь Тони Старка. Лежит здесь. Неизвестная. С токсином. И связанная с каким-то засекреченным правительственным проектом…Крутой замес, не правда ли? Атмосфера в комнате изменилась вновь. Шок первого момента уступил место ошеломлению, смешанному с серьёзностью и тревогой. Вопросы повисли в воздухе, тяжёлые и многочисленные. Кто эта девушка? Почему Тони не знал о ней? Что с ней произошло? И что, чёрт возьми, теперь будет? Питер молча наблюдал за этой сценой, чувствуя, как его мир снова немного перевернулся. Доктор Чо и её команда, оправившись от первого шока, с новой, удвоенной серьёзностью принялись за работу, теперь зная, кто находится перед ними. Тони стоял у кушетки, его разум уже начал анализировать последствия, но его сердце...его сердце было в смятении. Он смотрел на лицо Лин, на незнакомое-знакомое лицо своей дочери, которую он никогда не знал, и чувствовал, как реальность, какой тот её знал, рассыпается вокруг него. Стив подошёл ближе, его взгляд был полон серьёзной озабоченности. Наташа, быстро оправившись, подошла к мониторам, её взгляд быстро пробежался по показателям, пытаясь понять медицинскую ситуацию. Вся команда, каждый присутствующий в этой комнате, понимал: жизнь Тони Старка, и, возможно, жизнь всех Мстителей, только что навсегда изменилась. И эта 19-летняя девушка, лежащая без сознания, была эпицентром этого изменения. Требовалась информация. Требовались ответы. И самое главное, этой девушке нужна была помощь. И теперь, как никогда, Лин нуждалась в своём отце – отце, который только что узнал о её существовании…

***

Медицинский отсек Башни Мстителей окутывала тишина, нарушаемая лишь мерным писком кардиомонитора и приглушенным гулом систем жизнеобеспечения.Лин Мария Итон-Старк лежала на больничной койке, хрупкая в своей беззащитности, но под этой кажущейся слабостью скрывалась огромная сила. Спустя два часа после того, как её состояние удалось более-менее стабилизировать, она по-прежнему была без сознания, но бледность лица слегка уменьшилась, а дыхание стало ровнее. Хелен Чо, склонившись над мониторами, внимательно изучала показания. Все ссадины на лице и открытых участках кожи Лин были обработаны, крупные порезы на руках и боку дезинфицированы и аккуратно перебинтованы или заклеены медицинским клеем. Грудь девушки была туго стянута эластичным бинтом — напоминание о трещине в четвертом ребре, которую та заработала получив удар в бок.Токсин, вызвавший первоначальный коллапс, почти полностью вывелся из организма. Именно этот процесс выведения и привёл Хелен к удивительному открытию… Изучая метаболические реакции, она обнаружила аномально высокий уровень устойчивости к различным ядам и токсинам. Это был не просто слабый иммунитет, а нечто гораздо более выраженное, глубоко интегрированное в биологию Лин. Именно это, по её мнению, и спасло девушке жизнь в критический момент, дав им время на вмешательство. Вскинув брови от удивления, Хелен сделала несколько поспешных записей на планшете. Эта информация была слишком важной, чтобы медлить с докладом. Оставив Лин под присмотром автоматизированных систем, доктор направилась к лифтам, ведущим в переговорную комнату, где, как она знала, собрались Мстители. В переговорной тем временем царила напряжённая атмосфера. Команда собралась почти в полном составе, каждый пытался внести свой вклад в, казалось бы, странно безнадёжное дело: найти хоть какую-то информацию о девушке, которую Питер Паркер принёс в Башню. Имя — Лин Мария Итон-Старк. Дата рождения — найдена с трудом. Всё остальное – будто стёрто из мировой паутины, из правительственных баз данных, из любых доступных источников…Или очень хорошо скрыто. Тони Старк откинулся в кресле, сцепив руки за головой. Его обычная самоуверенность чуточку пошатнулась. Узнав, что эта девушка – его дочь, он испытал целый спектр чувств: от шока и неверия до глубокой тревоги и странной, непонятной интриги. Он пытался использовать свои самые мощные программы, чтобы обойти любые блокировки, но натыкался на глухую стену, будто кто-то смыслящий в программировании сам засекретил или скрыл данные…Это раздражало. Рядом с ним сидел Питер, его молодое, но повидавшее многое, лицо выражало смесь беспокойства и задумчивости. Он нервно перебирал пальцами, а его взгляд был прикован к экрану, на котором мигали пустые поля данных Лин. Ему не терпелось снова увидеть её, убедиться, что кареглазая девушка в порядке. Он чувствовал некоторую ответственность, плюс, она почему-то ему приглянулась. Стив Роджерс стоял у карты, на которой были отмечены лишь приблизительные координаты места их столкновения с неизвестными нападавшими и Лин. Он выглядел задумчивым, пытаясь найти логику в произошедшем и в этой тотальной информационной блокаде. Наташа Романофф, сидевшая по другую сторону стола, была сосредоточена и молчалива. Её глаза сканировали экраны, её разум анализировал каждое отсутствие информации как свидетельство чьей-то целенаправленной работы. Отсутствие данных о проекте "Лазарь", который, по некоторым косвенным признакам, мог быть связан с Лин, отсутствие любых упоминаний о её научных достижениях или сотрудничестве с правительством – всё это кричало о том, что кто-то очень могущественный пытался скрыть её существование.Или же она сама? Баки Барнс сидел чуть поодаль, его поза была скованной. Он смотрел на пустые экраны с опасением. Любой, кто может быть так тщательно скрыт, кто может обладать такими опасными навыками или знаниями (найденное оружие нападавших и характер травм Лин указывали на что-то серьёзное), вызывал у него инстинктивное недоверие и осторожность. Его прошлое научило его, что те, кто прячутся в тенях, редко несут добро. В этот момент дверь распахнулась, и вошла Хелен Чо. Все взгляды мгновенно обратились к ней. -Как она, доктор Чо?— первым спросил Питер, его голос слегка дрогнул от волнения. -Состояние стабилизировалось, Питер. Угрозы жизни пока нет, — ответила Хелен, подходя к столу.-Большая часть токсина выведена. Травмы залечены насколько это возможно без серьёзных последствий. Облегченный выдох пронесся по комнате. -Однако,— продолжила Хелен, и в её голосе появилась нотка удивления, которое редко можно было от неё услышать, — Я обнаружила нечто совершенно неожиданное. У Лин…Выраженный иммунитет к целому ряду ядов и токсинов. Очень высокий уровень. Это невероятно. Я никогда не видела ничего подобного, что было приобретено естественным путём.Но есть некоторые сомнения… Комнату словно пронзило электрическим разрядом. Облегчение сменилось ещё большим замешательством. -Иммунитет?— переспросил Стив, нахмурив брови. -Не просто иммунитет, — поправила Хелен. -Её организм не просто сопротивляется. Он нейтрализует. И делает это очень эффективно. Именно это, по моему мнению, позволило ей продержаться достаточно долго, чтобы мы могли вывести основную часть вещества. Наташа медленно кивнула: -Значит, она может быть не просто жертвой обстоятельств. Баки скрестил руки на груди, его взгляд стал ещё более настороженным.— Или модифицирована. Или натренирована на это. Тони сидел неподвижно, его мозг переваривал информацию. Дочь. Гений. Связь с правительством, которая стёрта. Иммунитет к ядам. Картина становилась всё более сложной и тревожной. Лин оказалась куда более непредсказуемой, чем он мог себе представить. Интрига усиливалась, но вместе с ней росло и беспокойство. Кто она? Чем она занималась? И почему её существование так тщательно скрыто?

***

В этот момент, в тишине медицинского отсека, Лин начала приходить в себя. Первым ощущением была боль. Тупая, ноющая боль в боку, жжение в руках и резкая, пронзительная боль в груди при каждом вдохе. Затем – тяжесть собственного тела, ощущение чего-то стягивающего на рёбрах и руках. Запах. Стерильный, медицинский, с лёгким привкусом антисептика – совершенно незнакомый. Мозг, даже в полусне, начал мгновенно анализировать. Она ранена. Её переместили. Куда? Кто? Инстинкт самосохранения, отточенный годами тренировок и жизни на грани, завибрировал, посылая сигналы тревоги.Она не знала, где находится, с кем находится, и в каком состоянии.Это было опасно. Медленно, с огромным усилием, Лин попыталась сфокусировать зрение. Веки казались невероятно тяжёлыми. Она почувствовала прикосновение чего-то мягкого к лицу – видимо, зажившие, но еще чувствительные царапины и ссадины. Звуки начали проступать сквозь туман: тихое шипение, равномерный писк, гул. Больничная палата? Но какая? Слишком...Продвинутая. Она сделала ещё одну попытку глубоко вдохнуть, и резкая боль заставила Лин непроизвольно застонать. Голос был хриплым и чужим. Системы жизнеобеспечения вокруг отреагировали на изменение состояния пациентки. Писк монитора стал более частым. Лин почувствовала, как боль усиливается, но вместе с болью приходила и ясность сознания. С каждым новым вдохом туман рассеивался, оставляя место для её острого, аналитического ума. Она вспомнила всё: нападение, яд, жгучую боль, потерю равновесия, темноту. А перед этим... она вспомнила их. Тех, кто на неё напал. И кое-что ещё.Что-то важное, ускользающее. Глаза Лин наконец окончательно распахнулись. Сначала взгляд был мутным, затем постепенно фокусировался. Потолок. Белый, со встроенными светильниками. Медицинское оборудование вокруг койки. Она легла на бок, чувствуя, как бинты на рёбрах натягиваются. Ощупала свои руки. Бинты, повязки и пластыри.На руках буквально не было живого места.Тонкие жёлтые узоры в её коньячных глазах, обычно скрытые в тени век, теперь были более заметны в свете ламп, отражая её пробудившуюся настороженность. Она попыталась приподняться на локтях, но резкая боль в груди заставила её снова рухнуть на подушки. Она выругалась про себя – на русском.  -Вот чёрт. Неудачно. Несмотря на слабость, её мозг работал на полной мощности. Оценивала пространство. Никаких охранников в прямой видимости. Дверь закрыта. Оборудование выглядит высокотехнологичным. Где она? Точно не в обычной больнице. Её рука, с трудом двигаясь, потянулась к боку, где была самая сильная боль от пореза, где плоть проткнул ранее кусок стекла, или лезвия.Она коснулась бинтов. Затем провела пальцами по груди, ощупывая тугую повязку на рёбрах. Трещина, значит. Неприятно, но не смертельно. Самым тревожным было то, что Лин не могла вспомнить последние моменты перед потерей сознания с прежней ясностью. Яд действовал быстро, но её иммунитет... Хелен Чо была права. Это не было нормальным. Это было результатом...определённых работ. Проект... "Лазарь".Это был именно тот самый козырь в рукаве. Мысль о проекте "Лазарь" мгновенно привела её в состояние повышенной готовности. Если те, кто на неё напал, были связаны с этим проектом, или с теми, кто хотел его скрыть, то её могли найти. И если она сейчас в руках...Врагов? Или тех, кто хочет использовать её знания? Лин напрягла слух. Тишина. Только медицинские звуки. Но где-то неподалёку...Шаги? Голоса? Её натренированный слух уловил едва различимые звуки приближающихся шагов в коридоре. Несколько человек. Она не могла разобрать слов, но чувствовала их приближение. Напряжение мгновенно сковало мышцы, несмотря на боль. Она лежала неподвижно, притворившись всё ещё без сознания, дыхание стало более поверхностным. Глаза слегка прищурены, готовые к рывку или самообороне, насколько это возможно в таком состоянии. Дверь в медицинский отсек открылась. Первым вошёл парень, Питер Паркер, его лицо было бледным от беспокойства. За ним следовала Хелен Чо с планшетом, а чуть поодаль, застыв в проходе, стоял Тони Старк, чей взгляд был прикован к девушке на койке. Выражение его лица было сложным – смесью тревоги, любопытства и чего-то глубоко личного, что он сам ещё не мог полностью осознать. Питер осторожно шагнул к койке. -Лин? Ты...Ты очнулась?— спросил он тихо, его голос звучал нерешительно. Лин не ответила сразу. Она оценивала их. Юноша, который, видимо, её нашёл. Женщина в медицинском халате – доктор. И мужчина в дорогом костюме, который...Который выглядел знакомым.Да ладно, правда что ли?Где-то в глубине её памяти, в обрывках разговоров матери, случайно увиденных фотографиях и новостях, мелькал его образ. Старк. Она медленно повернула голову, её взгляд, теперь абсолютно чёткий, скользнул по Питеру, затем по Хелен, и наконец остановился на Тони Старке. Взгляд был оценивающим, настороженным, ироничным. -Не совсем, — прохрипела Лин, её голос всё ещё был слабым, но в нём уже слышался намёк на ту саркастичность, которая была её неотъемлемой частью. — Тело пока в процессе обсуждения с болью, хочет ли оно сотрудничать. Мозг, к сожалению, уже дал согласие и теперь у него слишком много вопросов. Она почувствовала, как боль пронзает рёбра, но проигнорировала ту.Важнее было понять, как улизнуть, и какое у той состояние. И, самое главное, как они узнали, что она...Старк. Или они ещё не знали? Она предпочла использовать лишь часть фамилии. Итон. Или просто Лин. Питер облегчённо выдохнул, увидев, что она пришла в себя, но её слова заставили его слегка смутиться. Хелен подошла ближе, профессионально спокойная. -Мисс Итон, пожалуйста, не двигайтесь резко. У вас трещина ребра и довольно глубокие порезы. Ваш организм очень сильный, но ему нужно время на восстановление.—Она наклонилась, чтобы проверить показания на мониторе. -Сильный? Не настолько, чтобы не получить трещину, видимо,— Лин слабо улыбнулась, криво и саркастично. Её глаза, необычного коньячно-желтого оттенка, изучали каждого из них по очереди. Тони медленно вошёл в комнату. Он стоял у изголовья кровати, его взгляд не отрывался от лица дочери. Он видел в ней что-то от себя – ироничную улыбку, острый взгляд, даже оттенок русых волос, который напоминал что-то в Пеппер или, возможно, в его смутных воспоминаниях о своей матери, даже частичка имя такая же.Но он также видел в ней силу и независимость, которые были совершенно уникальны. И это тревожное знание о её иммунитете, о стёртых данных... Тони решил наблюдать. Пока не время для откровений, которые могли бы вызвать шок или недоверие. -Рад видеть, что вы в порядке, мисс Итон, — сказал Тони, его голос был непривычно мягким, лишённым обычного позёрства, но с еле уловимой ноткой любопытства и чего-то ещё, чего Лин не могла определить. Лин снова перевела взгляд на него. Что-то в его тоне заставило её напрячься сильнее. Она не знала его, но чувствовала какое-то странное притяжение...Или это просто инстинкт, реагирующий на потенциальную угрозу или важную фигуру? - В порядке – это сильное преуменьшение того, как я себя сейчас чувствую,— парировала она, хрипло кашлянув от боли, но изогнув слегка уголки губ.-Где я? Питер поспешно ответил: -Ты в Башне Мстителей. Я Питер Паркер, а это доктор Хелен Чо. И... это Тони Старк. Лин медленно кивнула. Башня Мстителей. Это многое объясняло – и высокотехнологичное оборудование, и присутствие "Тони Старка", и...то, почему нападавшие могли быть заинтересованы в ней, если они были связаны с правительством или тем, что она знала. Кареглазка снова взглянула на Старка, изучая его лицо. Его известное лицо, которое она видела на экранах и в журналах. И теперь, вблизи...В нём было что-то, что вызывало призрачное эхо её матери. -Башня Мстителей, значит, — пробормотала Лин, больше себе, чем им. Её мозг уже начинал строить логические цепочки, хотя тело протестовало. — И зачем великому и ужасному Тони Старку спасать случайную девушку, найденную где-то? Тони не сдержал слабой улыбки на её сарказм. Он определённо узнавал это. 

***

Стерильный, почти безмолвный воздух медблока Башни Старка гудел лишь негромким писком медицинских приборов. Лёжа на слишком мягкой, но почему-то неудобной койке, Лин Мария Итон-Старк кривилась не столько от боли, сколько от досады. Порез на левом боку, тупая боль от пулевого ранения в плечо и ноющая трещина в ребре – всё это было лишь следствием её собственной…Скажем так, неудачной попытки остановить тех придурков. Кто же знал, что банальное посещение университетского кампуса обернётся перестрелкой с бандитами и облаком чертовой, ядовитой пыли, которую она потом еле вывела из легких? Рядом стояли трое: Тони Старк, выглядящий на удивление серьёзным, Питер Паркер, слегка помятый, но с глазами, полными беспокойства, именно поэтому наверное Лин хотелось получше узнать этого парня, и доктор Хелен Чо, склонившаяся над монитором с профессиональной сосредоточенностью. -Уровень токсина упал почти до нуля за рекордное время, – пробормотала Хелен, скорее себе, чем им. – Её организм…Активно выталкивает его или нейтрализует на молекулярном уровне. Невероятно… Старк, скрестив руки на груди, усмехнулся, совершенно не разделяя удивления доктора Чо. -Ну, неудивительно. Похоже у Лин есть... Необычная способность к детоксикации. Почти природная. Лин, несмотря на пульсирующую боль в боку, не удержалась и дернула уголком губ в ответную усмешку. Ей было девятнадцать, но она уже успела познать всю прелесть контролируемого отравления – микроскопические дозы различных токсинов в безопасных условиях, чтобы заставить иммунную систему и обмен веществ работать на пределе. Это было...увлекательно. И, очевидно, полезно, хоть и опасно. -Почти природная? – повторила Лин, голос был чуть хриплым, но сарказм прорезался без труда. – Скорее, осознанная необходимость. Никогда не знаешь, когда придётся выводить из себя что-нибудь эдакое. Питер моргнул, его брови взлетели вверх. Хелен Чо отшатнулась от монитора, её глаза расширились от профессионального шока. Осознанная необходимость? Кто в здравом уме сознательно травит себя? Старк лишь приподнял фирменную бровь – жест, который Лин уже успела заметить и мысленно взять на заметку. Он не спрашивал, как или почему. Он просто принимал это как факт. Как будто это было…Обычным делом. Пульсирующая боль напомнила о себе, но Лин всегда умела игнорировать дискомфорт. С трудом, опираясь на дрожащие руки, она села на койке, правда Питер аккуратно придержал, чему Лин была благодарна, улыбнувшись тому. -Спасибо за помощь, доктор Чо. И тебе, Питер, за то, что вытащил меня из той передряги, и за то, что помог, – ее голос стал чуть твёрже. – Думаю, я в порядке. Она попыталась спустить ноги на пол. Ребро отозвалось резкой болью, заставив её стиснуть зубы, но она не показала виду. Все трое уставились на русоволосую, как на внеземное существо. В порядке? С только извлечённой пулей из плеча, трещиной в ребре и остатками токсина в крови? Дверь медблока снова распахнулась, и на пороге появились Стив Роджерс, Наташа Романофф, Баки Барнс и Клинт Бартон. Их лица, за исключением Наташи, выражали полное недоумение. Они знали, что кое-кто находится в мед блоке , знали, что это девушка по имени Лин, и что информация о ней до странности засекречена, даже для них. Внутренние каналы Пятницы лишь мельком упомянули её участие в каких-то проектах под кодовыми названиями "Лазарь", "Галос" и "Стальной феникс" – названия, которые моментально вызывали ассоциации с чем-то секретным, опасным и, возможно, экспериментальным. Они уставились на незнакомку, которая, несмотря на явно болезненный вид, пыталась встать с койки. -Проекты "Лазарь", "Галос" и "Стальной феникс", значит, – протянул Клинт, его взгляд скользнул по медицинским трубкам, тянущимся к её руке. – Звучит… многообещающе. Ты одна из них?Или один из проектов? Лин не удержалась от саркастического вздоха. -Ну, учитывая, что я тут лежу, а не похоронена где-нибудь в секретном бункере, могу уверенно заявить – нет, я не одна из них.Пока что.- Усмехнувшись проговорила это Лин, наблюдая за вошедшими. Стив моргнул. Баки смерил кареглазую девушку непроницаемым взглядом. Наташа склонила голову набок, изучая Лин. Пока что?– переспросил Стив. Хелен Чо поспешила вмешаться. -Она не в порядке, капитан. У неё серьёзные травмы. И анализы всё ещё показывают остаточные следы токсина. Ей нужна госпитализация ещё хотя бы на пару дней. Минимум… Лин выпрямила плечи, игнорируя протест ребра. -Повторюсь, я в порядке. У меня есть дела… -Дела явно подождут, – строго сказала доктор Чо. – Ваше состояние нестабильно. Риск осложнений. Вам нужен полный покой. Лин посмотрела ей прямо в глаза. В её коньячных глазах с золотистыми искорками читалось упрямство, которое могло поспорить с монолитом. -Доктор Чо, я ценю вашу заботу. Но я не могу тут оставаться долго и мозолить вам глаза, вы и так помогли, а я лишь отнимаю время. Наташа вздохнула, медленно массируя переносицу. Она видела такое упрямство раньше. И оно не предвещало ничего хорошего. -Упрямство, похоже, семейное, – пробормотала она, бросив взгляд на Старка. Лин, услышав это, не сдержалась. Она подняла бровь – точно так же, как секунду назад это делал Тони. И Наташа поняла, что была права. В этом жесте, во взгляде, в неуступчивости – всё это было до боли знакомым. Прежде чем кто-либо успел отреагировать на это немое подтверждение, из динамиков раздался спокойный и размеренный голос Пятницы: «Мисс Итон, кто-то настойчиво пытается установить с вами видеосвязь через незарегистрированный, но хорошо зашифрованный канал. Источник…интересный». Услышав это, Лин, которая минуту назад была готова спрыгнуть с койки и, хромая, отправиться куда угодно, лишь бы не сидеть здесь, мгновенно "сдулась".Словно выключили внутренний стержень. Она практически рухнула обратно на подушки, приняв позу измученной жертвы. -Ай, я помираю, – пробормотала она, прикрывая глаза рукой. – Я…я в аффекте. И дохлая. Абсолютно и бесповоротно. Переведите звонок на автоответчик. Пусть оставят сообщение. Может, через пару дней я воскресну и смогу ответить.А до тех пор, пусть слушают приятную музочку. В медблоке повисла тишина. Старк, который наблюдал за этим спектаклем с приподнятой бровью, теперь откровенно усмехнулся. Питер недоумённо переводил взгляд с Лин на Мстителей, уже слегка улыбаясь. Стив выглядел озадаченным. Баки – каменным. Клинт – слегка шокированным. Наташа снова вздохнула, но на этот раз в её глазах плясали озорные огоньки. Она покачала головой, помассировала виски, словно пытаясь избавиться от головной боли от осознания простой истины. -Мир не переживёт ещё одного Старка, – сказала Нат, и на этот раз её слова вызвали дружный смех. Даже Стив не смог сдержать улыбку. Лин, всё ещё притворяясь "дохлой", улыбнулась уголком рта. -Спасибо, что сказали это вслух, мисс Романофф. Теперь я знаю, что я не одна в своих опасениях.- Она повернула голову к Питеру.-И ещё раз спасибо, Питер. Ты спас мою задницу. -Не выражаться…—начал было Стив, но решил уж в следующий раз читать нотации. -Не за что, Лин,— слегка смущённо пробормотал Питер, всё ещё пытаясь осмыслить всё, что произошло за последние пять минут. В этот момент всем присутствующим стало ясно несколько вещей. Во-первых, Лин Итон-Старк была далеко не обычной девятнадцатилетней девушкой. Во-вторых, её прошлое, связанное с проектами "Лазарь", "Галос" и "Стальной феникс", было не просто секретным – оно было опасным. И в-третьих, тот, кто так настойчиво пытался с ней связаться, искал её по поводу этих проектов…и, судя по напору, был готов пойти на многое, чтобы получить желаемое. Любой ценой. Лин, притворившись, что задремала или погрузилась в забытье, на самом деле была совершенно трезва и сосредоточена. Лёжа на койке, с закрытыми глазами, она мысленно прокручивала сценарии. План побега из самой защищённой башни в Америке пока что выглядел…Амбициозно и абсурдно.Особенно учитывая текущее физическое состояние. Но кареглазая уже начала прорабатывать детали: где расположены камеры, когда меняется охрана, как обойти сенсоры. Она была прилежной пациенткой на вид, но мозг работал на полную мощность, как всегда.

***

Ночь в мед блоке проходила тихо. Слишком тихо для Лин. Боль от травм то утихала, то накатывала новой волной, но не это мешало спать. Её мозг требовал работы, стимуляции. Она давно привыкла к тому, что лучшие идеи приходят в нестандартных условиях. -Пятница?…– прошептала кареглазка слегка неуверенно в тишину. Голос ИИ откликнулся мгновенно, спокойный и ровный, как летний дождь. -«Слушаю, Лин». -Расскажи мне о себе. Как тебя создали? Какие у тебя протоколы? Что ты знаешь… о нём?… – последнее слово было произнесено почти неслышно. Пятница ответила, не задавая лишних вопросов, словно понимая тонкий намёк.Она рассказала о своём создании, о сложном коде, о своих возможностях и ограничениях. И, конечно, о Тони Старке. О его гениальности, его недостатках, его проектах, его страхах, его…человечности.Слова ИИ были беспристрастны, но в них чувствовалось нечто большее, чем просто анализ данных – почти…привязанность. И, к удивлению Лин, она почувствовала ответную реакцию. К концу их долгого разговора она ощутила странную связь с этим искусственным интеллектом – связь, построенную не на коде, а на чем-то едва уловимом, почти эмоциональном. -Пятница…ты можешь дать мне доступ к рабочим панелям? Голографическим? Мне нужно…Кое-что доделать, пожалуйста?… После секундной паузы, которая показалась вечностью, Пятница ответила: -«Доступ предоставлен, Лин. Определённые функции будут ограничены в соответствии с протоколами безопасности башни, но большинство вычислительных мощностей в вашем распоряжении» Несвойственно для ИИ.Пятница действительно, казалось, прикипела к этой девушке. Возможно, потому, что увидела в ней отражение своего создателя – неукротимый ум, жажду знаний и готовность идти своим путём. Перед койкой в воздухе начали мерцать и формироваться полупрозрачные голографические проекции. Панели управления, поля для ввода кода, трёхмерные модели. Лин почувствовала прилив сил, несмотря на боль. Это была её стихия. Сложные формулы для синтеза нового, невероятно мощного нейротоксина заполнили одно поле. Рядом, на другом, она работала над алгоритмами и параметрами прочности для той самой брони, которая должна была быть жидкой, податливой – растекаться под кожей, как металл-полиморф, и мгновенно затвердевать, защищая, адаптируясь, становясь частью её самой. Проект "Стальной феникс" – её собственное детище, попытка создать абсолютную защиту и оружие, сопряжённое с ней на биологическом уровне. Длинные пальцы Лин, пусть и с трудом из-за травмы плеча, начали скользить по виртуальным клавишам и манипулировать голографическими объектами. Мозг, наконец-то получив привычную нагрузку, ожил. Боль отступила на задний план, заглушённая азартом научной работы. Лёжа на койке в мед блоке Башни Старка, окружённая Мстителями и ощущая нарастающее напряжение от внешнего мира, Лин Мария Итон-Старк работала над созданием смертоносного яда и неуязвимой брони. Она была одновременно в центре внимания и в своей "собственной мини лаборатории", уязвимая и опасная, ищущая своё место и готовящаяся защищать его любой ценой. И где-то за стенами башни, кто-то очень настойчиво пытался до неё дотянуться, не подозревая, насколько сложной и непредсказуемой целью она являлась. А уж тем более, что её внутренний бунт только начинался…