Полюби меня этой зимой

– Ребят, у кого завалялись сигареты? – невинно поинтересовался Максим. У него, конечно, был вейп под рукой, но ради плана нужно было помочь Коле. – У меня только одна осталась, – отозвалась Лида. – Что, как в детстве делали дети? На двоих? – Ваню передёрнуло. Они коснутся одними и теми же губами одной и той же сигареты. Это почти как поцелуй! – Давай я свои дам, – выпалил Иван, лихорадочно шаря по карманам. Он вручил пачку Стинту, и тот исчез. Ване стало неловко от этой внезапной вспышки ревности и взгляда Коли. Он заглушил это чувство алкоголем и прислушался к разговору друзей. Все веселились, но каждый раз, когда Максим оказывался рядом с Колей, Ваня испытывал непреодолимое желание вырвать его из их компании. Обнять Ромадова и спрятать от всех, кто осмеливается на него претендовать. Да, их отношения остались в прошлом, они не знают, что чувствуют друг к другу, но бывшие же всегда могут сойтись, особенно когда общаются. – Ян, можем отойти на минутку? – тихо спросил Ванька. Друг кивнул, и они удалились в тихий уголок. – Ну и о чём ты хотел поговорить? – спросил Янчик. – Ты же видишь, что Максим клеится к Коле? – И что? Думаешь, Максим влюбился в Колю? – Усмехнулся Поздняков. Заметив серьёзное выражение лица Вани, он удивлённо замолчал. – Да ну… Не говори, что ты ревнуешь! – Улыбка расцвела на его губах. Ему было плевать на чувства Вани, сейчас он просто наслаждался представлением. – Блять, ревную я его, и чё? Поможешь мне его заполучить? – А он вещь, чтобы ты его заполучал? – с трудом сдерживая смех, уточнил Ян. – Я не это имел в виду! Почему ты вечно против меня? – Ванечка искренне не понимал, в чём дело. – Я не против тебя, просто ты сам так говоришь. Иди напейся и признайся ему в любви… Не знаю, что ещё предложить, – цинично посоветовал Ян. Глаза Вани загорелись. – Я пошутил, – но Иван его уже не слышал. Он бегом бросился к бару за очередной бутылкой алкоголя. Вскоре Ванечка был пьян в стельку. Он бесцеремонно лез к Ромадову, отпихивая Максима. Коля, изображая протест, пытался отстраниться, но в глубине души наслаждался вниманием. – Коля, я люблю тебя… – тихо прошептал Ваня. – Ага, а завтра снова разлюбишь? – усмехнулся Николай. Он понимал, что эта "любовь" не проживёт и дня, поэтому старался не принимать её всерьёз. – Хочешь это проверить? – Ваня потянулся к губам Коляна, но тот резко отстранился. – Трезвым признаешься, тогда и поцелую, – словно приговор, прозвучали слова Коли. Лида поднялся и ушёл. За ним потянулись и остальные, включая Яна, которому пришлось тащить Ваню до такси. – Можно хотя бы ты со мной поедешь домой? – умолял Ваня у рейвера. – Нет, ты утром будешь жалеть об этом. Протрезвеешь – напиши, – наконец попрощался Колян и исчез в ночи. Утром Ваня так и не смог написать Лиде. С трезвой головой слова застревали в горле. Лишь Ян и Андрей, оставшиеся на ночь, слушали его измученное нытьё. Он хотел написать, но не мог заставить себя. – Ну, он точно привязал меня этими тарологами! Почему я так мучаюсь из-за него?! – Потому что любишь ты его, – задумчиво ответил Абдрашитов. – Давайте вы за меня напишите? – умоляюще протянул он друзьям телефон. И Андрей нехотя взял его. – Пароль говори и диктуй, что писать, – Чат был открыт. Коля был в сети минуту назад, значит, ответит сразу же. – «Привет, прости за вчерашнее, я слишком много выпил» – написал Андрей, от лица Вани. Ответ прилетел мгновенно. – «Привет, всё в порядке, я понимаю», – ответил Ромадов. Ванечка не знал, что диктовать дальше, поэтому Ян перехватил инициативу вместе с телефоном друга. – «Короче, что я наговорил вчера – это правда. Я люблю тебя очень сильно и ревную к Максиму. Пожалуйста, давай это обсудим», – Бастриков, увидев это сообщение, готов был убить Яна. – «Хорошо, давай я приеду к тебе?». – «А температуры у тебя нет?» – оторопело спросил Иванушка. – «Хпхп, не бойся, я уже здоров», – Ванечка расплылся в улыбке. – «Сможешь в 7? Знаю, поздно, но у меня немного голова болит». – «Хорошо, до вечера», – Ваня запрыгал от счастья. Он сможет обо всём поговорить с Колей. – Прикол, если он скажет, что уже кого-то полюбил, и твои чувства невзаимны – И в этот момент облака рассеялись, и Ваня камнем рухнул на землю. – Нахуй ты это сказал? – зло прорычал Андрей, увидев раздавленного Ваню. – Я пошутил, не принимай всерьёз, Ванька, – Он уселся на диван, погрузившись в собственные мысли. – Да любит он тебя, ты чё? Он столько для тебя делал в знак любви! Выслушивал и с Костей разобрался! Да любит точно! – старался убедить Ваню блондин. – Ладно, он точно меня любит. Не хочу расстраиваться! – выдохнул Марголдин. Ему точно не хотелось накручивать себя, иначе надежда умрёт раньше времени. Но всё равно день тянулся мучительно долго. Ванечка не выспался, а это лишь усугубляло ситуацию. Друзья разъехались, оставив его наедине с мыслями. Он метался по комнате, как зверь в клетке. Принимал душ, выбирал наряд, причёсывался и снова паниковал. Собраться с мыслями было невыносимо сложно. Казалось, всё идеально, но глупый ветер за окном внушал тревогу. Всё же он набрался смелости и вышел, ведь Колян уже ждал его у подъезда. Остановившись в нерешительности перед подъездной дверью, он сделал глубокий вдох и выбежал навстречу судьбе. – Привет, – сказал Николай и заключил Ваню в объятия. – Привет, короче, я немного волнуюсь, поэтому, наверное, буду путаться в словах, – выпалил Бастриков. Коля слушал его внимательно, отпуская из объятий. – Ну… Я не думал, что это произойдёт так скоро, но я всё обдумал. Ты сделал для меня очень многое, а я этого не ценил. Прости, пожалуйста, за всё! – Колян ждал других слов. – А, ну и я люблю тебя. Даже фантазии сексуальные с тобой представлял, – Последнее было лишним, и Ваня тут же это понял. – Всё хорошо, я готов был ждать вечно. Я тоже тебя люблю, так и не разлюбил, – ответил Лида, улыбаясь, будто и не слышал последних слов. – Но то, что ты ревнуешь меня к Максу, это интересно, – усмехнулся кудрявый. – Сорян, он к тебе лез, а я люблю тебя как бы, – Коля рассмеялся и снова обнял Ванечку. Фонарь лил свет на влюблённых, осыпая их лёгким снегом, который тут же подхватывал ветер. Наконец они признались в любви по-настоящему. Камень упал с души, теперь они могли встречаться без оглядки. – Ты, надеюсь, больше не видишь во мне Костю? – решил напомнить Коля. – Не вижу, – улыбнулся Ванюша. – Ладно, пойдём ко мне, а то холодно тут, – Они направились обратно в подъезд. Сбросив одежду, Колян прилёг на кровать Вани. Бастриков проследовал за ним, но ложиться не спешил, любуясь довольным Лидой. – Кот ты. Тоже любишь понежиться, – Коля перехватил его руку и потянул на себя. Бастриков не устоял и упал рядом с рейвером. – Понежиться люблю, но не только в этом смысле, – Он крепко обнял Марголдина. Ванька улыбался, но пошевелиться не мог. С каждым движением Коля сжимал его всё сильнее. А после резко отпустил, давая передохнуть. Но это был лишь отвлекающий манёвр. Ромадов поднялся и навис над Марголдиным. Прильнул к шее, лаская и целуя. – Что ты делаешь, Коль…? – прошептал Ванечка, закрывая глаза и запрокидывая голову. Рейвер смотрел на него, как хищник на добычу. Чувствуя, что Ваня не сопротивляется, он принялся нежно покусывать его шею. – Ммм… Нежнее, – Иван таял от его прикосновений. Голос дрожал. Но Лида не дал ему растаять. Он впился в губы младшего, жадно целуя его. Поцелуй превратился в страстный. Ванька закинул руки на шею Коле, притягивая его всё ближе. Им нравилось всё в друг друге. Воздух закончился, заставляя их оторваться друг от друга. Николай тут же принялся раздевать Ваню, сбрасывая худи, а за ним и футболку. Наконец открылся вид на худое тело Вани. Он сильно исхудал. – Что ты сегодня ел? – прошептал Лида на ухо. От его голоса по телу Вани побежали мурашки. – Не помню… – тихо ответил Ванюша. – Очень плохо. Но будет ещё хуже, если ты продолжишь голодать, – Коля вернулся к телу и стал его осматривать. – Кожа мягкая, как шёлк. – Я не голодаю, правда, – Ваня не открывал глаз. Впервые в жизни его охватывали столь приятные ощущения. Коля – самый лучший. – Поверю, но если узнаю, разговор будет серьёзным, – Коля принялся стягивать штаны. Но сначала скинул с себя футболку. – Можно? – спросил Ромадов, ожидая разрешения. Ваня кивнул, и Колян, улыбнувшись, снял с него штаны. Лида достал из джинсов презервативы и смазку. – Ты готовился? – удивлённо спросил Ваня. – Я был готов ещё после того массажа, – Усмехнулся Николай, разрывая упаковки. Щедро смазав пальцы, он осторожно вошёл в Ваню, внимательно наблюдая за его реакцией. Лицо выражало недовольство, первый раз - всегда неприятно. – Бля, больно… – простонал Ваня, закрывая глаза. – Скоро всё будет нормально, потерпи немного, – Колян нежно гладил его, выжидая, когда Ваня привыкнет. И спустя пару минут Колян ввёл и второй палец. Тяжёлое дыхание и тихий стон сорвались с губ Вани. Но острая боль отступила. Пальцы легко скользили внутри, также как и третий, которого Ваня почти не почувствовал. Колян скинул с себя остатки одежды и, натянув презерватив, обильно смазал свой член. Чтобы мягко войти в Ваню, нужно было его расслабить. Поэтому Колян зашептал ему на ухо нежные комплименты, целуя в губы и перебирая пальцы. Тот, словно цветок, раскрывался навстречу ласке, и даже его собственная кровать показалась ему мягче, чем когда-либо. Коля вошёл наполовину. Ваня чувствовал боль, но терпел, наслаждаясь близостью. Лида продвигался всё глубже, и Ваня, наконец, ощутил острое покалывание. Тихие стоны стали громче и слаще. Они заставляли Лиду двигаться быстрее и напористее, даря Ванечке новые, незнакомые ощущения. И вот Колян коснулся простаты. Ваня застонал, выгибаясь всем телом. Он и сам удивился своей реакции, и Коля нежно накрыл его губы своими. В поцелуе чувствовалась дрожь и возбуждение. Они разорвали поцелуй, заглядывая друг другу в глаза. – Я люблю тебя, Ванюш, – прошептал Лида, достигая вершины и прижимаясь к телу Марголдина. – Я тебя тоже люблю, – еле слышно ответил Иван, задыхаясь. И наконец Ромадов извергся, отстранившись и выбрасывая презерватив в сторону. Он лёг рядом с Ваней, который пытался отдышаться. Обнял его, и Ваня прижался к нему, закрывая глаза.