Полюби меня этой зимой

Утро наступило, принеся с собой долгожданную радость двоим. Вновь увидеть друг друга — вот что было их самым искренним желанием, и они так боялись, что всё это окажется лишь сном. Но нет, это была реальность. Ваня открыл глаза, и едва потянувшись, его рука коснулась тела, лежащего рядом. Коля ещё крепко спал, не ощутив лёгкого прикосновения. Марголдин лишь чуть придвинулся к нему, укладываясь поудобнее, и начал внимательно рассматривать спину Коли, любуясь его золотыми кудряшками. Осторожно, стараясь ни в коем случае не разбудить, он стал перебирать и завивать их, ощущая мягкость волос между пальцами. Улыбка невольно расцвела на его лице. Неужели ради этого счастливого момента пришлось пройти сквозь все былые трудности и проблемы? Если это и есть тот самый счастливый конец, то Ваня был готов прыгать от восторга. Внезапно со стороны Коли послышался лёгкий кашель. Он недовольно заворочался, перевернулся на спину, голову поворачивая и открывая глаза. Стоило ему заметить перед собой Ванечку, как лицо тут же оживилось, и на нём заиграла радостная улыбка. — Давно проснулся? — тихо спросил Коля, чуть приподнимаясь на руках. — Да вот только что, — ответил Марголдин, не собираясь вставать так же, как Коля. Казалось, он мечтал пролежать весь день в теплой постели. — Ясненько. А что делать сегодня собирался? У меня вот есть предложение: обниматься весь день, никуда не выходя. А ещё заказать что-нибудь на завтрак, — Коля потянулся за телефоном, лежавшим на прикроватной тумбочке. Ваня в ответ лишь притянул его обратно к себе, положив голову на грудь и нежно поглаживая волосы на грудной клетке Коли. — Я согласен обниматься... Закажи сырники, — Ваня снова прикрыл глаза. Выбрав свое любимое блюдо, он снова предался лени. Колян больше не шевелился. Что-то быстро заказав, он убрал мобильный, а затем крепко обнял Ванечку. И день вновь пролетел незаметно. Весь день парни лишь валялись в объятиях. Ну а что ещё нужно для полного счастья? — Я тебя очень сильно люблю, ты самый лучший в моей жизни, — тихо проговорил Марголдин. Всё, что было раньше, он отпустил, словно этого и не было. — Я тоже люблю тебя. Как же долго я ждал этого момента. К чертям эту Машу и Костю, мы будем только вдвоём, — Коля сильнее прижался к Ване, целуя его в щеку. — Надо будет ещё ребятам рассказать. Они нас возненавидят, — усмехнулся Марголдин, понимая, что впереди его ждет ещё долгое прослушивание шуток вроде: «Точно больше не расстанетесь?», «Если вы вновь из-за какой-то фигни разойдетесь, то я вам наваляю» и тому подобное. Но сейчас они были счастливы, и ничто не могло им помешать.