Бездомное сердце

Everything that I want, I want from you,

But I just can't have you…

Фэн Синь влюблен — неоправданно и безнадежно. С первого дня. С первого холодного взгляда. Этот парень даже войти не успел, а в офисе уже суета. Вода в кулере как назло кончилась, у кого-то звонит телефон, Цюань Ичженя отчитывают за несданный отчет, и тут HR как гром среди ясного неба: «Поприветствуйте нового сотрудника». Ну новый и новый, казалось бы. Бывает такое. А с этим почему-то иначе. Он стреляет глазами — промораживает до костей других работников. И насквозь прошивает сердце Фэн Синя. Он влюблялся раньше. Правда, только в девушек, и там все было в принципе понятно: краснеешь, мямлишь, целуешь — а дальше как пойдет. С парнем, наверное, надо иначе. Сначала присмотреться. Помочь освоиться на новом месте. Прощупать почву. Сменить одеколон и глянуть на реакцию — заметит? Похвалит? И с каждым днем, постепенно — все ближе. И сердце трепещет. И холодный взгляд — до мурашек. А потом Му Цин сносит базу клиентов. Случайно — по его словам. Как можно случайно удалить две тысячи записей одним щелчком — загадка. Какое счастье, что у айтишников есть копия данных. Но с этого дня у Фэн Синя не получается относиться к коллеге по-старому. Тут уже не до трепета перед холодно-неизвестным, не до хождения по спирали — постепенно ближе к центру. Хватит влюбленных дуростей. Теперь его хочется подкалывать по любому поводу и подхватывать бродящую по офису шутку «хочешь что-то уничтожить без следа — отдай Му Цину». И слегка разыгрывать, конечно, — как любого новичка. Безобидные вещи вроде смены картинки на мониторе, почетной грамоты «Я дурачок», и как вишенка на торте — степлер, залитый в желе. Классика жанра же. Тот в долгу не остается. Распрямляет все скрепки в ящике, прячет коврик для мышки в папке с документами, подменяет сахар в личной баночке Фэн Синя на соль. Сам напрашивается, значит. KPI Фэн Синя постепенно падает, но разве он может как раньше сосредоточиться на работе? Он не виноват, что рядом с ним сидит его личный кошмар. С таким ехидством смотрит каждый раз, когда слышит ругань, вырывающуюся из трубки, что Фэн Синю хочется вежливо послать вредного клиента, а потом совсем невежливо набить одному мудаку морду. И все-таки этот мудак ему нравится. Пусть не до трепета. Но до приятного покалывания в животе, когда он откидывается на стуле, устало потирая глаза, и выглядит так мило. Когда не смеется над шутками Фэн Синя, но по глазам видно — сдерживается. Когда задумывается, глядя в одну точку — красивый такой, хоть и бесит. Фэн Синь решает — пора действовать. Начинает издалека — оставляет цветы на столе. Тайно, вечером, когда все уже расходятся. С милой запиской «От поклонника ;)». А сам наблюдает. Му Цин удивлен. Не ожидал — уж точно. Краснеет и уносит их куда-то. Наверняка забирает домой. По глазам видно — растроган почти до слез. Дальше — больше. Каждый день новый букетик. Каждый раз — та же реакция. А среди лепестков прячутся записки — с намеками. «Я смотрю на тебя каждый день. Не могу насмотреться <3» «Я уступил бы тебе половину успешных клиентов. Только с условием — улыбайся почаще :D» «Я всегда буду рядом. Просто посмотри чуть правее ;)» И ведь работает! Приносит плоды! Му Цин улыбается ему — одними уголками губ — и смущенно отводит взгляд. Нежно проводит рукой по спине — тихонько, почти незаметно, как бы просто проходя мимо. Шепчется о чем-то с Се Лянем — и посматривает на него. Сам, правда, не признается. Такой стеснительный. На новогоднем корпоративе они почти не разговаривают, хотя Фэн Синь ловит на себе внимательные взгляды. Они выходят из здания вместе и замирают, глядя на вальс снежинок. В неровном свете фонарей лицо Му Цина словно светится изнутри. Он печален. Задумчив. Хочется стереть это выражение. Заставить улыбнуться. Развеять все сомнения одним решительным действием. Расставить все точки и заявить во всеуслышание — или хотя бы в услышание коллег, которые уже расходятся по домам. И он притягивает к себе Му Цина, даря ему долгожданный поцелуй.

***

Щека горит после пощечины. Это ерунда, на самом деле. Куда сильнее горит душа. Обманутая пустой надеждой. Запутавшаяся в паутине собственных чувств и чужих намеков. Намеков ли? Фэн Синь курит. Впервые лет за десять, наверное. Это кажется одновременно нужным и неправильным. Снежинки оседают сугробами на плечах, путаются в волосах. Холодно. Но куда холоднее стреляющий черный взгляд — кинжалом через сердце. С недоверием. С непониманием. Без любви. И тогда он понимает, как все это неоправданно. И безнадежно.