Дева и член

      Каждый раз, глядя на сверкающую люстру, Хёнджин вспоминал Феликса, но первым набрать ему так и не решился. Повода не находилось: ремонт шёл своим чередом без особых проблем.        К сожалению, представитель стройнадзора пару раз приезжал в квартиру, когда Хёнджина не было дома, поэтому они не виделись с того самого утра, когда Феликс получил по лбу. В тот же злополучный день загипсованный Чан услышал от Хёнджина благодарственные слова за нового «надсмотрщика».        Наконец-то в один из ноябрьских дней случилось не иначе как чудо. Хёнджин свайпнул слева направо, принимая входящий звонок от долгожданного абонента «Ли Феликс», и чуть не задохнулся от радости.       «Привет! Завтра вечером свободен? Я могу заехать посмотреть на люстру?Надеюсь, твоё приглашение в силе?»       Сердце забилось быстрее, и по лицу расползлась дурашливая улыбка. «Да, да и ещё раз да!» — у Хёнджина был один ответ на все вопросы. Договорившись о времени визита, он сбросил вызов и начал прибираться в ремонтируемой квартире.       На следующий день Хёнджин вернулся с работы немного пораньше и отправил домой сборщика мебели, почти закончившего с кухонным гарнитуром. Шкафчики могли повисеть до утра и без ручек на дверцах. Он их сам завтра прикрутит — не из рукожопых.        В очередной раз проявив чудеса изобретательности, Хёнджин помылся в недоделанной ванной комнате. Затем поменял постельное бельё на футоне. Ну, мало ли… ему ведь не показалось, что Феликса заинтересовала не только необычная люстра? Даже если они просто полюбуются на радужные переливы в свете горящих ламп и сыграют в «Blue Marble Game», лежащую где-то в коробках с вещами, — тоже неплохо. Нужно заказать что-нибудь из еды. Пиццу? Две! С разными вкусами.        Хёнджин оформил отложенный заказ и вспомнил о «Martini Asti», подаренном ему на Чусок родителями учеников. Большая зеленовато-коричневая бутылка тут же отправилась на полку нового холодильника. Оттуда же Хёнджин достал мандарин, очистил кожуру и кинул в новое мусорное ведро рыжие завитки. На кухне приятно запахло цитрусами.       На улице уже стемнело, и на полированной поверхности круглого стола красиво отражались недавно установленные потолочные светильники.       Перейдя в спальню, Хёнджин заменил старые найки на кроксы, снял с рейлера лонгслив и задумался над «низом»: новые спортивки или хлопковые штаны? Несмотря на жизнь среди строительного беспорядка, хотелось выглядеть приличнее, чем в тот день, когда Феликс принял его за плиточника.       «Слипы или боксеры?» — ещё один вопрос требовал немедленного решения.       Громкая трель дверного звонка вывела Хёнджина из раздумий. Он рванул в прихожую открыть, предварительно спрятав под футон трусы и успев натянуть на себя лишь спортивки.        Часы показывали ровно восемь вечера. Как они с Феликсом и договаривались. Ни минутой раньше или позже. Похоже, пока Хёнджин терзался выбором нижнего белья, гость стоял под дверью, считая секунды до назначенного часа.        «Хорошо бы уточнить при случае его знак зодиака», — Хёнджину очень хотелось подтвердить свою догадку.        На Феликсе сегодня были широкие джинсы, шерстяная водолазка и короткая дублёнка. В руках он держал бумажный пакет и ещё какую-то плоскую крафтовую коробку подмышкой.       — Привет! Чуть было не потянулся к замку своим ключом, но вовремя опомнился, что не на работе, — со смущением в голосе признался Феликс. — Это тебе.       — Спасибо! — заглянув внутрь пакета, Хёнджин обнаружил там рисовые моти и улыбнулся. — Люблю мучное и сладкое.        — По тебе и не скажешь.       — Просто ты не видел меня разде… — Хёнджин прикусил кончик языка.       — Хм, — весело хмыкнул Феликс. — Сегодня, возможно, и увижу. Клиенты недавно подарили, но для игры нужна минимум пара человек. Держи!       В коробке оказалась настолка. Хёнджин прочёл название, и на его лице отразилась вся палитра эмоций:       — «Flip, Slip or Strip» — брось, выпей или сними? Игра на раздевание?       — Я не настаиваю. Только если захочешь, — мягко уверил Феликс, удерживая взгляд на порозовевшем лице Хёнджина.       Феликс вынул из кармана бахилы и натянул на сверкающие ботинки:       — Руки помою?        — Да, конечно! — уже с кухни выкрикнул Хёнджин. Дублёнку в спальню закинь.        — Когда раковину установят? — через минуту раздался шум воды и недовольное бурчание, слышное через незакрытую дверь ванной.       — Завтра обещали.       — А сегодня, насколько я помню, должны были закончить с мебелью,  — Феликс вопросительно взглянул на Хёнджина, заходя на кухню.       — Да, сборщик уже был.       — Я посмотрю? Та-а-ак… Почему ручки на шкафчиках отсутствуют? Упаковщики-раздолбаи забыли положить или перепутали и прислали не те?!       — Феликс, с фурнитурой всё в порядке. Пожалуйста, давай сейчас не будем про ремонт. Ты шампанское пьёшь? — Хёнджин потянул на себя дверцу холодильника, доставая «Asti».       — Честно говоря, рассчитывал только на кофе, но не откажусь! А что, есть повод?       Они присели на стулья неподалёку друг от друга.       — Просто так. Кофе тоже будет. — К своим двадцати четырём годам Хёнджин так и не научился нормально откупоривать игристое вино и решил не позориться. — Откроешь?        Феликс утвердительно кивнул, потянувшись к бутылке:        — Бокалы доставай.       При этих словах Хёнджин с ужасом вспомнил, что все стеклянные фужеры пострадали при переезде.       — Э-э, тут такое дело… есть только чашки и одноразовые стаканчики.         — Ладно. Ставь что есть.        Феликс взял в руки «Martini Аsti», сорвал кольеретку с серебряной фольгой и неторопливо стал откручивать проволочную оплётку. Хёнджин залип. Ему нравилось наблюдать за уверенными движениями небольших рук на горлышке бутылки.        Внезапно раздался хлопок, заставив всех вздрогнуть от неожиданности. Шампанское выстрелило пеной, и Хёнджин почувствовал удар. Вылетевшая пробка прошлась по касательной, слегка задев висок, но на свежевыкрашенной стене осталась заметная вмятина.        — Айщ-щ! Прости! Вот же я еблан.       Феликс вернул бутылку на стол, спешно собрал с пола салфетками убежавшую пузырящуюся жидкость, и навис над Хёнджином, потирающим пальцами место ушиба.       — Наверное, недосточно охладилось, — подытожил Хёнджин, глядя в испуганные глаза напротив и пытаясь выдавить из себя ободряющую улыбку. — Не извиняйся, тебе в прошлый раз тоже от меня прилетело.       — Лёд есть? Нужно приложить.       — Чтобы пробка от шампанского не попала в глаз — пейте соджу, — попытался шутить Хёнджин, прикладывая к ушибленному месту упаковку с дамплингами, вытащенными из морозилки.       — Завтра созвонюсь с одним мастером — он всё поправит, — пообещал Феликс, разливая дорогой алкоголь в пластиковые стаканчики. — Имей в виду, кислота в составе может повредить поверхность мрамора.        — Не знал. А вот и повод нашёлся: за то, что не поубивали друг друга!       Они шутливо чокнулись, а минутой позже Феликс предложил:       — Ну что, посмотрим на твою сногсшибательную конструкцию? Но сначала… — он встал со стула и внимательно огляделся по сторонам. — У тебя, случайно, лишняя пробка не найдётся?       — Зачем? — Хёнджин настороженно приподнял брови.       — Не пугайся так, — хохотнул Феликс. — Для шампанского — чтобы не выдохлось. Та куда-то закатилась, не вижу её нигде.       — Не найдётся, — выдохнул Хёнджин, туго скручивая салфетку, чтобы заткнуть стеклянное горлышко, и решился: — Феликс, а ты кто по знаку зодиака?        — Дева.        — Я почему-то так и подумал.       — Хёнджин, у меня тоже к тебе один вопрос, — осторожно начал Феликс, — личный. Я постоянно вижу в ванной только одну зубную щётку. Ты один живёшь?       — С некоторых пор, — утвердительно продолжил Хёнджин. — Если не считать собаки — она сейчас у родителей.       — Понял. Ну, включай!       После того как Хёнджин дотронулся до выключателя при входе в спальню, сотни кристаллов пропустили электрический свет ламп через грани, и преломлённые хрусталём лучи превратились в радужные брызги на всех поверхностях комнаты.       — Действительно феерично, — с восхищением произнёс Феликс и заметил расставленные вдоль стены натюрморты с цветами. — Твои, да?       — Мои. Позже повешу.        — Красивые! — Феликс снова перевёл взгляд на люстру:       — Чувствую себя мотыльком, которого тянет на яркий свет… хотя однажды я уже пиздец как сильно обжёгся.        — Болит? — Хёнджин озабоченно нахмурился, разглядывая на веснушчатой коже свежий след от ссадины.       — Если ты про лоб, то уже нет, — задумчиво произнёс Феликс и вдруг весело спросил: — Во «Flip, Slip or Strip» играть будем?       — Будем, — пиликанье домофона почти заглушило ответ Хёнджина. Доставка совсем вылетела из головы.       После ухода курьера их общение продолжилось на кухне. Расправившись с последним куском пепперони, Феликс открыл коробку с игрой: на край столешницы лёг картонный круг, разделённый на шесть секторов с напечатанными в них заданиями. Решили, что Хёнджин сделает первый ход. Кубик звучно проскакал по дубовой поверхности и остановился на тройке. Задание гласило — «Снять что-нибудь у игрока, находящегося справа».       Феликс хмыкнул, приглашающе посмотрел на Хёнджина и поднял руки вверх. Хёнджин бы и сам начал с водолазки. Сразу стягивать чужие джинсы он был не готов. Под одеждой оказался поджарый торс с хорошо выраженным рельефом на животе. Хёнджин старался не пялиться, но получалось плохо.       Настала очередь Феликса. Гулко прокатившись по дубовому столу, кубик остановился. На верхней грани темнели пять точек — «Выпить залпом свой стаканчик».       Острый кадык Феликса двигался вверх-вниз, пока он быстро глотал. Хёнджин снова залип, перепрыгивая взглядом то на горло, то на небольшие соски в розоватых ареолах.       В следующий ход Хёнджину выпала двойка — «Выбрать игрока, который снимет что-нибудь с себя, и выпить залпом свой стаканчик».       Понятно, что выбора у Хёнджина не было, поэтому Феликс молча снял ботинки и остался в одних носках. После этого Хёнджин влил в себя шампанское, чувствуя, как пузырьки закололи в носу. В голове уже образовалась приятная пустота, но один вопрос не давал ему покоя: насколько далеко они зайдут с раздеванием? Напечатанные на коробке правила предупреждали, что пара носков считается за один предмет одежды, и что игра закончится, когда кто-то останется полностью обнажённым.        При следующем броске Феликсу досталась четвёрка — «Снять что-нибудь у игрока, находящегося слева».        Кубиками Хёнджин похвастаться не мог, зато за предплечья был спокоен. Копируя Феликса, он собрался вскинуть руки, чтобы тому было удобнее снять лонгслив, но услышал слегка заплетающийся голос:       — Извини, но я начну со штанов. Вставай со стула.       Вероятно, выпитый алкоголь действовал на них по-разному. Свою норму Хёнджин знал, но Феликс свою, похоже, уже превысил. Веснушчатое лицо покрылось почти кукольным румянцем, а слегка расфокусированный взгляд добавил ему ещё больше милоты.        Хёнджин послушно встал, предвкушая небольшие ладони на талии, и сразу же с ужасом вспомнил, что под спортивками ни-че-го нет. Он на секунду обречённо зажмурился, а когда открыл глаза, то услышал: «Хм, я когда-то говорил, что кто-то компенсирует, но в реале оказалось всё не так уж и плохо».       Феликс сунул скомканные спортивки в руки Хёнджина, который поспешил сразу же ими прикрыться. Повисло неловкое молчание.       — Бросай уже, что ли!       Хёнджин затупил, разжал пальцы и штаны упали к его ногам, обнажив привставший член.       — Да я кубик имел в виду! — пробасил Феликс.— Ты всегда так дома ходишь? — поинтересовался он, хитро щурясь.        «Надеть обратно то, что было снято последним» — Хёнджину выпала грань с одной точкой, и задание полностью совпало с его желанием. Но и в штанах он продолжал испытывать неловкость за оттопыренный пах.       «Снять с себя что-нибудь или выпить», — прочёл Феликс на картонке, после того как ему досталась шестёрка, и потянулся к пуговице на джинсах:       — Выбираю первое. Если сделаю ещё один глоток, то завалюсь спать прямо в прихожей вместе с остатками строительного мусора, — аргументировал он свой выбор.       Встав со стула, Феликс слегка покачнулся, и Хёнджин, приподнявшись следом, подхватил его под локоть.       — Пойдём завалимся вместе… только на футон, — робко предложил Хёнджин, и они направились в сторону спальни.       Проходя мимо гостиной, Феликс внезапно спросил, махнув в сторону люстры: — Хочешь, сейчас я, а не эта бездушная махина, сделаю твой вечер ярким? — и прижался влажным ртом к губам Хёнджина.       Хёнджин ответил, и до футона они так и не дошли: в коридоре Феликс опустился на колени, приспустил с Хёнджина спортивки и через секунду тот почувствовал тёплые губы на своём члене. Феликс ритмично двигался, плотно окольцевав ствол, при этом помогая себе рукой. Удовольствие накатило сбивающей с ног волной, и Хёнджин привалился к ближайшей стене, для устойчивости припечатавшись ладонями к её поверхности.       — Остановись, мне слишком приятно… — через пару минут выдохнул Хёнджин и почувствовал, как его выпустили из крепкого захвата. — Может, лучше в спальню?       Феликс встал и тщательно отряхнул колени. Затем показал фак хрустальному фаллосу и спросил, глядя на Хёнджина восторженно-восхищённым взглядом:       — А кто ты по гороскопу?       — Что? — не сразу въехал Хёнджин, мыслительная активность которого была снижена предоргазменной эйфорией. — Я …Рыбы, — не сразу вспомнил он.       — Значит, сейчас у нас Рыбы в Деве? — басовито хрюкнул Феликс.       — М-м, правильнее сказать «Рыбы в асценденте Девы». Я когда-то давно интересовался этой темой.       — В какой, прости, ас?..       — Я позже тебе объясню! — заполыхал Хёнджин, и их смех слился воедино, заполняя всё пространство спальни, прежде чем они продолжили начатое.