from the ground up

      Чона не могла вспомнить, когда в последний раз ей было так спокойно в компании людей (если не считать занятий по языку жестов) или когда ей было по-настоящему уютно вне её комнаты или привычного уголка в художественной студии.       Может, ей вообще никогда раньше не было так.       Это чувство странной близости с людьми, о которых она раньше лишь слышала, но которых встретила впервые этим вечером, сбивало с толку. И всё же, сейчас она старалась изо всех сил сделать каждое своё взаимодействие с ними стоящим — для всех. Что, к её удивлению, оказывалось совсем несложным: они вели себя так, будто она всегда была частью их компании. Все действительно хотели, чтобы она осталась — спрашивали её о разных вещах, якобы чтобы проверить, не наврал ли им Ичан (она помнила: «просто поддразнить его»), — и разговор шёл сам собой, касаясь самых разных тем.       Но поскольку обстановка была слишком насыщенной, а Чона не привыкла к такому количеству общения, её социальная батарейка быстро подходила к нулю.       Чтобы не впасть в панику на глазах у всех и не опозориться, она спросила у Ичана, где находится туалет, и вышла наружу. Умыв лицо и немного подышав в тишине ванной комнаты, она поняла, что не готова возвращаться. Вместо этого она начала бесцельно бродить по гостевому дому.       Большинство дверей были открыты, и за ними скрывались идеально прибранные комнаты одна за другой. В конце концов она оказалась в помещении с включённым светом, где стояли телевизор, телефон и чайный столик. Гостиная, догадалась она. И тут же убедилась в этом — на полках стояли фотографии.       На одной была бабушка Ичана в молодости — Чона узнала её по характерному носу и улыбающимся глазам. На другой — малыш, высовывающий язык на камеру и играющий с пляжным полотенцем. Она присмотрелась. Родинка под левым глазом.       Ичан! Какой же он был милый. Улыбка расплылась по её лицу от уха до уха.       Внезапно свет вокруг замигал. Чона обернулась к двери — там стояла бабушка Ичана и щёлкала выключателем, чтобы привлечь внимание.       Чёрт. У неё с собой не было блокнота. Она поклонилась и помахала рукой в знак приветствия.       На женщине больше не было фартука, только светло-голубой свитер с цветочным узором. — Ох, и шкодный был мой Ичан, — сказала она с усмешкой. — По выражениям лица на этих фото это вполне понятно, — пошутила Чона, снова расплываясь в той самой улыбке, что вызвал у неё снимок. — А теперь уже взрослый… — в голосе пожилой женщины прозвучала едва уловимая грусть, прежде чем она сменила тему: — Почему ты одна, дорогая? Тебя бросили? — Нет, вовсе нет. Я пошла в туалет и в итоге оказалась здесь, — ответила Чона на языке жестов, замедляя каждое движение.       Женщина понимающе кивнула, тихо посмеиваясь: — Устала ты от них, да?       Чона тихонько засмеялась. Бабушка Ичана точно умела читать людей. — Просто немного перегрузилась, вот и всё.       Та достала из кармана маленький блокнот и карандаш и протянула ей: — Немного что?       Вспомнив прищур её глаз, Чона написала покрупнее:       “Перегрузилась ☹. Но это не из-за них, они все очень милые ☻!” — Ах, значит, тебе просто нужно было побыть наедине.       Чона кивнула: — Немножко. — Тогда оставлю тебя здесь. Я буду снаружи, с остальными, — сказала женщина, но перед тем как уйти, сама что-то написала, надавливая на карандаш:       “Я приготовила комнаты для гостей, вы все можете остаться на ночь. Пижамы включены :•) 21 год — это не шутка.”       Чона уже собиралась вежливо отказаться. Ну как она могла вот так просто остаться на ночь? Она никогда такого раньше не делала. Можно было бы соврать, будто отец ждёт её дома —       Ха, было бы смешно, если бы он хоть раз был дома.       На самом деле, она бы точно отказалась, если бы бабушка Ичана с самого первого момента не отнеслась к ней, как к родной. — Спасибо вам большое, госпожа Ха, — всё, что смогла сказать Чона.       Женщина ласково провела рукой по её спине, тепло улыбаясь: — Зови меня бабушкой. Все так делают.       Чона кивнула: — И спасибо, что отправили Ичана за мной, чтобы проводить сюда.       Та ничего не ответила, просто отвернулась. Показалось или она прятала смешок? И только дойдя до двери, она снова обернулась и сказала:        — Не мне спасибо. Это была не моя идея.